- -
- 100%
- +
Пролог
– Ты не пройдёшь.
Альбина вздрогнула, даже сквозь шум воды услышав доносящийся из коридора голос сестры. Та явно была готова знакомить свои кулаки с чьим-то лицом. Альбина вздохнула, глянула в зеркало – высокая, хрупкая, с припухшим от слёз лицом, обрамлённым длинными почти что неестественно светлыми крупными кудрями, и голубыми глазами, выглядевшими ещё ярче на фоне покрасневших белков. «Ладно, бледной я была всю свою жизнь. С учётом обстоятельств – выгляжу приемлемо». Она осторожно выглянула в щёлку приоткрытой двери ванной.
Олеся стояла, скрестив руки на груди. Её такие же длинные и слегка вьющиеся, как у сестры, но каштановые локоны уже были связаны в узел на затылке – тоже явный признак готовности к сеансу контактной дипломатии. Альбина выключила воду, взялась за ручку двери и уже собиралась выйти в коридор и привычно разрешить назревающий конфликт.
– Нет.
Ледяной тон старшей сестры заставил Альбину замереть. Этим самым тоном Олеся обычно отгоняла от неё особенно настырных ухажёров, которым и сама Альбина была не рада, а уж Олеся тем более считала, что им не место вообще в этом мире, не то что рядом с драгоценной младшей сестрой.
Шум воды заглушил появление гостя и начало его диалога с Олесей, но Альбина всё равно прислушалась, пытаясь понять, стоит ли ей вообще выходить, или можно отсидеться. Завершающую порцию соболезнований они сегодня уже вроде как получили, и гость зашёл явно не за этим.
– Кем бы ты ни была, – раздался из прихожей незнакомый мужской голос, от которого по шее Альбины побежали мурашки, – ты не можешь решать за неё.
– Кем бы я ни была. – Олеся фыркнула. Альбина не удивилась бы, если бы одним своим тоном сестра превратила гостя в ледяную глыбу. – Можешь считать меня спам-фильтром.
– Кем? – Мужчина явно был озадачен.
Олеся не отвечала. Альбина не была человеком верующим, но не удержалась от того, чтобы перекреститься перед тем, как чуть сильнее приоткрыть дверь и осмотреть коридор.
Сестра стояла к ней в профиль, а гостя она, похоже, не пустила на порог. Альбина поёжилась. В такие моменты ей казалось, что, пожалуй, главный талант её сестры – смотреть на людей с той долей презрения, что провалиться под землю хочется даже тем, кто просто мимо проходил.
Олеся казалась расслабленной. Однако в глазах цвета тёмного янтаря так и читался принцип «Лучшая контратака – превентивная», тонкие губы сжались в строгую линию, орлиный нос добавлял сходства с безжалостным хищником, готовым растерзать жертву. Каждый мускул её подтянутого и даже подкачанного тела был готов в любой момент ответить на приказ мозга «в атаку». В завершение образа Олеся спрятала под кофту висящий на её шее кулон – свидетельство крайней степени недовольства происходящим.
Альбина невольно хихикнула. «Полтора метра моего личного рыцаря-защитника».
– Может быть, – снова подал голос неизвестный гость, – ты всё же позволишь мне войти и поговорить с той, к кому я пришёл?
– Только после того, как предъявишь документы.
Из коридора раздался тяжёлый вздох.
– В этом мире в принципе плохо с вежливостью и гостеприимством или это ты такая особенная?
Мужская ладонь легла на макушку Олеси и взъерошила её волосы. Альбина непроизвольно втянула голову в плечи и даже на секунду зажмурилась. «Прощай, наш неведомый гость, и пусть земля тебе будет пухом».
Олеся схватила лежащую на её голове руку за плечо, немного вывернула и резко дёрнула её вниз, одновременно вскидывая согнутый локоть. Жестокий и эффективный удар в солнечное сплетение или челюсть оппонента: в зависимости от его роста. Охнув, незнакомец осел на пол.
Этот сценарий был настолько привычным, что до сознания Альбины не сразу дошла информация, в действительности поступившая через всё-таки приоткрытые глаза в кору головного мозга. Выпад Олеси будто увяз в неожиданно сгустившемся воздухе, после чего девушка сама сползла на пол, предварительно отлетев к ближайшей стене.
Незнакомец наконец-то вошёл в квартиру. Он был настолько хорош, что, вместо того, чтобы броситься к сестре, Альбина невольно залюбовалась. Высок, широкоплеч, светло-рыжие волосы, мельчайшими кудрями спадавшие на плечи, завязаны в эльфийский хвостик, густые брови хмурятся над бездонными серыми глазами. Довольно большой нос с горбинкой вкупе с мужественными скулами дополнялись недовольно поджатыми губами. Он был одет в необычного кроя рубаху цвета хаки, чёрные штаны, подпоясанные ремнём, на котором висела поясная сумка из коричневой кожи. Завершал костюм неожиданный элемент – длинный чёрный плащ, не как у городских модников, а который просто кусок ткани на плечах.
«Месье, а вы хороши, – подумала Альбина, чувствуя некоторое волнение. – Не подскажете, как звать вашего белого коня?.. Так, стоп, – одёрнула себя девушка. – Сэр прекрасный принц тут вообще-то изволил напасть на мою сестру».
Незнакомец меж тем продолжал двигаться к Олесе. Та не вставала с пола, лишь ошарашено глядела на него. Альбина поняла, что пора действовать. Решительно распахнув дверь и набрав в лёгкие побольше воздуха, она вышла в коридор.
Незнакомец присел на корточки перед Олесей.
– Демон бы побрал эти рефлексы. – Его голос звучал… виновато? Он протянул Олесе руку. – Прости, что атаковал тебя. Хотя не то чтобы ты меня не спровоцировала… лучшая защита – нападение, да?
К размешанному непониманием презрению во взгляде Олеси добавилось любопытство. Она не приняла руку незнакомца, встала сама. Пару мгновений они буравили друг друга взглядами. Альбина, пользуясь моментом, быстро подскочила к ним и взяла их за руки.
– Мирись-мирись-мирись, и больше не дерись! – нарочито жизнерадостным тоном почти пропела девушка, отчаянно пытаясь сцепить мизинцы сестры и незнакомца. – Люблю, когда все вокруг мирятся!
Гость перевёл на Альбину взгляд своих невероятных глаз. Сердце девушки пропустило удар, когда он освободил свою руку, аккуратно взял её кисть, поклонился и легко коснулся губами её пальцев. Олеся, намеревавшаяся в момент поклона двинуть его коленом в нос, но в последний момент передумавшая, тихонько зарычала, явно сожалея о своем решении.
– Рад наконец-то видеть тебя, Белая Дева. – Незнакомец разогнулся, улыбаясь уголками губ. – У тебя и правда очень холодные руки.
Альбина почувствовала, как её губы расплываются в ответной улыбке.
– Та-ак… – Олеся решительно вклинилась между ними. Альбину всегда умиляло, как старшая сестра с высоты своих полутора метров старается спрятать младшую, ростом на голову плюс каблуки выше, за своей спиной. – Если меня ты сейчас назовёшь Чёрной Девой, я обвиню тебя в грязном расизме и вызову полицию.
Незнакомец дернулся и замер, взгляд его помутнел. Было очевидно, что он представлял себе какую-то картину своего знакомства с Альбиной, но эта картина вдребезги разбилась об открывшую ему дверь Олесю.
– К сожалению, не имею удовольствия знать, кто ты…
– Аналогичная фигня. – Олеся скрестила руки на груди. – Но я имею неудовольствие наблюдать твою морду в своём, – она выделила это слово, но не смогла скрыть горечи в голосе, – доме.
Незнакомец отступил на пару шагов, зажмурился и помотал головой из стороны в сторону. Когда он снова посмотрел на сестёр, его взгляд прояснился.
– Моё имя Гилмор, – произнёс он. – Я пришёл, чтобы просить о помощи Белую Деву. Надеюсь, ты выслушаешь меня, несмотря на то, что мой рассказ покажется тебе очень странным, и… – Он ничего не сказал, но очень красноречиво посмотрел на Олесю.
– А я Альбина, – представилась девушка, обняв сестру за плечи сзади, а по факту – просто навалившись на неё, по возможности лишая свободы движений. – Это Олеся. А вместе мы – сёстры Аля и Оля, по совместительству подружки не разлей вода, и плевать, что по правилам наши имена сокращаются не так. – Девушка улыбнулась настолько лучезарно, насколько могла.
Гилмор с благодарностью на неё посмотрел, а потом перевёл полный смирения взгляд на Олесю. Альбина почувствовала, как Олеся раздулась от медленного глубокого вдоха, а потом так же медленно выдохнула: смирилась с тем, что младшая, как обычно, не упустит возможности построить глазки очередному симпатичному парню, каковым Гилмор, приходилось признать, определённо являлся, и переключилась из боевого режима в разговорный.
– Ладно, – сказала Олеся, высвобождаясь из объятий Альбины. – Чешите на кухню, Альбина, сообрази чаю какого-нибудь, что ли, а я приведу себя в порядок и догоню. – Она тяжёлым взглядом посмотрела на Гилмора. – Будем выяснять, что ты за обормот.
***
– И-и-ита-ак, – протянула Олеся, прокашлявшись и поставив чашку на стол.
Альбина тут же машинально долила туда коньяка, хотя чая там давно уже было гораздо меньше. И себе тоже. «Такой красивый парень, а придётся сдавать в дурку. Обидно».
Молчание затянулось. Альбина выбрала себе роль «подай-принеси» и оставила переговоры сестре. Олеся же пыталась понять, что вообще можно на всё это сказать. По Гилмору было видно, что он начинает нервничать, хотя и старается сохранить спокойствие. Олеся раскачивала на цепочке свой кулон, и Альбина разглядывала его. Всегда любила этим заниматься, уж больно он напоминал капельку воды, обвитую стеблями розы с мелкими шипами и листиками, похожими на фрагмент цепи ДНК.
– Значит, – наконец нашла слова Олеся, – ты из другого мира.
– Ага. – В голосе Гилмора проскользнула нотка обречённости.
– Этот самый другой мир рушится.
– Ага.
– Согласно пророчеству, его способна спасти лишь Белая Дева.
– Ага.
– Опуская подробности и логические связки, Белая Дева – это Альбина.
– Всё так.
Олеся снова замолчала. Альбина поймала умоляющий взгляд Гилмора – не столько на себе в целом, сколько на своей руке, конкретно – на зажатой в ней бутылке. «Что опаснее – спорить с психом или поить его?» Прикинув, что всё же первое, Альбина плеснула коньяка и Гилмору.
Олеся медленно вытекла из-за стола и подплыла к Гилмору, став больше похожей на спокойную волну, чем на человека.
– Я услышала и поняла тебя. – Девушка положила руку ему на плечо, стараясь не задумываться о значении слова «поняла». – Но и ты меня пойми. Спасать миры – дело, безусловно, благородное, но мы с сестрой не можем так всё бросить и уйти с тобой. Нам нужно хорошенько всё обдумать и обсудить. – Олеся кивнула Альбине. Та чуть ли не с поклоном передала бутылку с коньяком Гилмору и на цыпочках вышла из кухни. Олеся последовала за ней и прикрыла за собой дверь.
Несколько секунд сёстры разглядывали стены, Альбина – накручивая локон на палец, Олеся – покачивая кулон на цепочке.
– Ты его держишь, а я звоню, куда следует? – вполголоса предложила Альбина. Правда, на успех своей затеи она не надеялась: вряд ли сестре хватило бы сил удержать неожиданного гостя. Да и если бы сестра хотела сдать Гилмора, она не поила бы его чаем – чистым коньяком, чтобы ослабить.
– Только если сдавать и меня вместе с ним, – подтвердила Олеся опасения сестры. – Но я не хотела бы оставлять тебя совсем одну.
Альбина снова почувствовала ком в горле. И прониклась невольной благодарностью к Гилмору: внезапное появление незнакомца мигом выдернуло сестёр из горя об отце, ровно сорок дней назад покинувшем своих дочерей.
– Он ведь меня не ударил, – продолжала Олеся. – Он… как бы это сказать… – Она нервно хохотнула. – Он на меня… дунул.
Альбина почувствовала резкое возрастание общего градуса ненормальности то ли происходящего, то ли людей вокруг, то ли мира в целом. Не спросила, сказала:
– Дунул.
– Дунул, – кивнула Олеся.
– И фокус сразу удался.
– В точку.
Альбина хотела предположить что-нибудь о тайных техниках шаолиньских монахов, но вовремя прикусила язык. Конечно же, её сестра не владела вообще всеми видами боевых искусств, существовавшими в этом мире, но полученных навыков вкупе с неплохой базой знаний по естественным наукам было достаточно, чтобы Олеся могла отличить боевой приём от…
Альбина не стала додумывать мысль.
– Что ещё интереснее, – Олеся криво усмехнулась, – он ведь, судя по всему, просто мог приложить меня об стену так, что я бы уже больше не встала. Однако он… как будто подхватил меня до того, как я поранилась, и усадил на пол. Я бы даже сказала, аккуратно усадил.
– То есть, – задумчиво протянула Альбина, – он опасен, но не причиняет нам вреда, даже если мы напрашиваемся. – Она покосилась на сестру.
– Или демонстрирует свою силу, но при этом не уверен в нашей, поэтому действует осторожно.
– Хитрая тактика.
Сёстры замолчали, раздумывая. Альбине очень нравилась та версия, в которой их новый знакомый был силён, но добр.
С кухни раздалось деликатное покашливание, сопровождающееся аккуратным стуком в дверь.
– Войдите, – машинально бросила Олеся.
– Дамы, – Гилмор вышел в коридор и зачем-то прикрыл за собой дверь, – разрешите задать вам вопрос…
– Валяй, – разрешила Олеся.
Гилмор ещё раз кашлянул и опустил взгляд.
– Других миров ведь не существует, так? – обречённо спросил он.
Альбина с облегчением вздохнула. «Возможно, не так уж он и неадекватен. Принятие болезни – первый шаг на пути к излечению, да?» Девушка почувствовала искорку надежды.
Олеся же, наоборот, напряглась. Гилмор заметил это и поднял руки.
– Всё в порядке, я не буйный сумасшедший, – с максимально возможной уверенностью в голосе затараторил он, стараясь не позволить сёстрам его перебить. – Звучит невероятно, но другие миры действительно существуют, и один из них, – он опустился перед Альбиной на колени и взял её за руку, – нуждается в твоей помощи. Прошу тебя, поверь мне и помоги мне. – Он проникновенно, с мольбой, смотрел Альбине в глаза, и девушка почувствовала, что ей хочется ему верить. Она с трудом отвела взгляд от этих затягивающих серых омутов и беспомощно посмотрела на сестру.
Выражение лица Олеси её даже немного напугало. Олеся не отрывала взгляда от Гилмора, и в её глазах одновременно читались полнейшее смятение, желание оторвать ему руку, касающуюся Альбины, и… согласие?
Олеся перевела взгляд на Альбину.
– Он всё равно может заставить нас пойти с ним, если мы не согласимся пойти добровольно, – сказала она, смиряясь с неизбежностью, но в то же время как будто… оправдываясь? – Да и в конце концов – что мы теряем?
Альбина вздохнула. Матерей они лишились в глубоком детстве, последних бабушек-дедушек – пару лет назад, друзья могли и не заметить их отсутствия в течение некоторого времени, серьёзных отношений ни у одной из сестёр не было, а последний действительно близкий человек в этом мире – отец – уже не мог их удержать. «Всё равно сумасшествие какое-то». Альбина решилась и кивнула.
– Целый новый мир к исследованию! – Она постаралась, чтобы голос звучал естественно. «Или исследование психических отклонений на практике. Тоже для учёбы пригодится».
– Ну что, обормот, – обратилась Олеся к Гилмору, – я тебя поздравляю: твоя взяла, мы идём с тобой добровольно. Где там твой межзвёздный крейсер, портал или как ты там до нас добирался?
– Я бесконечно благодарен вам, – искренне произнёс Гилмор, поднялся с колен и низко поклонился. Разогнувшись, он посмотрел на Олесю: – Тебе не нужно бросать свою жизнь. Мне нужна только Белая Дева.
– Э, нет, – Олеся похлопала его по плечу, – так не пойдёт. Альбине нельзя одной гулять с подозрительными типами.
– Категорически запрещено, – поспешила подтвердить Альбина, для убедительности хватая Олесю под руку. С сестрой она была готова отправиться, пожалуй, куда угодно, но вот без неё – в пределах города максимум, и то за исключением определённых районов.
Гилмор помрачнел. Несколько секунд он сверлил Олесю стальным взглядом своих серых глаз, но тёмный янтарь глаз Олеси не треснул под этим напором. Альбине же просто захотелось спрятаться от них обоих.
– Хорошо, – наконец, процедил Гилмор, – идём втроём. На что-нибудь и ты сгодишься. – Очередной обмен недобрыми взглядами с Олесей. – Соберите с собой вещи первой необходимости из расчёта на пару дней пути. И, дамы, – он усмехнулся, – одевайтесь теплее. Будет зверски холодно.
Часть I. Ледяные пустоши
– С той стороны будет зверски холодно, говорил он, – передразнила Олеся, демонстративно расстёгивая молнию. – Одевайтесь теплее, твердил он. – Девушка сняла куртку и бросила ею в Гилмора. Тот её ловко поймал.
– Ну, ну, – примирительно помахала рукой Альбина, – Гилмор хотел как лучше, правда же?
Ответить Гилмор не успел.
– Как лучше он хотел! – Олеся возмущённо встряхнула край его плаща. – Сам-то по погоде оделся, а нас запугать решил!
– Вообще-то, – всё же вставил своё слово Гилмор, – я одет не то чтобы по погоде… Просто я умею регулировать температуру своего тела, подстраиваясь под окружающую среду.
– Полезный навык, – улыбнулась Альбина.
– Как я понял, ваш мир – достаточно тёплый, – продолжал Гилмор, – поэтому решил вас предупредить.
– И мы ценим твою заботу, – за двоих сказала Альбина, пока инициативу не перехватила Олеся, и потянулась к вороту своего пуховика.
– Э-э, мадемуазель, а вас я попрошу остаться, – остановила её Олеся. – С вашим иммунитетом только раздеваться тут среди снегов.
Альбина не стала спорить. У старшей сестры средняя температура тела была повышенной, и в нормальных условиях она почти неспособна была замёрзнуть. А вот младшая была той ещё мерзлячкой, ещё и простывала чуть ли не от каждого сквозняка.
Сёстры замолчали и огляделись. Они вышли из червоточины в месте, очень напоминавшем Арктику: всюду снежные равнины, тропинки из снега, холмы из снега, остовы деревьев, покрытые снегом. И, хоть всё это снежное великолепие и было залито ярким солнцем, на контрасте с июнем было действительно холодно, но…
– Какой-то у вас странный снег, – протянула Альбина.
– Почему? – Гилмор вопросительно изогнул бровь.
– Я бы сказала, что температура окружающей среды – плюс несколько градусов, а снег не тает, – объяснила Альбина. В доказательство присела на корточки, зачерпнула в ладонь снега и ссыпала его обратно на землю. Снежинки слетели с её ладони, словно хлопья ваты. – И в руках не тает, – пробормотала она. – И пахнет весной.
Олеся энергично закивала, от чего её выбившиеся из косы локоны заметались во все стороны.
Пришла очередь Гилмора призадуматься.
– В вашем мире снег тает сам по себе? – спросил он.
Девушки ошеломлённо переглянулись.
– Мы здешнюю воду-то сможем пить? – обеспокоенно спросила Альбина.
– Как мы заранее-то не подумали, – упавшим голосом произнесла Олеся и перевела взгляд на Гилмора: – Ты у нас в гостях пил, ел – тебе нормально, не отравился, не умираешь?
Гилмор нахмурился, его взгляд ненадолго расфокусировался.
– Да, я в порядке, – вынес он вердикт. – Одного не пойму: как вопрос таяния снегов привёл вас к мысли о пригодности здешней воды?
Девушки снова переглянулись. Альбина уже приготовилась развёрнуто отвечать на вопрос Гилмора, но Олеся успела первой:
– Непостижимая женская логика, – отрезала она. – Не задавай вопросы, если не готов выслушивать полуторачасовые лекции в ответ. Лучше пойдём уже… куда ты там должен отвести нас, чтобы мы такие – хоба-на! – и чудесным образом спасли твой мир?
Во взгляде, брошенном Гилмором на Олесю, промелькнуло раздражение. Он сунул ей в руки её куртку, глубоко вздохнул и огляделся по сторонам, ища глазами тонкий чёрный силуэт Ледяного Шпиля, соединяющий горизонт и небо. Альбина тоже завертела головой.
– Что ты ищешь? – спросила она. – Расскажи мне, я помогу, у меня острое зрение.
– Вон там. – Гилмор аккуратно взял Альбину за плечи и развернул в нужную сторону. – Видишь шпиль чёрного льда на горизонте?
Альбина кивнула.
– Нам туда?
– Нет. – Гилмор каким-то очень пластичным танцевальным движением развернул Альбину в противоположную сторону. – Повернуться к шпилю спиной и шагать.
Он легко подтолкнул её в спину. Альбина переступила с ноги на ногу, обернулась, улыбнулась Гилмору и пошла в указанном направлении.
Сам Гилмор замешкался: он почуял неясную тревогу. Начал осматриваться, но натолкнулся на горящий взгляд Олеси.
– Что не так? – спросил он.
– Попридержал бы ты коней, обормот, – ледяным тоном посоветовала Олеся.
– Не понимаю, о чём ты. – Гилмор пожал плечами и собрался было пойти вслед за Альбиной, но Олеся удержала его под локоть и развернула к себе лицом.
– Хорош подкатывать к моей сестре, не понимает он, – прошипела она. – Альбина у меня – натура влюбчивая, ты в её вкусе, а тут ещё такие ухаживания… Но ты вообще непонятно кто, взялся из ниоткуда и утащил нас не пойми куда. Моя обязанность как старшей сестры – защитить её от тебя.
Гилмор с некоторой долей презрения стряхнул руку Олеси со своего плеча.
– Изволь поверить на слово, – подчёркнуто вежливо произнёс он, – я не причиню Альбине вреда: ни её телу, ни её душе.
Олеся скрестила руки на груди, не переставая сверлить Гилмора взглядом.
– И какова же цена твоему слову?
Гилмор начинал закипать. Ещё немного, и он просто заткнул бы рот этой несносной увязавшейся за ними девчонке, но положение спасла Альбина.
– Эй, вы чего там застряли? – крикнула она. За время перепалки она успела отойти на добрых полсотни шагов.
– Уже идём! – крикнула в ответ Олеся. – Замеряем прямую!
– Башня скоро пропадёт из виду, – поддержал Гилмор, – нужно убедиться, что мы не собьёмся с курса.
– Вы мои сообразительные, – картинно восхитилась Альбина, развернулась и зашагала дальше: – Уже должно быть достаточно, догоняйте!
Олеся и Гилмор переглянулись.
– Предлагаю не доводить до мордобоя, – сказала девушка. «Я же в нём сольюсь, как принцесска против самца гориллы». – Надеюсь, ты меня услышал.
– Я, в свою очередь, искренне надеюсь услышать, что скажет мне по этому поводу сама Альбина, – не смог удержаться от шпильки Гилмор.
Олеся закатила глаза, развернулась и отправилась вслед за сестрой. Гилмор немного постоял, задумчиво потирая локоть, после чего в несколько прыжков догнал сестёр.
– А долго нам идти? – спросила Альбина, когда они поравнялись. Она оттягивала пальцами ворот куртки: в этом мире ей было очень жарко в белом пуховике, рассчитанном на нормальную, холодную зиму.
– Ну… – Гилмор кинул задумчивый взгляд через плечо. – Пару дней, я думаю.
– Ого! – воскликнула Альбина и жалобно посмотрела на сестру. – Ну мо-о-ожно я хотя бы расстегнусь? – взмолилась она.
– Пожалуй, что да, – кивнула Олеся. – Следи только, чтобы тебя не продуло…
– Продуло? – Гилмор вопросительно изогнул бровь.
– Здесь речь скорее о переохлаждении, – уточнила Альбина, почему-то постеснявшись упомянуть, что уже взмокла от жары. Она расстегнула пуховик и помахала его полами, чтобы хоть немного проветриться.
– Так отрегулируй реакцию организма на холод, – пожал плечами Гилмор. – Какой у тебя способ регуляции?
– Э… Одежда. – Альбина почувствовала, что теряет нить диалога. – Но та, которую мы с собой взяли, наслушавшись про твои «зверские холода», оказалась слишком тёплой.
Повисла неловкая пауза. Альбина и Гилмор пялились друг на друга, хлопая глазами. Олеся шумно вздохнула, стянула с Альбины пуховик и накинула ей на плечи свою куртку, оставшись в одной флисовой кофте, которой дома спасалась от аналогичных холодов.
– Вот так должно быть нормально, – сказала она. – А у меня есть встроенный механизм регуляции – закалка. Что, слово знакомое услышал? – обратилась она к Гилмору, на лице которого промелькнуло облегчение.
– Вроде того, – хмыкнул тот. – Кажется, есть определённые сложности в установлении контакта между двумя мирами.
– Вряд ли они непреодолимые, – сказала Альбина.
Гилмор благодарно улыбнулся ей уголками губ.
– Кстати о двух днях, – ворвалась Олеся, – ночлег у нас подразумевается, или спать у вас здесь тоже не принято?
– Принято спать, – успокоил её Гилмор. – Есть способы обходиться без сна, но предпочтительно прибегать к ним только при крайней нужде. Но, откровенно говоря, я надеялся, что мы доберёмся до телепортатора без остановок.
– Ого, – синхронно вырвалось у сестёр. Продолжила Олеся: – Извиняй, два дня непрерывного пешего хода мы не осилим.
– Хм, важный нюанс, – протянул Гилмор. – Жаль, я не знал об этом заранее. – Он задумался, слегка сдвинув брови. – Хорошо, я буду иметь в виду, что вам нужен отдых, и придумаю что-нибудь по дороге.
– А что, никаких населённых пунктов тут нет? – спросила Олеся. – Мотель? Хостел? Сторожка? – Гилмор отрицательно качал головой. – Ну хотя бы заброшенный маяк! – взмолилась Олеся.
– Ничего нет, кроме Шпиля, – отрезал Гилмор. – Это место недаром носит имя Ледяных Пустошей.