Квантовиты. Книга 2. Кроссман

Глава 14

Когда Инна ушла, Алистер остался совсем один. Поведение девушки его ужаснуло. Неужели она и в самом деле приняла сторону Андмора? Неужели она и в самом деле считает людей животными? Ему не хотелось в это верить, но пока он не видел доказательств обратному.

В его комнате не было ничего, кроме пары кроватей, маленького столика и тумбочки. Голые стены, непонятно откуда льющийся свет и зловещая тишина. Он обошел помещение по периметру в поисках скрытой двери, но, кроме той, что вела в санузел, ничего не нашел. Там все тоже было достаточно просто и пусто. Что же ему делать?

Он не знал, сколько прошло времени. Алистер пытался спать, но мысль о том, что он оказался в ловушке, не давала ему успокоиться. Время от времени ему приносили еду. Алистер задавал квантовитам вопросы, но те лишь скользили по нему равнодушными взглядами, ставили на стол тарелки и тут же уходили. Мужчина после их исчезновения долго стоял у стены, трогая место, через которое они прошли, в попытке понять, как же они это делают. Потом съедал салат, откладывая мясо в сторону. Стараясь не обращать внимания на урчание в животе, немного ходил по комнате, надеясь, что увидит что-то, чего не видел раньше и, не заметив ничего нового, ложился на кровать и закрывал глаза. К вечеру усталость все-таки взяла свое, и Алистер заснул.

Проснулся он, как ни странно, от звуков плача. Кто-то в комнате рыдал так горько, как будто потерял все в этой жизни. Алистер сел на кровати – освещение в комнате успело смениться на полумрак, в котором мало что можно было разглядеть. Однако все же он заметил, что на второй кровати вновь сидит его бывшая жена. Но что-то с ней было не так. И дело не только в том, что он впервые за все время их знакомства увидел ее плачущей. Что-то было не так с ее рукой.

– Эшли? – удивленно спросил Алистер.

Та не ответила, а лишь разрыдалась еще сильнее. Мужчина встал с кровати, нащупал на полу ботинки, надел их и тут свет снова загорелся на полную мощность. Алистер увидел, что не так с его бывшей женой, и ему стало дурно.

Ее рука была жутким образом деформирована – очевидно, сломана. Эшли старалась ею не двигать и, похоже, испытывала дикую боль. Что ж, это объясняло, почему она так плачет.

– Что случилось? – Алистер встревоженно приблизился к ней и сел рядом.

– А ты как думаешь? – саркастически спросила Эшли. – Андмор, чтоб его.

– Он сломал тебе руку? – в шоке спросил Алистер. – За что?

– За то, что я посмела сказать, что его война – глупая затея, – не переставая всхлипывать, говорила Эшли. – И что лучше бы нам с ним просто путешествовать по миру, наблюдая его во всем многообразии, а не пытаться его захватить. Я сказала, что…, – она замолчала и покачала головой.

– Что ты сказала?

– Что… ни одному по-настоящему разумному существу не захочется править всей Вселенной, и что он не такое уж высшее существо, если так упорно на этом настаивает, – ее голос скатился в шепот. – Я идиотка… Как я только могла подумать, что могу такое ляпнуть, и он мне после этого ничего не сделает?.. Идиотка…

Алистер почувствовал, как в нем закипает злость. Его бывшая жена – та еще стерва, и кому, как не ему, это знать. Что только она ему не говорила с тех пор, как они поженились… а уж как она по нему проезжалась при каждой встрече после развода… И, тем не менее, ему ни разу не пришло в голову ее ударить. И тем более – сломать руку!

– Вообще-то ты в кои-то веки высказала здравую мысль, – заметил Алистер. – Но почему он тебя сюда прислал? Тебе нужно наложить гипс, а я понятия не имею, как это сделать, да и тут даже необходимых для этого вещей нет!

– Я наказана, – опустила она голову. – И он не хочет меня видеть.

После этих слов Алистер понял, что он не просто злится. Он разъярен. Мужчина поднялся с кровати и посмотрел в потолок, уверенный в том, что где-то там расположена камера, через которую за ним наблюдают.

– Вы там совсем с ума сошли, что ли? – закричал он. – Это слишком даже для вас! Даже если вы считаете ее всего лишь животным – ей же больно! Эй, Андмор, ты меня слышишь? Ей нужно наложить гипс, иначе кости срастутся неправильно!

– Алистер, перестань, – простонала Эшли. – Ты его только разозлишь…

– Ты хочешь остаться с кривой рукой? – спросил Алистер. – А что касается этой твари, то пусть злится! Может, тогда он придет сюда, и я покажу ему, как надо обращаться с женщинами!

Однако на его крики никто не отреагировал. Квантовиты просто засунули их обоих в эту комнату, чтобы они им не мешали, и забыли про них. Вероятно, до завтрашнего утра ими никто не заинтересуется. Но можно ли так оставить Эшли? Алистер постарался вспомнить, есть ли какая-то первая помощь, которую можно оказать при переломе… Вроде бы нужно наложить шину. Но из чего ее сделать? В комнате не было ничего твердого и продолговатого. В санузле тоже. Алистер почувствовал приступ отчаяния. Нет, сам он не справится. Нужно как-то вынудить квантовитов обратить на них внимание.

Вообще-то квантовиты ценят интеллект. Насколько он помнил по прошлому своему визиту, стоит тебе только сказать или сделать нечто умное, как они тут же начинают тебя слушать. Да, но это было два месяца назад, когда они еще интересовались людьми. А теперь для них все не превратившиеся – третий сорт, и с какой радости их должно впечатлить хоть что-то из того, что он сделает? Нет, до тех пор, пока он сидит здесь, ничего не предпримешь – на то и был их расчет, когда его сюда отправили. Нужно как-то воздействовать именно на самих квантовитов…

Алистер задумался. Ему на ум пришел Павел. Как бы ни было больно о нем вспоминать, все же именно его друг лучше всего разбирался в квантовитах и понимал устройство местной техники. Например, Алистер помнил, как Павел рассказывал ему, что в каждой комнате на самом деле расположен компьютер – просто его невидно, так как он замаскирован. Возможно, он смог бы добраться до него и попробовать…

И тут Алистер понял, что именно ему нужно сделать. Тогда квантовиты тут же обратят на него внимание и придут сюда всей гурьбой. Правда, велик риск, что, появившись здесь, они просто прихлопнут его, как муху, вместе с Эшли. Но ведь они до сих пор этого не сделали, верно? Даже Эшли до сих пор жива. Значит, им что-то от них нужно. А квантовиты умеют контролировать эмоции, так что вряд ли убьют их со злости. Алистер с сомнением посмотрел на бывшую жену. Может все-таки попробовать отломать кроватную ножку или что-то типа того? Но вряд ли у него это получится. К тому же ему надоело сидеть в этой комнате.

И тогда он подошел к стене и начал осторожно водить по ней пальцами. Эшли затихла и с удивлением посмотрела на него:

– Что ты делаешь?

– Кое-что умное… или глупое. Смотря, к чему это приведет…

Вернувшись в квантовую реальность, Инна в любую секунду ожидала разоблачения. С ее стороны очень смело думать, что можно провернуть столь рискованное дело и остаться незамеченной. В конце концов, у всех квантовитов было множество связанных между собой альтернативных версий, и хоть одна, но должна заметить то, что произошло. Возможно, пока что ее спасало то, что Андмор наверняка не знал, что из происходящего реально, а версии Инн-предательниц будут существовать независимо от того, поддержит ли она войну или нет. Но как скоро квантовит поймет, что все это сделала она, настоящая Инна?

Они проводили Клода в его комнату. Парень напоследок чмокнул ее в щеку:

– Спасибо за прогулку. Было очень… интересно.

Возможно, ей стоило проявить по отношению к нему немного больше нежности, но сейчас ее больше всего волновала вероятность раскрытия. Пока что ни одна из видимых ей версий не столкнулась с разоблачением – но превращение еще не завершено, и она не видит совсем маловероятные исходы. Особенно Инну беспокоили те копии, что поранились – им стоило огромных усилий наступать на больную ногу и не показывать, как им от этого плохо. Но Андмор то ли ничего не замечал, то ли делал вид, что не замечал.

– Пора ужинать, – равнодушно сказал он.

Инна растерянно кивнула. Очередной раунд с мясом. Они перенеслись в коридор и принялись двигаться в сторону столовой. Инна морально готовилась к предстоящему неприятному процессу, как вдруг прямо перед ними появился еще один квантовит. Торнмунд, тот седой из Совета. Как ни странно, на его лице царила тревога.

– Андмор, у нас проблемы, – поспешно сказал он.

– Какие? – скучающе спросил Андмор.

– Идемте со мной к вероятномеру.

Квантовит молча взял Инну и Торнмунда за руку, а потом они очутились в комнате, где вся стена была покрыта экранами – похоже, именно это помещение было чем-то вроде кабинета регулятора.

– Смотрите, – Торнмунд ткнул пальцем в один из экранов.

Инна с удивлением увидела на мониторе Кроссмана. Мужчина копался в стене – судя по всему, ему каким-то образом удалось обнаружить встроенный компьютер. И тут картинка сменилась, и на экране появилась столовая. Квантовиты в спокойной обстановке ужинали, как вдруг некоторые из них начали задыхаться. Длинные существа хватались за горло, исчезали, но, появившись в другой комнате, продолжали тяжело дышать.

– Не знаю, как, но он умудрился подключиться к системе жизнеобеспечения, – пояснил Торнмунд. – И решил, так сказать, привлечь наше внимание. Конечно, вряд ли нас это убьет, мы же все-таки не люди, но все же это причинит серьезные неудобства.

– Как скоро это произойдет? – ничуть не взволновавшись, спросил Андмор.

– Через десять минут.

Андмор повернулся к Инне, которая стояла, ничего не говоря, и мысленно твердила: «Ну какой же Вы дурак, доктор Кроссман».

– Кажется, твоя зверушка оказалась умнее, чем мы думали, – сказал он. – Надо разобраться. Пошли.

Инна кивнула, стараясь не показать, как ей страшно. Что квантовиты сделают с Кроссманом? Вряд ли они это так спустят ему с рук. Ох, и на что он только рассчитывал?

Они очутились в комнате, где находились Кроссман и Маклейн. Инна отметила, что рука последней как-то странно искривилась, но не успела ничего сказать или сделать, как Андмор направился прямо к мужчине, который не заметил их появления. Секунда – и квантовит своей мощной рукой придавил его к стене с такой силой, что Кроссман застонал.

– Андмор, что Вы делаете? – забыв о том, что она прикидывалась безэмоциональной, испуганно вскричала Инна.

– Что, решил поразвлечься, да? – холодно спросил Андмор. – Только животное могло всерьез подумать, что нас можно убить таким способом.

Кроссман пытался дергаться, но хватка была слишком крепкой. Тогда он сердито произнес:

– Я не собирался тебя убивать. Я хотел с тобой поговорить.

– Да? И что же ты хотел мне сказать?

Мужчина вздохнул как можно глубже и выпалил:

– Если ты только посмеешь еще раз тронуть Эшли, я заставлю тебя об этом пожалеть!

Что он несет? Инна перевела взгляд на Маклейн и заметила, что та как-то очень уж забито сидит в уголке. Ее рука вывернута или сломана, а из глаз катятся слезы. Девушка похолодела. Это Андмор с ней сделал?

– Эшли принадлежит мне, – процедил квантовит. – И я имею право делать с ней все, что захочу.

– Она живой человек, и ей нужна медицинская помощь! – воскликнул Кроссман.

Андмор только усмехнулся. Инна с ужасом наблюдала за тем, как его рука вдавливают мужчину в стену все сильнее и сильнее. Еще немного, и он его просто раздавит…

– Андмор, оставьте его, – как можно тверже сказала она.

– Он пытался нас убить.

– Не пытался, Вы же его слышали.

Но квантовит не уделил ее словам внимания. Инна была готова наброситься на это существо, была готова с ним драться, но это бы ничего не дало. Она прикусила губу от отчаяния.

– Андмор, мы так не договаривались, – напомнила Инна.

– Мы также не договаривались, что твоя шавка будет пытаться нас убить… От него только проблемы. Для нас всех будет лучше, если я его убью.

– Нет, не убьете, – Инна подошла к нему как можно ближе. – Оставьте нас, и я с ним разберусь. Он больше Вас не потревожит.

Андмор повернул к ней голову и посмотрел сверху вниз:

– И как же ты с ним разберешься?

– Я поговорю с ним, и он так больше не будет делать, – Инна дрожала всем телом. Зачем только она решила играть в эту игру?

– Он тебя не послушается.

– Послушается.

Кроссман, кажется, пытался что-то сказать, но, на его счастье, слов невозможно было разобрать. А вдруг у него тоже что-то сломано? Инна чувствовала, что готова разрыдаться от отчаяния. Но нельзя. Андмор не должен видеть ее эмоциональную привязанность. Он должен считать, что она действует хладнокровно.

– Отпустите его.

Андмор один раз моргнул и резко отнял руку. Не ожидавший этого Кроссман упал на пол. Инна хотела к нему броситься, но за ней наблюдали, а поэтому она лишь медленно подошла и опустилась на колени. Мужчина тяжело дышал, но, вроде бы, никаких травм у него не было.

– Этот подонок, – простонал он. – Сломал Эшли руку. За то, что она высказалась против войны с людьми.

– Доктор Кроссман, замолчите, – строго сказала Инна.

– Доктор Кроссман? – вскинул брови Андмор. – Ты – квантовит, а он – человек, с какой стати ты его называешь по фамилии, да еще и с ученой степенью, которую столь примитивное существо просто не заслуживает? Ты выше и лучше этого микроба. Называй его по имени.

– Хорошо, – не стала возражать Инна. – Алистер, ты поступил… нехорошо.

– Я поступил нехорошо? – возмутился мужчина. – А он?

Инна оглянулась на Андмора. На самом деле она тоже считала, что то, что он сделал – омерзительно. Ей не нравилась Маклейн, но такого обращения даже она не заслужила. Однако указывать Андмору, как жить – себе дороже.

– Можете идти, – сказала она. – Дальше я справлюсь сама.

– Имей в виду, – сказал квантовит. – Если твоя собачка и дальше будет продолжать меня раздражать, то мне все равно, о чем мы там договаривались. Я ее убью, потому что помехи мне не нужны.

После чего он приблизился к Маклейн, схватил ее за плечи и исчез.

Инна же вновь обернулась к Кроссману. Тот аж покраснел от возмущения. Самое ужасное в том, что он был прав. Но это не имело значения. Имело значение только то, что если он будет продолжать в том же духе, его убьют. А Инне одна лишь мысль об этом была невыносима. И теперь ей нужно было убедить взрослого человека в том, что он должен молчать и сидеть, как мышка, да еще и так, чтобы Андмор не догадался об ее истинных чувствах.