Белый блокнот

Обличий.

Из множества.

Оставленных

Имён.

Сумрак.

Светильник гаснет.

Керосин.

Исторгнет нервным фитилём

последним пыхом

чёрный дым

над задохнувшимся огнём.

Завьётся чад

под потолком

В разнообразные причуды.

Останутся с волшебным сном

искрой

сгоревшие

минуты.

Всё станет просто.

Твой платок

Нарядом глаз не растревожит.

Не спросит и

не подытожит,

что было ярким

Этим днём.

Осенний сумрак

не допустит

движений звёздных перемен

И на порог ко мне не пустит

Твой лунный облик

бледных стен.

Темь облик за руки

повяжет.

И чуть блеснуть

Не повелит.

И тихо,

ветренно расскажет:

"Не трожь его.

Он крепко спит.

По пыли облачных

следов,

Самсары колесо вращая,

выписывает

вензеля. Его рука.

Рука чужая".

Смотреть.

Смотреть…

На розовых

И

Голубых

Дельфинов.

В нарисованном море.

В шаге

Остановившись

От

Тресков

Их поцелуев.

В натянутых гранях

Сферических

Горизонтов

Слушать,

Как пульс

Пробивается.

Громко и

Чисто,

В частотах

Белого шума,

Робея коснуться,

Движением

Слов

Урагана,

Поверхности

Синего

Океана,

В открытом сосуде

Бездонного

Сердца.

Боясь упустить в движении

Наваждения,

Рождённый от света

Блеском

Луны

И лучом

Солнца,

Твой

Контур

Неотличимый

С прозрачным

Стеклом.

В капле

Росы.

И воды.

Микро.

И.

Макро.

Космо.

Вне пониманий

Иллюзий.

Реальностей.

И.

Красоты…

И нечего

Говорить…

Лишь

Дышать

И смотреть

На ощупь.

Осознавая

Из

Пустоты.

Опасаясь

Взглядом

Разрушить

Твой Образ,

Находясь не

Напротив,

Но

Рядом.

Ускользающим

В красках,

Рисованных

Розовых и

Голубых

Мирах

Дельфинов -

Не-человеческих

Личностей.

Личностей.

Рассказ.

Я расскажу Тебе

Про сосны и песок,

Жар от костра

Захода на восток.

Я расскажу Тебе,

Что не скажу друзьям

И про луну,

про луны,

И Ночной пожар,

Про дверь,

Распахнутую на балкон,

Под занавесками округлый стол

С букетом красным

В вазе и письмом

И Ты, которая близка,

Не потому, что близки,

А луна

Нас обласкала…

Я расскажу тебе

Про встречу, что я жду.

Про все, что будет

Про свою мечту…

Я не боюсь, что

Тайну ты отдашь-

Ты -Море

И умеешь ты молчать-

Быть

Собеседником

Сквозь пену.

Лишь мне,

Волненье

Нашептать.

ТЫ и ВЫ.

Я Вас люблю,

но Вы…

Со мною можете дружить.

И Вы. И Ты.

ведь так небесполезно.

Мгновенья счастья улучить,

Когда внутри от ВЫ

Становится вновь тесно.

И Ты. Приходишь

в эту  ночь.

Отбросив Вы

в будничную усталость.

Пусть за собою

Сможет уволочь

Закат на ниточке

твоей

Гордыни Алостъ.

Я знаю.

Я знаю, как море и небо

Смешались в одно

И, вперившись в эту небыль,

Заглядываю на дно,

Где рыбки, колышась на нитях,

Ловят свой ветерок,

И, ящерицей забытой,

Погружаюсь в горячий песок,

Переворачивая песчаный берег

Колбой песочных часов,

Назад обращая следы

временных поясов,

Где черешни косточку, бросил,

Под ноги людям,

Поступив неправильно, чуточку,

Но они меня позабудут,

Разбросанные по мылу пены

Облака и волны

Им до всего было дело

Где я

и

где Мы

Холодными душами

Оборвали с небес лоскуток,

Укрывшись забытыми ящерицами,

В горячий песок.

Помешанные и перемешанные

Вместе в одно.

Как море и небо

Смотрели луной на дно.

Природа.

К лесной природе тянет позабыться.

Забыть себя. И забываюсь.

Всё очевидное туманит и искрится

в рассвете дня. Я рассыпаюсь.

Вдруг, дикий кот, нарушив рассыпанье,

намокшей лапой. Зашуршал.

Продрогшими усами вереницей

росу с трилистника нечаянно согнал.

Всё звонко в этом Свете исказилось.

Никто не знал. И даже не искал

в тех каплях. – суть основы мира,

Что рыжий кот, нечаянно согнал.

Приближение.

Я знаю.

Я к тебе приближусь.

В ракете синей.

Долечу с разгона.

Скучаю,

но и не унижусь

Лобзать твой иней

уст перрона,

приезжим,

в город спутник,

в слом орбиты.

Слетевшим с курса

недобитым

Железным странником

отлитым,

свалившись с Марса,

Вспахивая ёмко,

газон борозд

Весёлого

Посёлка,

Всё перепутав,

Всех перемешав,

Коренья с сучьями

и сучек в кабелях

Сосватав с

Телеграфной связью

Отправив Морзе

цифровою вязью

влепив романтику

из многоточья

не осознав, что это

точка

Расплылась кляксой

на ветру,

Я знаю,

Что-нибудь навру,

Про облака,

про звёзды с ёлкой,

Что добирался очень

долго,

Трамваи ночью не бойки

И не работают ларьки.

Интригой будет, что

авоська

Ячеисто торчит вином,

И зашатаемся

по Ваське

с портвейна,

крепким топором,

И Ты простишь

былую глупость,

что не писал,

не заходил,

Смолчав, что

знаешь мою трусость,

И знаешь, что

Тебя любил.

Прямо!

Я даже думать

Не смею

Покосившимся забором

Разума и мечты,

Когда

Ты,

Мимоходом,

Со свитой своею,

Нарциссов и

Нарциссит,

Допущенных к тёплому

Нежному телу

Под одеяло

Накрытых чувств,

Чересчур прямо

И смело,

Избегаешь меня-

Меломана

Твоих искусств.

Не отличающего

На слух,

Шансон

От

Шоссона,

Октаву

От

Унисона

И прочую

Ерунду,

Протыкающей  форте

Пылкого дирижёра

В Перепонке

Дыру,

В месте,

Где черепная коробка

Отваливается,

Взломанной тобой

Дверцей,

Универсальной отмычкой "фомки"

На рычаге зрачков

Твоего

Сердца

Восхитительных

Глаз,

На точке опоры,

В

Безконечности

от Нас,

Заваливая мою галактику,

Во мглу

Мертвых морей,

Втаскивая

На Луну

Стального цвета.

Подальше от людей.

Стыдясь

Показать

Высшему свету,

Меня,

С горящим факелом

Молодой

Седой бороды,

С карманами относительной

Поэтической

Пустоты,

Несущего огонь,

Чувственной красоты,

Прекрасным

Всадником,

С согнутой

Тобой

Золотой

Саблей,

С тлеющим

Бомболюком

В подбрюшье,

Готовым рвануть

Из зажатой

Аорты,

Вишнёвым

Сиропом,

Выпачкав Красной

Винной окраской,

Твое узкое платье

Липкими

Брызгами

Бессвязной,

Картавой

Смеси слов,

Не поддающейся

Самоудушению

Химической кастрации

Стихов,

Хрипя конскими

Ноздрями

В асфиксии

Последней Любви.

Оставлю.

Последний день.

Я покидаю город.

В вагоне поезда, под сполохом берёз,

Несёт меня в конец

Другого мира,

В начало прошлого

Из мимолётных грёз.

Окончен бег,

И вновь себя не сыщешь,

В пустых дворах, где в свитере сыром

Я шёл уверенно,

Надежду ощущая,

Цветами красными забрасывать балкон,

Охапкой свежею,

Невысказанных слов,

С настойчивым и неумытым чувством,

Гордясь пред покосившимся дождём

Своим  прямолинейным

Безрассудством.

И мой букет

В кругу неприглашённых,

Который я донёс в своей руке,

Ворвавшись в дом

Желанным незнакомым,

Поставлен был с улыбкой на столе…

Под ворох мишуры из звездопада

Салют шампанского с шатающихся шхун,

Твой праздник был счастлив,

Была

Ты  рада

Звучанию души

Гитарных струн.

А я ждал близко,

В вихре снегопада, непонятый,

В прокуренном подъезде,

И время остудило жаркий норов,

И ты в романсе

Городском исчезла.

Со всеми туфлями,

Друзьями

И шкафами,

Набитыми исчирканных листов

Портянками

Моих произведений

С неотстиравшимися

Пятнами стихов.

С до лоска стертыми

Мозолями ударов

Сердечной

Рифмы,

Чувства сохраня…

Оставлю…

Недописанные строчки

Для всех других,

Похожих

На Тебя.

Пианист.

Выволоки меня

На сушу.

Пока я не захлебнулся

В чёрных клавишах

Твоего пианиста,

Покушающегося

На белую

Мою

Морскую

Душу,

Дьявольски

Молящегося

Атеиста,

с Выпученными

Из пучины

Глазами,

Вздирающего,

Над тонущими волнами

Скрещенные персты,

На Тебя,

Зацелованную

Молчаливую

Икону,

Отталкиваясь

Раскисшими

Сапогами

Ото дна,

Кирзовой

Маеты

Дня,

Погребающей грузом

Чугунной

Плиты

С проштампованным

Прессом

Текстом:

"Утопленник

Ты"

Теперь,

Откуда

Ни посмотри,

С любой

Западной долготы,

Серо-белого

Ледовитого океана,

Увидишь меня,

Заваленного

Под чёрными

Гребнями,

Кубометрами

Клавиш

Форте

Пьяно,

Захлёбывающегося

Бемолями

В Мелодии

Твоего друга,

Перебирающего тонкими

Пальцами

Знаки

Твоего

Нотного стана,

Наполненного звуками,

Выпитого

Звонкого

Стакана.

Нюансы.

Месяц забрезжил

Над крышей с трубой,

Туманом

Зыбкого одеяла,

Осыпав черёмухой,

Зачитанные тобой,

Истёртые листья

Ночного романа

За круглым столом,

Рукой напирая,

Старательным серым

Штрихом,

Ты истончаешь нюансы

В обыденность,

Графитовым ёрзая

Карандашом.

Свалившись на плечи,

С холодным изяществом,

Ничейной банановой

Кожурой,

Поражаясь сблизившим

нас обстоятельствам,

В междометиях сброшенных

Багажом,

Находя утешение,

На коленях биндюжников,

Но уже не моих

измятых брюк,

Ускользаюших в ветре

Клёша раздувая,

На гребнях волны

На фруктовый юг,

Лимоново-

перекисшей

фигурой,

залитой доверху

Четвертушками

Слов,

Крепостью разной

Попавшей внутрь

Оборонительным частоколом

Зубов,

Буквы расплёскивая,

Наугад,

В голубую глазурь

Твоих

Глазищ!

Выцветшим

помелом языка,

Стараясь понять

Между нами

Тишь,

Болтаясь

Под парусами подруг,

Знающих толк в

Ню-

ансах.

С танцами над

И под

Луной.

В неоценённых

Тобою

Стансах.

Читать.

Я хочу научиться читать

Молчаливый букварь твоих жестов.

Ими сознание обогащать.

Упражнения в этом деле,

Категорическим твердым знаком,

сползают грубо на ЯтЬ.

Отдаляя немыслимо. Важно.

Фары в захлёстанных ветром

Стёклах оконных рам.

Тихо. Поблёскивая.

Небрежно…

По попутным чужим дворам.

И всё портит ночная скука!

Каждая клеточка- обязательно бредит,

Чего ни коснись.

Миллиметр вселенной-

Оказывается, растянутая разлука

К любимому острову. Зашибись.

Я проснусь обновлённым,

за ночными часами скрывая слова

Руками звёзды лаская.

И увижу сквозь линзы

Красных зелёных глаз:

Комета летит цветная.

Обязательно.

Я проснусь.

Не укладывай рядом с собою,

Убегающего от себя

Вслед за твоей

Холодной рукою

Отторжений

И отражений

Мерцанья собольих бровей,

Гробящих

Весь милый Свет.

Своей тишиной

Ночей.

***

Повяжи мне

На счастье,

От глаз.

На левую руку.

И правую.