Рокус, Кнопуш и Пират

Глава 1:

Знакомство

В конце Сиреневой улицы сиротливо стоял неказистый домишко, давно покинутый хозяевами. Улица получила свое название из-за кустов сирени, буйно расцветающих каждую весну в палисадниках ухоженных аккуратных домиков. А этот портил весь вид. Поэтому жители соседних домов решили избавить свою улицу от невзрачного соседа. Дни домика были сочтены. Осталось подписать еще какие-то бумажки и его снесут, а на этом месте разобьют сквер. Но это было еще впереди, а пока его жильцы спокойно спали, не подозревая, что могут лишиться крова. Внутри заброшенного дома нашли приют бродячий кот и красивый породистый пёс. Они поселились в этом доме примерно полгода назад, когда осенним вечером повстречались при весьма драматических обстоятельствах.

Попросту говоря, Рокусу – так звали кота – пришлось спасать пса от целой своры своих соплеменников.

Рокус плотно пообедал и теперь отдыхал, удобно устроившись на широком кирпичном заборе. Внимание Рокуса привлёк ухоженный пёс. Его тёмно-коричневая шерсть лоснилась и блестела, как это бывает только у домашних питомцев.

«Интересно, что делает этот красавчик рядом с помойным баком? Куда только его хозяин смотрит!» – размышлял кот, наблюдая за чужаком. Тот стоял, прижавшись к забору, и недоумённо разглядывал окружавших его разномастных котов и кошек. Он даже не пытался вырваться из сужающегося кольца, очевидно, не понимая, что в него сейчас вцепится множество острых когтей и его холёная шерсть полетит клочьями во все стороны. Рокус сидел на заборе и, прищурившись, глядел на эту картину сверху вниз. Он и сам не понял, почему решил выручить пса. Сначала кот просто окликнул его:

– Эй, ты! Я к тебе обращаюсь, лайка шоколадная!

Пёс поднял на него глаза и вежливо поправил:

– Я не лайка, я лабрадор.

– Лаять умеешь, значит, лайка, – отрезал кот. И тут же скомандовал, – Как только прыгну тебе на спину, дуй вперед, пока они не опомнились.

Пёс в точности выполнил команду и,с котом на спине легко прорвал кольцо нападавших. Те бросились было следом, но Рокус, словно всю жизнь разъезжал на собаках, умело направлял пса по одному ему известному маршруту. И вскоре им удалось оторваться от преследователей. Тогда, спрыгнув с широкой спины лабрадора на землю, кот лениво потянулся, неторопливо умылся и снисходительно спросил у спасённого:

– Потерялся, что ли?

Пес в ответ только грустно вздохнул.

– Ладно, потом расскажешь, – опять принялся командовать кот. – Иди за мной, я присмотрел тут одно местечко.

Он отодвинул лапкой доску забора и пролез во двор, где стоял покосившийся домик.

– Остальные доски тоже еле держатся, – бросил он застывшему в нерешительности псу.

И тому ничего не оставалось, как, расширив проход в заборе, следовать за котом. Тот привел его к рассохшейся двери, справиться с которой сам бы не смог. Пес чуть поднажал и дверь, скрипнув, пропустила обоих внутрь. В доме было пыльно и темно.

Пес сел у двери, а кот отправился осматривать новые владения. Больше всего ему понравилась маленькая комната, служившая прежним хозяевам спальней. Туда он и позвал пса.

– Эй, лайка, иди сюда.

– Я лабрадор, – нисколько не обидевшись, опять поправил его пес.

– Тоже сойдет, – великодушно заявил кот, вылизывая запылившуюся шерстку. – Длинное только это имечко.

– Да нет, это порода такая, а зовут меня Кнопуш.

– Как, как? – кот даже умываться перестал, уставившись на своего знакомца зелеными глазами.

– Я родился очень маленьким, – терпеливо пояснил пес. – Просто кнопка, как сказала хозяйка. А увидев, что я мальчик, назвала Кнопушем.

– В самом деле, настоящий Кнопуш, – ворчливо заметил кот. – Такой здоровый, а нескольких драных котов испугался. Если бы не Рокус, не поздоровилось бы тебе.

Кнопуш помотал головой.

– Я не испугался, просто не понял, чего они от меня хотят. А Вы думаете, они бы стали драться? Но почему, я ведь не сделал им ничего плохого? И кто такой Рокус?

– Отвечаю по порядку. Драться они бы стали, ещё как, просто потому, что ты пёс. И ещё потому, что это была их территория. А Рокус – это я.

Кнопуш встал и церемонно кивнул головой коту.

– Очень приятно познакомиться и спасибо за помощь. Хочу сказать, Вы очень ловкий наездник. Я немного опасался за свою спину и просто удивлен, как Вы удержались верхом и нисколько не оцарапали меня.

– Да чего уж там, – протянул польщёно кот, – я ведь цирковой, для меня всё это – пара пустяков.

– Цирковой кот? – теперь Кнопуш был ужасно удивлён.

И тогда Рокус рассказал ему свою историю.

Он был простым уличным котёнком, вот только окраска у него была необычной – яркой, пёстрой, как лоскутное одеяло. Видно, этим он и приглянулся клоуну Кокусу из бродячего цирка. Тот забрал котёнка с улицы и научил множеству фокусов.

Перед первым представлением клоун даже нарисовал афишу-«Клоун Кокус и дрессированный кот Фокус». Но прошёл дождь, смыл краску с афиши и буква «Ф» превратилась в «Р»

– Так меня и стали звать – Рокус. Славные это были времена.

Кот замолчал, вспоминая цирковую арену, аплодисменты зрителей.

– Ну а что потом?

– Суп с котом. Я вырос и Кокусу показалось, что публике уже не интересно на меня смотреть. Он нашёл нового милягу котёнка. С ним и уехал дальше, а меня бросил тут одного… Ну всё, хватит об этом, – оборвал сам себя Рокус. – Давай спать. Свою историю расскажешь завтра. И, кстати, раз уж мы теперь вроде как друзья, давай на «ТЫ», попросту.

И, не дожидаясь ответа, кот свернулся калачиком среди старых одеял и уснул. А Кнопуш, положив голову на лапы, еще долго вглядывался в темноту грустными глазами.

Глава 2:

История Кнопуша

Кнопуш родился самым маленьким из пяти щенков красавицы Клеопатры.

– Какая хорошенькая кнопочка, – умилилась при его виде хозяйка, миссис Вильямс. А узнав, что это мальчик, вздохнула, – Да, чемпионом он вряд ли станет.

Так же, видимо, считали и те, кто приходил выбирать себе щенка. Одна милая дама совсем было решила взять щеночка, но в последний момент передумала. Ей показалось, что его темно-коричневый окрас не очень гармонирует с ее розовой гостиной. Так Кнопуш остался у Вильямсов и, возможно, жил бы с ними долго и счастливо, но мистер Вильямс получил повышение по службе и семье предстоял переезд на новое место. Миссис Вильямс ужасно переживала, ведь на новом месте ее ждало столько хлопот, чтобы обустроиться, а за малышом нужен был особый уход.

– Мне просто не справиться со всем этим, – вздыхала она.

И тут, когда хозяйка почти отчаялась решить эту проблему, она встретила ветеринара Джимми. Он был добрейшим парнем, и у него было множество знакомых.

– Вот кто мне поможет! – обрадовалась миссис Вильямс.

– Джимми, пообещайте мне, что найдёте Кнопушу самых лучших хозяев, – попросила она, вручая парню щенка.

Джимми почесал в затылке.

– Я постараюсь, конечно, только вот…

– Ничего не желаю слышать. Я уезжаю со спокойной душой, потому что знаю: Вы отдадите его в добрые руки. Уж Вам-то я могу доверять.

После таких слов Джимми ничего не оставалось, как удалиться со щенком за пазухой.

– Не унывай, приятель, – погладив прохладный бархатистый нос, сказал Джимми малышу. – Обещаю, что найду для тебя добрые руки, а пока поживешь у меня.

Но Кнопушу не пришлось задержаться у Джимми. В тот же день парень встретил своего приятеля Алека Грина, молодого художника. Вернее, Алек пока только мечтал стать художником, вот и приехал в эти края, чтобы брать уроки рисования у знаменитого мастера, поселившегося на старости лет вдали от суеты большого города.

– Только здесь, на природе, можно почувствовать всю яркость красок. Только здесь можно научиться достигать нужного цвета, – любил приговаривать мастер.

И Алек учился. Он снова и снова смешивал краски, стараясь, чтобы они были такими же живыми, как небо, листья или трава под ногами.

– Вот они, те самые добрые руки, которые я искал! – воскликнул Джимми, когда Алек протянул ему для приветствия перемазанную красками ладонь. – Ну-ка, гляди, кто у меня для тебя есть!

И он вручил онемевшему художнику щенка. Кнопушу очень понравилось, как пахнет Алек и он лизнул его в нос, на котором пестрели мазки краски. Сердце Алека было покорено в то же мгновение, хотя он сам это не сразу понял. Поначалу он даже испугался: собака – это же сплошные проблемы. Щенку нужен уход, с ним надо гулять. А, главное квартира. Как быть с квартирой? Ведь не каждый хозяин позволит поселить в доме пса. Но, глядя в доверчивые щенячьи глаза, парень махнул рукой:

– Будь что будет, справимся. Да, Кнопуш?

И тот, радостно взвизгнув, ещё раз лизнул нос только что обретённого хозяина.

Всё лето они прожили в этой милой деревушке. Алек каждый день прилежно трудился и писал всё лучше и лучше. Скупой на похвалу мастер нашёл несколько картин юноши весьма неплохими.

Но наступила осень и пришла пора возвращаться в город. Алеку надо было выходить на работу в рекламное агентство, где он рисовал плакаты и открытки, зарабатывая себе этим на жизнь. Как он и ожидал, квартиру пришлось поменять. Тут им с Кнопушем повезло: Алек нашёл комнату, правда, почти на самом чердаке дома, но зато недалеко от городского парка.

Оставаясь дома на целый день один, Кнопуш любил смотреть из окна на этот парк и думать о том, как славно они прогуляются, когда вернётся с работы Друг. Так он про себя называл Алека.

У них была любимая игра. Вечером, заслышав шаги Друга на лестнице, Кнопуш затаивался, почти переставая дышать. Алек открывал дверь и говорил, притворно удивляясь:

– Что, никого нет дома? Эй, хозяева, где вы?

Тут Кнопуш налетал на него с радостным лаем и принимался облизывать лоб, нос, щеки Друга.

– Ну всё, всё, – уворачивался тот. – Я же умывался сегодня.

Игра не надоедала обоим, хотя и повторялась изо дня в день. В воскресенье, когда Алекс не торопился на работу, они отправлялись в парк, где Кнопуш носился по тропинкам, радуясь прогулке, а Друг рисовал что-то карандашом в большом альбоме. Иногда Друг уезжал за город на целый день, оставляя Кнопуша скучать.

– Прости, дорогой, я еду навестить тётушку Лисси. Она милейшая старушка, но от шерсти собак начинает чихать и кашлять. Да и тебя поездка утомит. Добираться в поместье тётушки довольно долго, оно в стороне от станции и от деревни.

Друг разговаривал с Кнопушем, ничуть не сомневаясь, что тот понимает каждое его слово. Впрочем, так оно и было. По рассказам Друга Кнопуш узнал тётушку Лисси и полюбил её. Она нравилась ему, потому что не позволила оставить Алека в приюте, когда тот ребёнком лишился родителей. Добрая женщина забрала мальчика в свой дом и вырастила его, хотя была весьма немолода.

Глава 3:

Маэстро Рокус

– Продолжишь рассказ потом, – прервал Рокус воспоминания приятеля, заметив, что тот совсем раскис. – А пока подкрепись немного.

Кот кивнул в угол, где лежала довольно большая кость с остатками мяса на ней.

– Откуда она взялась? – удивился Кнопуш. – Вчера ее здесь точно не было.

– ну а сегодня есть. – хмыкнул Рокус. – Взял взаймы у соседей. Они свою лайку так закормили, что ей даже лень было тявкнуть на меня, когда я это стащил.

– Воровать нехорошо, – укоризненно сказал Кнопуш.

– Для тебя старался, – обиделся Рокус, – мне тут мышей хватит. А вот ты… Ну предложи что-нибудь получше.

Предложений у Кнопуша не было, а голод всё сильнее давал знать о себе громким урчанием в животе. Рокус был не из тех, ко подолгу злится и обижается на друзей, поэтому вскоре, как ни в чем ни бывало спросил:

– Ты мячики ловить сумеешь?

Кнопуш оставил кость:

– Какие ещё мячики?

– Да я вот тут нашёл кое-что, пока ты спал. Пошли, покажу.

Кнопуш послушно пошёл за котом. Тот привёл его в кухню. Вернее, туда, где раньше была кухня. Среди ставших ненужными, и потому брошенных вещей, Рокус нашёл небольшую плетённую корзинку и несколько разных по размеру мячиков.

– Нам здорово повезло с реквизитом, – сказал он Кнопушу.

– С чем повезло? – переспросил пес.

Рокус отмахнулся от него лапкой и продолжил:

– Сейчас порепетируем и пойдём выступать.

– Куда пойдём?

– В город. Там, в самом центре, на одной из улиц собираются те, кому есть что показать и те, кому охота на это поглазеть. Туда мы и пойдём, – терпеливо объяснил Рокус.

– Зачем? – Кнопуш никак не мог взять в толк, что задумал кот.

Рокус начал терять терпение:

– Есть нам что-то надо? Воровать ты не хочешь, а просто так нас никто не накормит. А если мы с тобой станем артистами, то заработаем себе на еду.

– Это ты здорово придумал! – восхитился пес, – Говори, что делать. Я готов.

– Так бы и давно, – успокоился Рокус. – Сейчас я тебя кое-чему научу. Смотри.

Он ловко вспрыгнул на самый большой из мячей и, быстро перебирая лапками, закружился на нём.

– Нет, я так не смогу, – вздохнул Кнопуш.

– А тебе и не надо, – стремительно кружась, промяукал Рокус. – Это я буду маэстро, а ты мой ассистент. Лови.

Кот спрыгнул с мяча, подхватил лапкой мяч поменьше и бросил Кнопушу. Тот легко поймал мяч и аккуратно положил на пол.

– Так-так, неплохо, – приговаривал Рокус, снова хватая и подбрасывая мяч. – А теперь попробуй бросить его мне.

Это получилось не сразу, но вскоре мячики так и мелькали в воздухе.

– Потом я вспрыгну тебе на спину, сделаю стойку на передних лапах, сальто и поклон публике. Ты берёшь в зубы корзину и обходишь с ней зрителей. Потом собираем мячи и домой. Ну как?

– Может получиться, – подумав, сказал Кнопуш. – В любом случае, попробовать надо. Вот только…

– Только что?

– А нас не поймают, как бродяг?

– Пусть попробуют, – усмехнулся в усы кот. – Я тут все закоулки знаю, со мной не пропадёшь. Да и вид у тебя что надо, – он с одобрением кивнул на ошейник с блестящей надписью. – Никому и в голову не придёт, что ты бездомный. Кстати, расскажи, как ты оказался на улице. Неужели твой Друг оказался таким же подлецом, как мой Кокус?

– Нет, что ты! – Кнопуш разволновался. – Друг – он самый лучший. Он…

– Ну ладно, рассказывай по порядку. Время у нас есть. Утром зевак на улице всё равно мало.

И Кнопуш продолжил свой рассказ.

Глава 4:

Кнопуш продолжает рассказ

Однажды вечером Алек пришёл с работы радостный. Ему подняли зарплату, и он смог купить подержанный автомобиль.

В эти выходные мы навестим тётушку Лисси вместе.-сказал он Кнопушу.

Кнопуш удивлённо смотрел на Друга.

– Чихать от встречи с собаками она не перестала, но я вот что придумал: ты останешься у Дика – он в усадьбе и садовник, и сторож, живёт в сторожке. Там тебе можно будет сколько угодно играть и носиться по двору. Тебе не придётся без меня скучать, да и тётушка с удовольствием посмотрит на тебя, ведь я ей столько о тебе рассказывал.

И в ближайший выходной они отправились в дорогу. Кнопушу ужасно понравилось ехать в машине с Другом. Пёс сидел рядом с Алеком и с интересом смотрел на проносящиеся мимо дома, деревья, машины.

На самого Кнопуша смотрели с не меньшим интересом. Ребятишки из встречных машин махали ему руками, смеялись и кричали что-то, да и взрослые от них не отставали. Вобщем, Кнопушу дорога понравилась.

А в усадьбе тётушки Лисси ему понравилось ещё больше. Раньше это была роскошная усадьба, но со временем она обветшала, а сил и денег, чтобы поддерживать всё в порядке у тётушки не хватало. Садовник Дик был тоже не молод, но он жил здесь всю жизнь, и усадьба стала его единственным пристанищем. Дик подстригал траву перед большим домом, обрезал слишком разросшиеся кусты и иногда топил печь в гостевом домике, чтобы он не пострадал от сырости и холода.

Миссис Фелиссия Джонс, или попросту тетушка Лесси, как называл ее Алек, любила посидеть на веранде с видом на лужайку. Ходила она с трудом, опираясь на палочку, но, несмотря на это, каждое утро навещала своего любимца – старого коня Фабиуса.

Раньше в усадьбе были большая конюшня и просторный хлев. Коровы и лошади из усадьбы Джонсов славились на всю округу. Те времена безвозвратно ушли.

Теперь на конюшне в усадьбе остался лишь Фабиус. Он, как и хозяйка, ходил с трудом, но, так же как и она, не терял присутствия духа. Когда тетушка Лисси с кусочками сахара на ладони подходила к нему, Фабиус радостно приветствовал хозяйку негромким ржанием, слизывал сахар с ладони и клал голову ей на плечо.

– Хороший мальчик, хороший, – тихонько хлопала его по холке хозяйка и отправлялась назад, на веранду, в своё уютное кресло-качалку.

Она сидела, чуть покачиваясь в кресле, Алек же, как в детстве, усаживался на скамеечку у её ног и рассказывал ей городские новости, придумывая на ходу то, что, как ему казалось, могло развеселить тётушку. Она и впрямь от души смеялась, и даже иногда просила повторить его рассказ.

Кнопуш в это время носился по лужайке, играя в догонялки с местными воробьями. Они сразу поняли, что этот пёс – добрейшее существо на свете, и его можно нисколько не бояться.

Птицы летали перед самым носом Кнопуша, поддразнивая его и заставляя догонять их, что он и делал, в полном восторге оттого, что всё вокруг так хорошо: светит солнце, улыбается Друг, силы переполняют его, Кнопуша.

А когда играть надоедало, Кнопуш ложился на прогретую солнцем душистую траву и, лениво прикрыв глаза, дремал. Молоденький воробышек усаживался ему прямо на голову и что-то чирикал в самое ухо, наверное, тоже делился новостями.

– Ты только посмотри на них – смеялась тетушка Лисси – видно, уже все деревенские сплетни собрали.

А потом была дорога домой. Уставший, но очень довольный Кнопуш опять сидел рядом с Другом и смотрел в окно, пока сгустившиеся сумерки не прятали от него дорожный пейзаж. Город встречал их огнями, и, пока они подъезжали к дому, Кнопуш рассматривал нарядные витрины и освещённые окна городских домов. Уже засыпая на ходу, Кнопуш плёлся по лестнице следом за Другом, падал без сил на свой матрас и крепко засыпал. Он и во сне перебирал ногами, словно продолжая бегать по лужайке.

Вот такая счастливая жизнь была у Кнопуша. Но однажды Друг вернулся с работы гораздо раньше обычного.

Он был очень печален. Кнопуш понял это ещё по шагам, даже не видя Алека. Стараясь утешить Друга, он, как всегда, вылизал его лицо и руки, но сегодня Алек был рассеян и не отзывался на все старания Кнопуша. Затем, словно проснувшись, потрепал пса по голове и, уткнувшись лицом в шелковистый бок Кнопуша, вздохнул:

– Больше нет с нами тётушки. Она покинула нас навсегда.

Пёс тихонечко заскулил и лизнул Алека в щеку. Та оказалась солёной и мокрой. Они ещё немного посидели рядом. Затем Алек встал. Он был как никогда серьёзен:

– Тебе придется пока остаться здесь, со мной никак нельзя. Подожди меня, Кноп.

С этими словами Алек ушёл. Кнопуш ждал его весь день и весь вечер, а к вечеру следующего дня негромко завыл, тоскуя от ожидания и недобрых предчувствий. Так надолго Алек его никогда не оставлял.

Словно услышав собачий призыв, на чердак поднялась квартирная хозяйка. Открыв дверь своим ключом, она подошла к Кнопушу, погладила его и велела идти с ней вниз.

– Что-то Алек запропал, – вслух сказала женщина. – Это на него не похоже – исчезнуть, никого не предупредив. Я лишь сегодня поняла, что уже два дня его нет. Ты, небось, голодный, да и прогуляться тебе давно пора.

Она вывела Кнопуша во двор, а потом опять поднялась с ним в комнату:

– На, вот, поешь.

Кнопуш съел всё, что она принесла, и лёг у двери.

– Ладно, жди его, а я буду заходить, проведать тебя.

Хозяйка две недели исправно кормила и выводила Кнопуша на улицу, а потом, виновато пряча глаза, сказала:

– Вот что, милый. Алек, возможно, нескоро вернется, а мне жильцы нужны. Придется освободить комнату для других.

Кнопуш, не мигая, смотрел, как картины Алека заворачивают в мешковину и уносят. Он, наверное, не дал бы к ним прикоснуться, если бы хозяйка не уговаривала его всё это время своим тёплым напевным голосом.

– Не сердись, милый, я их уберу на чердак, им там ничего не сделается. А ты поживешь пока у меня, ведь Алек вернётся за тобой, верно?

Пес поднял на нее печальные глаза, словно хотел спросить, когда же придёт Друг, но женщина развела руками.

– Я ничего не знаю, милый, но думаю, он обязательно придёт за тобой.

Потянулись дни ожидания, долгие и безрадостные. Хозяйка привязалась к Кнопу, и, как могла, старалась заботиться о нём, но тот просто чах на глазах. Женщина пыталась разузнать, что-нибудь об Алеке на его работе, но и там все были в недоумении.

Неизвестно, как долго ещё протянул бы Кнопуш без Друга, если бы не сон, приснившийся ему однажды. Он увидел Алека, стоявшего среди чужих, незнакомых людей, и беспокойно озирающегося. Люди шли мимо, не обращая внимания на застывшего в толпе человека. Кнопуш никогда не видел Друга таким слабым и беззащитным.

Пес вскочил, стряхивая остатки сна, и громко залаял, впервые с тех пор, как исчез Друг. Он бросился к двери, а хозяйка, женщина очень милая, но плохо понимающая собачий язык, даже обрадовалась. Она решила, что это очень хороший признак.

«Пес ожил, – подумала она, – значит, смирился с потерей хозяина, и теперь будет таким, как прежде – милым и весёлым.»

– Сейчас пойдем гулять, милый, сейчас.

Но стоило ей открыть дверь, как Кнопуш стрелой бросился вперёд, не обращая внимания на удивленный окрик женщины, не останавливаясь ни на минуту. Всё вперёд и вперёд мчался Кнопуш. Он бежал, куда несли его лапы, и собачья удача сопутствовала ему по дороге, иначе страшно подумать, что могло случиться с неопытным молодым псом на улицах, где мимо него то и дело проносились машины.

Пес бежал и бежал, пока силы не оставили его. Кнопуш подумал, что надо бы подкрепиться, а потом решить, что делать дальше. Но где взять еду?

Он положился на свой нюх, и тот привёл его к небольшому кафе, на задворках которого стоял бак, источая заманчивый запах.

Неужели придётся рыться в мусоре? – Кнопуш замер в нерешительности. Но есть очень хотелось, и он, отбросив все сомнения, направился к баку и выудил оттуда целую связку сосисок. Ему повезло – в кафе ждали инспекцию и подчищали все припасы, иначе никогда бы не выбросили столько добра.

Кнопуш как раз доедал свой улов, когда привлечённые запахом коты заметили чужака на своей территории.

– Окружай его, ребята! – скомандовал облезлый кот с разорванным ухом и разноцветными глазами.

– Ворюга, от нас не уйдёшь! – вторили ему такие же потрёпанные приятели.

Напасть первым никто не решался. Они сужали круг и ждали момента, чтобы всем вместе броситься на беднягу и изодрать его в клочья. Тут-то и появился Рокус.

– Ну, а дальше ты все знаешь, – закончил свой грустный рассказ пёс.

И снова Рокус не дал Кнопушу погрузиться в уныние.

– Пора в город, дружище, – заявил он, собирая мячи в корзинку.