Камень законов

Предисловие

Эта книга написана на основе нереальных, додуманно-надуманных событий и снов. Любые совпадения с реальными людьми являются, конечно же, просто фантазией автора. Улыбнитесь скептически, не верьте автору на слово. Поверьте своим ощущениям!

В предыдущих частях «Закона для любви» рассказывается о приключениях Лики Коноваловой, её встрече с будущим мужем Эзрой, директором Инновационного Отдела, в шутку называемого «командой монстров». Эзра Вайман — интересная и необычная личность. И с ним просто не могло не случиться что-то безумное и выходящее из рамок привычного. Да и прошлое его не безоблачное, а очень туманное и на самом деле пугающее… Что ж, у каждого есть тайны, но узнать их тоже очень хочется.

Глава 1. Сны и явь

Высокий свод этого святилища напоминал восточные храмы и кельи православных монастырей центральной России, расположенные в скалах. На стенах было множество небольших ниш, в которые были заботливо помещены толстые восковые свечи. Танец язычков пламени создавал атмосферу сна наяву. Под ногами был желтый мелкий песок, похожий на речной. Сверху со свода пещеры, как причудливые люстры, свисали сталактиты.

Эзра не поверил глазам, ущипнул себя, и, почувствовав вполне реальную боль, решил, что всё в порядке. Рядом с ним стояли очарованные нереальной картиной происходящего Лика, Ивар и Жанна. Посреди зала находился высоченный прямоугольный камень тёплого жёлтого цвета, испещрённый идеально ровными параллельными горизонтальными бороздами, напоминающими тетрадки «в линейку». Голос из глубины зала приказал им взяться за руки и глубоко дышать. Эзра ощутил в левой руке мягкую руку жены, а в правой — жилистую руку ведьмы. На лице Жанны немедленно проступил иссиня-черный ажурный рисунок, ведь все в этом круге были Одарёнными. Но на удивление, она не вскрикнула от резкого жжения и боли, как обычно. Наоборот, на её лице появилась счастливая улыбка.

— То, что вы сейчас услышите, вы должны сохранить в тайне. Перед вами Камень, за которым охотились все великие правители на протяжении многих тысячелетий. Тимаш, — от этого слова пространство как будто завибрировало, земля по ногами дрогнула, а свечи мгновенно вспыхнули и на пару секунд осветили каждую грань высоченного двухметрового монолита. — Каждый герой, добравшийся до камня, писал на нем свой закон, который тут же вступал в действие на всём континенте, и подчинял себе пространства и народы. Этот камень вновь готов к тому, чтобы изменить мир. Среди вас есть тот, кто действительно в силах это сделать. Тот, кто готов сделать мир лучше!

Эзра почувствовал, что говорящий подошёл к нему со спины и мягко потрепал по плечу.

— Это ты, Эзра. Камень выбрал тебя. Теперь ты можешь отпустить своих друзей и вписать в одну из строчек камня свой закон!

Эзра повернулся и увидел перед собой лысого монаха в оранжево-красном, традиционном буддийском одеянии.

— То есть, я могу написать всё, что угодно, прямо сейчас?

— Да, всё верно.

— А кто ты такой и где мы? — пришёл в замешательство Эзра.

— Я исполняю волю камня, пока он спит. Лишь ты можешь помочь камню пробудиться. Тогда он станет работать в полную силу до тех пор, пока закон, вписанный тобой, не будет беспрекословно выполняться всеми в этой стране, а потом — и на всём континенте. У тебя же есть мечта? Ты ведь давно мечтаешь поменять законы своей страны? — спросил и лукаво прищурился монах.

— Я не уверен.

— Тогда великий камень Тимаш будет ждать тебя, только тебе придётся его найти.

— Подожди! Зачем мне его искать, если он здесь?

— Ты же сам сказал, что не готов.

— И что в таком случае? — недоумевал Эзра. Он огляделся и понял, что теперь они в пещере одни. — Где моя жена?

— Она уже проснулась!

— Это не может быть сном! И где мне искать это камень? Где искать тебя?

— Тимаш призовёт тебя ещё раз, через некоторое время. И ты сможешь подготовиться как следует, но третьего шанса не будет.

Эзра понимающе кивнул головой. Он потянулся к камню, провёл рукой по его грани, изрезанной бороздами. Он был теплый. Казалось, на ощупь он больше напоминал шелковую ткань. Он не был блестящим, скорее матовым, сатиновым. Теплый желтый цвет больше напоминал цвет жёлто-оранжевых осенних листьев, или горчичный, или цвет шафрана, но больше — приятно-желтый янтарь. Тепло камня как будто втекало в руки Эзры и отзывалось щекоткой в солнечном сплетении, затем оно стало окутывать его. Эзра непроизвольно закрыл глаза, растворяясь в тёплой истоме. Вновь открыв глаза, он увидел улыбающегося монаха.

— Жаль, что ты тоже не смог с первого раза вписать закон. Придётся тебе искать камень в живую.

— Почему?

— Потому что даже великим потомкам Темуджина это не удалось. А потом они всю жизнь искали камень, но не нашли. Если ты достоин, то у тебя все получится. Ты изменишь мир, когда будешь готов, а камень будет ждать тебя. А теперь…

— Почему именно я?

— Потому что! А теперь просыпайся!!! — крикнул громко монах, так что пространство снова задрожало.

Эзра ещё раз взглянул на камень, повернул голову к монаху и получил порцию песка в глаза.

— Аааа! — вскрикнул Эзра. Ощущение песка в глазах было настолько реальным, что даже резко проснувшись, он стал тереть глаза. А потом быстро поднялся с постели и убежал в ванную, чтобы скорее умыться. Он пытался смыть с глаз несуществующий песок. И минут через пять жжение ушло, осталась только краснота. Эзра отдышался и пристально посмотрел на своё отражение в зеркале. Он инстинктивно потянулся ущипнуть себя за руку, чтобы проверить — спит он или нет? Но он очень удивился — в этом месте на руке уже был синяк. И сон, такой реальный! Точно! Сон!

Эзра вытер лицо мягким полотенцем и вышел в коридор. Лика выглядывала из спальни.

— Эз, доброе утро! Опять яркий сон? — спросила жена.

— Прости, что напугал. Да, слишком реальный сон. Зато теперь я знаю, что мне искать. Кстати, в этом сне снова были ты, Ивар и Жанна. Тебе случайно не снился сегодня тот же сон?

— Я не помню, что мне снилось. Я очень резко проснулась. Просто разом открыла глаза от какой-то вспышки света и всё.

— Это всё так странно! Но я обязан записать, чтобы не забыть.

Сон, который приснился Эзре, повторялся уже пятый раз за месяц. И каждый раз в него добавлялись все новые и новые детали. Но про это знала только Лика. Ей он не мог врать. У его жены был врожденный Дар Правды. Даже если не хочешь говорить правду — рядом с ней всё равно расскажешь.

Это утро не сильно отличалось от остальных. С тех пор, как Лика вернуласьиз параллельного мира, в их жизни всё достаточно быстро пришло в норму. Они поженились в Златоусте, на скромной свадьбе были родители Эзры Ирина Николаевна и Игорь Максимович и младший брат Ромка.

Много всего произошло с того времени, всё вернулось на круги своя.

Сейчас Лика и Жанна вместе обкатывали экспериментальную систему тестирования на совместимость партнёров. Особо сложные и спорные случаи Лика инспектировала сама, как специальный консультант ОРН.

Жизнь текла в своём темпе. Пока не начались эти сны!

Эзра связывал их со своим умственным напряжением. Ведь последние семь месяцев он разрабатывал поправки к Закону о Семье и Браке на основе дневников Лики. В окончательной редакции проект занимал десять листов. Всего несколько важных пунктов необходимо было обосновать и подкрепить доказательной базой. Эзра мечтал найти такую формулировку, которая в одном-двух предложениях, выражала суть поправки, и делала Закон совершенным и универсальным, а выполнение его — беспрекословным.

Эзра будто стал одержим этой идеей, и даже временно переложил обязанности руководителя Инновационного отдела на Ивара. А Роман Изотов уже три месяца не появлялся в офисе, потому что так же взял на себя часть работы Эзры.

Тот случай с исчезновением Лики сильно изменил Эзру Ваймана. Сделал более приземлённым, молчаливым, погружённым в себя. Если раньше Эзра был лёгким и активным, то теперь, как будто впал в спячку. Конечно, он простил всё и Лике, и даже Горича попросил вернуться в отдел. Он с лёгкостью освоил новую должность заместителя инспектора АСИБ, и работал в городской Прокуратуре. Но его как будто подменили — он стал всё реже и реже улыбаться.

Лика наблюдала за ним, понимая, что только он сам найдёт выход из ситуации, а ей — нужно быть рядом и просто любить его.

«Я должен перестать заниматься этой глупостью. Это неправильно. У меня есть работа, жена. Почему все крутится вокруг этого проекта? Почему он поглотил меня и часть моей жизни? Что будет со мной дальше?» — спросил себя Эзра мысленно в очередной раз.

Лика по обыкновению приготовила вкусный завтрак, заварила свой любимый травяной чай с восстанавливающими свойствами и пригласила мужа завтракать.

Эзра видел, что события прошлого года в корне изменили жизни его и окружающих.

Жанна с Иваром забрали дочку к себе, и теперь помогали ей привыкнуть жить в новых условиях, проводили с ней все вечера и старались наверстать упущенное, быть для нее самыми внимательными и любящими родителями.

Ванда и Урр изобрели линзы, которые помогали им выглядеть как обычные люди. Конечно, рост не выше полутора метров на первый взгляд смущал, но их глаза теперь почти ничем не отличались от человеческих. Впервые Ванда осмелилась пойти на родительское собрание в школу, вместо Изотова, который якобы был дядей- опекуном девочки.

Роман тоже изменился. Правда, ему пришлось применить хитрость. Он попросил Эзру научить его основным приёмам в работе и в общении, и оказался на редкость хорошим учеником. Он прекрасно копировал поведение Эзры. И это стало ключом к укреплению отношений с Яной. Ему удалось завоевать сердце своей Королевы. Да и срок выбора партнёра у девушки уже поджимал. Она терзалась сомнениями, но приняла предложение Изотова о партнёрстве, и вот уже целый месяц ходила удивлённая от того, насколько она была слепа, и не видела в Романе того, что ей открылось. Она сама не заметила, как начала влюбляться в этого непредсказуемого и импульсивного мужчину. А ещё ей понравилось «путешествовать» с ним. Ведь теперь он мог переносить в пространстве не только себя, но и находящегося рядом человека.

Сегодня Эзра решил поехать в Инновационный Отдел вместе с супругой, потому что не был там уже две недели. Работа в Прокуратуре отнимала слишком много времени, чтобы успевать качественно руководить отделом. Эзра понимал, что терять связь со своим детищем ему не хочется, но ситуация как будто начала выходить из-под его контроля. Дел было много, всё хотелось сделать эффективно, и при этом — найти время на общение с Ликой. Он понимал, что быть трудоголиком — полезно с точки зрения общества, но не полезно с точки зрения семьи. И не то, чтобы свободы в каком-то плане стало меньше. Просто он начинал себя чувствовать белкой в колесе. Обилие бумажной работы, и присутствие в высоких властных кругах обязывали к усидчивости. Но Эзра по своей природе был больше воин, нежели бумагомаратель. Он с ностальгией вспоминал свою оперативную работу в ОРН и в их закрытом отделе.

С одной стороны он понимал, что если его позвали работать на эту должность, то значит, он здесь нужен. Он может сделать больше. С другой стороны он чувствовал, что задыхается без приключений, расследований, оперативной работы, драйва и общения с такими как он, Одарёнными. И ему нравилось выискивать в людях что-то новое, раскрывать их таланты, давать им новое видение самих себя. Ему нравилось быть руководителем на своём месте. Здесь же он был подчинённым, помощником.

Ему пока было сложно судить, о том, окончательное ли это решение. Он знал, что к новой работе надо привыкнуть. Правда, в течение полугода, пока его вводили в курс дела, помогали освоиться, это чувство, что он не на своём месте, не покидало его.

Внутри Эзры Ваймана шла борьба двух противоположностей. Одна сторона конфликта убеждала его в том, что он обязан соответствовать должности, раз выбрал службу государству, а оно в свою очередь доверило ему важную и ответственную работу. Но это значило — сломать себя, стать тем, кем не являешься в душе, отказаться от важной части себя, той, которой дышит и живёт его Душа, той, которая помогла ему встретиться с Ликой. Другая сторона конфликта твердила о том, что нужно вернуться к себе, к тому, что лучше всего получается. А именно — к такому любимому и родному Инновационному Отделу, к тем приключениям, в которые влипала его команда. Он безумно скучал по тем временам, которые были ещё полгода назад. Ему казалось, что его загнали в клетку, что от него убрали солнечный свет и заменили холодными люминесцентными лампами. Его не переставало беспокоить смутное ощущение, что его специально повысили в должности, чтобы затормозить его деятельность в Инновационном Отделе, который теперь больше напоминал исследовательскую лабораторию для нужд ФСБ.

Эзра был на перепутье, но каждый день пытался успокоить мысли, отстраниться от них, и просто сделать хорошо свою работу. Конечно, Лика каждый вечер кратко рассказывала ему о проделанной за день работе в Отделе, но это в последнее время отзывалось болью в душе и болью в горле на физическом уровне. Во время этих разговоров он старался пить побольше чая с мёдом, чтобы заглушить неприятные ощущения. Потом его «отпускало». На время сна, до следующего утра.

— Лика, а над чем вы сейчас работаете с Жанной? — поинтересовался он у жены. Они были уже на полпути в офис.

— Мы завершаем проект, который начали полгода назад. Ещё пара дней, и всё будет готово! Сегодня у нас 13 мая, среда. Срок готовности — 23. Но мы уложимся к 18 мая. Сегодня я поеду в университет. На факультете психологии нам три месяца помогали проводить исследования. Там тоже есть Одарённые, они с нами сотрудничали. После подведения итогов, Белоглазовы составят компьютерную программу для тестирования на совместимость партнёров. А потом предложим её протестировать в десяти отделениях АСИБ в разных городах области. Если будет удобно — будем внедрять. Если неудобно — дорабатывать, — ответила Лика.

— Какие вы молодцы! Значит, вы и без меня со всем справляетесь? — спросил Эзра, но в горле предательски встал невидимый ком. Он не хотел себе признаваться в том, что сделал неправильный выбор. Он понимал, что в таких серьёзных государственных структурах, не бывает ничего случайного, и от такой должности нельзя отказаться, потому что тогда можно забыть о работе на государство вообще. Либо всё, либо ничего. Он считал так, потому что не знал иных вариантов.

— Эзра, без тебя всё не так! — вздохнула Лика.

— Правда?

— Конечно! Ивару очень тяжело создавать рабочую атмосферу. Особенно после возвращения Кожевникова и Данченко. Я тебе рассказывала… Видимо, ты слишком сильно погрузился в свою новую работу.

— Честно признаюсь, я впервые слышу это от тебя. Почему я не запомнил?

— Эз, ты, наверное, всё ещё не привык к новой должности.

— Лика, родная, — улыбнулся Эзра, — я даже не уверен до сих пор, что меня правильно выбрали на эту должность. Я понимаю, что меня взращивали специально для этого. Но мне намного комфортнее, приятнее и радостнее работалось на прежней работе, в ОРН и ФСБ. Это очень странно. Я понимаю, что намного полезнее я был бы на прежнем месте, в нашем Инновационном Отделе.

— Наконец-то ты улыбнулся! — воскликнула Лика. — Ты последнее время стал каким-то странным. Не обижайся, любимый, но ты как будто не в своей тарелке, и уже не первый месяц.

Эзра от удивления резко затормозил на светофоре.

— Это так заметно?

— Угу, — кивнула утвердительно Лика.

— И почему я раньше этого не замечал в твоих мыслях?

— Потому что, наверное, ты этой способностью перестал пользоваться, — ответила ему Лика, повернулась и стала пристально вглядываться в глаза мужа. Сзади посигналили — уже загорелся зелёный свет. Серебристый внедорожник зарычал и рванул с места с прошлифовкой, оставляя следы резины на асфальте.

Лика вжалась в кресло, в глазах её читалось удивление. На лице Эзры заиграла озорная ухмылка. Он как будто ожил, очнулся ото сна.

Эзра вновь заговорил минут через десять, только когда они подъехали к офису ОРН и припарковались.

— Ты чрезвычайно права! Я перестал пользоваться своим Даром, я отправил свой Дар и свою Суть в спячку. Мне нужна разминка. Пойдём в наше секретное убежище Одарённых Монстров? — пошутил Эзра. Лика рассмеялась, быстренько обняла мужа и поцеловала.

Теперь с настроением Эзры всё было в порядке.

В офисе инновационного отдела царила нетипичная тишина. Ещё прошлой осенью здесь шли споры, кипела работа. Они пытались вернуть Лику, и при этом успеть сделать текущую работу. Ивар и Белоглазовы той осенью успешно завершили проект по созданию природообразных средств слежения. А благодарственные письма от Министерства Обороны и ФСБ, висящие на видном месте, напоминали Эзре о том, как тяжело давался им этот проект и как сейчас он оказался полезен.

— Эй, есть тут кто живой? — громко спросил Эзра. — Собираемся на летучку, ваш директор приехал с ревизией!

Лика улыбнулась и пошла в лабораторию к Белоглазовым, по пути набирая номер Изотова, чтобы пригласить и его на собрание.

Через десять минут все собрались за круглым столом в центре помещения. На лицах присутствующих читались удивление, радость и недоумение.

Сегодня здесь были все: его жена Лика, Ванда и Урр Белоглазовы, Ивар и Жанна Литос, Георгий Кожевников, Мирослава Данченко, Златомир Горич, Роман Изотов. Команда Монстров, как в шутку называли всех Изотов и Горич.

Лика — мастер биоэнергетики и медиум, Ванда и Урр — инженеры механик и алхимик из народа Чуди Белоглазой, так же талантливые программисты, Ивар Литос — живой камень, Жанна Литос — мастер боевых искусств и ведьма, которая чувствует одарённых, Роман Изотов — путешественник в пространстве, Златомир Горич — вампир и оборотень в одном лице.

Георгий Кожевников — опытный психолог, состоит в партнёрских отношениях с Мирославой Данченко, перспективным социологом и ясновидящей. Эти двое, в отличие от остальных, большую часть времени работали в научных центрах и институтах, где искали новые разработки, которые можно применить в деятельности Инновационного Отдела. А недавно они вернулись из командировки в Данию, где помогали одному ученому-социологу Роллину Андерсену по личной просьбе Эзры.

Директор окинул всех взглядом, и замер, пытаясь почувствовать их эмоции. Но получалось слабовато. Ещё несколько глубоких вдохов… Так, наконец-то получилось сосредоточиться. Он почувствовал их всех, и отметил небольшую напряжённость в отношениях между некоторыми из них. «Сейчас всё будет ясно!», — подумал Эзра, и произнёс:

— Всем доброе утро! Надеюсь, вы без меня не бездельничали, и у вас сейчас есть возможность рассказать мне о результатах вашей работы и текущих проектах. Ваш директор вернулся, чтобы навести порядок и наверстать упущенное. Ивар сегодня может взять выходной. Георгий и Мира — от вас отчёт о командировке в Данию. Ванда, Урр — список актуальных разработок и отчёт за последние три месяца списком. Лика и Жанна — краткую справку о вашем проекте. Рома — с тебя отчёт о сотрудничестве ОРН и инновационного отдела, и ты же сейчас созвонишься с Алексеичем, потому что мне нужен отчёт от него об особо важных оперативных делах. Сегодня у нас с тобой и с ним обед в неформальной обстановке. Златомир, а ты зайдёшь ко мне в кабинет сейчас, надо обсудить кое-что. Хотя, вначале ко мне зайдёт на 10 минут Ивар, а потом ты. Отчёты предоставить в кратком письменном виде, на подготовку даю вам два часа. Вопросы есть?

Всё члены команды сидели с удивлёнными лицами. Всё как в прежние времена. Эзра сканировал их своим всепроникающим взглядом. У всех от этого взгляда побежали мурашки по спине. Все, кроме Горича, Кожевникова и Данченко, улыбнулись. Горич пребывал в недоумении, а Мира и Георгий переглянулись и пожали плечами.

— Сейчас вопросов нет. Хорошо, жду первые устные отчёты через полчаса в своём кабинете. Я очень рад, что сегодня вся команда в сборе.

Все с шумом и перешёптыванием разошлись по кабинетам, зашуршали бумагами, застучали кнопками клавиатур. Эмоционально заспорили Белоглазовы, приправляя речь ругательствами на своём родном языке, Жанна и Лика заварили для всех большой чайник тонизирующего отвара, разлили по кружкам и разнесли по «кабинетам» с прозрачными перегородками. Работа закипела.

Эзра зашёл в свой кабинет вместе с Иваром.

Директор потрепал его по плечу как старого друга. Они присели за стол.

— Соскучился по старой работе, Эз? — начал беседу Ивар.

— Кажется да, очень сильно.

— А как в Прокуратуре дела? — ненавязчиво поинтересовался человек-камень. Но Эзра посмотрел на него так быстро, словно уколол взглядом, за то, что Ивар задел его за больное.

— Там скучно! Я даже не знаю, что там меня ждёт дальше.

— Ты хотел менять законы… И теперь ты там, где можешь делать это намного лучше. У тебя больше связей, ресурсов.

— Это всё не то! Я понимаю, что моё место не там, а здесь. И вижу, что тебе тяжело. Трое сотрудников отбились от рук совершенно. Я увидел, что моё отсутвие не пошло на пользу Отделу.

— И что ты намерен делать? Ты вернёшься, и всё будет по-старому? — с радостным волнением спросил Ивар.

— Если бы всё было так просто, я бы уже сегодня вернулся сюда насовсем. Я пока не знаю, как найти решение, которе устроит всех. Точнее, будет для всех наиболее благоприятным. Мне даже подсознание стало выдавать странные подсказки. Раньше такого не случалось, — делился Эзра мыслями со своим коллегой и другом.

— А какие это подсказки?

— Мне уже пять раз приснился один и тот же сон. Я, Лика, Жанна и ты находимся в большом зале какого подземного храма, в какой-то пещере, а посреди — огромный желтый каменный монолит, с горизонтальными бороздами. А рядом стоит монах-буддист и рассказывает мне, что этот камень позвал меня сюда. Он говорит, что это Тимаш — Камень Закона. Можно в любой строчке написать что угодно и это станет выполняться по всему континенту. Очень странный сон. Тебе подобное не снилось? — спросил Эзра. Ивар немножко подумал, а потом удивлённо вскинул брови.

— Эз, мне месяц назад снился похожий сон!

— Лике тоже один раз приснился такой же сон. Значит, это послание. А не просто случайность или перегрузка сознания. Ты что-нибудь об этом знаешь? Это же твоя стихия, камни.

— Нет, не знаю. Но, я могу точить у нашего Урра. Может, он что-то знает.

— Это было бы превосходно! — обрадовался Эзра.

— Ещё задания будут на сегодня? — спросил Ивар.

— Нет, зайдёшь ко мне с Белоглазовыми, а потом ты свободен, можешь даже с дочкой в зоопарк сходить, погода сегодня чудесная!

Ивар кивнул в знак согласия и поспешил удалиться.

«Значит, всё интереснее, чем я предполагал. Как много я пропустил. Как будто с другой планеты вернулся!», — заключил мысленно Вайман и задумчиво потёр лоб подушечками пальцев. Он не понимал, почему всё стало так сложно и что с этим делать. Раньше он управлял ситуацией, а теперь было наоборот. Как будто сил стало недостаточно, чтобы охватить своим вниманием всё, что происходит вокруг.

За прозрачной дверью появился Горич и тихонько постучал. Эзра вышел из задумчивости. И жестом пригласил вампира войти.

— Здравствуй, директор.

— Здравствуй, Златомир, — так же спокойно и холодно ответил Эзра. Дело в том, что с момента возвращения Горича в команду, Эзра Вайман не встречался с ним лично, а все распоряжения отдавал через Ивара. Эзра немного подумал и продолжил разговор:

— Златомир, расскажи, чем ты сейчас занимаешься в отделе и над каким делом работаешь?

— Вот так официально? Вайман, ты ничего не хочешь мне сказать? Мы с тобой не общались после того, как ты мне изрядно испортил внешность! — обиженно ответил вампир.

— Злат, я понимаю, что виноват перед тобой в некоторой степени, сорвался, был под влиянием эмоций. Но, согласись, что и ты вёл себя по отношению к моей невесте крайне… Необдуманно. И сам спровоцировал меня. Мне жаль, что я не сумел выразить свои чувства по-другому. Ты это хотел услышать? — спокойно и нарочито холодно спросил его Вайман. Горич надменно хмыкнул носом.

— Ты поступил необдуманно, оставив её со мной. Ты знал, что я питаю слабость к красивым девушкам! — раздражался Горич.

— Злат, тебе напомнить, что ты мне жизнью обязан?