Аномальный Наследник. Князь и Канцлер
- -
- 100%
- +
Примечательно, что никакой официальной реакции от Варшавы по отношению к Японии не последовало. Слишком уж далеко друг от друга находятся их земли. Великое княжество Варшавское исторически более тесно связано с европейцами. Акихито говорил, что парочка российских имперских родов разорвала сотрудничество с японскими аристократами… Но японцам от этого ни горячо, ни холодно.
Что же до реакции с другой стороны… Я слышал от Алисы, что Яна некоторое время дулась на своего «Аки-сенсея». Однако она не из тех, кто способен долго обижаться по пустякам. Она ведь понимает, что мы не могли стерпеть безумную жёсткость Казимирова по отношению к ней. Правда, как рассказала Алиса нам с Соней, всё же Янка «назначила японцу наказание». Пришлось Акихито менять свои глобальные планы, чтобы весной дважды приехать в Тверь. Зачем? Учить Яну новым приёмам, естественно.
И то, что атрибут у Акихито другой, этим двоим совершенно не мешает. К тому же и Мастера молний Акихито с собой привозит.
Вот так моя боевая сестричка и познаёт тренировочные практики не только своей родины (великий князь Тверской по-прежнему в свободное время обучает дочь), но и японские.
А у меня была мысль инициировать её как воительницу альтеры, но…
Слишком уж она увлечена обучению техникам жи́вы. Нет у неё сейчас времени на ещё одни тренировки.
Да и нет у нас с Арвином никакого желания девушек лишний раз избивать, а без этого инициацию не провести. Нет, если, конечно, очень надо будет – мы сможем. Но сейчас… пусть пока русско-японские тренировки проводит, да к экзаменам готовится.
– Братец, и долго ты будешь театральную паузу выдерживать? – возмутилась Яна, не получив от меня быстрого ответа.
– Прости. Просто подумал, что рад вас обоих видеть. Отлично смотритесь.
Яна изумлённо хлопнула ресничками, Акихито, заметив это, с трудом удержал улыбку. Прежде чем девушка успела что-то ответить, я обратился к японскому гостю:
– Мне удалось погасить небольшой китайско-британский конфликт и напомнить генералу Ли, что нам стоит друг друга поддерживать. Как мы с тобой, Акихито, поддерживаем друг друга. И европейским агрессорам не разбить нашу дружбу.
Господин Нацунару медленно кивнул.
– К слову о поддержке, – вспомнил я и снова взял небольшую паузу. Глянул по сторонам, оценивая обстановку. Чуть сместился влево, чтобы перекрыть обзор то и дело поглядывающему в нашу сторону боярину – одному из вассалов Нарышкиных. И только потом продолжил: – Честно говоря, не уверен, насколько сильно эта тема открыта для обсуждений. Но всё же хотел бы услышать твоё мнение. А в виду как раз темы, которую я хочу поднять, у тебя не так много свободного времени, чтобы приглашать тебя в гости… – я многозначительно кивнул.
Акихито потребовалась лишь секунда, чтобы расшифровать мою мутную фразу и найти ответ:
– Если ты об идеях, бродящих по Японии в последнее время, то чего уж тут скрывать? Часть подданных моей империи желает, чтобы сёгунат перестал существовать. Чтобы вся полнота власти вернулась к императору… – на три секунды он задумался, а затем хмыкнул. – Часть идей распространяется, что называется, на улицах. Часть во дворцах аристократов. А часть и вовсе в «Триединстве». Но не переживай, Аскольд, господин Токугава не сожалеет о том, что «Триединство» постепенно захватывает японский интернет.
Это хорошо. С недавних пор мы расширили зону нашего интернет-пространства за пределы Российской империи. Из относительно крупных стран «Триединство» уже функционирует в Швеции и Японии. В Германии тоже постепенно набирает обороты. Правда, за границей, где «Триединство» функционирует официально, приходится идти на уступки местным властям – давать им возможность модерировать содержание, принимая «на работу» в иностранных офисах местных. «Стажёров спецслужб» – как назвал таких работников Арвин.
– Что ж, раз у господина Токугава всё под контролем, то я спокоен, – улыбнулся я.
– Да, всё так, – кивнул Акихито. И я как будто увидел лёгкую хитринку в его взгляде.
Спустя две минуты к нашей компании подошли Арвин с Юлей. Княжич Новочеркасский отметил, что Канцлер как-то быстро ретировался. Мы немного пообсуждали этот вопрос, гадая, какие же неотложные дела могли отвлечь Годунова в день свадьбы его любимой внучки. Так как были на людях, совсем уж резкие варианты озвучивать было нельзя, так что сошлись на банальном, уже озвученном самим Канцлером, варианте:
– Дела государственной важности.
Затем перешли к обсуждению более важной темы – моего скорого отцовства. Ребята испытывали жгучий интерес к этой теме. И…
Вдруг у меня зазвонил телефон. Да не простой.
На повседневном мобильнике сейчас отключён и звук, и вибрация.
Едва зазвучала трель звонка, ребята напряглись. Все они – высшая аристократия, понимают, что гости на приёмах звук на телефонах, как правило, выключают.
– Прошу меня простить, – кивнул я и быстро зашагал прочь.
В двадцати метрах от крайнего скопления гостей я остановился под кроной векового дуба и нажал зелёную кнопку ответа.
– Слушаю, – быстро сказал я.
– Господин, приветную. Извиняюсь. Перехожу к делу, – отчеканил главный эсбэшник Енисейского княжества – Семён Егорович Шарапов. – Со мной связался представитель клана Грейсвальдов. Они передают, что с большой долей вероятности бойцы клана Анже, цитирую: «вылетели за вашей головой».
Шарапов замолчал, давая мне время собраться с мыслями. Итак, Джеймс Грейсвальд – глава британского клана Грейсвальдов. Тот самый Гуру с атрибутом «ветер», которому в Стокгольме его союзники отвели участь пленителя королевы Швеции и её детей. И который не смог пройти заслон, состоящий из меня и моих космодесантников. Поняв, что с заданием он не справляется и рискует погибнуть, предложил мне сделку. Слил важную информацию о передвижении врага, а я подал всё так, будто пленил Грейсвальда в бою после того, как он потерял сознание.
Когда закончилась битва за Стокгольм, мои эсбэшники организовали бурную деятельность, имитируя для общественности переговоры с кланом Грейсвальдов по обмену их главы. Разумеется, условия наших договорённостей для всё той же общественности остались тайной. Правда, слух про крупную сумму денег мы пустили. Вполне логично, что молодое княжество Енисейское не упустило возможности запросить за пленника золотые горы.
Фактически денег получили мы гораздо меньше, чем анонсировали. Ведь Джеймс Грейсвальд был ценен не деньгами. Он ещё в самом Стокгольме своей помощью и информацией сполна отплатил за то, чтобы позже обрести свободу.
В итоге после всех спектаклей Джеймс Грейсвальд тихо-спокойно вернулся домой.
В Британию.
А клан Анже – из Франко-Испании.
И тоже, между прочим, сливали мне информацию о войсках наших врагов, чем сильно помогли. Тогда наследник клана Мартин Анже пошёл на это предательство, чтобы вернуть своего возлюбленного друга Николя Закази…
И после активных военных действий в Швеции, когда войска обеих сторон по факту ушли на зимовку, мои эсбэшники организовали встречу (между прочим, в Африке) и вернули пленника.
Да вот беда…
Экстренный допрос Закази проводил лично я. Ауры влил немало, другие, более традиционные методы, тоже использовал… В итоге, в психологическом плане Николя был не в лучших своих кондициях. И это несмотря на то, что мы его латали успокоительными, а под конец и моя целительница приложила к голове несчастного француза свои тёплые ручки.
И всё же мы рассчитывали, что Закази поправится и станет полноценным членом общества. Может быть, чуть более заторможенным, немного более добрым, чем раньше, но вполне себе адекватным человеком. Нужно лишь время. И выполнять рекомендации.
Которые мы и передали вместе с тушкой Николя Закази его другу – Мартину Анже.
Но Мартину всё это явно не понравилось…
Клан Анже хочет отомстить нам и заодно реабилитироваться в глазах лидеров других кланов.
В отличие от клана Грейсвальдов. Джеймс публично придерживается концепции: «дерьмо случается». Мол проиграл, пришлось торговаться.
И Грейсвальды поддерживают с нами связь. Разумеется, тайно.
Но…
– Откуда у них эта информация? – коротко спросил я.
– Говорит, дружеский франко-испанский клан поделился наблюдениями за Анже. Название клана мне не сообщили, – быстро ответил Шарапов. – Вы позволите высказаться?
– Разумеется.
– Вряд ли цель вы. Вся высшая аристократия империи сейчас в Крыму, и защита на полуострове феноменальная. Если на вас нацелились, то уже в Енисейске. Но…
– Я понял, куда ты клонишь, – процедил я сквозь зубы.
– Господин, клянусь, я позабочусь о безопасности её сиятельства, – решительно произнёс Шарапов.
– Действуй. Я отправляюсь в аэропорт.
– Есть! – твёрдо ответил он и положил трубку.
Как и я, Шарапов не сомневается в правдивости полученной от Грейсвальдов информации.
Форкх меня дери… Сейчас в самом деле отличное время, чтобы привести в российскую империю вражеские силы.
Особенно, если Канцлер это одобряет.
Нужно попрощаться с друзьями и рвать когти.
Пока я разговаривал по телефону, в нашей компании случилось пополнение – присоединились Оболенские.
– Аскольд, что-то стряслось? – встревоженно спросил великий князь Тверской, когда я подошёл.
Все напряженно смотрели на меня. Не удивлюсь, если отцу, его супруге и Алисе уже рассказали, что «у меня зазвонил телефон». При этом родные и близкие старались не пялиться во все глаза – наша компания и так привлекала к себе чрезмерное внимание.
– Мне нужно срочно вернуться домой, – сказал я твёрдо. – Отец, буду очень признателен, если составишь мне компанию.
Лишь секунда потребовалась моему бывшему слуге, чтобы понять суть моей просьбы. Он решительно кивнул и произнес:
– Конечно, сын. Дорогая, прошу меня простить, оставляю всё на тебя.
– Не волнуйся, Андрей, – ответила великая княгиня, излучая невозмутимость. – Работайте. Главное – не перетруждайтесь.
Я благодарно кивнул своей приёмной матери и повернулся к Арвину. Мой лучший друг будто бы ждал моего взгляда.
– Я тоже с вами. Дайте мне только пять минут, чтобы переговорить с отцом, – он мельком глянул на Юлю и добавил: – И не только со своим.
– Спасибо, дружище.
– Аскольд, я… – подал голос Акихито, но замолчал, когда я посмотрел на него. – Я не совсем понимаю, что происходит. Но тоже хочу полететь с тобой. Но…
– На этот раз у тебя в самом деле могут быть проблемы, – я не дал ему договорить. – К тому же, ты глава японской делегации и не можешь оставить свой пост. Я всё понимаю. И ценю твои чувства.
Акихито сжал правый кулак и покачал головой:
– После наших слов о дружбе и поддержке… – он прикрыл глаза, а затем, резко распахнув веки, твёрдо произнёс: – Клянусь, если кому-то из вас в будущем потребуется помощь, я не стану колебаться.
– Твои слова много значат для меня, – проговорил я и пожал его крепкую руку.
Через восемь минут я покинул территорию усадьбы Нарышкиных вместе со своей охранной и верными товарищами.
Глава 5
– Вот такие вот новости, – закончил я свой короткий рассказ, сидя в кресле напротив Арвина и Андрея Оболенского, пока мой частный самолет нёс нас в Енисейск.
– Значит, сообщение от Грейсвальдов… – задумчиво произнёс великий князь Тверской. – Я, конечно, реалист… Но в глубине души буду считать, что Джеймс Грейсвальд просто решил разорвать отношения и на прощанье неудачно пошутил.
Я неопределённо повёл рукой и поморщился:
– Да… Хоть он и говорил, что в полной мере не одобряет внешнюю политику Британии, его решимость отстаивать своё мнение может оказаться слабой. Всё-таки в Новой Северной войне его клан участвовал. Да и о нашей связи Бекингем мог вполне узнать и надавить на Грейсвальдов. Но всё-таки…
– Да, время для нападения сейчас идеальное. Все смотрят в сторону Крыма, – проговорил Арвин.
– Есть и ещё кое-что, – вздохнул я. – Возможно, вы не слышали, так как это мероприятие имеет больше местное значение, а не всеимперское, но сейчас проходят совместные учения военных подразделений Красноярской, Томской и Иркутской губерний.
– Вы хотите сказать, что часть имперских солдат выведена из Красноярска? – опешил великий князь Тверской.
– Да, – сдавленно ответил я. – Если исходить из мысли, что клану Анже помогает в переброске войск Канцлер, то логичнее всего для них будет собрать бойцов именно в Красноярске.
– Форкхово дерьмо! – выругался Андрей Оболенский. Сжал зубы, а затем неожиданно стукнул по столику кулаком. – Сарнитские дебри! Если всё спланировано Канцлером, то… Что же выходит?
– Отлично всё выходит, – сухо сказал Арвин. – Аск, – он коснулся кончиками пальцев моего запястья. – Мы с тобой, и поможем! А твои так просто не сдадутся. Соня сильная. А Архей даст ей ещё больше силы. Не говоря уже о том, что в Енисейском княжестве полно парней в космодоспехах, которые любого Мастера без труда разберут на запчасти. Будь уверен, дружище, у французиков нет никаких шансов!
Я поднял глаза на Арвина и Андрея Оболенского. Огонь в их взглядах был способен согреть друзей. И в то же время испепелить врагов.
– Да, всё так, – твёрдо согласился я, с размаху хлопнув Арвина по плечу. – Втроём мы непобедимы!
– А то! – вскинул кулак к потолку самолёта Арвин. – Жаль только лететь далеко, сразу в космодоспехи не прыгнуть.
Да, космодоспех «Золотой лев» сейчас находился в моём самолёте. А княжич Новочеркасский и великий князь Тверской всегда брали с собой свои собственные космодоспехи. И пусть резервов топлива космодоспехов не хватит, чтобы пролететь весь путь до Енисейска, предчувствую, что финальную часть пути мы точно проведём не в мягких креслах самолёта.
– Ладно, пойду с бойцами переговорю, – произнёс я, поднимаясь на ноги.
Форкх меня дери… Это будет очень долгий и нервозный перелёт.
Держись, Соня… Верю, дорогая, ты справишься.
* * *Княгиня Енисейская Софья Ивановна Александрит, поддерживая живот, торопливо спускалась по лестнице своего нового родового особняка. По размерам этот дом был не настолько большим, чтобы имел право считаться главным родовым гнездом княжеского рода. Здесь даже не было мощного укреплённого бункера – его функции выполняла небольшая комнатка под особняком… И всё же это был дом рода Александрит. Первый дом в столице родного княжества. Новый дом в новом княжестве, принадлежащий новому роду. Символично было родить первого ребёнка рода Александрит в таком доме. Именно поэтому особняк имел скромные размеры – крупнее здание построить и привести в пригодный для жизни вид просто б не успели к рождению наследника.
И вот, теперь Софья была вынуждена в спешке покинуть свой новый дом, в котором в последние недели готовилась к родам.
– Госпожа, прошу вас, аккуратнее, – взволнованно выпалила Алла – личная служанка княгини, русоволосая девушка, облачённая в брюки и камзол по фигуре. Сейчас она тащила подготовленные для экстренных случаев чемоданы с предметами первой необходимости.
– Не бойся, не упаду, – отрезала Соня, продолжая аккуратно ступать по лестнице.
Мимо неё и служанки пролетела рыжая ракета и подхватила княгиню под руку.
– Я не сомневаюсь в ваших спортивных способностях, но давайте всё-таки подсоблю, – проговорила вечно ворчливая целительница Вероника.
Соня с благодарностью посмотрела на неё и кивнула.
– Где остальные-то? – повертев головой, фыркнула рыжая помощница. Но затем позади них, из левого коридора второго этажа раздался детский плач. – А, вот половина.
Втроём женщины наконец-то спустились, оказавшись в холле первого этажа. Их уже ожидали двое мужчин в космодоспехах. Оба были без шлемов, так что Соня узнала майора Валерия Кумаровского и лейтенанта Тамира Мамедова.
Увидев сумки у Аллы и тяжёлый рюкзак за спиной Вероники, Тамир выглянул на улицу и подозвал ещё двух космодесантников помочь с вещами.
– Всё готово к отбытию, ваше сиятельство, – отчеканил Кумаровский. – Пройдём в вертолёт?
– Нет, дождёмся остальных, – уверенно ответила Соня.
Софья бросила взгляд на кресло. Прошествовала к нему и грациозно села. Даже в такой ситуации, когда вот-вот может показаться из материнского лона княжеский наследник, или же показаться в окне вражья морда, молодая княгиня излучала уверенность в себе.
В голове Софьи мгновенно всплыл недавний телефонный разговор с Аскольдом. Сдержанно и спокойно муж рассказал ей о возможном нападении, при этом подчеркнул:
– Никаких доказательств у нас нет, Соня. Всё это может оказаться лишь глупым розыгрышем, но я всё же прошу тебя отправиться на нашу старую военную базу. Долетите быстро, но придётся немного потерпеть. И, пожалуйста, не спорь.
Спорить княгиня Енисейская уж точно не собиралась. Да, сначала ей хотелось возмутиться, убедить мужа в том, что она, как правительница, должна оставаться со своими подданными, быть с ними что бы ни случилось, а не лететь в самое безопасное место княжества.
Но то была лишь мимолётная вспышка. И она прошла, когда Аскольд замолчал.
– Хорошо, дорогой, я всё поняла. Не переживай, со мной и нашим малышом всё будет хорошо, – тепло проговорила она. – Пусть ты далеко, но я чувствую, что ты рядом с нами.
– Спасибо, – ответил Аскольд.
Имелась и ещё одна причина, по которой она не стала спорить. И Софья была уверена, Аскольд тоже понимает. Сейчас не открытая война. Враг не штурмует столицу, чтобы покорить княжество. Враг выбрал мишенью членов княжеской семьи. А значит, оставаясь в Енисейске, Софья ставит под удар мирных жителей города.
И именно поэтому укрыться на защищённой военной базе – максимально разумное решение, которое и бегством-то назвать нельзя, и пойдёт на пользу всем.
– Доченька, что за спешка? – вдовствующая императрица спускалась по ступеням с невозмутимым выражением лица. Но резкость её движений выдавала волнение. – На нас правда могут напасть? Кто?
– Французы, – ровным тоном ответила Софья.
– Вот как… Любопытно… – Елизавета Александровна нахмурилась. Затем огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что все, кому предстояло эвакуироваться, собрались в одном месте. Уже хотела было скомандовать, но вовремя вспомнила, что она лишь гостья в этом доме.
Заметив метания матери, Соня улыбнулась. Затем поднялась и тоже заглянула в лицо каждой женщины. Мари Никитина с сыном Вовой на руках изо всех сил пыталась держать каменное выражение лица. Получалось у бывшей простолюдинки вполне сносно, но до идеала далеко. Видно, что напряжена и переживает. А вот её малыш успокоился и сейчас улыбался Нине Ивановне – сурового вида женщине-врачу, приставленной к беременной княгине наравне с целительницей Аскольда. Последняя, скрестив руки на груди, всем своим видом демонстрировала недовольство происходящим. Алла – служанка Софьи, поглядывала на неё с лёгким укором. Она немного недолюбливала Ладину, но разница в социальных статусах заставляла девушку держать себя в рамках.
Послышался грохот. Это Марта – верная служанка вдовствующей императрицы, бежавшая с ней вместе из Кремля, оперлась на чемодан на колёсиках и вместе с ним рухнула на ковёр.
– Великолепно, душенька, то, что нам сейчас и нужно, – закатила глаза Елизавета Александровна и рывком подняла свою служанку с пола.
Присутствующие заулыбались. Атмосфера стала чуть менее напряжённой. И спустя три секунды княгиня Енисейская решительно произнесла:
– Сударыни! Ничего не бойтесь! Если враг действительно решится напасть на нас, ратники княжества сокрушат его! Более того, мой муж с близкими людьми уже летит сюда! Будьте уверены, ни один враг не уйдёт от его разящего удара. И уж точно не сомневайтесь, что нашим бойцам хватит мастерства, как минимум, продержаться до возвращения своего князя! Не бойтесь! Нам ничего не грозит!
Раздался стрёкот, и золотые молнии, появившиеся из живота княгини, пронеслись вниз по подолу ее длинного платья и разлетелись по полу во все стороны.
Все удивлённо посмотрели на Софью. Лишь вдовствующая императрица одобрительно улыбалась. Ей уже дважды довелось наблюдать подобное – иногда задушевные разговоры дочери и матери получались слишком эмоциональными.
– Вот это да… – ошарашенно выпалила Вероника Ладина. – Почти как у господина.
– Сын весь в отца, – с улыбкой проговорила Соня, поглаживая живот. – Идёмте?
Она первой прошествовала к выходу и покинула особняк.
Во внутреннем дворе на просторной площадке стоял вертолёт. Космодесантники помогли княгине Енисейской сесть в кабину и…
Она ощутила, как живот на миг свело.
Несмотря на боль, княгиня и глазом не моргнула.
«Сейчас главное – долететь. Не рожать же в вертолёте, – подумала она. – Но… проклятье, Нина Ивановна три часа назад сказала, что как минимум сутки у нас есть. Куда ж ты так спешишь, малыш?»
Дамы загрузились в вертолёт, и он с гулом начал набирать высоту. Три отделения космодесантников взлетали рядом с ним, готовые отразить любую возможную атаку.
Соня смотрела в окно на стремительно уменьшающийся родовой особняк Александритов, как вдруг…
Живот снова свело.
* * *Княжество Енисейское. Космодоспехостроительный завод «Александрийский столп». Комната наблюдения № 3.
– Господин, как вы думаете, кто-то на самом деле нападёт на нас? – обратился к Архуну Отмеченный Дланью и снова посмотрел на мониторы.
– Может быть, да, а может быть, нет, – меланхолично ответил дворянин Архун Вадим Антонович.
В отличие от своего ученика, который теперь юридически являлся Слугой его рода, Архун взгляда от мониторов не отводил ни на секунду.
– Не похоже, что вы волнуетесь, – заметил Отмеченный дланью. – А ведь её сиятельство может быть в опасности…
Эти слова смогли сделать, казалось бы, невозможное – оторвать старого учёного от его наблюдений.
Удивлённо моргнув, он уставился на своего первого в этом мире ученика.
– Позволь, Алёша, а как, по-твоему, моё волнение должно помочь её сиятельству? Как это её спасёт? Или я должен волноваться за результат тестов? А как нашим дронам поможет функционировать моё волнение? В отличие от людей, они его даже не заметят. Можно, конечно, разработать код распознавания человеческих эмоций, но у меня до этого ещё руки не дошли. Да и интегрировать его охранным дронам как-то расточительно…
– Да, простите, господин, сглупил. Всё-таки её сиятельство в опасности, вот и…
– Вот и не отвлекай меня, – отрезал Архун и снова повернулся к своим мониторам.
Отмеченный Дланью лишь тяжело вздохнул, когда его учитель замер с полубезумной улыбкой на устах.
– Пи-пи-пи-пи… – зазвучал сигнал оповещения.
Отмеченный мгновенно подобрался.
– Где? – коротко спросил Архун, даже не поворачиваясь к ученику. Он уже отстукивал карбоновыми пальцами что-то на одной из трёх своих клавиатур.
– Юг княжества. Три километра от трассы М-26, – отчеканил Отмеченный.
Едва он замолчал, учитель сразу же заговорил по громкой связи:
– Генерал Лежалый, в курсе о вторжении? – быстро спросил он у новоявленного генерала. Человека, командующего всеми вооружёнными силами на территории княжества.
– Что? – опешил Архип Иванович. – Секунду…
– Долго работаете, – рявкнул в трубку Архун, услышав какой-то шорох и посторонние голоса.
– Уже доложили, – проворчал в ответ генерал через две секунды.
– Вы готовы поддержать нас? – вкрадчиво поинтересовался старый учёный. – Ну?
По его голосу было понятно, что Архуну не терпится начать испытания. И по большей части ему всё равно, готовы или нет ратники прикрыть его детища в случае неудачи.
– Испытания новых боевых дронов разрешены его сиятельством. Мы поддержим вас. И проследим за тем, чтобы враг не улизнул.
В тот момент генерал Лежалый думал, насколько же удивителен их молодой князь. Сейчас вот решил выжать максимум из экстренной ситуации и по возможности испытать в боевой обстановке новое вооружение.
Правда, поставил условие, чтобы никто не выжил после этих испытаний. Негоже врагам раскрывать все секреты.
– Отлично! – радостно воскликнул Архун. – Тогда…
– Пятнадцать минут! – прервал его радость генерал Лежалый. – Мне необходимо пятнадцать минут, чтобы стянуть пограничные группы к точке столкновения.
– Хорошо. Буду ждать вашей отмашки, – Архун недовольно цыкнул.
Он прервал связь и раздражённо уставился в монитор. Сейчас учёный отчётливо видел группу из тридцати человек в камуфляжных костюмах, которые продирались через лес.
Архун лично дорабатывал камеры для своих дронов, и изображение они выдавали высокого качества. Увеличив картинку, учёный напряжённо уставился в прорези для глаз на масках неизвестных.
«Вроде чернокожие есть, – подумал он. – Слуги? Или всё-таки наёмники?»
Однако размышлять на подобные темы не входило в компетенции учёного. Ему вообще доступ к трансляциям с дронов слежения был нужен лишь для того, чтобы отслеживать неисправности. Аналитикой и безопасностью занимались иные службы.