Великолепие шелка

– Ах!

Этан снова издал довольное хмыканье, и Нэппи увидел его длинную тень, взволнованно задвигавшуюся вдоль балюстрады балкона. Ползучие растения, перегнувшись через ограждение, усыпали камень ковром цветов.

– Это значит, что, несмотря на мои разногласия с ее сыном, Мальвина Уоррик желает моего присутствия в благодарность за доставку ее дочери на Бадаян.

– Будь я проклят! – воскликнул удивленно Нэппи. – И это после всех несчастий, которые вы им причинили! Трудно поверить, что мадам просто хочет оказать вам гостеприимство в своем доме. – Он погрузился в молчание и через минуту добавил: – Она наверняка хочет вас задобрить, не так ли?

– Разумеется. Как ты можешь в этом сомневаться? Только она плохо понимает, что для того, чтобы заставить меня отказаться от своего намерения, одного гостеприимства мало.

– Так вы по-прежнему собираетесь доставить мисс Чине неприятности? Право же, она не заслужила этого, даже от вас.

Этан посмотрел на своего стюарда темным и загадочным, словно ночь, взглядом.

– Я твердо решил получить свои две сотни фунтов, как бы неодобрительно ни относился ты к этому, Нэппи. Если мисс Уоррик достаточно умна, она убедит своего брата раскошелиться.

– А что, если они говорили правду и у них и в самом деле нет столько денег, чтобы вам заплатить?

– Ерунда! – произнес Этан нетерпеливо. – Принц Шавех заверил меня, что Уоррики богаты как Крезы. И я не намерен позволить такому мальчишке, как Дэймон Уоррик, лишать меня того, что мне принадлежит.

– Вы превратились в на редкость странного типа, капитан Бладуил!

– Почему ты так заговорил? В прежние времена ты никогда не возражал, если нам вздумалось вдруг разбить несколько голов или перерезать кому-нибудь горло ради своих интересов.

– В старые времена, – ухмыльнулся Нэппи, – мы никогда не нападали на того, кто сам не напрашивался на это, и к тому же вы всегда следили за тем, чтобы не причинять вреда женщинам. Почему же теперь вы не можете оставить мисс Чину в покое, а?

– Да потому, что в этой надоевшей всем истории меня интересует и сама мисс Чина, и не сдержанное ею обещание, – ответил Этан. – Поверь мне, я очень скоро от нее отстану, но если я сделаю это раньше, чем мне заплатят, то смогу получить с этого дополнительную выгоду.

– Так что, собираетесь вы идти на этот прием? – спросил удрученно Нэппи.

Он никак не мог разгадать значение странного блеска, появившегося в голубых глазах капитана.

– Даже бешеные лошади не удержат меня от этого, – проговорил Этан мягко.

– Именно этого я и боялся – вздохнул Нэппи, признав свое поражение.

Имея на руках тисненое приглашение на плантацию «Царево колесо», Этан решил, что неплохо бы осмотреть незаметно остров до начала вечерних торжеств. Его особенно интересовало местонахождение бадаянских производственных цехов, и капитан надеялся, что когда он до них доберется, там уже никого не будет, поскольку Дарвин Стэпкайн постарается закрыть их пораньше, чтобы не опоздать на прием. И, по всей вероятности, ему удастся избежать встречи с туземцами, которые всегда относились настороженно ко всем незнакомцам. Этан сомневался в том, что ему еще когда-либо представится подобная возможность познакомиться получше с островом. Да и что страшного в том, если он узнает что-то новое о жизни Уорриков? Такого же рода сведения могут весьма пригодиться в будущем.

Размышляя таким вот образом, он был весьма удивлен, когда, рассказав о своих планах Нэппи, встретил с его стороны самое энергичное возражение.

– Вы нарветесь на неприятности, если начнете шастать по острову, словно вас с Дэймоном Уорриком связывает старая дружба! Он просто упрячет вас в тюрьму! – заявил горячо Нэппи, бросая бритву, которой он только что побрил своего капитана, в таз с водой.

Дождь с самого рассвета непрерывно барабанил в стекла плотно закрытых окон в обширной спальне подаренного Этану особняка. Привычные к бесконечным сезонным дождям, оба собеседника не обращали ни малейшего внимания на этот шум, а также на то, что им приходилось повышать голос, чтобы их было слышно.

– Прежде всего ему надо поймать меня, – заметил рассудительно Этан, вытирая лицо полотенцем. – Неплохая работа, Нэппи!

Последние слова капитан произнес, рассматривая себя в большое зеркало, помещавшееся в углу его спальни. Свет от лампы соседнего стола падал на его сильное, обнаженное до пояса тело золотыми отблесками.

Заканчивая свой туалет, Этан натянул на себя чистую сорочку и застегнул манжеты.

– Я не отвечаю, если Дэймон Уоррик перережет вам горло, – прорычал стюард.

– Мой дорогой Нэппи, ты ведешь себя так, будто я всего лишь глупенький школьник, – произнес насмешливо Этан. – Неужели ты и вправду думаешь, что Дэймон Уоррик представляет для меня какую-то опасность? Я всего лишь хочу осмотреть остров и с этой целью совершить совершенно безобидную прогулку, против которой даже ты не сможешь ничего возразить.

Однако Нэппи придерживался прямо противоположного взгляда относительно планов капитана, твердо стоя на той точке зрения, что если Дэймон Уоррик и должен ему деньги, то это не значит, что следует обрушивать новые неприятности на голову мисс Чины. Более того, он не мог освободиться от подозрений, что у Этана были какие-то особые причины совать нос в дела Уорриков, и ему на ум невольно приходили мысли о связи Дэймона с Ванг Тохом.

– Надеюсь, дело не в этом чертовом китайце? – спросил он напрямик. – С тех пор как его приспешник заехал на Бадаян купить шелка, вы стали уклончивы в ответах и осторожны, как тигр.

– То, что Уоррик поддерживает отношения с моим врагом, несколько меня настораживает, – признался Этан. – Я уверен, что Ванг Тох задумал прибрать к рукам «Царево колесо», воспользовавшись тем, что Рэйса Уоррика нет более в живых.

– Но это вовсе не повод, чтобы вам вмешиваться в чужие дела, – указал ему Нэппи со злостью.

– Даже ради того, чтобы защитить интересы мисс Уоррик?

– Мне бы не хотелось, чтобы она попала в зависимость от этого чертова ублюдка, – проговорил Нэппи с расстановкой. – Брат Чины, полагаю, не имеет того опыта, что был у ее отца, и легко может попасться в сети, расставленные Ванг Тохом. – Его лицо приняло озабоченное выражение. – В таком случае «Царево колесо» станет еще одним прелестным бриллиантом в короне этого подонка.

– Вот-вот, и я все думаю о том же, – сказал Этан. – Если Ванг Тох Чен Арну удастся вырвать эту плантацию из рук Уорриков, он установит свою монополию на весь шелк, производимый от Вампоа до Сингапура. А я вовсе не намерен позволить ему обрести такое могущество. Теперь тебе ясно, почему я хотел бы непременно осмотреть остров завтра же вечером?

– Все равно мне это не нравится. Ухмыльнувшись, Этан отвернулся от зеркала и начал завязывать чистый белый галстук вокруг шеи.

– Ради Бога, прекрати дуться, ты, несчастный козел! Повторяю тебе, я хочу всего лишь посмотреть, что и как вокруг! Ты же ведешь себя так, словно я собираюсь проникнуть в стан к язычникам и поднять среди них мятеж.

– Просто я очень хорошо знаю вас, капитан Бладуил, – произнес Нэппи, никак не прореагировав на штуку. – Я знаю вас лучше, чем вы думаете, и мне отлично известно, что там, где вы появляетесь, всякое может случиться!

Облачившись в серый сюртук, который прекрасно гармонировал со снежной белизной галстука, Этан весело засмеялся:

– Мне надоело твое блеяние, старая баба. Я не желаю упускать представившуюся мне такую блестящую возможность познакомиться поближе с островом. Ну а сейчас я должен поспешить на встречу с верховным комиссаром – главой местной английской администрации, так что давай прекратим наши прения... Что случилось, Лал Шри?

– Прошу прощения, Бладуил-капитан! – Маленький малаец, явно волнуясь, часто кивал головой и просил тысячу извинений за вторжение.

– Что случилось? – повторил Этан.

– Какая-то женщина хочет вас видеть, Бладуил-капитан, – произнес наконец Лал Шри. – Я ей сказал, что вы как раз собираетесь уходить, но она ничего не желает знать.

– Она назвала свое имя?

– Нет, не назвала. Только спрашивала про вас. Этан вздохнул.

– Ну что же, пригласи ее в дом.

– Она и так уже здесь. Когда я попытался закрыть перед ней дверь, она оттолкнула меня и сама прошла внутрь. Она не намерена ждать. Вот почему я и счел за лучшее сообщить вам об этом.

– По-видимому, – заметил Этан со вздохом, – Джулия Клэйтон разведала-таки о моем местопребывании.

Нэппи поднял брови.

– А я думал, что миссис Клэйтон живет себе в своих комнатах на улице Джейланг! Она же собиралась дождаться там прихода «Стинграфа».

– Он прибудет не раньше, чем через неделю, – изрек Этан мрачно. – И коль скоро всему Сингапуру известно, где я проживаю, то почему бы и ей не узнать об этом? Черт побери, какая неожиданная помеха!.. Лал Шри, скажи Раджиду Али, что я несколько задержусь и присоединюсь к нему чуть позже.

Но в салоне, обшитом панелями из красного дерева, Этана ждала вовсе не Джулия Клэйтон, а молодая женщина в темно-синем плаще с капюшоном, надвинутым на самые глаза. Увидев ее, капитан как вкопанный остановился на пороге.

– Ну и ну, мисс Уоррик, – проговорил он, оправившись от удивления и входя в комнату. – Вот так сюрприз! Надеюсь, вы не переправлялись через пролив в такую погоду?

Он заметил под ее башмаками лужу воды.

Чина не успела ему ответить, потому что послышался жалобный плач ребенка. Этан заметил с ужасом некий сверток, который она прятала в складках своего плаща.

– Черт возьми, что это такое? – спросил он грубо. Чина откинула капюшон, который почти закрывал ее лицо, и Этан был поражен выражением ее лица.

– Что происходит? – произнес он требовательным тоном. – В чем дело?

– Это Джем.

– Кто?

– Младенец.

– Ах, да! Та, что ваш отец... В общем, ваша сводная сестра.

– Боюсь, что она больна, – молвила Чина с дрожью в голосе, откидывая с лица непослушный локон и продолжая все так же крепко сжимать ребенка.

– Уж не хотите ли вы сказать, что принесли ее ко мне?

– Я просто не знала, что мне еще делать! Мать отказалась взять ее в дом, старушки же, ухаживавшие за ней, пытались помочь ей лишь тем, что жгли ароматические палочки, чтобы отогнать демонов. А тут любому ясно, что она нуждается в настоящем лечении.

– Может, вы и правы, – ответил Этан резко, – но я ведь не врач.

Чина подняла подбородок.

– Я знаю, но Дарвин Стэпкайн сказал мне, что здесь, в Сингапуре, есть доктор, и я подумала...

– Нет, скорее всего вы ни о чем не думали, – перебил ее Этан, выходя из себя. – Если бы вы и в самом деле подумали, то не пришли бы сюда средь бела дня с ребенком на руках. Вам не приходит в голову, какие теперь пойдут пересуды по этому поводу?

Она посмотрела на него отсутствующим взглядом. Ее глаза, казалось, занимали все лицо.

– Я вас не понимаю.

– У меня в этих краях вполне определенная репутация, – пояснил ей Этан безжалостно. – И всем хорошо известно, что вы возвратились на Бадаян на моем корабле. Ну и к каким же в таком случае выводам должны прийти люди, видя, что вы приходите ко мне с ребенком на руках и вас притом никто не сопровождает?

На щеках Чины появился малиновый румянец, ибо до нее дошло наконец, что он имеет в виду.

– О! – прошептала она. – Они не посмеют подумать так!

– Бедная мисс Уоррик, до чего же вы наивны!

– Это вовсе не имеет значения, вам не кажется? Здоровье Джем гораздо важнее всяких сплетен. А теперь... относительно доктора, о котором говорил Дарвин...

– Я знаю, кого он имел в виду. Одного француза по имени Пиаже, который живет где-то недалеко от Султанской мечети. А пока что почему бы вам не передать ребенка мне? Что хорошего будет в том, что и вы заболеете?

Этан нахмурился, когда брал хныкающий сверток из рук Чины. Брошенный им на ребенка взгляд встревожил его. У девочки был болезненный вид, дышала она прерывисто, щеки пылали от жара. К счастью, она не промокла и не замерзла, пока Чина несла ее по улице, ибо была хорошо завернута в складки плаща.

– Я думаю, что это хорошая идея – оставить ребенка здесь, пока он не выздоровеет, – заметил Этан и нахмурился еще больше. – Надеюсь, вы отправились из дома не одна?

– Нет, со мной был Лам Тан, один из слуг, который ждет сейчас на «Темпусе».

– А мать с братом знают о том, где вы сейчас?

– Я подумала, что лучше им об этом не говорить.

– Признаюсь, мне отрадно узнать, что вы можете от случая к случаю проявлять некоторую осмотрительность, – произнес Этан мрачно.

– Вот наконец и те насмешки, которых я от вас ждала! – отозвалась Чина.

– Моя дорогая девочка, почему же вы в таком случае ко мне пришли? – спросил Этан, разглядывая ее заляпанный грязью подол, без тени симпатии к Чине.

– Потому что у меня не было ни малейшего представления о том, где живет доктор Пиаже, – ответила она с негодованием. – И мне не хотелось бродить по улицам одной. Я слышала, что у вас здесь в городе появился дом, и подумала что, может быть, вы разрешите мистеру Кварлзу пойти со мной...

– Нэппи? – проговорил Этан раздраженно. – А почему вы не подумали о том, чтобы попросить меня проводить вас?

Не было ни малейших причин лгать, и Чина сказала сдержанно:

– Учитывая все то, что мне приходилось слышать о вас, капитан, я вовсе не была уверена, что вы мне поможете.

– И что же такое вы слышали обо мне?

Голубые глаза Этана внезапно закрылись в смущении. Чина посмотрела в сторону и была чрезвычайно обрадована, когда раздался громкий голос, положивший конец неловкому молчанию.

– Ах, мой друг, так вы дома! Входная дверь открыта, а тот подобострастный парень-слуга куда-то запропастился, вот и пришлось мне поневоле без предупреждения вторгнуться в твои апартаменты. А посему хэллоу!.. О, кто это?

Чина повернулась, и взору ее предстал светловолосый человек, стоявший на пороге и смотревший на нее с большим интересом. Это был самый высокий человек, которого она когда-либо видела в своей жизни. Как только их глаза встретились, он ухмыльнулся и отвесил глубокий поклон.

– Капитан Тилер Крю к вашим услугам, мадам! И позвольте добавить еще, что я безумно рад познакомиться с вами!

«Так вот что заставило Бладуила осесть на суше, – подумал он. – Жена и ребенок – на редкость хорошенькие, между прочим».

– Ну и счастливый же ты, дьявол! – обратился он к Этану. – Где ты нашел такой подарок, а?

– Тилер, разреши мне представить тебе мисс Чину Уоррик с плантации «Царево колесо», – начал Этан церемонно, пряча свое собственное веселье под соответствующим случаю бесстрастным видом. – Мисс Уоррик прибыла в Сингапур, чтобы показать врачу свою маленькую сестру.

– Свою сестру? – Тилер каркнул от смеха. – Ты не мог придумать ничего лучшего, Этан? Я не столь наивный христианин, чтобы верить всякому, особенно если тот заведо7 мо лжет! – Он снова принялся смеяться, да так, что у него на глаза навернулись слезы.

– Однако это правда, сэр, – проговорила холодно Чина. – Джем – моя сводная сестра. Она больна, и капитан Бладуил согласился, проявив милосердие, присмотреть за ней вместо меня.

При этих словах Тилер Крю погрузился в молчание и, сощурив глаза, перевел взор с Чины на ребенка в руках у Этана. Теперь, при более внимательном рассмотрении, ему стало ясно, что он ошибся: темная кожа и черные волосы могли принадлежать только евразийцу – ребенку смешанных кровей, каких сам Тилер уже успел наплодить бессчетное множество.

– Прошу прощения, мисс Уоррик! – сказал он блеющим голосом.

– Все в порядке, – заверила его Чина, хотя на самом деле ни о каком порядке не могло быть и речи. Разве не оскорбительно, когда тебя принимают за женщину, способную выйти замуж за человека, подобного Этану Бладуилу!

– Лал Шри, – обратился Этан к слуге, который вошел в этот момент в комнату, – пошли кого-нибудь на улицу Каланг к Жаку Пиаже, и поживее. А потом проводи мисс Уоррик в порт и проследи, чтобы с ней ничего не случилось.

– Вы не можете просто так отослать меня вон! – запротестовала Чина. – А как же Джем?

– Уверяю вас, она будет в надежных руках. На Нэппи можно положиться: он пунктуальнейшим образом станет следовать всем указаниям доктора. И я надеюсь еще, что мы достанем козу, чтобы у ребенка постоянно было свежее молоко.

– Я бы хотела сама повидать доктора.

– Было бы более разумно отправиться вам вместе с Лал Шри, – произнес Этан тоном, исключавшим всякие возражения.

– Ну что ж, пусть будет по-вашему, – ответила Чина с недовольной гримасой, понимая, что иного нечего и ждать от него.

Она вышла на улицу и быстро зашагала по направлению к порту, совершенно не обратив внимания на темнокожего человека, который, укрывшись за кустами гибискуса в соседнем саду, с большим интересом следил за ней.