Квантовиты. Книга 2. Кроссман

– Она умрет, если Вы его отключите, – заметила Мизуки. – Разве Вы не понимаете, что тогда тут же появятся квантовиты и убьют не только ее, но и нас всех?

Кроссман посмотрел на нее немного мутным взглядом, а потом его лицо исказилось от боли. Но не от физической. Что-то мучило его изнутри, и Мизуки даже невольно опешила.

– Ты не понимаешь…, – тихо сказал он. – Если бы ты видела, что с ней сейчас происходит… И что вообще во всем НИИ происходит… – мужчина ненадолго замолчал, тяжело дыша, а потом продолжил: – Каждый человек в этом городе, кроме нас, умирает и испытывает при этом невыносимую боль… Они не могут работать в таком состоянии… Лекарства не будет… Но тогда Инна умрет! Мизуки, она же твоя лучшая подруга. Неужели ты хочешь для нее такого конца?

Саму девушку терзали сомнения. Стоит им отключить поле, как в городе тут же объявятся квантовиты – это факт. Но разве может кто-то адекватно соображать, когда все его тело сковывает мучительная боль, а тем более решать такую сложную задачу, как поиск лекарства? Правы ли они в том, что должны оставить поле неприкосновенным?

– Как хочешь, но я отключу его, и ты мне не помешаешь, – решительно сказал Кроссман.

Превозмогая боль, он поднялся на ноги. Агнета с Элин все еще катались по полу где-то в стороне. Их кожа и одежда были заляпаны белой кровью. Нетвердой походкой Кроссман подошел к двери, оперся об стену и что-то прошептал. Открылся проход, и мужчина скрылся из виду.

Мизуки продолжала сидеть на полу. Рави забрали квантовиты и, скорее всего, он уже мертв. Вероятно, с ее родителями и друзьями произошло то же самое. Но Инна была пока еще жива. И если единственным шансом на ее спасение было отключение поля, разве они не должны попытаться?

Прошла минута, и тут в коридоре появился Фера.

– Зря вы это сделали, – спокойно и равнодушно произнес он. – Нам надо уходить. Как можно скорее.

Светлана Постникова сидела в комнате без дверей и перебирала каналы на вероятномере. Экран, настроенный на реальность, показывал ей, что происходило в разных уголках Галактики. Странные существа, не похожие ни на людей, ни на квантовитов, жили своей жизнью, решали проблемы, непонятные ей, общались на языках, которые не напоминали ни один из известных человечеству. Однако все это завораживало ее, и Светлана подолгу могла смотреть на то, как крылатые не то муравьи, не то сороконожки зигзагами ходили вокруг деревьев с изогнутыми стволами, не приближаясь к ним, но и не удаляясь. Она понятия не имела, зачем они это делают, однако эта раса была разумной, а значит, в их действиях был какой-то смысл. И, возможно, если она посмотрит на них достаточно долго, то поймет.

В это же самое время Светлана Постникова жевала сухое человеческое мясо, не чувствуя вкуса. Специи, какие-то местные острые травы, жгли язык, но ее не волновали ни боль, ни то, что она могла испортить свой желудок. Какое-то разумное существо умерло ради того, чтобы она могла набить живот. Но виновата ли она в этом, если другой еды ей никто не дал, а организм требовал пополнения энергии?

И в это же самое время Светлана Постникова сидела за лабораторным столом, сканировала принесенного с Фориса червя специальным прибором и задумчиво почесывала подбородок. Было еще много Светлан Постниковых, каждая из которых занималась своим делом, при этом зная, что делает другая, даже если их разделяли световые годы. Такова квантовая реальность, и так чувствуют себя квантовиты. А Светлана теперь была квантовитом, правда, заключенным в хрупкую человеческую оболочку.

Никто из бесчисленных альтернативных версий не знал, которая из них настоящая. Превращение этой женщины завершилось, все копии стали равноценными, и даже знание прошлого оригинала не могло помочь: слишком много разветвлений произошло с тех пор, как последний атом перешел в суперпозицию. Светлана теперь квантовит, а значит, она существует во всех местах одновременно, делает все возможные на свете дела одновременно и моментально переносится от любой части большого организма по имени Светлана Постникова к другой. В большинстве случаев их действия были монотонными, и почти ничего не происходило. Но к той Светлане, которая занималась червем, неожиданно пришли.

В комнате появился другой квантовит – Андмор, регулятор этого странного общества. Каждая из Светлан узнала о его прибытии, даже если они не сидели в той самой комнате, однако никто из них не оторвался от своего дела. Что бы ни произошло дальше, они об этом узнают – ведь все версии квантовита связаны.

Андмор приблизился к столу и равнодушно посмотрел на извивающегося под ярким светом червя. Это примитивное существо настолько отличалось от него, что даже не воспринималось, как живое. Съесть его было бы все равно, что сжевать лист дерева для человека. Однако Андмор был несколько брезглив, а потому даже не рассматривал такую возможность.

– Что удалось узнать? – скучающе спросил он.

Светлана ответила ему тем же тоном:

– Мы занесли на Форис около пятидесяти форм живых организмов с Земли, каждого из которых заразили ретровирусом. Однако именно черви каким-то образом умудрились излечиться от него. Я изучала его весь день, однако объяснения этому феномену так и не удалось найти.

Андмор сухо кивнул:

– В любом случае, это уже неважно. Мы забрали большую часть зараженного населения, а несколько минут назад Алистер все-таки отключил защитное поле, так что мы уже забираем оставшихся. Их превращение началось не так давно, и они пока что не совсем квантовиты. Им придется свыкнуться с новым восприятием мира, а на это может потребоваться время.

– Что такое еще несколько дней для тех, кто живет вечно? – философски спросила Светлана, не отрываясь от созерцания экрана сканера.

– Разумеется, осталось еще небольшая доля тех, у кого оказался иммунитет, – продолжал Андмор. – Их мы тоже переправляем в квантовую реальность. Основная их часть пойдет в пищу, но, возможно, некоторые из них смогут нам пригодиться в том виде, в каком они есть. Торнмунд уже размышляет над этим, и, похоже, у него есть несколько идей.

– Превосходно.

– Но у нас еще остается вопрос с детьми. Никто из детей не прошел превращение. Вместо этого они каким-то образом стали чем-то вроде передатчиков. Они улавливают наши разговоры и озвучивают их. Я нахожу это весьма… неудобным.

Светлана наконец-то отложила сканер и развернулась на стуле, чтобы посмотреть квантовиту в глаза.

– Андмор, у нас с Вами впереди вечность, но все же я не из тех людей, кто любит тратить время впустую. Вы хотите, чтобы я что-то сделала?

– Светлана, Вы больше не человек, не забывайте об этом, – напомнил Андмор. – Знаю, что Вы не врач и не биолог, однако Вы пока единственная, кто полностью завершил свое превращение, а потому Ваш разум больше не замутнен ненужными чувствами и эмоциями. Мне бы хотелось, чтобы Вы осмотрели нескольких из них и сказали свое мнение.

– Разве у Вас нет необходимых специалистов? – женщина вскинула брови.

– В нашем обществе не существует такой науки, как биогеография. А у меня есть основания полагать, что произошедшее с детьми как-то связано с тем, что они жили в Форисе. Я бы хотел, чтобы Вы лично осмотрели территорию города, составили список факторов, способных повлиять на действие вируса, а потом изучили нескольких особей и составили объяснение случившемуся.

Светлана пожала плечами. Ее копий было так много, что она вполне могла выделить парочку версий на это задание, которое не казалось ей как-то особенно важным. Какая разница, почему дети не превратились? Все равно солдаты из них получились бы никудышными. Гораздо больше ее волновал другой вопрос.

– Когда мне разрешат увидеться с форисянами?

– Пока что они пребывают в слишком большом шоке, – пояснил Андмор. – Как только они немного успокоятся, Вы поговорите с ними и объясните, как все это с ними случилось и что им предстоит сделать дальше. Им будет проще поверить такому же человеку, как они сами, чем квантовиту.

– Вы только что мне сказали, что я больше не человек, – заметила Светлана.

– Я имел в виду Ваше прошлое, только и всего. Так Вы возьметесь за осмотр Фориса и детей?

– Возьмусь, – кивнула Светлана, и три ее версии тут же оторвались от своих занятий и принялись готовиться к выходу в реальность.

– Я еще назначу Вам в помощь доктора Вебера, это врач с Фориса. Он поможет Вам в исследованиях.

– Ладно.

Андмор напоследок скользнул равнодушным взглядом по червю, коснулся стены и исчез. Светлана вернулась к работе, размышляя о том, стоило ли ей сказать квантовиту, что она испытывает головные боли и тошноту. И сильно удивилась, неожиданно обнаружив, что ни одна из ее версий не упомянула об этом в разговоре с регулятором. Почему же они все решили это скрыть?

Алистер знал, что, как только он отключит поле, в городе тут же появятся квантовиты. Он был к этому готов. Однако, когда мужчина на максимальной скорости несся по коридору электростанции, он совсем не ожидал, что Агнета Даль попытается его остановить, а заодно и перекусить им. Судя по всему, женщина и сама оказалась квантовитом, но времени размышлять об этом не осталось. Плечо оказалось буквально разорвано в клочья, однако он зашел в комнату и отключил поле. Потом его голова закружилась, и он потерял сознание.

Очнувшись, Алистер обнаружил себя лежащим на белоснежной кровати в небольшой комнатке без дверей. Воздух казался затхлым. На нем была пижама, свободно болтающаяся на теле. Плечо, как ни странно, оказалось вполне здоровым. Мужчина пошевелил рукой и не ощутил ни боли, ни трудности в движении. Странно, он ясно помнил, как Агнета вцепилась своими зубами, оказавшимися неожиданно острыми, ему в плоть и даже, кажется, вырвала несколько кусков. Может, ему приснилось? Алистер отогнул ворот рубашки и обнаружил чистую кожу, на которой не осталось ни царапинки. Но самым удивительным было даже не это. А то, что он до сих пор жив.

Судя по отсутствию дверей, Алистер находился в квантовой реальности. Вероятно, отсутствие ранений объяснялось лечением квантовитов – в прошлый раз они тоже помогли ему срастить кости на ноге, вроде как не желали есть больного. Но почему никто до сих пор не пришел и не убил его? И самое главное: что случилось с Инной?

Алистер зашевелился, намереваясь сесть, и в этот момент раздался подозрительно знакомый голос, услышав который, он застыл.

– Ну, наконец-то, милый, ты проснулся! А то я уже начала волноваться.

– Эшли? – растерянно спросил Алистер.

И в самом деле, это оказалась его бывшая жена. Поначалу он ее не заметил, потому что она тихо сидела в самом дальнем углу. Но теперь Эшли Маклейн поднялась, широко улыбнулась так, как будто и в самом деле была рада его видеть, подошла к нему и заключила в крепкие объятия.

– Конечно, Андмор говорил, что ратилия может излечить даже рак в самой запущенной стадии, но ты так плохо выглядел…

– Стоп! – Алистер довольно грубо оттолкнул ее. – Что происходит? Где я? Почему ты здесь? И что с Инной?

Эшли вздохнула и недовольно скривилась.

– «Что с Инной?», – передразнила она. – То есть, что со мной, тебя вообще не волнует?

– Насколько я вижу, ты вполне жива и здорова, – заявил Алистер и тут же осекся.

Эшли определенно жива – это факт. Но вот здорова ли? Ее обычно аккуратно причесанные волосы сейчас оказались растрепанными и почему-то коротко подстриженными. Она заметно побледнела, лицо осунулось, а под левым глазом, на щеке и руках красовались синяки.

– Это Андмор тебя так? – встревожился Алистер.

– Нет, я сама себя поколотила! – закатила глаза Эшли. – Ясное дело, это был Андмор.

– За что?

Эшли тяжело вздохнула:

– За то, что я надоедала ему просьбами отвезти меня на какую-нибудь планету. Он тут войну, видите ли, планирует, и ему не до праздных гуляний.

Алистеру неожиданно стало совестно. Судя по всему, жизнь Эшли изменилась отнюдь не в лучшую сторону. Он хотел ее обнять, но побоялся, что заденет больное место, поэтому только слегка погладил ее по руке. Эшли постаралась улыбнуться, но он видел, что она готова заплакать.

– Какую еще войну? – нахмурился Алистер.

– Войну против Земли, – пояснила его бывшая жена. – У Андмора грандиозные планы по подчинению каждой планеты в этой Вселенной, и он считает, что люди – одни из самых серьезных его противников, а потому с ними нужно разобраться в первую очередь.

– Зачем ему подчинять каждую планету во Вселенной?

– Алистер, ну не тупи, – раздраженно протянула Эшли. – По мнению Андмора, квантовиты – самая совершенная и разумная раса в мире. Все остальные – только рабы и скот. Он собирается организовать колонии на каждой планете, на которой есть разумная жизнь.

У Алистера вновь закружилась голова. Так Андмор планирует войну? А он-то по наивности думал, что его интересуют только люди Фориса. Кстати, о них.

– Что случилось, когда я отключил поле? – спросил он.

– Тебе давно уже нужно было это сделать, – сказала Эшли. – Твоей драгоценной Инне не пришлось бы так мучиться, если бы ты сразу послушался моего совета. Ну как можно быть таким глупым? Ты же понял, что происходило.

– Люди превращались в квантовитов…

– Вот именно! – воскликнула Эшли. – Они эволюционировали и догоняли в развитии самих квантовитов. Неужели вы всерьез полагали, что они убьют тех, кто так же разумен?

Алистер ошарашенно посмотрел на нее. А ведь и действительно. Основная претензия квантовитов к людям – это то, что те ограниченные. Но если человек может видеть суперпозицию и весь мир в его многообразии, то он не так уж и глуп. А, следовательно, зачем же его убивать?

– Я идиот, – покачал головой мужчина. – Но что же это тогда было? Своеобразный акт милосердия со стороны квантовитов?

– Да какой там, – усмехнулась Эшли. – Изначально они и в самом деле собирались вас всех убить и пустить на мясо. Но вы своим барьером оградились от них. Они хотели выманить вас наружу, и решили разработать специальный ретровирус, который преобразит вас и вынудит покинуть город. Мы с Андмором даже слетали на Землю специально для этого.

– Погоди, – перебил ее Алистер. – Ты была на Земле? И как там?

– Я видела только Байкальский заповедник. Холодно и олени бегают. Там мы собрали животных и еще одну женщину, на которой Андмор опробовал действие вируса. Но результат его поразил. Светлана, так ее зовут, поумнела настолько, что практически догнала в развитии квантовитов. К тому времени, как он понял, что происходит, она была уже так же разумна, как он, а в Форисе почти все жители оказались заражены.

– Но не я, – напомнил Алистер.

– Да, не ты, – грустно кивнула Эшли. – Как и не я. Какое-то причудливое переплетение генов помогло нам обрести иммунитет. Вот не повезло. Андмор после того, как ты сбежал из этой реальности, и так ко мне относился не очень хорошо, а теперь он вовсе уверен, что я ошибка природы. Удивительно, что меня до сих пор не убили.

Алистера и самого беспокоило, что он все еще жив. Он-то в глазах квантовитов так и остался никчемным животным, которое разве что в пищу годится. Но это сейчас не очень важно.

– Так что с Инной? – вновь спросил Алистер.

Эшли разозлилась:

– Что ты все заладил про эту блондинку? Я разве уже не дала исчерпывающий ответ? Всех, кто был заражен, переправили в квантовую реальность, где они проходят превращение в спокойной обстановке. Как только в ней не останется ни одного определенного атома, она присоединится к Андмору и его армии, которая нападет на Землю. Все с ней будет хорошо. Ты бы лучше о нас побеспокоился!

Но Алистер облегченно выдохнул и вновь откинулся на подушки. Если Инна жива и более-менее здорова, насколько это возможно в ее состоянии, то он выполнил свою задачу. Ему самому, конечно, повезло меньше, но раз его до сих пор не убили, то, видимо, он для чего-то нужен квантовитам, а значит, о себе тоже можно пока не волноваться.