Танцующая среди ветров. Книга 1. Дружба

Глава 5

Утро началось тревожно. Открыв глаза, я не обнаружила рядом Шанти. Его не оказалось не только на кровати, но и вообще нигде. Перепугавшись, я тут же побежала к хозяйке нашей обители. Искать ее долго не пришлось: женщина наводила уборку в крошечной подсобке сразу рядом с приемной стойкой. Улыбаясь, она сообщила, что видела моего ящера, покидающего дом еще на рассвете, через окно. Дескать, она это хорошо запомнила, так как в это время поливала клумбы с цветами, высаженными по периметру здания. И совсем не удивилась: прогуляться зверек решил, чего такого?

Ясно, значит, ушел. Сам. Только возвращаясь в комнату, я вспомнила про ногу и отстраненно заметила, что она совсем не болит. В груди поселилась пустота, будто мне сначала подарили что-то важное, а потом забрали. Я попыталась прогнать это чувство: что за странная реакция, в самом деле? Сама же его посылала на все четыре стороны, так? И он сказал, что уйдет, когда сам решит. Он предупреждал, что не любит, когда к нему прикасаются. Он – ДРАКОН, житель другого мира, другой расы, властелин неба, чистая свобода во плоти, он дружит с ветрами. И никак не с человеческими девчонками, возраст которых исчисляется для него мгновениями.

Дура, какая же я дура. Почему решила, что могу быть ему интересна? Да, Шанти пожалел одинокую человечку, попавшую в передрягу. Вывел ее в безопасное место, помог избежать преследователей. Даже был столь великодушен, что, наступив своему достоинству на горло, лечил ее, грея ноги. Но теперь-то со мной все в порядке. Я среди своих, знаю, куда иду, и опекать меня совершенно нет никакой необходимости.

Ведь не думала же я всерьез, что он и без моей помощи не справится с ланталловыми оковами. Или думала? Да. Я поверила в то, во что сама хотела поверить, и ругать теперь можно только себя, и обижаться тоже только на саму себя. А ведь это уже не в первый раз, самообман – плохая привычка. Быстро же ты, Алиса, забыла, от чего сбежала из дома. Я горько усмехнулась.

Мысли проносились в голове, пока я медленно шла в ванную, умывалась, приводила себя в порядок, педантично перебирала свои склянки и баночки, раскладывая их в рюкзаке. Нарочно оттягивала момент, когда пора будет и мне покинуть этот дом. Ну вот, вроде и все, ничего не осталось, все, что можно – сделано. Эмоции просили выхода, внутри все кипело. Я зло взмахнула рукою, и ни в чем не повинный шкаф с грохотом опрокинулся на бок. Без сил опустившись на кровать, я спрятала лицо в ладонях.

Тогда в лесу я не стала реветь, смогла остановиться в последний момент. Тогда рядом был Шанти, он не позволил поддаться истерике, отвлек. Сейчас меня ничего не сдерживало, и горячие крупные слезы катились по моим щекам. Углубившись в переживания, я не сразу поняла, что нахожусь в комнате уже не одна. На пороге, замерев и не мигая, стоял мой дракоша.

Мой? Да, тролль всех задери! Он смотрел на меня огромными ярко-желтыми глазищами, и в их глубине выражение растерянности сменялось непониманием, а затем появился испуг. Почему, чего он испугался? Не за меня же. Не веря в то, что он вернулся, и все еще плохо соображая, что делаю, я бросилась к нему и повисла на шее.

– Думала, ты меня бросил! Ушел насовсем, даже не захотев попрощаться. Хорошо, что вернулся, теперь я тебя не отпущу. Хочу, чтобы ты был моим другом, моим драконом, понимаешь? Моим! Думала, я сильная, думала, мне никто не нужен, я ошиблась.

Он молчал и не шевелился. Я с ужасом осознала, какую чушь несу и что делаю. Как ужаленная, отскочила от него.

– Ой, прости, тебе неприятно, да? Обещаю, хочешь, больше никогда не буду к тебе прикасаться? Только не оставляй меня навсегда. Скажи, что будешь иногда навещать и рассказывать интересные истории, мне большего и не надо. Просто знать, что ты обо мне не забудешь.

Шанти посмотрел на перевернутый шкаф, на зареванную меня, вздохнул. Медленно и четко, как разговаривают с детьми или душевнобольными, произнес:

– Алистер, я просто сходил разузнать, как нам переправиться через реку, а заодно разведать обстановку. Предполагалось, что после вчерашних событий ты будешь спать долго и я вернусь раньше, чем ты заметишь мое отсутствие. И уж тем более я не ожидал, что ты успеешь за столь короткое время невесть что себе напридумывать! Если тебя так сильно обеспокоили мои слова насчет прикосновений, то извини, я не хотел показаться грубым. Так и быть, разрешаю иногда меня трогать, раз от этого зависит твое душевное спокойствие, – здесь он широко улыбнулся. – Тем более я действительно стал к этому привыкать.

Я посмотрела на его скалящуюся физиономию и покраснела. Веду себя как идиотка: вот при любом раскладе не права же. Стало ужасно стыдно за устроенную сцену, за слова, которые не следовало бы говорить. А душевное спокойствие зависит, да. Теперь, когда Шанти рядом, мне сразу стало легче, хотя он вроде бы ничего особенного и не сказал, и не обещал.

– Алистер, пойдем есть, а? Заканчивай рефлексировать. У нас впереди куча дел.

Видя, что я все еще нерешительно мнусь, дракоша выложил железный аргумент:

– Помнишь, я обещал с тобой полетать? Я свои обещания всегда выполняю.

На моем опухшем от слез лице расцвела улыбка. Позавтракать мы решили у реки и сразу выдвинуться в путь.

В следующие полчаса, пока мы шагали в сторону набережной, Шанти рассказал все, что ему удалось выяснить:

– Перебраться на другой берег можно несколькими способами, – сообщил дракоша, ловко перепрыгивая через булыжники на мостовой. – Первый и самый простой – это мост.

Я удивленно вздернула брови:

– Так я о нем изначально и думала. Зачем усложнять себе жизнь?

– Не перебивай! Дай мне закончить, позже я предоставлю тебе возможность высказаться. Итак, мост, на первый взгляд, да – логичнее воспользоваться именно им. Второй способ: канатная переправа – тоже неплохой и доступный вариант. Третий – услуги перевозчика, сейчас как никогда актуальный. Желающих попасть в центральные земли больше, чем способны перевезти пассажирские паромы, поэтому лодочников, стремящихся быстро подзаработать, предостаточно, но цены ломят зверские. Четвертый способ, собственно, те самые паромы, но они не справляются, придется потерять много времени, толкаясь в очередях. Пятый наиболее, на мой взгляд, подходящий для нас вариант, это напроситься на грузовой паром. Он сопряжен с некоторыми трудностями, но все решаемо. В конце концов, не получится договориться, – Шанти ухмыльнулся, – поедем чайками.

Я не совсем поняла, что он имел в виду, упоминая чаек, но уточнять не решилась. Молчу, слушаю, не перебиваю – как и велено. Может, у них, драконов, юмор такой.

– Еще остаются способы перебраться вплавь и по воздуху, однако всерьез я их не рассматриваю. Летать ты не можешь, а мне тебя сейчас не поднять, плыть – тоже сомнительно, что у тебя сил хватит. Теперь говори.

– Ну спасибо! – фыркнула я, глядя на его серьезную физиономию. – Приятно, что ты любезно исключил заведомо нереальные варианты и мне не придется лезть в воду. А если без шуток, зачем столько сложностей?

– Алистер, я не шучу. Подумай: немногим больше двух дней назад ты спалила весьма занятный схрон с редким и местами контрафактным магическим сырьем. Сама знаешь, какую ценность оно представляет на черном рынке. Я обратил внимание, каким взглядом ты смотрела на все эти пучки трав и стеллажи – все ты поняла. Кроме того, насколько помню, еще ты умыкнула пару дорогих артефактов. Так вот, очевидно, тебе этого не простят. Даже если допустить, что мстить за нанесенный ущерб они бы не стали, ты слишком много видела, чтобы оставаться на свободе.

– Они не знают, что я разбираюсь в подобных вещах. Для них я просто маленькая напуганная жертва.

– Угу, маленькая жертва от стаи горных волков не сбежит. Грэмори неглуп, он и сразу что-то заподозрил, а теперь ты еще и меня утащила. В любом случае всегда остается вероятность того, что ты просто сболтнешь лишнего. Для них это достаточно серьезный риск.

Похоже, я влипла в очень опасную историю, которая мне совсем не по зубам. Мозг упорно не желал в это поверить.

– Но ведь нас не преследовали, мы давно от них оторвались, – цеплялась я за свои аргументы, как за спасательный круг. – Теперь меня найти практически нереально: горы и лес остались позади, я затеряюсь в большом городе.

– Сначала, как ты правильно рассчитала, им было некогда за тобой гоняться – они спасали то, что еще могли спасти от огня. Это дало тебе время отдохнуть и восстановить организм. А дальше я провел нас таким путем, что у поганцев просто не осталось шансов на успешные поиски, но не обольщайся на этот счет. С твоих слов выходит, они осведомлены, куда именно ты направляешься, дальше дело техники. Найти тебя в городе, действительно будет сложнее, однако не невозможно. Поэтому, скорее всего, они попытаются перехватить тебя по пути, а здесь вариантов не так много. Две переправы на ближайшую округу и, соответственно, только две основные дороги, ведущие в столицу.

Стало жутко. По мере того, как Шанти совершенно спокойным и невозмутимым тоном открывал мои безрадостные перспективы, вдоль позвоночника начал пробираться холодок. Дракошка говорил очевидные вещи, почему я сама до сих пор не удосужилась об этом подумать? Уверовала в свою удачу и не вижу дальше собственного носа! Нельзя же быть такой наивной дурочкой. Ну конечно они станут меня искать, еще и артефакты эти стащила…

Наверное, страх отразился на моем лице, потому что Шанти прервал свою речь и удивленно на меня посмотрел.

– Чего ты так побледнела? – И спустя мгновение: – Ох, Алистер, ты совсем не думала об этом? Мне казалось, ты и сама понимаешь, что в покое тебя не оставят.

Я кивнула, ответить сейчас не смогла бы при всём желании. Горло сжалось, а в голове билась одна единственная мысль: что делать?

– Не бойся. Вместе мы что-нибудь придумаем, ты же теперь не одна. Им еще долго придется за нами бегать.

Но когда-нибудь все же могут догнать и не факт, что дракон все еще будет со мною рядом. Похоже, подростковые проблемы закончились, пришла пора для взрослых игр. Если хочу еще пожить, придется стать хорошим игроком на этом поле.

– Ты поэтому остался со мной? Там в лесу я просила тебя уйти, а ты отказался. Ты ведь уже тогда все понимал?

– И поэтому в том числе, – уклончиво ответил Шанти.

Что-то неуловимое щекотало сознание, будто я упустила из виду значительную деталь. Но какую?

– Предлагаю вот здесь и поесть, а то я сейчас с голоду озверею, – дракоша демонстративно облизнулся.

Мы остановились у большой трехэтажной таверны, выкрашенной в нежно-голубой цвет. Около входа на невысоком столбе печально поскрипывала на ветру приветственная табличка: «Добро пожаловать в Тихую Гавань». Я пожала плечами: есть мне совершено перехотелось. При мыслях о еде живот скручивало нервным спазмом, но друг же в этом не виноват.

Продолжать разговор в людном зале таверны не получилось, чему я была даже рада. Пока Шанти молча поглощал свой обильный завтрак, – и куда все это в него только влезает? – я вяло ковырялась в тарелке с парой жареных яиц, украшенных салатным листом, и думала. Подумать было над чем, а отсутствие аппетита в моем случае даже полезно. Вдруг похудею?

Предложенный Шанти способ переправы на грузовом пароме самый неожиданный для преследователей, а значит, наиболее подходящий для нас. Соваться на мост, как я планировала вначале, будет большой глупостью, ведь именно там проще всего устроить засаду. И деваться мне с него некуда, не в Селену же прыгать. Плавать я, конечно, умею и довольно хорошо, как и любой житель Латиума. Странно было бы жить около большущего озера с кристально чистой водой и не научиться плавать. Однако пересечь целую реку с собственным течением – это перебор. Да и вода уже стала холодной, все ж не лето.

Что дальше? Соваться в Кирату теперь нельзя: всегда останется шанс, что рано или поздно меня вычислят. Тем более я планировала заниматься изготовлением снадобий и лечебных мазей на продажу, а это означает контакт с большим количеством людей. Плохо: я так надеялась на помощь загадочного ниора Форт Абигайла. Он был единственной конкретной точкой моего маршрута, какой бы призрачной она ни казалась.

Еще понадобится сильный маг, чтобы снять ошейник с Шанти, иначе выходит, ему нет смысла продолжать путешествие со мной. Дракон слишком благороден и не может себе позволить бросить в беде глупую девчонку, так неудачно встретившуюся на его пути – это я уже поняла. Но нужна ли мне его жалость? То ли это чувство, из-за которого стоит быть вместе? Не думаю.

Если нельзя идти в столицу, то куда податься? Необходимо залечь на дно, пока все не утихнет. Вопрос: где? В памяти услужливо всплыла всклокоченная, похожая на одуванчик голова смущенного Цигуна. Маришка, вот оно! Мне же все равно нужно ее отыскать, я обещала. А это как раз на юго-восток в сторону от Кираты. Никому и в голову не придет искать меня в двадцати верстах левее городского округа, в неведомых владениях никому не известного лорда.

Когда впереди вновь забрезжила более-менее конкретная цель, я улыбнулась. С целью жить немного веселее. Что буду там делать и как искать Маришку, я по-прежнему не представляла, но у меня еще есть время, чтобы придумать. Главное, улизнуть в неожиданном направлении из-под носа тех гадов, пусть хоть всю столицу обыщут. Удачи им в этом нелегком деле!

Тем временем дракон покончил с едой, и мы вышли на улицу. Перед переправой я хотела прояснить один момент, который меня беспокоил:

– Шанти, – тихонько позвала я, – почему ты не вернешься в Верхний Мир? Там любой снимет этот тролльский ошейник. Зачем тебе Форт Абигайл? Ведь крылья у тебя остались. Ты говорил, что снять может другой дракон и что вы прилетаете на своих крыльях.

– Почему ты спрашиваешь об этом сейчас?

– Раз в Кирату мне нельзя, то и быть тебе полезной я теперь не смогу…

– Все просто: ланталл блокирует любую магию. Я элементарно не могу переместиться в свой мир, пока на мне эта гадость. Точка перехода меня не примет, ничего не сработает, и крылья тут не помогут.

– Ясно, – кивнула я.

А про себя облегченно отметила: он со мной не из жалости. И вместе мы обязательно найдем выход. Плохо только, что маги в Империи встречаются редко. Сильные – еще реже. Да и согласится ли таковой нам помогать, если все же отыщется?

Кратко я пересказала дракоше результат своих размышлений за завтраком и историю с обещанием передать весточку Маришке. Он мои планы одобрил. Решив, что ориентироваться будем на месте, а сейчас важнее попасть на противоположный берег, мы направились к грузовому причалу.

Уйти далеко не успели. Шагов через двести из-за крытого соломой здания конюшни выскочил лопоухий мальчишка и кинулся нам наперерез. Следом за ним появились две огромные черные собаки, громко рычащие и брызгающие слюной. Стало понятно, от чего, вернее, от кого так рьяно удирает этот малец. Я и сама недавно была в похожей ситуации и хорошо понимала его чувства.

Мальчонка, не сбавляя хода, бросился к высокому забору из частокола и принялся на него ловко взбираться. Что ж, умно. Только от волнения он поспешил, почти у самого верха нога соскользнула с поперечной перекладины. В итоге, неудачно развернувшись, он повис на острой жерди, беспомощно размахивая руками. Псы, видя, что жертва попала в ловушку и теперь никуда не денется, замедлили темп. Злобно скалясь, они не спеша направились в его сторону.

Шанти среагировал быстрее. Неуловимым движением он оказался перед забором, отгородив собой трепыхающегося мальчишку от животных. Выглядело это странно: небольшой ящер, размером даже чуть меньше самих псин, стоит и спокойно смотрит на разъяренных погоней каньерских бандогов. Теперь-то я их хорошо рассмотрела, эту породу разводят далеко на востоке, за Синими Рудниками.

Там, практически у самого моря, откуда существовала возможность попасть в Нижний Мир, есть Каньерская долина, где очень редко бандоги приносят потомство. Почему-то больше нигде их расплодить не удавалось. Ходят слухи, будто один из родителей у этой породы обязательно должен быть демоническим псом, иначе щенки рождаются мертвыми. Не знаю, где тут истина, а где досужие вымыслы, но факт тот, что за право обладать подобным экземпляром, коих мы встретили аж две штуки, нужно заплатить нереальную сумму денег, да еще и связи иметь.

Когда я была маленькой, в Латиум приезжал министр чего-то там. Тогда они мне казались просто важными дядьками в дорогой одежде. Среди пышной процессии я видела такого пса. Помню, очень испугалась, а папа обнял меня и сказал, что бояться не нужно, что он меня сможет защитить и что эти собаки очень умные. Вечером он показал книгу, в которой были изображены крепкие, массивные собаки с мощным скелетом и развитой мускулатурой. Рассказал, как этих устрашающих и беспощадных в ярости животных приобретают для охраны своих владений очень богатые люди. Еще их используют для поиска пропавших, так как бандоги чрезвычайно активны и выносливы. Но откуда они могли взяться здесь, в обыкновенной рабочей станице, где месячной зарплаты всех работников не хватит и на одного щенка?

Звери тем временем добежали до дракона и резко затормозили, будто наткнулись на стену. Заскулили, легли на передние лапы, склоняясь в поклоне, прижали уши. Шанти смотрел им прямо в глаза. Потребовалось меньше минуты, чтобы грозные, бесстрашные собаки, еще недавно собирающиеся напасть и разорвать свою жертву, уже трусили в обратном направлении, не поднимая голов.

Я взглянула на мальчишку, растерянно хлопающего глазами и уже не пытающегося отцепиться от забора, улыбнулась и помогла ему слезть. Ребенка звали Атилла, как выяснилось, он тоже направлялся в сторону причала. Пока добирались, он поведал нам о причинах собачьей погони.

Отец его работает на одном из паромов, вторым помощником капитана. Сегодня после обеда они выходят в рейс, поэтому Атиллу с утра послали купить чая и сладостей на всю команду. Как обычно, он направился в кондитерскую семьи Левани, где продаются самые вкусные трюфели в мире. Познание мира Атиллы явно ограничивалось двумя перевалочными пунктами по обе стороны реки, но я не стала его расстраивать и продолжила внимательно слушать рассказ.

Господин Левани поприветствовал мальчика и попросил немного подождать, так как был занят беседой со светловолосым сударем, по виду не из местных. Сопровождали мужчину два черных крупных пса. Пока взрослые разговаривали, ребенок полез проверять, как поживают маленькие крыськи, недавно народившиеся у хозяйской крысоловки. Он знал, что коробочка с малышами стоит сбоку от прилавка. Радостные крыськи на ласку запищали, а собаки, и до этого беспокойно шевелившие ноздрями, совсем озверели. Один пес чуть не загрыз крошек. Атилла стукнул его половой щеткой и кинулся бежать.

– И убежал бы, – с уверенностью заверял он меня. – Я тут все ходы знаю. Только они, хитрые заразы, разделились и гнали меня, не давая никуда свернуть или спрятаться.

– Это очень умные собаки, бандоги называются. А ты, наверное, быстро бегаешь? – поддержала я разговор.

– Лучше всех ребят в станице, хоть у кого спросите, – гордо выпятил грудь мальчик. – Тетенька, вы сильно спешите?

Мне понадобилось время, чтобы сообразить, к кому он обращается. Ответила:

– Вообще-то, да. Нам нужно попасть на другой берег. Сам знаешь: из-за праздника кругом очереди и столпотворение.

– Я хотел бы показать вас отцу. Он у меня строгий, может и отругать, что с пустыми руками вернулся. А так вы подтвердите, как дело было, – Атилла умоляюще на меня посмотрел.

Мы с Шанти переглянулись: лишних двадцать минут нам погоды не сделают, а ребенку поможем, он и так натерпелся.

Отец мальчишки оказался рослым бородатым мужчиной с живыми глазами и носом с горбинкой на загорелом лице. Он внимательно выслушал рассказ сына о том, как вот эта вот замечательная ящерка спасла его от огромных и злых собачищ. Посмотрел на меня, на дракончика и неожиданно светло улыбнулся.

– Большое спасибо. Видимо, сами Высшие направили вас к моему сыну, не иначе. Я имел возможность видеть бандогов, так сказать, в действии. И отлично понимаю, чем все могло закончиться, не окажись вы с вашим ящером неподалеку.

– Рада, что всё обошлось. Атилла сказал, вы работаете на пароме. Посоветуйте кого-нибудь, кто смог бы мне помочь переправиться, не теряя времени в ожидании своей очереди.

– Хм, дайте-ка подумать. Сами-то мы людей не возим, только зерно да табак.

Я просияла: и среди моих черных полос иногда проскальзывают белые ниточки. Взмолилась:

– Возьмите нас с собой в виде исключения. Я правда очень-очень спешу.

– Да, еле уговорил ее до тебя дойти, – поддержал Атилла.

Немного поколебавшись, мужчина ответил:

– Хорошо, я поговорю с капитаном, думаю, смогу договориться. Только комфорта не обещаю.

Я счастливо замотала головой: отсутствием удобств нас не испугаешь.

Раньше Селену я никогда не переплывала и сейчас с удовольствием изучала обстановку. Сразу за грузовым отделением располагался капитанский мостик, куда меня повели представлять и знакомиться. Капитан, тоже загорелый и с бородой, обладатель косой сажени в плечах и низкого звучного голоса, иронично мне улыбнулся. Почти все мужчины, которых я здесь встретила, носили бороды. Интересно, это у них командное?

Долго уговаривать его взять нас с дракошкой на борт не пришлось. Как только он увидел, какими глазами я уставилась на оборудование его владений, он одобрительно крякнул и хитро подмигнул:

– Нравится?

– Не то слово! – восхищенно откликнулась я, украдкой протягивая руку к торчащей из панели приборов серебристой рогатине, интересно же. – Расскажете, как здесь все устроено?

– Отчего не рассказать.

Следующий час я хвостом ходила за добродушным капитаном, который в моих глазах теперь выглядел ну очень авторитетным человеком. Потому что разбираться во всех этих хитрых механизмах, управлять судном и еще команду держать в своих руках – это вам не рыбу сетями ловить. Он все показывал и рассказывал, а я завороженно смотрела и слушала, затаив дыхание. Не знаю, почему такой занятой человек захотел со мной возиться, может быть, его подкупил мой искренний интерес. Было видно, как он любит свою работу и свою лодочку, так он ласково называл паром.

Что в итоге мне удалось запомнить: на корпусе парома закреплен становой якорь с канатом, под днищем расположены поворотные пластины с приводом управления. Там же, только в кормовой части, установлены стабилизирующие рули, которые связаны с приводом управления поворотными пластинами на вертикально ориентированных валах. Сами пластины имеют симметричную обтекаемую форму. Подобная конструкция используется только для самоходных паромов речной переправы, а значит, на нашем озере аналогов данной посудине нет.

По ходовым качествам и управляемости паром имеет высокое лобовое сопротивление лопаток, большие нагрузки на канат и якорь при остановке, а также при буксировке – последнее капитана явно расстраивало.

В действие же вся эта конструкция приводилась следующим образом. При нейтральном положении штурвала все симметричные пластины стоят параллельно продольной оси парома. Набегающий водный поток равномерно обтекает лопатки с обеих сторон. В этом случае они не создают силу тяги, и паром стоит на месте.

При отклонении штурвала в любую сторону пластины занимают положение под углом к набегающему потоку воды. Этот поток образует зону повышенного давления с одной стороны лопатки и пониженного – с другой. В результате разностей давления создается суммирующая сила тяги. Именно она и двигает паром в сторону, отклоненную от нейтрального положения лопатки. А стабилизирующие рули обеспечивают устойчивость движения.