- -
- 100%
- +
- Юль! – зовут друзья дочку. – А с подругой познакомишь?
- Это моя мама, дураки, - смеётся она в ответ и влетает в мои объятия.
- Как ты, пуговка? – специально обращаюсь к ней её детским прозвищем, чтобы она, как всегда начала возмущаться.
- Мам, ну сколько можно! Я уже не пуговка, а пуговица! – отвечает она с хитрой улыбкой.
- Ой, простите.
Юля закидывает сумку с формой на заднее сидение и запрыгивает на переднее пассажирское.
Моей дочке тринадцать, и она не представляет своей жизни без футбола. Необычное увлечение для девочки, да? Но я не лезу с советами. Это её выбор. А ещё она два раза в неделю ходит на бокс. Это уже для самообороны.
Удивительно, но занятия совершенно не влияют на фигуру Юли. Она у неё максимально женственная. Грудь уже почти полная двоечка, тонкая талия, плоский живот, длинные стройные ноги, упругая попа.
И всю эту красоту Юля прячет под оверсайз. Увидеть её в обтягивающей одежде – это прям праздник какой-то.
Наверное, в этом есть и моя вина, если так можно выразиться. Я сама выбираю спортивный стиль одежды. Юбкам и платьям я предпочитаю джинсы и спортивные костюмы, обуви на каблуке – кроссовки. Удобно.
Наряжаюсь я для приёмов, куда нас с мужем приглашают его партнёры по бизнесу и друзья. Правда, моему выбору Андрей не доверяет. Каждый раз он присылает свою помощницу, которая создаёт для меня образ роковой красотки.
Я понимаю, что муж хочет, как лучше, но всё равно немного обидно. Ладно. Однажды я отвоюю право одеваться на такие вечера самостоятельно.
Сегодня занятия по футболу у Юли отменили. Тренер заболел, а замену найти не успели. Я тоже справилась с делами раньше, поэтому предложила дочке заехать в супермаркет и купить продуктов для пиццы.
Устрою для Андрея сюрприз. Он любит пиццу с баварскими колбасками, а мы с Юлей – с курицей и грибами. Набираем полную тележку продуктов и подходим к кассе.
- Чёрт! – вскрикивает дочь, когда мы выходим на улицу.
- Что?
- Я забыла, что сегодня у меня занятие с Оксаной.
- А ты уверена, что испанский язык тебе понадобится в будущем? – в который раз осторожно спрашиваю я.
- Конечно! – тут же отвечает дочь. – Мы же собирались с тобой полететь в Барселону следующим летом. А вдруг я встречу там Иньесту, Касильяса, Рамоса…
Дочь называет какие-то фамилии, но видит мои приподнятые в удивлении брови и машет на меня рукой. Мол, что мне объяснять. Я всё равно где-то отдалённо слышала только о Касильясе. Он вроде как вратарь испанской сборной по футболу. Но это не точно.
- В общем, встречу я кого-то из игроков, и даже не смогу попросить у них автограф и фото на память!
- А английский? Не подходит?
- Им будет приятнее, если я обращусь к ним на их родном языке.
- То есть ты занимаешься с Оксаной испанским только ради призрачной встречи с любимыми футболистами?
- Ой, мам, не начинай! – смеётся Юля и подходит к машине.
Мы загружаем пакеты в багажник и выезжаем в сторону дома.
Если честно, я не против занятий испанским. Я против Оксаны. Не нравится не эта девушка. Она ведёт себя слишком нагло для репетитора. Я пыталась поговорить об этом с Андреем, но он отмахнулся. Типа, выдумываю.
А я каждый раз с приходом Оксаны борюсь с собой. Борюсь, чтобы не окунуть эту девицу головой в воду, чтобы она немного попустилась и не смотрела на меня свысока.
Мы поднимаемся на десятый этаж нашей новостройки, и Юля открывает двери. В прихожей я сразу узнаю туфли на высоченном каблуке, в которых ходит Оксана. Как только ноги не ломает?
- Оксана уже пришла, - Юля тоже замечает обувь репетитора.
- А кто её пустил? – удивляюсь я.
- Так этот же, твой, наверное, дома уже.
Я недовольно поджимаю губы. Юля в контрах с мужем. Она никогда не называла Андрея папой (я и не настаивала), но в последнее время дочь его и по имени перестала называть. К нему лично обращается просто на «ты», а мне говорит «этот твой».
Раздражает, что я не понимаю, с чего такие перемены, и сама Юля ничего не объясняет. Надеюсь, это временный период. Дочь растёт. Я это переживу.
- Я пойду к себе. Оксана, наверное, меня в комнате ждёт, - говорит Юля и направляется прямо по коридору первого этажа в сторону своей комнаты.
Я оставляю пакеты в прихожей и сразу иду на второй этаж. В груди царапает неприятное предчувствие. Я взлетаю по лестнице, направляясь сразу в нашу с Андреем комнату. Прохожу мимо ванной комнаты и слышу шум воды.
Нажимаю на ручку, но она не поддаётся. Дверь заперта. Что за чёрт? Андрей никогда не закрывается в ванной комнате.
Я толкаю дверь нашей спальни. Андрей стоит голый у открытого окна. Курит. Сколько раз просила его не курить здесь!
- Цыпа, готова на второй заход?
Глава 2
- Цыпа перья свои промывает, - отвечаю сквозь зубы.
Андрей резко оборачивается, выбрасывая сигарету в окно. В его глазах мелькает удивление, а после… не вина. Раздражение.
- Блять… - выдыхает он, подбирая с пола боксёры.
- Это всё, что ты можешь сказать?
- Предупреждать надо, когда раньше домой возвращаешься.
- Что? – я задыхаюсь от возмущения. – Мне чтобы вернуться к себе домой нужно тебя предупреждать? А может…
- Ко мне домой, - он грубо обрывает меня и замирает на мгновение.
Я тоже слышу, как открывается и закрывается дверь ванной комнаты, а после слышатся быстрые шаги.
- Твоя цыпа готова на новый за-заход, - звучит от двери голос Оксаны.
На последнем слове она запинается, но всё ж договаривает. Я оборачиваюсь и встречаюсь с её наглым взглядом. Вот же сучка. Теперь всё понятно, почему были раньше такие взгляды. Она моего мужа имела, а я – дура ни сном ни духом.
- И давно ты эту цыпу имеешь? – спрашиваю у Андрея.
- Ещё в первый день трахнул, - гордо отвечает девица.
- А ты чем гордишься? Думаешь, папика нашла, в шоколаде жить будешь?
- Аня, закрой рот, - снова Андрей грубо обрывает меня. – А ты, манатки собрала и на хуй пошла отсюда.
- Милый, ты чего?
- Какой я тебе, милый? Свалила!
Андрей выкрикивает последнее слово. Оксана вздрагивает от неожиданности, но тут же берёт себя в руки. Недовольно поджав губы, она гордо вскидывает вверх подбородок, проходит мимо меня к стулу, снимает с него свои вещи и подходит к Андрею. Её полотенце будто случайно падает.
Она проводит острым красным ноготком по груди мужа и заглядывает в его глаза.
- Позвони мне, как с ней разберёшься.
- Ах ты, шлюха!
Я вздрагиваю, услышав полный ярости голос дочери. Она стоит в дверях, а в руках у неё ремень. Господи, помоги.
- Тебе не говорили, Оксана, что с чужими мужьями спать нельзя? – грозно рычит Юля, приближаясь к любовнице мужа.
Та медленно оборачивается, да только поздно.
Свист.
Шлёп.
- Ай, ты больная! – вопит Оксана от первого удара, прилетевшего по голой заднице.
- Я тебя быстро отучу по чужим мужикам шляться, шваль ты поганая! – кричит Юля и наносит второй меткий удар по другой ягодице.
Оксана снова вопит от боли.
Андрей пока в ступоре. Не ожидал он такой бурной реакции от падчерицы.
- Убери свою дочь от меня! – кричит Оксана, пытаясь укрыться за спиной Андрея.
- Она не моя, - выплёвывает он в мою сторону.
- И слава Богу, урод! – отвечает Юля и хочет ударить его, но Андрей – не хрупкая девица.
Он перехватывает ремень в воздухе и выдёргивает его из рук Юли. Замахивается, но она ловко отпрыгивает в сторону.
- Не смей её трогать!
Я влетаю между ними и получаю удар по бедру. Шиплю от боли, потирая ушибленное место, но от дочери не отхожу, прикрываю собой.
- Твоя девка заигралась, - рычит Андрей.
- А не пошёл бы ты на хер! – выдаёт из-за моей спины Юля.
- Юля!
- Пасть закрой свою! – кричит Оксана.
- Свою помой, уродка! – отвечает ей Юля.
Это какой-то сюр.
- Андрей, убери от меня этих сумасшедших.
- Сама проваливай! Совсем берега попутала, шалава! – продолжает кричать дочь, и я совершенно её не узнаю.
- Юля! – пытаюсь её угомонить, но она не на шутку завелась.
- Проваливай, Оксана, пока я тебе ноги не переломала!
- Юля, успокойся, - прошу я. – Иди в свою комнату, пожалуйста. Мы с Андреем должны поговорить.
- Да что с ним разговаривать!
- Юля. Я прошу тебя.
- Я не хочу оставлять тебя с ним наедине!
- Всё будет хорошо. Иди.
- Уйду вместе с ней.
Юля становится рядом со мной и кивает на Оксану. Та поспешно одевается, прячась за широкой спиной Андрея.
- Забирай, и проваливайте, - говорит муж безразлично.
- Милый.
Оксана тянет к Андрею руку, но он отшатывается от неё, словно от прокажённой. Юля моя действует быстро. Хватает девицу за волосы и толкает к двери.
- Пшла вон!
- Юля, не трогай её, - прошу дочь. – Не пачкай руки. Вдруг, она заразная.
Девочки уходят, прикрыв за собой дверь. Я поворачиваю голову и вижу злорадную ухмылку на лице мужа.
- Она чистая. Я проверяю всех, кого трахаю, - говорит он, и моя челюсть падает на пол.
- Что? Ты хочешь сказать, Оксана – не одна? – я буквально заставляю себя задать этот вопрос.
Андрей снова как-то зло улыбается. Он поднимает руку, нежно проводит костяшками пальцев по моей щеке, а после неожиданно грубо обхватывает затылок ладонью и тянет к себе. Врезаюсь в его широкую крепкую грудь и поднимаю голову, чтобы не разрывать зрительный контакт.
- Не одна, и она даже не вторая, - отвечает он. – Вот какого ты пришла раньше, Ань? Так хорошо всё было.
- Разведёмся, и приводи сюда, кого хочешь! – спокойно говорю я.
- Разведёмся? – переспрашивает он. - Хм. Забудь. Хер я тебя отпущу.
Визуал 1
Наша главная героиня
Сафонова Анна Сергеевна
Ане 32 года. Она владеет весьма популярным в городе спортивным клубом. Активная, добрая, сильная девушка, у которой было очень непростое прошлое. Главное её сокровище - дочь Юля.
Её прекрасняая дочь
Сафонова Юлия Николаевна
Юле 13 лет. Увлекается футболом, боксом. Обожает маму, считает её своей лучшей подругой. Эта девочка даст жару всем! Внешность милого ангелочка обманчива
Визуал 2
Муж-мудак
Билинский Андрей Иванович
Ему 38 лет. Мужчина в самом соку, как он сам считает. Бизнесмен. Владелец (ну или почти) строительной компании и нескольких ресторанов.
Одна из его любовниц
Оксана
Считает себя самой обаятельной и привлекательной. Типа репетитор испанского языка
Глава 3
- Я тебя не понимаю, Андрей…
- А что непонятного? На тебе почти весь мой бизнес подвязан.
- Ты говорил, это – временная, вынужденная мера. Забирай обратно свой бизнес. Не хочу иметь с тобой ничего общего.
Я пытаюсь отойти от Андрея, но он слишком крепко держит. Его пальцы перемещаются с шеи на челюсть, больно сжимают.
- А ты с чего это вдруг решила голос подать?
- А ты думал, я проглочу твои измены и буду делать вид, что ничего не произошло?
- Именно так должна поступить мудрая жена.
- Мудрая жена должна послать тебя на х…
- Прикуси свой язык, - рычит Андрей и отталкивает меня на кровать. – Блять.
Он начинает ходить из одной стороны комнаты в другую. Он всегда так делает, когда злится. Сейчас он ещё и на грани, потому что я слышу хруст костей. Так сильно он сжимает кулаки.
- Вот хера ты пришла так рано? – бормочет про себя.
- Уже поздно об этом думать, Андрей. Давай, по-хорошему разбежимся.
- Вот скажи, тебе даже не интересно, почему у меня любовницы есть? – вдруг спрашивает он. – Другие бабы уже бы слезами заливались и спрашивали бы: «Ну почему? Почему ты променял меня на неё? Что со мной не так?»
- А зачем? – я горько улыбаюсь. – Это не отменит факт предательства.
- Да может, ты мозг включишь и сделаешь так, что я больше на других баб смотреть не буду.
- Ты уже посмотрел.
- Да потому что там есть на что смотреть! – орёт Андрей. – Аня, я рядом с собой красивую девушку хочу видеть, а не пацанку, которую принимают за подругу дочки.
- Плохо, что я молодо выгляжу в свои тридцать два? Серьёзно?
- Плохо, что ты скрываешь охуенную фигуру под спортивной бесформенной одеждой. Ты одеваешься, как подросток. Сложно надеть юбку, блузу с декольте и каблуки?
- Я надеваю, когда того требуют обстоятельства. В моей работе и повседневной жизни мне удобен спортивный стиль. Ты, кажется, изначально не был против. Тебе нравился мой стиль.
- Теперь не нравится!
- Нравится, не нравится, терпи моя красавица, - повторяю уже ставшую крылатой фразу Президента.
Андрей не выдерживает и бьёт кулаком в стену. Я смотрю на него и понимаю, что плакать мне не хочется совсем. Какая-то странная у меня реакция на измену мужа.
Он ведь правду сказал. Другая бы на моём месте, скорее всего, уже бы заливалась слезами, кричала бы от боли. А у меня… Пустота. Я не чувствую ничего. Может, это такая реакция на стресс, а потом как накроет.
Сейчас у меня одно желание – уйти. Даже без вещей. Просто уйти. Взять свою дочь за руку и забрать её из этого, как оказывается, гнилого места.
Даже думать не хочу, сколько «баб» прошло через нашу с Андреем постель. Сколько раз он приводил сюда своих любовниц, пока я была на работе, а Юля – на занятиях.
Мне становится дурно. От омерзения. Наконец, хоть одна нормальная реакция на происходящее.
- Я хочу уйти, - говорю едва слышно.
- Забудь. Ты никуда не уйдёшь из этого дома.
- Это блядушник, а не дом.
- Называй, как хочешь. Пока я не решу, что с тобой делать, ты отсюда не выйдешь.
- На цепь меня посадишь? – с ухмылкой спрашиваю я.
- Если понадобится, - грубо отсекает он, надевая спортивные штаны и футболку.
Я горько улыбаюсь. Ещё утром он называл меня любимой, варил для меня кофе, а сейчас я вижу совершенно другого мужчину. Да, я знала, что Андрей бывает грубым с людьми, что скуп на эмоции, но он никогда не вёл себя грубо со мной. Мы в браке уже десять лет. Так много прошли вместе. Я была рядом с ним в самые непростые времена, и вот такая от него благодарность?
Мало того, что предал, так меня ещё в этом обвиняет. Пошёл налево, потому что я одеваюсь не так, как он хочет? Так почему прямо не сказать? Я же всегда адекватно воспринимала его критику. Хотел видеть рядом с собой девушку, а не пацанку? Так он же говорил, что влюбился в пацанку. Ценил, что не прогибаюсь под других, что не такая, как все.
Врал? Или говорил то, что я хотела услышать?
Я встаю с кровати и выхожу из комнаты. Не хочу находиться с ним рядом и дышать одним воздухом. Надеюсь, по квартире мне перемещаться можно? Я успеваю дойти до лестницы. Слышу сзади его быстрые, твёрдые шаги. Оборачиваюсь в моменте, когда он хочет схватить за плечо, но вместо этого толкает.
Я делаю шаг назад, да только нога не находит опору, и я падаю…
Глава 4
- Что ты с ней сделал?
Я прихожу в себя от крика Юли.
- Ты маму с лестницы столкнул? Убить хотел? Да я на тебя заяву напишу!
- Закрой рот, Юля, - рычит совсем рядом Андрей. – Я Аню не толкал. Это – случайность.
- Я, по-твоему, дура? – продолжает кричать дочь. – Она застала тебя с любовницей! Сказала, что хочет развестись, а потом совершенно случайно оступается на лестнице?
- Ты пересмотрела тупых фильмов.
- Сам ты тупой!
- Я тебе кляп в рот засуну, если не угомонишься!
- Меня на цепь, Юле – кляп в рот? – подаю, наконец, голос. – Что ещё я о тебе не знаю, Билинский?
Я открываю глаза. Первой вижу бледную Юлю. Мне хватает пары секунд, чтобы понять – я лежу на диване в гостиной. Дочь стоит на коленях на полу рядом со мной. Андрей сидит в кресле.
- Объясни своей дочери, что я тебя не толкал, - почти требует он.
- Не толкал, - признаю я.
- Мам, что болит? – обеспокоенно спрашивает Юля.
- Голова немного и бедро, - немного подумав, отвечаю я.
- Не хватало ещё перелома, - бурчит Андрей.
- Что, боишься сесть? – шипит на него дочь, и я беру её за руку, чтобы успокоить.
- Я позвоню Светлане.
Светлана – доктор из частной клиники, в которой мы являемся постоянными клиентами. Андрей терпеть не может государственные больницы.
- Надеюсь, с ней ты не спишь? – бросаю ему в спину.
- Нет.
- Что, старовата для тебя?
- Я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь в присутствии Юли, - жёстко осекает меня Андрей.
И мне становится стыдно. Но не перед ним. Перед дочкой. Что-то я забылась. Андрей прав. Не стоит обсуждать подобные вопросы в присутствии ребёнка. Мала она для этого.
А ещё слух больно режет фраза «своя личная жизнь».
Если я десять лет жила нами, нашей совместной жизнью, нашими чувствами, то у мужа, оказывается, была ещё и своя личная жизнь.
Я прикусываю губу, чтобы сдержать слёзы.
Кажется, падение с лестницы, наконец, пробудило во мне эмоции. На языке вертятся обидные фразы. Мне хочется сделать Андрею хоть чуточку больно, хоть чем-то задеть. Почему только я должна страдать?
- Очень больно, мамуль? – спрашивает Юля и ласково проводит ладонью по моим волосам.
- Очень, - отвечаю искренне, не уточняя, где именно больно.
А болит у меня не только бедро. Теперь болит сердце. В груди печёт от сдерживаемых рыданий.
- Я с тобой. Всё будет хорошо, мам, - шепчет дочь и целует в висок. – Может, тебе воды принести?
- Да, пожалуйста.
Юля вскакивает на ноги, бежит на кухню и возвращается с маленькой бутылкой воды. Я пью, приподнимаясь на локтях. Садится почему-то страшно. Андрей прав. Не хотелось бы перелома. Это задержит меня с разводом.
- Светлана будет через пять минут, - сообщает муж, возвращаясь в гостиную. – Она сказала, тебе лучше лежать пока.
Я не отвечаю. Не вижу смысла. Андрей хмуро смотрит на меня, уже хочет что-то сказать, когда его телефон звонит.
- Слушаю. Нет. Я сегодня не приеду. Не получится. Я сказал «не получится». Позже позвоню.
Я задыхаюсь от возмущения. Ни стыда, ни совести. Он уже в моём присутствии с другой любовницей разговаривает. Андрей замечает мой взгляд и ухмыляется.
- А чего прятаться по углам, когда ты всё знаешь?
- Урод, - цедит сквозь зубы Юля.
- За языком следи, Юля, ты себе слишком много позволяешь в последнее время, а терпение у меня на пределе.
- Выпей валерианки, и будет тебе счастье.
- Юля! – рявкает Андрея.
Дочь даже бровью не ведёт.
- Андрей, оставь нас, - прошу его спокойно. – В твоих услугах я не нуждаюсь. Светлану мы сами встретим. Можешь и к любовнице своей валить. Мы скучать не будем.
- Отпускаешь на блядки? – гадко смеётся Андрей.
- Да мне просто плевать.
- Не ври хотя бы себе, Ань. Тебе не плевать. Никогда ты врать не умела.
- Зато ты в этом спец, оказывается.
- Ну…
- Да свали уже! – рявкает на мужа Юля. – Дай нам поговорить спокойно. Тебя обосрать по полной.
- Юля! – выдыхаю испуганно, ведь вижу, как глаза Андрея наливаются кровью от злости.
- Если ты не объяснишь ей правила поведения в моём доме, это сделаю я. И поверь, ей не понравится, - цедит сквозь зубы Андрей, резко разворачивается и уходит в кабинет.
Я вздрагиваю от грохота закрывающейся двери.
- Юль, ты перегибаешь, - обращаюсь к дочери, и уже хочу начать мягко отчитывать, но вижу слёзы в её глазах.
Моя малышка всё это время просто держалась. Не хотела показывать слабость перед отчимом.
- Эй, пуговка. Ты чего?
- Прости, мам. Я так виновата перед тобой…
Глава 5
Юля, как маленькая, утыкается мне лицом в живот и тихо всхлипывает. Я глажу её подрагивающие от рыданий плечи и понимаю, что она, скорее всего, знала или догадывалась об изменах Андрея, но ничего мне не рассказывала.
Дочке требуется несколько минут, чтобы успокоиться и начать говорить.
- Я один раз пришла домой раньше и услышала, как Андрей с кем-то флиртовал по телефону. Там речь шла об ужине и каком-то приятном сюрпризе, и я даже примерно догадалась, о чём идёт речь, но Андрей увидел меня и стал объяснять, что я неправильно всё поняла. Что такое общение нормально с той девушкой, потому что они – старые друзья. А сюрприз – это вообще о подарке для её любимого мужа. Андрей помогал ей с выбором. Я тогда поверила и успокоилась. А потом я уже увидела, как он общается с какой-то блондинкой у своего офиса. Я не стала тебе ничего говорить. Думала, проведу типа расследования. Андрей меня спалил, когда я пыталась подсмотреть пароль блокировки его телефона. Он стал со мной более осторожным, а я – более подозрительной. Я считаю, раз тебе нечего скрывать, то и чего напрягаться и злиться. А ты сама заметила, наверное, как изменилось его отношение ко мне. Моя общение – это ответ на его постоянную агрессию.
Юля говорит быстро и тихо, поэтому мне приходится напрягать слух, чтобы всё услышать. Я, по сути, оказываюсь права. Дочь первой заподозрила Андрея в измене, и не хотела мне ничего говорить, чтобы не портить наши с ним отношения без доказательств.
- С каждым днём я злилась всё больше на него, потому что не могла найти ни одного доказательства его измены, - продолжает Юля, - а он ходил и просто насмехался надо мной. Оксана – это вообще последняя девушка, которую я могла заподозрить в связи с Андреем.
- Почему? – удивляюсь я.
- Мы пока занимались, общались и о жизни. Оксана говорила, что её родители развелись из-за постоянных измен отца. Поэтому она, помимо основной работы, занимается репетиторством, чтобы помочь маме.
Мы не успеваем продолжить разговор, так как приходит Светлана. Юля встречает её и подводит ко мне. Я понимаю, что не могу рассказать правду о случившемся. По крайней мере, сейчас. Это может сыграть против меня. Я говорю Светлане, что у меня закружилась голова, поэтому я оступилась и покатилась с лестницы вниз.
Она осматривает место ушиба, прощупывает, задаёт уточняющие вопросы, и выносит вердикт, что моя травма – простой ушиб, который не требует особого ухода, но пару дней мне лучше совсем не напрягать ногу.
Юля забирает у доктора листок с назначениями и обещает внимательно следить за мной. Андрей появляется, когда за Светланой закрывается дверь.
- В аптеку нужно сходить? – спрашивает он.
- Да, - отвечаю я, рассматривая список Светланы.
Он молча кивает, забирает из моих рук листок и выходит из квартиры громко хлопая дверью.
- Может, свалим, пока его нет? – тут же предлагает Юля.
Я отрицательно мотаю головой. С одной стороны, её идея хороша, НО! Бедро болит очень сильно. Мне больно передвигаться. Юле предстоит тащить на себе и наши вещи, и меня. Нет уж. Как по мне лучше продумать план и действовать по нему.
Первым делом, нужно забрать из кабинета Андрея мои документы. Я называю Юле пароль от сейфа и прошу её поспешить. Аптека находится в паре минут ходьбы от нашего дома. Андрей может вернуться совсем скоро.
Дочь выбегает из гостиной. Она кричит мне из кабинета мужа, что нашла всё необходимое. Паспорта только не было. Я вспоминаю, что он лежит у меня в сумке, поэтому прошу её поскорее уходить.