Ультиматум крупного калибра
- -
- 100%
- +
Все присутствующие, в том числе и генерал Парамонов, зашевелились и заулыбались от такой бесхитростной шутки. Богданов спросил:
– Насколько я понимаю, нам предстоит уберечь товарища Вальтера Ульбрихта от похищения или ликвидации?
– Правильно понимаете, – подтвердил генерал.
– Да, но у них есть и свои спецслужбы, – с некоторым недоумением произнес Богданов. – Плюс личная охрана. Неужто они не справятся без нас?
– Есть-то они есть, – почесал затылок генерал. – Да вот только… Наши разведчики предполагают, что в окружение Ульбрихта затесались несколько американских агентов. В правительстве они или в личной охране – про то нам неведомо. А скорее всего, что и в правительстве, и в охране. И если это в самом деле так, то… – Генерал не договорил, да в этом, собственно, и не было необходимости. Потому что и без лишних слов все было понятно: коль в ближайшем окружении главы Восточной Германии имеются американские агенты, они и поспособствуют похищению. А иначе – для чего они там нужны?
– Но, – недоуменно шевельнулся Павленко, – для чего же в этом случае нам совершать столь сложное путешествие? Добираться окружными путями до Берлинской стены, чтобы перейти оттуда в восточную часть Берлина… Не понимаю. Не лучше ли отправиться в Восточный Берлин напрямую – через ГДР?
– Не лучше, – возразил генерал Парамонов. – Совсем даже не лучше… Вы забыли, что в окружении Вальтера Ульбрихта, скорее всего, действуют вражеские агенты. А тут вы – прямиком из Москвы! Слышали такое выражение – «шито белыми нитками»? Вот это оно и есть. То есть очень даже не исключено, что вас тотчас же разоблачат. А если так, то американцы будут действовать гораздо утонченнее и коварнее – кто их знает… А то и вовсе убьют товарища Ульбрихта – причем в кратчайшее время. Потому что уж коль вы прибыли выручать его из самой Москвы, то, понятное дело, тут надо поторопиться… Нет, тут нам нужно действовать тайно. А тайно – это перебраться в Восточный Берлин из западной его части. Мало ли кто там шастает – туда и обратно? Ну а дальше – по обстановке. Тем более что других задач никто с вас не снимал. Я понятно изъяснился, или будут возражения?
– Понятно, – сказал за всех Богданов.
– Вот и отлично! – выдохнул генерал Парамонов.
– Как мы попадем на место? – спросил Дубко.
– Самый надежный способ – самолет, – сказал генерал. – Главное, что это быстро. Медлить нам нельзя, сами понимаете. Ситуация такая, что… – Он махнул рукой. – В общем, непредсказуемая ситуация. Сейчас вы все отправитесь к моему заместителю, полковнику Мостовому. Он подробно введет вас в курс дела. И насчет переброски в Германию, и насчет всего остального. А теперь – приказ.
Все семеро спецназовцев вскочили с места и встали по стойке смирно.
– Приказываю по мере готовности отбыть к месту проведения спецоперации! – четко произнес генерал Парамонов. – Ваша задача была вам разъяснена в ходе предварительного разговора. Приказ ясен?
– Так точно! – ответил за всех капитан Богданов.
– Дополнительные вопросы имеются?
– Никак нет! – ответил Богданов.
– Тогда вот что еще, – совсем уже не приказным тоном произнес генерал. – Никаких четких инструкций ни я, ни полковник Мостовой вам дать не можем. Будете действовать по обстоятельствам. Ну, и самое главное: возвращайтесь живыми и по возможности целыми.
На это ни Богданов, ни остальные спецназовцы не сказали ничего. Да и что тут было говорить? Приказ ясен: действовать по обстоятельствам, по возможности вернуться живыми и целыми. Всё как всегда.
* * *… – Вот, Лизонька, отбываю, – сказал Богданов жене. – В небольшую командировочку. Да ты не переживай! Через три-четыре дня вернусь. В крайнем случае, через недельку. В целости и сохранности.
Елизавета ничего не сказала мужу. Слова, которые он произнес, были ей знакомы от первой до последней буквы. Такие слова муж говорил ей всегда перед тем, как отбыть на какое-нибудь задание. Что это было за задание, в каких краях, насколько оно было опасно – ничего этого Елизавета, конечно же, не знала, потому что ни в какие подробности муж ее никогда не посвящал. А просто говорил, что отбывает, и называл сроки возвращения. Конечно, эти сроки никогда не соответствовали, Богданов почти всегда возвращался позднее, чем обещал, но и к этому Елизавета давно уже привыкла. Единственное, к чему она не могла, да и не пыталась, привыкнуть – это к мыслям о том, что когда-нибудь может случиться такое, что ее муж не вернется из очередной своей командировки, навсегда останется в каком-нибудь неведомом ей месте, и попробуй еще доберись до того места, чтобы возложить цветы на холмик! А то, может, и холмика-то никакого не будет, ничего не будет, кроме скупых рассказов тех, кто был с мужем рядом в его последние минуты…
Но – пока Богданов хоть и с опозданиями, но исправно возвращался. Иногда – целый и невредимый, иногда – со ссадинами и царапинами, а то, бывало, и с настоящими ранами. Но, опять же, он ни разу не сказал жене, где, от кого и при каких обстоятельствах он получил эти ссадины, царапины и раны, и лишь отшучивался в ответ на все расспросы жены: «Вот, мол, ехал я лесом верхом на коне, тут-то меня и царапнуло веткой!» Елизавета лишь грустно улыбалась в ответ и принималась за привычное дело – лечить мужу ссадины, царапины, а бывало, что даже и настоящие раны.
– И когда вы отбываете, товарищ капитан? – спросила она мужа.
– На все про все дан ровно час, – ответил Богданов. – На сборы, прощальные слова и на прочее…
– Как обычно, – грустно подытожила Елизавета.
– А то как же, – согласился Богданов. – Только так, и никак иначе.
Глава 3
Вначале все спецподразделение «Дон» советским военно-транспортным самолетом доставили в Белград. Оттуда все семеро спецназовцев должны были обычным пассажирским самолетом добраться до одного из немногих аэропортов Западной Германии – Тегеля, расположенного во французской оккупационной зоне и принимавшего гражданские самолеты. Вылететь напрямую из Советского Союза в Тегель было рискованно – пассажиры, прибывшие из Советского Союза, проверялись особенно тщательно. А значит, группу «Дон» могли ненароком разоблачить. Чего, конечно, никак нельзя было допустить. Поэтому нужно было постараться избежать даже самого минимального риска. Оттого спецназовцы и прибыли в Белград.
Конечно, они были без оружия и одеты в обычную гражданскую одежду. Все – и другую одежду, и оружие, и спецснаряжение – они должны были получить на месте, то есть добравшись до Темпельхофа. Таков был план.
Оказавшись в Белграде, Богданов с подчиненными сразу же пошли по известному им адресу. Этот адрес еще в Москве назвал им полковник Мостовой, когда обговаривал нюансы операции в Западной Германии. По этому адресу находилась резидентура советской разведки. Здесь группу «Дон» ждали. Накануне из Москвы пришла шифрованная радиограмма о прибытии семерых спецназовцев и распоряжение о том, что группе необходимо оказать всяческое содействие.
Адрес спецназовцы нашли быстро, они прекрасно умели ориентироваться в любом городе, даже совсем для них незнакомом. Это был типичный для белградских окраин двухэтажный особняк, ничем не отличавшийся от сотен других таких же особняков.
Богданов позвонил в старомодный колокольчик, висевший на двери. Вскоре на крыльцо вышел мужчина средних лет, молча окинул взглядом всю группу, а затем с вежливой полуулыбкой взглянул на Богданова.
– Странная погода у вас в Белграде, – сказал Богданов мужчине. – Не понять, то ли осень, то ли весна.
– А вы побывайте у нас зимой! – ответил мужчина. – Вот где неразбериха! Утром – солнце, вечером – снег.
Это были пароль и отзыв. Их Богданову и остальным спецназовцам сообщил полковник Мостовой.
– Проходите, – сказал мужчина, обращаясь ко всем одновременно, и отступил в сторону, давая возможность гостям войти в дверь.
Бойцы очутились в просторной полутемной комнате, напоминающей одновременно и гостиную, и старорежимную, дореволюционных времен, приемную какого-то вельможи. Их встретила молодая светловолосая женщина и молча кивнула им головой. Богданов кивнул в ответ и едва заметно улыбнулся. С женщинами, кем бы они ни были, он не мог здороваться без улыбки. Такая у него была привычка.
– Можете называть меня Радованом, – произнес мужской голос за спиной спецназовцев. – А ее – Миланой.
– Ну, а мы представляться не будем. – Богданов опять улыбнулся. – Уж извините…
– Я понимаю, – сказал мужчина, помолчал и добавил: – Вчера нам сообщили о вас из центра и велели оказывать вам всяческое содействие. Говорите, что вам надо.
– Не так уж и много, – сказал Богданов. – Во-первых, переместиться из Белграда в Тегель. Это – Германия, зона французской оккупации. Там есть аэродром, который принимает гражданские самолеты…
– Мы знаем, – сказал мужчина, представившийся Радованом.
– Отлично, – сказал Богданов. – И сделать это нужно как можно скорее.
– Переправить нужно вас всех? – спросил Радован.
– Да, – ответил Богданов.
– Понятно. Документы прикрытия у вас имеются?
– В Москве нам сказали, что этим займетесь вы, – ответил Богданов.
– Да, мы получили такое распоряжение, – сказал Радован. – Остается придумать легенду и в соответствии с легендой изготовить документы.
– Тогда давайте думать, – сказал Богданов.
– Это – к ней. – Радован указал на женщину.
– Ну, к ней так к ней, – развел руками Богданов и посмотрел на женщину: – Вы говорили, что вас зовут Милана?
– Да, – коротко ответила женщина.
– Тогда, Миланочка, изобретайте нам легенду. И чем скорее, тем лучше. Мы, видите ли, очень торопимся. Кстати, сколько времени займет изготовление документов?
– К вечеру будут готовы, – сказала женщина.
– Что, на всех семерых? – не поверил Дубко.
– Именно так.
– Превосходно, – сказал Богданов. – Тогда – вернемся к легенде.
– Легенда такова, – сказала Милана. – Вы все – югославы. Сербы. Вы летите в Германию на заработки. Сейчас многие югославы стремятся попасть в Западную Германию, чтобы заработать. Так что ваше появление там никого особо не заинтересует…
– А что же, в Югославии для всех не хватает работы? – поинтересовался Терко.
– Хватает, – ответила Милана. – Но в Западной Германии платят больше.
– Это почему же так? – удивился Терко.
– Об этом можете спросить у политиков. Если, конечно, представится такой случай. – Женщина чуть заметно улыбнулась. – А мы – не политики…
– Обязательно спрошу! – самым решительным тоном пообещал Терко. – И непременно сообщу вам их ответ. Чтобы и вы тоже знали!
– Договорились. – Милана улыбнулась чуть заметнее и взглянула на Богданова. – А теперь нам нужно придумать для каждого из вас сербские имена и фамилии. И, разумеется, накрепко их запомнить.
– Но только, пожалуйста, что-нибудь попроще! – сказал Терко. – А то ведь не запомню! Конфуз получится. Нежелательные последствия. Например, как в прошлый раз. Назвали меня таким имечком, что не выговорить! Ахмед Сулейман Ибрагим-бек ибн… Ты не помнишь, как было дальше? – Он повернулся к молчаливо сидевшему на стуле Дмитрию Еремину. – Вот и я не помню! Хорошо, что никто тогда не спросил, как меня зовут! А если бы спросили? Так что, барышня, вы там поаккуратней…
После таких слов все присутствующие, включая Радована и Милану, зашевелились, заулыбались и вообще почувствовали себя свободнее.
– Обязательно учту ваше пожелание и дам вам самое простое имя, – пообещала Милана. – Скажем, Вук Илич вас устроит?
– Ну, это совсем другое дело! – радостным голосом ответил Терко. – Это я запомню! А то Ахмед Ибрагим Сулейман ибн… Я – человек бесхитростный, мне что-нибудь попроще…
– Почему именно сербы? – спросил Богданов, когда всеобщее веселье утихло.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.