Танцующая среди ветров. Книга 2. Любовь

Глава 3

Шантиграан Стэн Акатоши

Вызов в плату Совета Старейшин задерживался. Уже около получаса я мерил шагами просторный коридор с двумя громадными, высотой во всю стену, окнами. В одном из них отражался закат первого светила, в другом – восход второго. Чудесное зрелище. В обычное время мне нравилось наблюдать за пересменкой главных звезд. Солнце оплетало Алнаир багровыми нитями, погружаясь в облачную бездну, и тут же, словно давая шанс на новую жизнь, поднималось следующее, яркое, чистое, практически белое с легкой отдачей в аквамарин. Восхитительно, особенно с учетом того, что в эти моменты столица Небесной Долины начинала отсвечивать россыпью бриллиантовых бликов. Здания в моем мире снаружи покрывают листами закаленного цветного стекла, черепица тоже из прочных светоотражающих материалов. Поэтому два раза в сутки все обжитые уголки Верхнего Мира погружаются в безумный танец световых всполохов.

Но столицу я всегда любил больше. Ее архитектурное разнообразие великолепно подчеркивало красоту столь привычного, но оттого не менее впечатляющего явления, как ежедневный обход звезд. И именно с моего нынешнего места открывался самый потрясающий вид, потому что здание Совета располагалось на возвышенности, будто нависая над остальным городом. Воздушное, с изящными витиеватыми арками, соединяющими светлые коридоры, на первый взгляд даже хрупкое, но эта призрачная незащищенность могла обмануть только гостей Верхнего Мира. Дворец Совета со всеми его витражными палатами стоял на горе Аршата много тысячелетий, и само время, казалось, над ним не властно.

К главному входу вела длинная лестница. В детстве я все пытался сосчитать количество ступеней, но неизменно сбивался в районе третьей сотни. Да, ее протяженность так и осталась загадкой. Моему народу подобные препятствия не доставляли никакого неудобства, к нашим услугам крылья, магия, порталы на самый худой конец. Хотя нет, прямым порталом простому обывателю в здание не попасть, незримая защитная сеть не пропустит. А что касается крайне редких аудиенций из смежных миров Триквестра, совсем немощные здесь ни разу не появлялись. Впрочем, ввиду закрытости нашего мира, драконов никогда особо не волновали неудобства и переживания соседствующих представителей других рас.

Сейчас же мне не удавалось сосредоточиться ни на чем конкретном. Даже расплескавшийся океан солнечных брызг, поглотивших Алнаир, не смог отвлечь от мрачных мыслей. Вчера я явственно испытал на себе то чувство, когда кровь закипает. Буквально осознал значение слов – жечь изнутри. Меня именно жгло, кровь словно воспламенялась, игнорируя принадлежность к Стихии огня. Драконы по происхождению относятся к разным кланам и семействам, мой дом Стэн – дом огненных драконов. Пламя являлось нашей сущностью, нашей природой. С малых лет воспитанников Стэн учили им управлять, держать под контролем его мощь и разрушающую силу. Теперь я понимал, как глупо поступил, поддавшись импульсу, позволив возобладать эмоциям над всегда холодным рассудком. Оставлять камень с каплей моей крови человечке оказалось верхом идиотизма. Но вот незадача, она не была одной из многих, и я давно привык считать ее своей. Дурацкая драконья собственническая черта, теперь расплачиваюсь.

Забавно, сначала Алистер не приняла подарок. Я точно знал, потому как долгое время не ощущал ее. Несколько месяцев прошли в полном неведении, и только Высшие Силы ведают, насколько тяжело мне дались эти дни. Раз за разом я заставлял себя выбросить из головы любую мысль, любое воспоминание о девушке и каждую ночь едва удерживался от соблазна проникнуть в ее сны, узнать, все ли с ней в порядке. Когда она решилась надеть кристалл, я моментально понял, какую огромную ошибку совершил. Не зря подобные амулеты мы дарим только своим избранным. Обычная традиция, не более, казалось мне тогда, и видел в своем жесте лишь средство для наблюдения и защиты. Теперь я понял, насколько все сложнее, не стоило пренебрегать мудростью предков.

Драконья кровь – сама по себе источник мощнейшей магической активности, а переданная добровольно с определенными целями… В конечном итоге, присутствие Лисы в моей жизни стало постоянным, что никак не способствовало планам начать относиться к ней иначе. Девушка, несмотря на пожелание никогда больше меня не видеть, частенько гладила теплый камешек, я же в эти моменты замирал и таял от прилива нежности. Ее или своей, пойди разберись. А вчера ее кто-то касался, нагло, собственнически. Кровь незамедлительно дала знать мне об этом, болезненно выжигая изнутри. Умом я понимал, девчонка вольна выбирать любой путь, но…

Я жил слишком долго с ней рядом, привык считать своей человечкой, чересчур близко подпустил, позволив войти в мой круг, и уж тем более не стоило оставлять ей свою кровь. Дант прав, тысячу раз прав, но, конечно, я никогда ему в этом не признаюсь. Ему, импульсивному, порою движимому инстинктами демону, контроль которого всегда уступал моей сознательности. И вот теперь я очутился в наиглупейшем положении, а именно этот демон, как ни прискорбно, оказался гораздо проницательнее. Его забота и беспокойство одновременно раздражали и заставляли думать. Подумать было над чем, однако я так и не смог последовать совету друга. Противоестественно и бесперспективно, шептал разум, а сердце напоминало о боли, которую я испытал, думая, что Алистер умерла.

На меня она смотрела иначе, чем на других, это нравилось. Даже малейшие поползновения в ее сторону воспринимались в штыки, но осознание причин пришло намного позже. Помню, сидя в дешевой таверне, сам себе удивлялся, наблюдая за танцем тогда еще нескладной и малознакомой мне девочки с обычным представителем ее племени. Удивлялся, ощутив злость, поддался порыву эмоций и тупо устроил поджог. Лиса же потом еще и лекцию попыталась прочесть о правилах поведения в общественных местах, забавная. Далее был наглый гном с чрезмерно заинтересованным взглядом, а наивная и неопытная девушка ничего не замечала. Все ее полные нежности взгляды принадлежали лишь мне, и, о Высшие, как это льстило. Мне она дарила настоящие чувства, во мне видела опору и защиту, только рядом со мной открывалась по-настоящему.

Как Лисе это удавалось, до сих пор загадка. Ведь для человечки я был просто рептилией, ящером, не способным и на сотую долю настоящих возможностей. Но она смотрела на меня, прикасалась, и я забывал, что закован в ланталловые кандалы, снова ощущал в себе силы, власть и могущество. Даже демоном Лиса скорее любовалась, нежели всерьез испытывала к нему тягу. Я все замечал, упиваясь собственной значимостью и превосходством, напрасно. Мне понравилось о ней заботиться, разгадывать и просто быть рядом, проживая вместе каждый день ее маленькой жизни.

Я не сумел вовремя остановиться, осознание этого злило больше всего. А еще то, что Дант предупреждал, и не только он. Иллюзорный Кот – редкое порождение междумирья, по странному стечению обстоятельств испытывающий к Алистер теплые чувства, раскусил меня раньше, чем я сам понял, что происходит. Где та грань, за которой можно оставить непонятные, неуместные, глупые чувства и вернуться к прежней размеренной жизни? Эта девушка, не задумываясь, поменяла свою жизнь на мою, без всякой выгоды, без понимания, кто я. Просто потому что я ей дорог, просто потому что считала другом. Драконы такого не забывают, но и редко кому из нас выпадает подобное счастье – мы слишком самодостаточны и независимы. Безусловная же любовь подкупает.

Я и так пребывал во взвинченном состоянии от сумбурных мыслей и разлившегося в крови ядовитого пламени ревности, а тут еще неожиданный вызов с требованием вернуться в Алнаир и предстать пред ясные очи главы Совета. Пришлось спешно покидать резиденцию Оливьеров и лететь домой. И теперь я вынужден, несмотря на свое без того поганое настроение, топтаться взад-вперед по приторно=светлому коридору. Не припомню, чтобы меня когда-либо держали под дверью, особенно если учесть, от кого исходила инициатива с аудиенцией. Тем не менее, я здесь, ожидаю вызова и чувствую, как волна глухого раздражения рискует захлестнуть все вокруг. Терпение подошло к концу как раз тогда, когда в пределах видимости появилась Шира.

Я едва ли не простонал от досады. Что тут делает эта самовлюбленная гордячка? Еще не хватало терпеть ее язвительные замечания, а уж она своего не упустит. Деваться было некуда, безуспешно поозиравшись, смирился с неизбежностью общения с уже заприметившей меня драконицей. Напялил маску холодной невозмутимости, коротко кивнул идущей навстречу высокой блондинке, отдавая дань этикету, и попытался проскочить в оставленную приоткрытой дверь. Значит, с ней глава Совета так долго решал вопросы? Что-то не нравится мне это все больше. Не тут-то было, девушка специально перегородила проход и, ехидно улыбаясь, почти пропела:

– Какие лица, давненько тебя не видела. Отчего столь редко балуешь своим присутствием?

– Приветствую, – как можно нейтральнее произнес я. Развлекать Ширу своим недовольством в планы не входило. – Дела, знаешь ли. Меня ждут, разреши пройти.

– Конечно-конечно, только зря спешишь. Теперь твои дела стали моей заботой. – Она победно ухмыльнулась.

– Да ну, в самом деле? – Я почувствовал, что уже на пределе, не хватало сорваться на глупую провокацию. Она дернула плечиком.

– Не хочешь, не верь. Сейчас сам все узнаешь. – Вновь расплылась в сладкой улыбочке. – А все-таки заходи иногда в гости, не забывай старых друзей. Вот и мама твоя сетовала, что ты совсем от рук отбился.

– Ага, спасибо за информацию. Как давно ты стала подрабатывать посыльным?

Глаза девушки гневно вспыхнули – а не надо было лезть в мои личные дела. Впрочем, она быстро взяла себя в руки и почти нормально ответила:

– Мы случайно встретились, и она правда волнуется.

– Разберусь, – бросил я, оттесняя Ширу с прохода.

Не оборачиваясь, в несколько шагов преодолел расстояние до зала Совета. Уже из-за закрывающейся двери услышал возмущенное бормотание, Ширайанара всегда любила оставить за собой последнее слово.

Палата Высокого Собрания пустовала. На нижнем ярусе рядом с трибуной сидела одинокая фигура, причем не в церемониальном хитоне, а в традиционном костюме. Ясно, предстоит неофициальный разговор, тем интереснее. Мне махнули рукой, приглашая сесть рядом. Я молча повиновался и, скрестив руки на груди, приготовился ждать, когда глава Совета заговорит первым. В конце концов, по его милости я оказался здесь, да еще был вынужден томиться у порога.

– Рад видеть. Отчего такой недовольный вид?

Недопустимо открыто выказывать возмущение в адрес главы Совета Старейшин.

Но сейчас, без свидетелей, я не удержался и даже не испытывал по этому поводу сожалений, нагло пользуясь положением.

– Вы заставили ждать. Всегда считал, что пунктуальность есть признак уважения.

Мужчина напротив иронично вскинул бровь, по-видимому, тоже не испытывая угрызений совести.

– Ничего страшного, иногда бывает полезно найти время поразмыслить о том, о сем. Считай, тебе услугу оказали.

Что за день такой, они меня всем скопом довести собрались? И это я еще маму не видел. Молчу, изображаю статую. Жду, когда он перестанет издеваться и перейдет к делу. Вот чего у главы не отнять, так это понимания границ, через которые лучше не переходить. Поэтому, окинув меня внимательным взглядом, он продолжил уже спокойным тоном:

– Хорошо, в твою жизнь я пока лезть не стану. До сих пор не было повода в тебе сомневаться, но от задания о подозрительной возне со сбором магически заряженного сырья в Среднем Мире ты отстранен. – Не знаю, каким чудом удалось сохранить выдержку. Я ожидал чего угодно, только не этого.

– Могу я поинтересоваться, в связи с чем принято подобное решение? – как можно безразличнее задал свой вопрос. Глава усмехнулся – на официальном собрании постановления Совета не обсуждаются, но ответил:

– Сложилось впечатление, что твоя личная заинтересованность возросла настолько, что ты неоправданно долгое время пренебрегал своими прямыми обязанностями.

– Вы прекрасно осведомлены о причинах моего поведения. К чему такого рода меры?

– Предпочитаю превентивные действия, как правило, они весьма эффективны.

Да, в этом весь мой отец. Интересно, много он знает? И в какой форме это преподнесли? Наверняка и без Ширы не обошлось, после нашего расставания давнее соперничество только возросло. Уверен, ни о чем серьезном глава не догадывается, слишком неправдоподобно, да и он отлично меня знает. Даже Данту всего не известно, откуда бы пронюхать остальным. Если бы Совет заподозрил неладное, я бы сейчас держал ответ перед Высоким Собранием, а не приватничал с главой, позволяя открытую демонстрацию мнения по обсуждаемому вопросу.

– Не понимаю, о чем вы, и считаю решение об отстранении неоправданным. Меня вызвали из Нижнего Мира, где совместно с демонами разрабатывалась стратегия дальнейших действий.

– Знаешь, я давно живу и много чего повидал, поэтому предпочитаю подстраховаться. И я прекрасно осведомлен, где ты находился, – тихо сказал сидящий рядом отец.

Просочившийся свозь витражное окно цветной луч покорно улегся у его ног. Костюм ему очень идет, вдруг подумал я непонятно к чему. Когда там мама вернулась? Углубиться в отвлеченные мысли мне не дали.

– Мое решение не обсуждается. Все материалы передашь Шире, она завтра отравляется в Подземное Царство.

Я гневно сжал кулаки от вопиющей несправедливости. Между прочим, именно я пострадал больше всех. Был вынужден уймову кучу времени проторчать в Среднем Мире, лишившись благ и удовольствий, оказавшись в ловушке ланталлового ошейника. И теперь меня вздумали так просто задвинуть? Надо полагать, от главы не укрылось мое состояние. Мне на плечо опустилась теплая ладонь, и спокойный голос вывел из состояния тихого озверения.

– Аан, ты нужен мне здесь. Есть личное поручение, и не хотелось бы делать его достоянием широкой общественности, особенно Совета. – Он выдержал паузу, дав прочувствовать и осознать сказанное.

Удивление настолько затопило мой разум, что даже злость отступила. Глава хочет действовать за спиной остальных старейшин? Вот уж точно не ожидал. Мой расчетливый, рассудительный, крайне требовательный к порядкам отец, и вдруг подобное. Подозреваю, он и главой Совета стал благодаря своей принципиальности, невозмутимости и более чем прагматичному подходу к жизни, и уж никак не за красивые глазки. Дракон напротив меня вздохнул.

– Да-да, все именно так, как ты услышал. Надеюсь, теперь понятно, почему в этом деле понадобился именно ты? Кому еще я могу доверить столь деликатный вопрос? О прежнем задании не волнуйся, Шира хоть и отличается не самым приятным характером, в работе достойна уважения.

Я мысленно усмехнулся. Забавно, но Ширайанара нравилась маме ровно настолько, насколько скептически относился к ней папа. Конечно, это касалось только ее личных качеств. Должен признать, как сотрудник Управления по надзору за смежными мирами она была одной из лучших.

– Ладно, понял. Готов слушать.

Глава Совета Старейшин движением руки активировал контур тишины. Еще одно доказательство, что он занимает свое место по праву. Осторожность и предусмотрительность прежде всего.

– Много лет назад я потерял друга. Он покинул наш мир, прихватив с собой весьма ценную вещь. Я предупреждал: начнется охота, план заранее обречен на провал, но он не пожелал услышать. – Отец на мгновение позволил себе горькую усмешку, потом собрался и продолжил. – Как ни странно, ему удалось не одно столетие избегать преследования со стороны Совета Старейшин.

Похоже, этот дракон был действительно силен и умен – водить за нос вездесущий Совет дело крайне обременительное.

– В конечном итоге все закончилось, как я и говорил: его нашли и казнили. Вернее, попытались пленить, выясняя судьбу украденного, но он предпочел пожертвовать жизнью и унести свою тайну в могилу. Таким образом, единственная ниточка, связывающая нас с похищенной загадкой, оборвалась.

В моей голове роилось множество вопросов, однако я покорно ждал, безусловно заинтересованный откровениями отца. Помолчав немного, глава продолжил:

– Когда Рик сбежал я еще только входил в состав Совета, а не возглавлял его. Информация о нем находилась под печатью строжайшей секретности. Меня не посвящали в детали, тем более все знали, что мы были близки, и я попадал под повышенное внимание. Даже после избрания на должность Главы Совета Старейшин пришлось по крупицам воссоздавать картину произошедшего – где-то додумывая и догадываясь, опираясь чаще на логику, чем на достоверные сведения.

Мои брови уже устали ползти вверх и просто застряли в районе макушки. Я давно наплевал на сохранение видимости незаинтересованного лица. Беглец еще и Хранителем оказался, эк его все достало! Что, интересно, такого загадочного он мог утащить, раз его кучу лет по смежным мирам гоняли?

– Короче говоря, до недавнего времени я считал, что его затея провалилась. Уж очень сомнительные шансы на успех она имела изначально. Но теперь что-то изменилось, и я уже не так уверен в своих предположениях. Выходит, я все-таки недооценил упертый нрав друга, а он своего добился.

– Пап, не находишь, что начал изъясняться несколько путанно? Теряю нить повествования, – честно признался я.

Он неожиданно вздрогнул и перевел на меня взгляд из пустоты. Словно только сейчас вспомнил, что не сам с собой разговаривает, а излагает суть дела для выполнения поручения.

– Да, ты прав, это все лирика. Запоминай, повторять не буду, записывать не советую. – Я недовольно скривился, отца, конечно же, не проняло. – Тебе нужно знать следующее: сбежавший Хранитель был магом-универсалом, место его гибели находится во владениях человеческой Империи Среднего Мира, не более часа лету от первой точки перехода в Нижний Мир. Совет полагает, что через нее Рик в очередной раз пытался сбежать, я считаю иначе. Мне нужна любая информация о его последних годах перед смертью, его связи, контакты. Все, способное вывести на то, что он так долго оберегал ценой своей жизни. Докладывать о результатах только при личном контакте. В помощь возьми своих демонов, одному сложно, но не слишком посвящай их в детали.

Моя челюсть, кажется, разбилась при падении о гранитный пол. Предстоит копаться в прошлом человека, даже не дракона. Теперь до меня дошел весь размах нелепости старого происшествия, которое так рьяно хранили от посторонних глаз и ушей. Хранителем Источника Силы и одновременно магом-универсалом мог быть только чистокровный человек. Именно человек обставил весь Совет Старейшин, спер у них нечто жутко важное, при этом еще и за нос их водил не одно столетие. Да ему впору аплодировать стоя. Начинаю испытывать к людям уважение, ну хотя бы к некоторым из них.

Но больше всего поразил тот факт, что мой принципиальный, крайне скептически настроенный, если не сказать, предубежденный в отношении всех рас Среднего Мира отец дружил с человеком. Причем настолько, что спустя много лет продолжает докапываться до истины, рискуя собственным положением. Мало того, позволил привлечь к деликатному делу практически посторонних. Все-таки подобный инцидент входил в категорию внутренних проблем Верхнего Мира, и возможность участия демонов свидетельствует о сильной заинтересованности главы в успешном завершении задания. И да, исходной информации маловато. Осталось много вопросов и сложилось впечатление, будто меня посылают туда – не знаю куда, дабы принести то – не знаю что.

– Слушай, ты ведь прилично не договариваешь, так?

Отец посуровел.

– Ты меня слышал? Я же сказал – печать высокой секретности. При всем желании не могу посветить тебя в детали, не подвергая излишней опасности. Еще не хватало, чтобы потом по допросам затаскали. А это случится, если старейшины прознают о твоей причастности.

– Хорошо, но у меня все равно есть несколько вопросов.

– Спрашивай, постараюсь ответить.

– Первое, я так понял, Хранитель был человеком – универсалы сильнейшая категория магов, в Среднем Мире подобные рождаются не каждое столетие. Как вышло, что его не смогли отследить по ауре? Шлейф от тонкого тела должен выдавать своего обладателя. Даже отказавшись от использования магии, скрываться будет очень сложно. Как бы ловко он ни маскировался, для старейшин раскрыть истину труда не составит. Или я не прав?

Глава кивнул и охотно пояснил:

– Прав. Только Рик добровольно отказался от силы. Бывший Хранитель ушел из Небесной Долины с примитивными способностями среднестатистического мага, если не сказать – слабого. Это и позволило ему раствориться в толпе, затеряться среди множества ничем не приметных рас Среднего Мира.

Я недоверчиво посмотрел на отца.

– Разве такое возможно?

– Сынок, мы говорим о действительно выдающемся человеке. Он вел исследовательские разработки, занимался тестированием особенностей нематериальной структуры магического поля. – Глава вздохнул. – Как оказалось – успешно. Так что, да, для него отказ от магии стал возможен. – Я не смог скрыть скепсиса относительно услышанного, и отец тихо добавил: – Аан, я лично присутствовал при этом.

Тут возразить мне уже было нечего. Сильфы небесные, как много я не знаю о собственном родителе? Вот живешь себе спокойно, и вдруг выясняется. Ладно, у меня еще будет время, чтобы все осмыслить.

– Ты забыл сказать, что именно бывший Хранитель украл у нашего народа.

Глава Совета скривился, будто мои слова показались ему неприятными.

– Не совсем украл. Скажем так, он взял то, что отчасти принадлежало и ему тоже. Там сложная ситуация с правами получалась, никто не собирался уступать. Знаешь же, какие драконы собственники, старейшины не смогли смириться с проигрышем. Печальный итог данного противостояния тебе известен.

– Ты так и не ответил, что конкретно это была за вещь.

– Тебе знать ни к чему. – Я аж фыркнул от подобного заявления. Видимо, отец тоже понимал некоторую абсурдность последнего заявления, потому что уже мягче продолжил: – Мне не известно, что оно собой представляло, могу лишь догадываться. Но предположения настолько смелые и неправдоподобные, что если бы не долгая возня в Совете за поиски утраченного, я бы уверился в бредовости своих идей. Делиться соображениями на данном этапе не считаю нужным, дальше посмотрим на твои успехи. Все, вопрос закрыт.