- -
- 100%
- +
- Никуся! – будто сквозь толщу воды доносится до меня голос Тони. – Эй, ты чего бледная такая?
- Голова немного кружится, - отвечаю заплетающимся языком.
- Немного?
Тоня садится рядом со мной, достаёт тонометр из стола и меряет давление. Девяносто на шестьдесят. Ого… Может, лет так двадцать назад это были отличные цифры, но не сейчас. Я опускаю голову на руки и прикрываю глаза.
- Тебе бы домой. Отпросись у Фёдоровича. Два часа мы без тебя справимся.
- А уколы утренние?
- В таком состоянии ты можешь промазать мимо попы, - смеётся коллега. – Ой, как раз идёт сюда наш доктор. Евгений Фёдорович!
- Тоня, не надо…
- Надо, Федя!
- Что, мои красавицы? – спрашивает у нас Евгений Фёдорович, останавливаясь у поста.
- Ника сейчас шмякнется в обморок. Давление низкое, а отпроситься раньше домой она стесняется, - быстро говорит Тоня, за что получает от меня тычок в бок.
- Ника? – вскидывая бровь уточняет он. – Стесняется? Ты про эту рыжую бестию?
- Прямо-таки бестия, - бормочу я.
- Так, цитрамончика ей, через полчаса замерить давление. Если повысится, домой выпроводить.
- Есть!
- Ой, всегда бы вы, девки, такие послушные были…
Тоня показывает его спине язык и поворачивается ко мне. Я благодарно улыбаюсь. Ну, не люблю я жаловаться и отпрашиваться по состоянию здоровью. Коллега даёт мне таблетку цитрамона, и сама убегает в манипуляционный кабинет готовить уколы и таблетки для пациентов отделения.
Обычно, этим занимаюсь я, а она делает отметки в журналах и историях болезни, но сейчас спешит помочь мне.
Через тридцать минут мне становится легче. Тоня с довольной улыбкой указывает мне рукой на выход и подталкивает к комнате для персонала. Тут я уже особо не сопротивляюсь.
Смотрю на время и звоню Дане. Он уже должен выйти из дому. Первая пара у него сегодня на девять утра.
Любимый не отвечает. Наверное, снова по привычке отключил звук и не слышит вибрации. Ладно. Увидит пропущенный, перезвонит. Я нежно поглаживаю кольцо на безымянном пальце, которое он мне подарил, делая предложение на третью годовщина наших отношений.
Я всегда мечтала о весенней свадьбе, поэтому заявление на регистрацию брака будем подавать уже в марте. Стоит об этом подумать, как в груди рождается дикое волнение. Свадьба – это ведь уже серьёзно, новый этап отношений.
А там и о детях можно задуматься. Я пока только с крёстником любимым практикуюсь. Лёва уже взрослый. Скоро шестнадцать исполнится. Такой парень вырос! Ух! А я всё ещё помню, как училась ему подгузники менять, как помогала Еве его купать, кормить, нянчилась с ним, пока подруга работала. Теперь он и сам с нами может нянчиться, даже командовать пытается.
Я снимаю с себя медицинскую форму, надеваю тёплые колготы, шерстяное платье и пальто, ныряю в ботинки на каблуке и выхожу в коридор. Прощаюсь с Тоней и ещё раз благодарю за помощь и заботу.
Накинув на голову капюшон, я выхожу из больницы. На улице сегодня холодно, но погода прекрасная. Всё усыпано белоснежным снегом, солнце ярко светит, небо голубое! Красота! Решаю пройтись по улице. Голова уже не кружится, поэтому будет даже полезно подышать свежим воздухом.
По дороге к дому я решаю заглянуть в любимую кофейню. Капучино с кокосовым сиропом вообще не помешает.
Не успеваю дойти пару шагов до входа, как меня снова ведёт. Я инстинктивно цепляюсь за локоть проходящего мимо мужчины, чтобы не упасть.
- Простите, - тут же выдыхаю я, замечая, как кофе проливается на снег и его идеально вычищенные ботинки.
- Совсем не оригинальный повод познакомиться, - отвечает мне приятный голос.
Я фыркаю возмущённо и часто моргаю, чтобы картинка перед глазами стала чётче. Лицо мужчины немного расплывается.
- Вам плохо? – тут же спрашивает он.
- Уже нормально. Ещё раз прошу прощения. Если что там, за углом, хим…
Я разворачиваюсь назад, чтобы показать рукой направление к химчистке, когда мой взгляд цепляется за парочку, сидящую за столиком у окна кофейни.
Мой Даня. А напротив него – молодая красотка блондинка с кукольным личиком. Она улыбается ему, тянется к лицу рукой и заботливо поправляет чёлку. Какого чёрта происходит?
Мозг, конечно, сразу подкидывает ответ, но сердце отказывается принимать нелицеприятную правду, пытаясь найти глупое оправдание действиям незнакомки, чтобы не разорваться от боли.
С силой сжимаю локоть мужчины, за который продолжаю держаться, когда вижу, как Даня в ответ ласково проводит костяшками пальцев по её скуле. Она говорит, и я читаю по губам: «Люблю тебя».
Охренеть просто.
Даня встаёт со своего места, пересаживается к ней на диванчик, обхватывает ладонью затылок и тянет к себе для поцелуя. И это не невинный чмок в губы. Это жадный поцелуй, будто он съесть её хочет.
Перед глазами снова плывёт, но уже от подступивших слёз. Я медленно разжимаю пальцы, выпуская локоть незнакомца.
У меня сейчас два пути: уйти и сделать вид, что ничего не видела, либо зайти в кофейню и… я не знаю, что буду там делать, но чаша весов склоняется ко второму варианту.
- Посторонитесь, - говорю сквозь зубы мужчине напротив. – У меня тут убийство с особой жестокостью намечается…
Глава 2
Я дёргаю на себя дверь кофейни, влетаю внутрь, чуть не сбивая с ног молодую девушку. Быстро извиняюсь и иду к парочке у окна, звонко стуча каблуками по полу. Они настолько увлечены друг другом, что ничего и никого не замечают вокруг.
Я подхожу к ним и стучу по столику. Чашки подпрыгивают на блюдцах, вилки слетают с тарелок. Грохот нормальный. Даня отрывается от губ блондинки и поднимает на меня возмущённый взгляд. Как посмела помешать?
- Ника? – выдыхает он.
- Хуика! – рявкаю в ответ. – Это что такое?
Внутри всё дрожит от злости. Хочется размазать по лицу гада его любимый «Тирамису», но я пока держусь. Пока Даня думает, что бы такого ответить, блондинка с вызовом смотрит на меня.
Какого чёрта она чувствует превосходство? На вид, девица совсем молодая, лет двадцать всего. Но губы уже наколоты. Пухлые, чётко очерченные, правильной формы. Всё, как Дане нравится. Он у меня немного повёрнут на женской красоте.
Вот только до недавнего времени я считала, что я для него – идеал этой самой женской красоты. Ещё вчера утром он с наслаждением ласкал моё тело, заверяя, что ему нужно насытиться на день вперёд, пока меня не будет. Получается, что просто лил мне в уши красивые слова, чтобы у меня и мыслей об измене не могло возникнуть?
А ведь если задуматься… Я заступаю на суточные смены раз в три дня. Чем он занимается, пока меня нет? С кем проводит время?
Мне говорил, что допоздна задерживается на кафедре, проверяет курсовые работы студентов, контрольные, принимает отработки.
Теперь, кажется, понятно, что за отработки.
Блондинка смотрит мне в глаза и медленно вытирает с нижней губы слюну Дани. Ах ты ж сучка. Может, макнуть её идеальное лицо в тарелку с пирожным?
Так, нужно держать себя в руках.
Перевожу взгляд на Даню.
- Чего молчишь? – максимально ровно спрашиваю я. – Давай, начни с банального. Накину тебе несколько вариантов. Это не то, что я подумала. Ты мне всё сейчас объяснишь. Давай позже поговорим.
- Это… - тянет он.
- Милый, скажи ей, ну… - встряёт блондинка.
- Детка, вареники свои сожми, а то лопнут ненароком, - обрываю её.
Лицо Дани вмиг меняется. Злится? А что такое? Я обидела прекрасную половину человечества?
- Не смей с ней так разговаривать! – требует он, вставая с диванчика, и я вижу самодовольную улыбку блондинки и зверею ещё больше.
- Слышишь ты, - начинаю я.
- Женщина, - тянет девица, - в вашем возрасте нельзя нервничать. Давление, все дела.
- В возрасте? – выдыхаю возмущённо. – А сколько мне лет по-твоему?
- Даня говорил около сорока, - с милой улыбкой отвечает она. – Так что поберегите здоровье, сохраните гордость. Вам лучше уйти.
- Мне тридцать два, милая.
- Ну так правильно. Округляем до сорока.
- Я смотрю, девчонку явно не по уму выбирал, - бросаю в сторону Дани.
- Ника…
- Вы намекаете, что я тупая? – возмущается блондинка, поднимаясь на ноги.
- Прямо говорю.
- Зато я молодая и красивая, а вы только борщи варить умеете. Даню уже тошнит от них!
Ну всё, сука, договорилась. Я выбрасываю руку вперёд, хватая девицу за волосы на затылке и тащу на себя. Она вопит так, будто я её режу.
- Ника, что ты творишь? – возмущается Даня, но мне всё равно.
Я тащу девчонку к выходу из кофейни. Открываю дверь и выталкиваю её на улицу. Она спотыкается и падает лицом в сугроб, неуклюже раскинув ноги в стороны. Неожиданно рядом со мной появляется официантка и подаёт короткую норковую шубу.
- Это её, - шепчет девушка.
Эх, женская солидарность. Я благодарно улыбаюсь девушку и бросаю шубу в сторону блондинки.
- Я бы на твоём месте не рисковала возвращаться, - говорю ей ровным голосом и захлопываю дверь.
Удивительно, но никто не подходит ей помочь. Я поворачиваюсь к Дане. Он стоит на том же месте, сжимая кулаки, бросая взгляды на улицу.
А я смотрю на него, и в душе расползается адская боль. Любовь, которая согревала меня эти годы превращается в горький яд. Я всё ещё не могу поверить, что меня предали.
Сердце не хочет принимать правду. Я медленно возвращаюсь к столику.
Даня, родной мой, давай, ты сейчас скажешь, что всё это ужасный розыгрыш, что ты подговорил свою студентку, чтобы она сыграла роль твоей любовницы. Мы посмеёмся, я попрошу такого больше не повторять, ибо это крайне жестоко, и мы пойдём домой.
Но нет. Он молчит. Смотрит на меня из-подо лба. Хмурится.
- Что за цирк ты устроила? – цедит он сквозь зубы.
- А чего ты ожидал? – спрашиваю в ответ.
- Адекватного поведения.
- Значит, я, получается, неадекватная. О, а ещё старая, мои борщи тебе осточертели и...
- Да! – обрывает он мою пламенную речь. – Поперек горла твои борщи. И да, я от тебя устал. Мне с тобой скучно!
- Вот, значит, как... Скучно тебе? Тогда повеселимся сейчас!
Визуал 1
Встречайте нашу главную героиню
Ника Изотова
Ей 32 года. Работает медсестрой в хирургическом отделении. Рыжая (не) бестия. Огонёк, зажигает не по-детски. Сильная внешне, но очень ранимая внутри. Мечтает о семье, чтобы как в лучших романах о любви. Исполнятся ли её мечты? Обязательно узнаем!
Визуал 2
А это будущий бывший жених
Даниил Ткачёв
Ему 35 лет. Является преподавателем в Московском государственном техническом университете им. Н.Э. Баумана. Казался Нике идеальным кандидатом в мужья.
Ну и та, на кого променял Нику Даниил
Белова Елизавета
21 год. Студентка Московского государственного технического университета им. Н.Э. Баумана. Мечтает успешно выйти замуж.
Глава 3
- Ника…
Наверное, что-то такое страшное видит в моих глазах Даня, раз делает шаг назад, подальше от меня.
- А чего ты убегаешь, родной? – с хищной улыбкой спрашиваю я.
- Ника, ты – взрослый, адекватный человек. Веди себя соответствующе!
- Ты уж определись. Адекватная я или нет.
Я хватаю со стола кружку, чтобы выплеснуть кофе в лицо этого мудака, но он резко срывается с места и убегает! Убегает!
Я стою в шоке и смотрю, как сверкают пятки моего уже, по ходу, бывшего жениха. Да уж… Тридцать пять годиков человеку.
Дверь кофейни закрывается за ним с оглушительным хлопком. И в этот момент силы меня покидают. Я оседаю на диванчик и просто смотрю вперёд.
Вскоре картинка становится мутной от слёз. Моей выдержки хватило ровно на столько, чтобы не показать свою боль парочке моральных уродов. Теперь играть не нужно. Строить из себя сильную не нужно. Я опускаю голову и чувствую, как слёзы капают на руки.
- Эй, огонёк, - раздаётся рядом приятный мужской голос. – Не вздумай угасать из-за этого недоумка.
Незнакомец осторожно вытирает платком слёзы с моих щёк и вкладывает его в мою ладонь. Он уходит, оставляя за собой шлейф парфюма. Свежий аромат, дерзкий. Совсем не для зимы, но ему видимо всё равно.
Я поднимаю голову и вижу только широкую спину мужчины, обтянутую тканью пиджака. Он уходит, не оборачиваясь, а я понимаю, что не должна сидеть здесь и страдать. Нужно идти домой и собирать вещи подлого изменщика.
- Вы очень крутая, - говорит мне официантка, подававшая шубу блондинки.
- Спасибо. Простите, за это небольшое представление.
- Да ладно! Мы с девчонками восхищены вашей силой.
- Хорошего вам дня, девчонки, и мужиков достойных, - говорю официанткам на прощание и выхожу из кофейни.
Смотрю по сторонам и, к собственному счастью, не вижу ни Дани, ни его возлюбленной новой. Делаю глубокий вдох, улыбаюсь солнышку и беру направление к дому. Голова больше не кружится. Видимо, пережитый стресс помог привести давление в норму.
Я добегаю до дома за пять минут, поднимаюсь на лифте на родной восьмой этаж, захожу в квартиру и закрываю дверь на все замки. Не хочу, чтобы Даня заявился нежданчиком после занятий. У него ключ только от одного замка, к моему счастью.
Я принимаю освежающий душ, чтобы окончательно прийти в себя, переодеваюсь в спортивный костюм и приступаю к сбору вещей Даниила Батьковича.
Первым делом выбрасываю на пол из шкафов всю одежду. В ванную комнату иду с небольшим пакетом, там у него не так много барахла. Вот с книгами его будет сложно. У меня нет столько чемоданов, чтобы их упаковать.
Да и вообще, с чего это вдруг я ему буду отдавать свои чемоданы? Мусорные пакеты очень даже плотные! В них я впихиваю одежду, трусы, носки, ремни, шапки, шарфы, галстуки, обувь.
Вспоминаю, что на балконе у меня хранятся аккуратно сложенные картонные коробки из-под пылесоса, мультиварки и электронной духовой печи. Отлично! В них как раз все книги поместятся.
Спустя два часа я сижу на подоконнике кухни и пью любимый горячий шоколад. Я морально настраиваюсь на встречу с Даней. Я знаю, что он придёт. Как минимум, чтобы забрать рабочие блокноты и планшет, без которого он жить не может. Кстати, планшет! В последнее время он с ним практически не расстаётся. С чего это вдруг?
Понимаю, что ничего хорошего там не найду. Но любопытство и жажда узнать правду берут верх. Экран планшета загорается, я ввожу пароль, который случайно подсмотрела, и сразу нахожу иконку мессенджера.
- Ника, Ника, - бормочу себе под нос. – Сейчас ведь будет больно…
Я знаю, что будет больно. Но не ожидаю, что настолько. Я окунаюсь в переписку Дани с блондинкой и узнаю, что они вместе почти полгода. Все мои смены они проводили в этой квартире. И каждый раз девица напоминала Дане, чтобы он тщательно проветривал квартиру, так как её духи очень стойкие, а он отвечал, что после смен в больницы у меня плохо с обонянием.
Оказывается, эта сука готовила на моей кухне, принимала душ, используя мой гель и шампунь, она спала в моей кровати.
Боже, неужели я настолько слепа, что не заметила, не почувствовала присутствие чужой женщины на собственной территории.
И про борщи он ей писал. Что я снова кормила его в обед блевотным борщом. Блевотным? Так ты же, скотина сам просил его готовить. Я ненавижу борщ! Рецепт ради Дани выучила и готовила только, когда он просил.
Жаловался, что я заставляю его смотреть тупые сериалы.
Но добивает меня другое.
Блондинка буквально неделю назад присылала Дане фото в той самой норковой шубке. Она искренне благодарила его за щедрый подарок и обещала продемонстрировать, насколько она ему благодарна. На следующем фото она красовалась в красном кружевном белье.
Я представляю на мгновение, что благодарила она Даню в стенах моей квартиры, и меня выворачивает прямо в раковину на кухне. Дальше не добежала бы.
Я оседаю на пол, обхватывая руками голову. Чувствую, как слёзы снова катятся из моих глаз, но сил нет их вытирать.
Я в глубоком нокауте и пока даже не представляю, что поможет мне прийти в себя…
Глава 4
Прихожу в себя, когда слышу, как в замке проворачивается ключ. Дёргается ручка. Я хмыкаю.
Явился, значит. Отлично!
Я встаю с пола и, первым делом, иду в ванную комнату. Я не появлюсь перед Даней с размазанной по лицу тушью. Он не увидит моих страданий.
Смотрю на своё отражение в зеркале и в который раз благодарю матушку-природу, что она никогда не выдаёт меня после рыданий. Веки не опухшие, лицо не покрасневшее. Только глаза немного блестят от остатка слёз. И тушь с ресниц не потекла. Идеально.
Осторожно умываюсь холодной водой, промачиваю лицо полотенцем и направляюсь к двери, в которую уже настойчиво стучат.
Стоит мне провернуть оставшиеся замки, как дверь распахивается. На пороге стоит Даня. В его глазах решимость и ни капли раскаяния. Это странно.
Он смотрит за мою спину, видит коробки, мусорные пакеты и хмурит брови.
- Это что такое? – грубо спрашивает он.
Я удивлённо поднимаю бровь. Вот это заявочка. Он рассчитывал, что после его измены будет и дальше жить в этой квартире?
- Твои вещи, - отвечаю ровным тоном. – Придётся несколько ходок сделать, чтобы это всё снести.
- Даня, долго ещё мне тут торчать?
Из-за спины жениха появляется та самая блондинка и она катит за собой чемодан.
- А это что такое? – киваю на чемодан.
- Я заплатил половину аренды за этот месяц, - говорит Даня, когда девица берёт его руку. – Поэтому имею право здесь жить так же, как и ты. Мы займём спальню.
- Вы сейчас оба пойдёте на ху…тор отсюда, бабочек ловить, - цежу сквозь зубы, беру телефон и сразу же перевожу Дане тридцать тысяч. – У тебя сутки, чтобы забрать вещи, или она полетят в окно. Понятно выражаюсь?
- Даня! – возмущенно шипит блондинка.
- Задолбали, - выдыхаю я, делаю вид, что набираю что-то на экране и прикладываю телефон к уху. – Алло, девушка у меня кто-то пытается квартиру вскрыть. Я одна дома, боюсь. Вдруг это грабители.
- Ты – дура? – восклицает Даня.
- Даня, пошли отсюда. Она ненормальная, а мне с ментами проблемы не нужны. Меня папа убьёт.
Я не слышу, что говорит ей в ответ бывший жених. Захлопываю дверь перед его носом. Фух, Боже, дай мне сил пережить это. Хорошо, что впереди у меня ешё один выходной. Займусь генеральной уборкой, чтобы ничего не напоминало о жизни здесь ещё одного человека. А вещи, если не заберёт, отправлю его родителям.
Не успеваю отойти от двери, как раздаётся тихий стук. Смотрю в глазок. Даня. Стоит уже один.
- Ника, открой. Я один. Мне нужно вещи взять кое-какие.
Открываю двери и пропускаю его в квартиру.
- Блокноты, ноут, планшет, книги в коробках. Остальное в пакетах, - говорю тихо и ухожу на кухню.
- Других пакетов не было? – недовольно бурчит он.
- В таком количестве нет. У меня вопрос. Откуда деньги на норковую шубу?
- Во-первых, тебя волновать не должно. Во-вторых, для любимой девушки мне ничего не жалко, - отвечает он, даже не поворачиваясь ко мне лицом.
- Любимой? А кем была я?
- Удобной. И ты нравилась моим родителям. И ты вкусно готовила.
- Хм. А как же блевотные борщи?
Даня резко разворачивается. Смотрит на меня с прищуром.
- Ты видела переписку? – прямо спрашивает он, а я не вижу смысла отпираться. – А кто тебе разрешал брать в руки мой планшет?
- Никто. Я сама взяла.
- Всё прочитала? Тогда, надеюсь, больше глупых вопросов не будет?
- Какая же ты – мразь, Даня.
- За языком следи, - грубо бросает он.
- Тебе твоя шлюшка укол смелости сделала? В кофейне ты вёл себя иначе.
- Потому что в цирке, который ты устроила, не хотел принимать участия, - говорит он с ухмылкой и отходит к двери с коробкой и пакетом. - В общем, Ника, я рад, что ты всё узнала. Вещи отправь родителям. Соскучишься, пиши. Приду, приласкаю.
- Ты серьёзно это предлагаешь? – дрожащим от гнева голосом спрашиваю я.
- Трахаешься ты круто. Почему бы и нет, - хмыкает Даня.
- Ну скот, - выдыхаю я, открываю дверь и просто выталкиваю этого недомужика в подъезд.
Отправить его вещи родителям? Да нахрен оно мне сдалось? Подлетаю к куче мусорных пакетов и начинаю по одному выкидывать их из квартиры. С коробками сложнее, но злость придаёт мне сил. Пинаю их ногами и выталкиваю на площадку. Даня стоит посреди горы пакетов, не зная, за какой хвататься.
- Ты чё творишь? – орёт он.
- Избавляюсь от говна в своей жизни! Давай, до свидания!
Глава 5
Когда в квартире не остаётся вещей Дани, мне даже будто дышать становится легче. Но, наверное, это временный эффект, пока я не лягу в кровать, где привыкла засыпать в объятиях любимого мужчины.
Боевой запал моментом тухнет. На меня наваливается осознание, что теперь я буду засыпать в огромной кровати одна, что некому теперь согреть меня холодными ночами.
И так становится грустно. Так обидно. Так больно.
Три года я вкладывалась в наши с Даней отношения на максимуме. Отдавала всю себя, поддерживала его, помогала с работой, заполняя журналы, подготавливая презентации для занятий, проверяла контрольные, чтобы он мог поспать лишний час. А что получила взамен? Оскорбления и унижения.
Вспоминаю, как он просил последние полгода перекраситься в блондинку, а я упрямо отказывалась. Я от рождения рыжая. У меня прекрасный яркий, рыжий с бронзовым отливом цвет волос. Зачем мне его менять? А теперь всё понятно…
В голове прокручивается ситуация в кофейне. Эмоции остыли, и я понимаю, что любовница Дани развела меня, как малолетку. Сомневаюсь, что в ВУЗе Дани учатся настолько тупые студенты. А у меня нет никаких сомнений, что она из Бауманки. Зачем ходить далеко, когда под боком столько красивых молодых девушек?
Захожу в спальню, и мой взгляд падает на смятую постель. К горлу подкатывает тошнота от осознания того, что парочка любовников могла эту ночь провести здесь, а после они пошли на завтрак в кофейню.
Подлетаю к кровати и срываю постельное бельё. Спать на нём я больше не хочу. Выкину или спалю к чёртовой матери! Пока же решаю сложить в мусорный пакет и поставить у двери.
Перестилаю себе постельное бельё и открываю все окна в квартире. Да, холодно, зато не будет мне на каждом углу мерещиться запах Дани. Я прохожусь по спальне и гостиной и убираю все совместные фотографии. Даже не хочу доставать снимки из рамок. Просто отправляю в пакет с постельным.
Дальше по плану удаление из телефона переписки и совместных фото и видео. А за три года отношений этого добра у меня собралось ого-го. Первым делом ныряю в переписку. Не сразу понимаю, что читаю с упоением признания Дани и не могу остановиться. Он так часто писал мне о любви, что я ни на мгновение не сомневалась в его искренности.
Вдруг мои глаза останавливаются на ссылке в магазин верхней одежды. Я тогда присылала Дане снимок шубы, которую очень хотела себе приобрести. Он тогда посмеялся и спросил, куда же это я, медсестра хирургического отделения в ней пойду?
Я всматриваюсь в снимок и понимаю, что это та самая шуба, которую я держала в руках прежде, чем бросить сопернице.
Вот же мудак! Значит мне сходить в ней будет некуда, а студенточке этой на занятия в ней ходить нормально? А мне на работу как клуше ходить что ли? Ну, козлина! И жмот, к тому же.
Злые слёзы жгут глаза. Мне срочно нужен заряд позитива. И этот заряд мне может дать только один человек – моя Ева.