Рискнувшие

Глава 4

Система Барнарда. Виктас. 2205 г.

Это было ужасно несправедливо. Я весь день гонялась за таргидом по Арису, потом чуть не умерла, попав в лаву, два часа провисела над пропастью… У меня совершенно не было сил, и определенно требовался хотя бы один день на восстановление. Поэтому, когда меня разбудили посреди ночи и сказали, что на Виктасе стряслась беда, и там требуется моя помощь, я только обессиленно застонала. Каждая мышца на моем теле ныла, голова просто раскалывалась от недосыпа. Неужели кто-то думает, что в таком состоянии я способна хоть кого-то спасти?

Когда я попыталась возразить, в разговор влез Бернаскони, и он сказал, что понимает, что я устала и чуть не умерла. Он понимает, что я провисела над пропастью и спаслась только чудом. Он понимает, что я хочу всего одну ночь поспать спокойно, но дело серьезное. Судя по всему, что бы ни происходило на Арисе, оно начинает распространяться, и дело не терпит отлагательств. Ему просто нужно мнение моего магнура. А потом, если я того захочу, он разрешит мне неделю не появляться на работе. Я всего лишь должна помочь.

Пораскинув мозгами, я решила все-таки ответить на этот вызов. Магнур внутри меня беспокоился, нервничал, я как будто чувствовала, как он ерзает внутри меня, передавая свои неприятные ощущения и мне. Разумеется, Локи был глубоко возмущен поведением Председателя. Он сказал, что я и так работаю усерднее других, и что заслужила хотя бы одну ночь отдыха, но я лишь отмахнулась. Я должна была во всем разобраться.

Так что я разбудила Эрика, без которого я просто никогда не выходила на задания, и через несколько часов мы были уже на нужной планете.

Как будто в противовес Арису, разрушенному войной, Виктас был на редкость живописной планетой. На ней росло множество деревьев, все они были гигантского размера, а некоторые напоминали земные. Почва здесь была гораздо более плодородной, чем на Земле, поэтому вырастить на ней можно было все, что угодно, и вскоре все жители системы Барнарда решили превратить ее в некое подобие гигантского сада. Постоянно проживало здесь совсем немного народу, многие прилетали сюда лишь на некоторое время, чтобы отдохнуть. Мы с Локи тоже бывали здесь, когда в Центре Подготовки ВГСБ было что-то типа каникул. Я помнила, как мы сняли небольшой домик у Лилового озера, и какой чудесный месяц мы тогда провели вместе. Конечно, без человека-фильтра было тяжело жить там, ведь я не видела ту реальность, которую видели остальные, но мне все равно удалось неплохо отдохнуть.

Из космоса планета представляла собой красивый салатово-лиловый шар, по размерам примерно такой же, как и Земля. По поверхности были разбросаны бледно-сиреневые облака, и вообще планета выглядела такой мирной, что просто не верилось, что на ней может быть хоть какая-то преступность.

Я сидела на своем месте в корабле, подбирающемся к планете все ближе и ближе, с мрачным видом. Эрик это заметил и поспешил спросить:

– Что такое? Что-то почувствовала?

Я покачала головой:

– Мне просто не верится, что в этом райском местечке может произойти что-то плохое. Я ведь была там года два назад, и все было хорошо, даже в энергетическом плане.

– Может, это был просто несчастный случай, и с происшествием на Арисе это никак не связано, – осторожно предположил Эрик.

Я была бы этому только рада, но магнур категорически не соглашался. Я чувствовала, как нарастает его беспокойство. Мы уже входили в атмосферу, и постепенно все, что могли видеть человеческие глаза, исчезло. Передо мной заструились потоки энергии, безжизненные и бессознательные, но все равно очень красивые.

Темно-синяя аура Эрика рядом со мной, как ни странно, внушала надежность. С любопытством вглядываясь в него, я понимала, что, несмотря на свой наглый и местами мерзкий характер, на него можно положиться. Слабые отголоски симпатии ко мне, которые он испытывал на Марене три года назад, теперь превратились в прочную дружескую привязанность. Я видела в нем любовь к Локи, к Форми, готовность защищать нашу маленькую компанию. Кроме того, он чувствовал какую-то ответственность, потому что был старшим среди нас (вообще-то самой старшей была Форми, но это только если считать земными годами; по доранским ей семнадцать или восемнадцать, точно не скажу, мы все уже запутались в своем возрасте, если честно). Он знал, что я его изучаю, и относился к этому совершенно спокойно, не пытаясь спрятаться.

– Ну что, ты закончила? – ехидно усмехаясь, спросил он. – Много интересного узнала?

Я немного покраснела, хоть и не пыталась делать тайну из того, что смотрю ему в самую душу. К счастью, отвечать и еще больше смущаться мне не пришлось, потому что к нам приблизился тимилт по имени Бэи, один из агентов, которого послали вместе с нами.

– Мы приземлились, – сообщил он. – Мы приняли последний сигнал от агента Кро примерно в этой зоне. Потом он доложил нам о том, что падает, и связь прервалась.

Я кивнула и поспешно поднялась с места. Ориентируясь на мысленные образы других агентов, я вышла из корабля и оказалась на цветущей поляне. Пока что все достаточно мирно, но магнур был напряжен донельзя. Цветные ауры агентов рябили, сбивали с толку, обрывки их мыслей попадали мне в голову, сливаясь в целую мешанину образов, чувств и эмоций. От такого обилия всего у меня аж разболелась голова. Эрик, кажется, это заметил, потому что осторожно приобнял меня, помогая идти вперед. Повернув к нему голову, я устало простонала:

– Здесь столько всяких энергий от этих агентов… я не могу ничего почувствовать. Они меня путают.

Эрик понимающе кивнул, а потом крикнул идущим впереди:

– Слушайте, у Кендис тут особая миссия, а вы ей своим обилием мысленных потоков мешаете. Мы, пожалуй, отойдем в сторону и попробуем разобраться с тем, что происходит на энергетическом уровне.

Агенты пожали плечами, а Бэи произнес:

– Идите. Если вдруг найдете Кро или то, что от него осталось, сообщите нам по нанопейджеру. Если связь будет работать, конечно.

– Обязательно, – кивнул Эрик.

Мы отделились от группы и двинулись в одну из сторон, просто потому, что надо же было с чего-то начать поиски. Какое-то время я еще ощущала мысли агентов, их беспокойство о произошедшем, какие-то эмоции типа страха… Я многих из них знала, но мы никогда не общались вне работы, да и то, если только нам задание выпадет общее. Я всегда предпочитала оставаться чуть в стороне, делать то, что должна, но не вмешивать в это других. Мне вполне хватало Локи, Эрика и Форми для общения. Возможно, это было неправильным, но такой уж я была по характеру: мне никогда не нравились большие скопления людей.

Через несколько минут агенты удалились от меня на милю или около того, и их мысли затихли. Теперь со мной остался только Эрик, а он совсем не мешал. Я насладилась тишиной, даже умудрилась почувствовать тепло на своей коже. Образы диковинных деревьев выскакивали из мысленного потока Эрика, и я с удовольствием их осматривала. В этот раз мы приземлились на противоположной стороне от той, где мы отдыхали с Локи, и многое тут я еще не видела.

Какое-то время мы шли молча, обходя изогнутые стволы деревьев и кустарники, разросшиеся так, что доставали до розового неба. Я слышала звуки, издаваемые совсем не опасными местными животными, и даже начала успокаиваться. Казалось, в этом месте нет ничего, что могло бы причинить вред, что могло бы разрушить жизнь. Мое тело расслаблялось, Барни согревал мои косточки, и через некоторое время меня начало клонить в сон…

И в эту секунду магнур встрепенулся. Напрягшись, я скинула руку Эрика со своих плеч и двинулась вперед, всматриваясь в завихрения энергий впереди.

– Что-то заметила? – мой напарник тут же замер, как будто приготовился отразить атаку врагов. Что за глупости, как будто он сможет справиться с чем-то энергетическим!

– Я пока не уверена, – протянула я.

Я шагнула дальше, приближаясь к чему-то, что тревожило магнура. Эрик не отставал от меня, с тревогой оглядываясь по сторонам, но, кроме нас, в этой зоне не было ни души. Если всего пару минут назад тишина успокаивала меня, то теперь больше настораживала. Насекомые и животные стали замолкать. Даже не будь во мне магнура, который сигналил о чем-то, что было опасным, я бы и то насторожилась.

И тут я увидела это. На расстоянии около мили от меня, в воздухе было разлито нечто, что скрывало обзор. Но при этом я не могла отделаться от ощущения, что там ничего нет. Но если нет, то почему я не могла различить ни деревьев, ни каких-нибудь энергетик?

И тогда я поняла. Это оно и есть.

Это была Пустота.

Тутум

Набившиеся в зал люди и другие существа напряженно переговаривались. Звуки эхом отлетали от стен, двоились в моем сознании и вызывали головную боль. Я недовольно морщилась, ощущая всеобщую тревогу, несмотря на то, что магнур здесь не был столь активен, как на Виктасе. Локи гладил меня по спине, желая поддержать, но сейчас меня даже это не могло успокоить.

– Попрошу соблюдать тишину! – сердито воскликнул Председатель. – Я понимаю, что в системе наступила чрезвычайная ситуация, но мы все должны соблюдать спокойствие, если хотим справиться с тем, что грядет.

Ха, он требовал невозможного. Происходило нечто, что не случалось никогда прежде, и даже магнура это заставляло дрожать, хотя, казалось бы, что может напугать существо, прожившее не одну вечность?

Тем не менее, многие постарались прислушаться к Председателю. Шум стал чуть тише, и я напряглась, когда услышала следующие слова:

– Я сам не до конца понимаю происходящее, – говорил Бернаскони. – Однако среди нас есть тот человек, который способен воспринимать такие вещи, как остатки энергетической вселенной, когда-то существовавшей на месте нашей. Агент Кендис Гиббс, которая и обнаружила эту беду на Виктасе, а чуть ранее едва не погибла из-за подобной ситуации на Арисе, расскажет вам, что именно надвигается, и от чего мы все находимся в опасности.

Я судорожно сглотнула, когда поняла, что он хочет заставить меня выступить перед тысячей агентов и других сотрудников ВГСБ, набившихся в этот гигантский, как футбольный стадион, зал. Я думала, что уже избавилась от своей социофобии, но перспектива публичного выступления воскресила мои детские страхи.

Я заметила на себе изучающий взгляд Форми. Вопросительно вскинув брови, я спросила пересохшими губами:

– Что?

Девушка слабо улыбнулась и спросила:

– Кендис, ты не перестаешь меня удивлять. То есть гоняться по всей системе за отпетыми преступниками, ежесекундно рискуя своей жизнью, ты не боишься, а выйти на сцену и рассказать всем этим созданиям о надвигающейся беде – да?

Ну, конечно же, наш психолог меня сразу раскусила. Порой мне трудно находиться рядом с Форми, потому что ей невозможно соврать, зато я уверена, что могу ей доверять. Формадора невероятно умна, хорошо разбирается в людях, доранах и других расах, знает многие вещи и всегда разумно и адекватно смотрит на мир. Когда-то давно она меня ненавидела, но в основном потому, что ревновала меня к Эрику. Как только он успокоился на мой счет и начал ухаживать за Форми, мы тут же подружились.

Но вернемся в реальность. Пока я испуганно жалась к Локи, который стоял рядом со мной и несколько покровительственно обнимал меня за талию, Председатель сказал:

– Агент Гиббс, поднимитесь, пожалуйста, сюда, и расскажите о том, что вы обнаружили на Виктасе.

Толпа тут же расступилась, открывая мне дорогу. Я испуганно оглянулась на своих друзей. Локи ласково провел по моей щеке рукой, Форми крепко сжала мою ладонь, а Эрик утвердительно кивнул. Чувствуя их поддержку, я поняла, что, даже если я опозорюсь, они меня точно не оставят, и почувствовала себя чуть увереннее. Я медленно двинулась по открывшемуся проходу, стараясь не смотреть на окружающих меня существ. Однако до меня доносились их шепотки. Они говорили о том, что я многих спасла… Хотя кого я спасла по большему счету? На Тиморе всех спас Крис, а я просто помогла ему не умереть в процессе, на Кристаллисе основная заслуга принадлежит Меридиане, на Марене и Малонии мы работали в паре с Теки, и именно он отдал своего магнура для спасения мира… Единственное – это на Гармонии действительно я вытащила Маривонн со дна, тем самым спася всю Галактику, ну и кое-каких преступников поймала в последние полгода. Я шла, и до меня стали доносится не только одобрительные, но и негативные шепотки: «Эта Кендис такая высокомерная, она не желает с нами общаться, дружит только со старыми друзьями», «Председатель ей позволяет делать все, что захочется», «Она всего лишь наглая девчонка»… Ох, ну почему этот проход такой длинный?

Подобравшись к небольшой лестнице, ведущей на сцену, с которой вещал Бернаскони, я осторожно ступила на белый камень. Мои ноги дрожали, и, если бы не обжигающе холодные поручни, я бы, наверное, упала. Вот, Бернаскони любезно уступил мне место у микрофона. Я шагнула к белоснежной трибуне, нервно положила на нее руки и подняла взгляд.

На меня уставилась тысяча глаз, принадлежащая самым разным существам. Как только я поднялась на сцену, все тут же затихли, не желая упустить ни единого слова, сказанного мной, словно я была каким-то пророком.

Неожиданно я поняла, что уже с минуту стою и просто пялюсь на них, поэтому поспешила откашляться и перейти к делу:

– Так вот… Сегодня я с небольшой группой агентов была на Виктасе, чтобы разобраться, почему агент Кро потерпел крушение и не вышел на связь. Самого агента мы, к сожалению, не нашли, но зато я обнаружила нечто другое, – на этих словах мой голос понизился.

Я вовсе не пыталась добиться драматического эффекта, просто у меня в горле пересохло, однако все в зале затаили дыхание, желая услышать, что же такое страшное я нашла на планете, столь похожей на рай.

– Я обнаружила Пустоту, – сказала я, ожидая недоуменных выкриков, и они тут же последовали. – Пустота – это не то, что вы думаете. Это не воздух, не вакуум и не какое-то пространство. Пустота – это полнейшее Ничто, существующее между Вселенными, заполняющее коридоры между мирами, чтобы они не столкнулись и не налезли один на другой. Пустота – это не живое существо, она не материальна, не эфемерна и вряд ли кто-то из вас сможет ее увидеть, однако в некоторых случаях она несет угрозу.

Очень редко, когда Вселенной приходит время умирать, Пустота начинает наступать на нее, пожирая каждый атом, существующий в ней. Конечно, вне всяческих сомнений, рано или поздно настало бы время и для нашего мира умирать, но пока оно не пришло, и появление ее на планетах – дурной знак.

Я ненадолго замолчала. Я видела, что агенты были напуганы, и сама себя чувствовала такой же, однако мне нужно было закончить свою речь. После этого я смогу побежать к своим друзьям, прижаться к Локи, напроситься в объятия Эрика, взглянуть в глаза рассудительной Форми, которая непременно меня успокоит, но пока…

– Я не знаю, что послужило причиной появлению Пустоты у нас, однако в одном сомнений нет: произошло нечто ужасное, отчего ткань пространства нашего мира начала разрушаться. Появились дыры и трещины, в которые она пробивается, и именно это вызывает отказ техники на Арисе. К тому же, я думаю, хоть мне очень не хочется в это верить, что агент Кро погиб, попав в самое ее сердце.

Последняя фраза вызвала взрыв негодования и страха в толпе. Я уже больше не могла находиться на сцене, поэтому завершила свою речь следующими словами:

– Пока я не знаю, как с этим бороться, но мне ясно одно. Мы – те создания, которым население этой Вселенной поручило охранять их жизнь, защищать всеми возможными способами и спасать от вымирания. Мы должны бросить все свои силы на поиски и устранение причин происходящего, иначе нас всех ждет участь хуже, чем смерть.

Не дожидаясь реакции агентов или разрешения Председателя, я спрыгнула со сцены и выскочила через сдвинутую дверь в коридор. Там я отошла от зала немного подальше, нашла женский туалет с высокими зеркалами и кабинками, расписанными звездами и планетами и подошла к раковине. Когда дрожь ушла из моих ног, я посмотрела на свое отражение. Бледное и измученное лицо словно принадлежало ожившему мертвецу. Произошедшее за последние пару суток выбило меня из колеи, и я понятия не имела, как буду разгребать новую кучу проблем, подкинутую моей жизнью.

Стоя в туалете и глядя в зеркало, я подумала, что могла бы воспользоваться обещанием Председателя и провести свободную неделю. Я могла бы поваляться дома, смотря «Пустую Галактику», или слетать на какую-нибудь планету, которую еще не затронула Пустота… Можно было бы навестить Лору, с которой я не виделась уже больше года, с тех пор, как закончились мои последние в этой жизни каникулы. Маленькая Дани, ее дочь, наверное, уже совсем выросла, небось, умеет разговаривать и, я не сомневаюсь, поет так же хорошо, как и мать. Было бы неплохо отмахнуться от всего этого ужаса и просто отдохнуть.

Но я не могла так поступить. Теперь, когда я знаю, что весь мир находится на грани гибели, я была единственной, кто мог помочь. Древние знания магнура могли помочь в борьбе с Пустотой. Поэтому я останусь и вступлю в бой.

Дверь в туалет неожиданно сдвинулась, и я услышала знакомый голос:

– Я так и знала, что найду тебя здесь, – Форми подошла ко мне и тоже заглянула в зеркало. Пригладив волосы, которые были белее стен этой комнаты, она сообщила: – Все в зале просто в шоке от того, как нагло ты покинула Собрание. «Подумать только, она спрыгнула со сцены прямо на глазах у Председателя!», – ухмыляясь, Форми передразнила кого-то из агентов.

Я лишь усмехнулась:

– Я просто не могла там больше находиться, Форми. Все эти взгляды, направленные на меня – это хуже, чем висеть над Огненным каньоном без надежды, что тебя спасут. Ненавижу, когда все на меня пялятся.