Чип Блейза. Статус

Глава 9. Новости

Теряя терпение, следующие несколько минут я выпытывал у Беловой подробности о джетах и о резервном Лагере Эвакуации. Она явно получала удовольствие, наблюдая, как меня разрывает на части от любопытства. Я же с трудом держал себя в руках, мысленно успокаиваясь тем, что благодаря этой стерве скоро смогу постичь дзен. И тогда внутренние демоны с их неутолимым желанием властвовать навеки станут моими ручными зверюшками.

Как бы то ни было, уверен, Наталья рассказала мне ровно столько, сколько собиралась рассказать, и ни словом больше. Если махнуть рукой на ее методы, можно порадоваться полученной информации. Хотя и не особо-то она оптимистичная.

Например, зря я успел обольститься наличием у людей исправных реактивных самолетов. Воображение уже рисовало приятные картины – научить всех чипированных летать, составить эскадрилью и отправить поливать огнем мохнатые головы люмпусов да гниющие тушки двергусов.

Черта с два! Даже если и уцелели самолеты, найдется не так много людей, способных управлять ими абсолютно в слепую без каких-либо радиоприборов навигации. Тот же джет, что прибыл за Мейсоном, построен под пристальным надзором приятельских рас и запитан на их спутник. К сожалению, таких машин у человечества очень и очень мало. Конкретную цифру Белова мне не назвала. Скорее всего, сама не знает.

Зато с резервным лагерем все обстоит куда веселее. Нашей умнице-красавице удалось-таки разгадать ребус «Аршавин-доцент Владимирский».

– Честно говоря, было несколько догадок, – говорила она. – И каждую пришлось проверить. Самое логичное – округа Владимировки. Оказалось пусто. Пробовали искать поселения по первым буквам слов – тоже не вышло. Были и другие варианты, пришлось половину области объехать, прежде чем нашли ответ.

– И?! – я сгорал от нетерпения.

– Все оказалось довольно просто. Я подумала, необходимы буквы. Если в случае с «Аршавин», это не «А», тогда что? Нужно помнить, что ребус составляли русские мужчины. Задача была замаскировать название так, чтобы только наш человек мог догадаться. А что у большинства русских ассоциируется с этой фамилией?

– Евро-2008, – с ностальгией вспомнил я и тут же встрепенулся. – Значит, нам нужна восьмая буква?

– Десятая, – улыбнулась Наталья. – Либо по номеру самого Аршавина, либо по цифре «2008» – два плюс ноль плюс ноль плюс восемь. Итого первая буква «и». Далее – доцент. Единственный доцент, которого знает все постсоветское пространство – это Леонов. Стало быть, «л». «Ил…». Не так много вариантов, если вспомнить отчество великого вождя. Сколько топонимов в его честь, а?

– Ильинка, – понял я, когда мне все разжевали.

– Да. И недалеко от поселка Ильинка – село Владимирское. Мы целый день мотались между ними на снегоходах. Тщетно, – Белова усмехнулась.

– Ну же! – взмолился я.

– Хм, какой нетерпеливый! Ладно, вечером того дня мы вновь разглядывали карту. И заметили, что в области есть и село Ильинка. А рядом с ним села Суздалка и Волчанка.

– Стой! – восхищенно выпалил я. – В последнем слове «Владимирский» пряталось сразу два названия! Волчанка на букву «в». А Суздалка – подходящее по смыслу. Владимиро-Суздальское княжество в один из периодов нашей истории – центральное княжество!

– Именно. Молодец, – похвалила меня Наталья.

– И вы нашли его, верно? Этот лагерь?

– Нашли, – подтвердила девушка. – Теперь там всем управляет мой отец. И это ближайшее к нам полноценное людское укрепление. Ну да ладно. Хватит лясы точить, – она резко встала и уставилась на мою макушку. – Мне нужно все хорошенько обдумать и решить, что делать дальше.

– Хорошо, – выпалил я, тоже поднявшись на ноги, чтобы быть чуть выше нее, – скажи, чем могу помочь. Где, по-твоему, здешний лагерь? Ты говорила, что есть мысли. Что хочешь дождаться некоего Антона и отправить его проверить. Раз все так сложилось, скажи мне координаты. Я съезжу.

– Нет, – Белова покачала головой и прежде, чем я вспылил, мягко положила ладонь на мое плечо. – Пожалуйста, остынь. Побудь здесь. Отдохни. Можешь почитать или потратить немного электричества на телевизор, есть кой-какие диски с фильмами и игровая приставка Чена.

– Как я могу развлекаться, когда кругом такое творится?! – я гневно топнул ногой и, похоже, оскалился.

– Пожалуйста, – повторила она. – Дай мне время подумать. Хотя бы сегодня, ладно? Просто побудь здесь и все.

– Целый день? – возмутился я. – Терять целый день? Когда на улице хорошая погода?! Нельзя тупо сидеть дома!

– Ладно! – фыркнула она. – Если никуда не уйдешь, обещаю к вечеру предоставить тебе очень интересную информацию, – она многозначительно хмыкнула и, эффектно развернувшись на пятках, направилась на кухню. Что-то шепнула Григорию, и вскоре я услышал хлопок двери.

Стоял в полном исступлении, пока в гостиной-столовой не показался дворецкий. По своему обыкновению он натирал только что вымытую тарелку.

– Прошу вас, Александр Петрович, – проговорил мужчина. – Послушайте Наталью Павловну и не делайте глупостей.

Бросив на него оценивающий взгляд, я проговорил:

– Ты в курсе, что она не очень-то поддерживает Центр?

– Само собой, Александр Петрович, – как ни в чем не бывало ответил он.

– Возможно, утаивает от них информацию, – я прищурился, чтобы не пропустить ни малейших изменений в мимике дворецкого.

– Возможно, Александр Петрович, – равнодушно кивнул Григорий.

– И все равно поддерживаешь ее? – удивился я. – Она не особо лояльна к твоему основному работодателю.

Дворецкий поставил тарелку на стол и посмотрел на меня широко распахнутыми глазами.

– Ее прадед был моим хорошим другом, Александр Петрович, – спокойно проговорил Григорий. – И сделал для меня гораздо больше, чем мой «основной работодатель».

– Прадед?!! – опешил я.

– Что вас так шокировало, Александр Петрович? – наигранно удивился Григорий.

– Если это правда… Сколько ж тебе лет?

– Немного больше, чем вы могли бы подумать, – дворецкий лукаво улыбнулся и подмигнул мне.

Оправившись от удивления, я решил, что надо себя чем-то занять до вечера. Время тянулось мучительно медленно. Я успел начать читать штук десять разных книг, но ни одна не цепляла. Сложно было усидеть на месте в полном неведении, что делать дальше и к чему идти.

Я вскакивал с дивана, отжимался, приседал, качал пресс. Но даже физические нагрузки не помогали успокоиться. Вновь садился, брался за новую книгу, пробовал смотреть телевизор…

Безрезультатно.

Чувствовал себя ребенком, который с самого утра тридцать первого декабря ждет полуночи. Уже изнемогает от этого бесконечного ожидания, теряет терпение. Но приблизить заветный момент не в его силах.

Белова же за несколько часов так ни разу и не вышла из своего кабинета. Ни водички попить, ни в туалет сходить.

– Пообедаете, Александр Петрович? – предложил Григорий в два часа.

Я согласился. А в четыре еще и за полдник уселся.

Именно тогда, поедая свежеиспеченные сдобные булочки с чаем, я услышал сквозь приоткрытое окно гул мотора.

– Кто-то приехал! – крикнул я в сторону кухни и направился в прихожую. Окна гостиной выходят во внутренний двор, через них гостей не увидишь.

Быстро накинув куртку, шепнул двери:

– Шахтеры – гвардия труда.

Раздался щелчок замка, и я вышел на улицу.

За забором позади моей «Тундры» остановился белый «Лэнд Крузер». Не самый новый, навскидку машине лет десять – морда не такая дерзкая, как у последних поколений, потерта, да и хозяин ее уж точно не начальник базы или какая большая шишка.

Всего лишь Чен.

Я волком смотрел на китайца, отворившего калитку. Никогда не считал себя расистом, но лица гостей из Восточной Азии (да и с Передней тоже) всегда запоминал с трудом. Однако вошедшего сейчас во двор узнал бы из тысячи. Хоть и нет в его внешности ничего примечательного, кроме длинной приталенной бордовой куртки.

– Привет, – кивнул он отороченным мехом капюшоном и прошел мимо.

– О, господин Чен! – послышался сзади голос Григория. – С возвращением! Кушать будете?

– Добрый день, Григорий. Буду. Потом. Сперва поговорю с Натой.

Развернувшись, я увидел, как азиат невозмутимо миновал и дворецкого. В его движениях не чувствовалось напряжения, однако что-то заставляло меня беспокоиться. Какая-то нездоровая целеустремленность?

– Наталья Павловна просила ее не беспокоить, – крикнул Григорий вдогонку Чену.

– Переживет, – услышали мы уже из дома.

Не сговариваясь, бросились обратно в здание. Чен уже успел скинуть ботинки и, пройдя по коридору, жал на звонок центральной двери.

– Ната! Это я, – он громко постучал. – Впусти или выходи! Новости есть! И они тебе не понравятся!

От его слов волнение только усилилось. Невольно вспомнил приснившийся ночью кошмар. Мотнул головой, разулся и подбежал к азиату.

– Расскажи, где ты был? – выпалил я, дернув его за рукав кофты.

Обернувшись, Чен одарил меня таким напыщенным взглядом, что в груди зародилось жуткое желание ему вмазать. И бить по роже до тех пор, пока не начнет мило улыбаться.

К счастью, не потребовалось, дверь кабинета медленно открылась. Кинув на нас оценивающий взгляд, Наталья кивнула и проговорила:

– С возвращением, Чен. Пойдемте все в гостиную, расскажешь, что тебя так взбудоражило.

Спустя пару минут мы уселись за стол. Чен посмотрел подозрительно на меня, затем вопросительно на Наталью.

– Рассказывай, – разрешила ему Белова. – У меня нет тайн от Александра.

– Хорошо, – кивнул азиат. – Прежде всего, информация о Защитнике подтвердилась. Она с Красноярска, уровень синхронизации пятьдесят один процент. Скиталась в полном одиночестве, пока не прибилась к небольшой общинке выживших. Стандартная схема. Дальше нестандартно – слишком она к ним прикипела, увеличивала общину и защищала. Живут недалеко от Юрги.

– Она отказалась присоединяться к нам? – нахмурилась Белова.

– Пока да. Но готова, когда ее община объединится с Лагерем Эвакуации.

– Идет. Сегодня же поговорю с генералом, – она замолчала. В этот момент в гостиную-столовую вошел Григорий и поставил перед Защитниками тарелки с супом. – Ну а что с моей другой просьбой? – осторожно проговорила Наталья, принимаясь за еду.

Чен даже не притронулся к ложке. Посмотрев на меня с неким сочувствием во взгляде, китаец произнес:

– Как ты и просила, я направился в Сосновку. Но на подъездах меня встретили десятка три-четыре двергусов. Все бы ничего, но вдали за их спинами я заметил такую тварь, какую никогда раньше не видел. С щитом под шесть с половиной тысяч! В одиночку я бы не вывез. Поэтому рванул обратно доложить тебе.

В груди защемило. Не хотелось верить китайцу, но с самого утра меня терзало неприятное предчувствие. Пока я здесь страдал ерундой…

– Спокойно! – твердо проговорила Наталья и влепила мне пощечину. От неожиданности я вздрогнул и удивленно уставился на нее. – Прости, – улыбнулась девушка, – просто мне показалось, сейчас ты можешь натворить глупостей.

Я мотнул головой и повернулся к Чену:

– Все это правда? Земли моего клана захвачены? – азиат молча кивнул.

Я вскочил на ноги и бросился к двери. Наталья со скоростью пантеры настигла меня и схватила за запястье.

– Стоять!!! – рявкнула она так, что Чен задрожал и, отвернувшись, уставился в окно. – Куда ты собрался?! – прогремела Белова.

– А разве не ясно?! – в тон ей отвечал я. – В Сосновку!

– Поедем все вместе! Мы с тобой на одной машине! Понял?!

Я недоуменно уставился на Белову. Она только что пыталась мной командовать. Но, пожалуй, разок я могу ей это позволить…

– Ты действительно поедешь со мной? – недоверчиво спросил я.

– И Чен тоже. Втроем разберемся, что к чему. Только дай нам несколько минут доесть и собраться. Хорошо? – властные нотки совсем исчезли из ее голоса.

– Ладно, – согласился я. И уже через четверть часа две «Тойоты» сквозь сугробы направлялись к трассе.

Глава 10. Возвращение

– Как же удивительно вновь оказаться в своей машине, – улыбнулась Наталья, любовно поглаживая ладонью приборную панель «Тундры». – Когда отдавала ее вам, мысленно простилась с крошкой.

– Была уверена, что мы не сможем выжить? – буркнул я, искоса глянув на девушку.

Она ничего не ответила, лишь усмехнулась.

– Слушай, а где моя флешка? – озадаченно проговорила Наталья через некоторое время. – Сколько можно слушать один русский рок?

– Она осталась в другой машине в Сосновке, – отозвался я, с наслаждением отметив, что ее лицо перекосило от негодования.

Дальше ехали молча. Чуть позже Белова и вовсе, запрокинув голову, уснула. Ну что ж, так даже лучше. Чесать языком не было ни сил, ни желания…

Черт! Черт! Черт!

– Фух… – выдохнул я и открыл окно, впустив в салон немного свежего воздуха.

Легче не стало. Меня разъедало чувство вины и…

Страх.

Я старался не думать о том, что увижу в Сосновке. Они вполне могли успеть уехать. Ведь мы неплохо укрепили базу. Мы были готовы…

Тяжело вздохнув, сделал музыку громче. Белова никак не отреагировала. То ли так крепко спала, то ли притворялась.

Когда проехали Кемерово, ненадолго остановились на обочине трассы. Уже стемнело.

– Все-таки лучше бы поехали с утра, – проворчал Чен, жуя энергетический батончик.

– Лучше бы, – согласилась Белова прежде, чем я успел открыть рот, – для нас. Но не факт, что для них.

Она украдкой глянула на меня. Я промолчал.

– Ладно-ладно, – отмахнулся китаец. – Мне-то без разницы, ночь или день. Да и тебе тоже. А вот кому-то придется в ПНВ бегать.

– Не помрет, – хмыкнула Наталья.

Перекусив, она открыла заднюю дверь и взяла свой армейский мешок. Порывшись, достала из футляра стильные очки с единым зеленоватым стеклом и плотной резинкой.

– Коснешься резинки на затылке, включатся, – пояснила девушка, протягивая мне подарок.

– Спасибо, – я поблагодарил ее.

Стоило нам тронуться, Белова снова уснула. На секунду мне стало ее жалко – как много Наталья работает и как сильно устает, раз каждое свободное мгновенье использует для сна? Может быть, зря я столь предвзято отношусь к ней?

Однако и эти мысли быстро оставили меня, вновь уступив место бесполезным и болезненным терзаниям. Лишь когда впереди показался знакомый поворот, я смог загнать их в самые недра своей души. Как бы больно и тяжело мне ни было, самобичевание никому не поможет.

«Лэнд Крузер» остановился, не доехав до съезда с трассы. Фары машины погасли, и открылась дверь.

– Ну что ж, дальше идем пешком, – раздался сбоку бодрый голос Натальи.

Куртка Беловой осталась в машине, сама же девушка, как только вышла из «Тундры», мгновенно преобразилась. Вокруг глаз появились толстые черные круги, будто нарисованные тушью, уложенные волосы обернулись смольной соломой, а ворот плаща поднялся, ощетинившись шипами.

– Идемте! – властно произнесла она, тряхнув посохом, и зашагала впереди нас.

На мгновенье мне заходилось слушаться ее, следовать за ней и подчиняться. Однако тут же внутренний Альфа растерзал это ничтожное наваждение. Выпятив грудь, я решительным шагом двинулся вперед и поравнялся с девушкой.

– Два сапога пара… Гр-р-р! – ворчание позади нас сменилось злобным рыком. Я резко обернулся и облегченно выдохнул. Китаец принял боевую форму, обернувшись антропоморфным динозавром в черном кожаном костюме. Обряженная рептилия, проваливающаяся когтистыми лапами в снег, выглядела особенно забавно через картинку ПНВ.

Вот только нам было не до смеха – первых двергусов приметили уже через сотню метров.

– Дальний бой на тебе, – произнесла Наталья, повернувшись ко мне.

Я молча кивнул, направив бластер на зомби. Удивительно, но твари не спешили атаковать. До них было метров сорок, но они нас будто бы и вовсе не замечали.

– Погоди, – проговорила Наталья. – Подберемся ближе, – заметив на моем лице немой вопрос, девушка пояснила: – Под моим куполом, если не нападем на них, нас почувствуют только с десяти метров.

Но мы остановились в двадцати. С этой позиции стрелять действительно было бы удобнее. Я уже поднял руку с артефактом, чтобы атаковать первого из двух десятков зомби, но…

– УА-А-А-А!!! – от громоподобного рева с ветвей ближайших деревьев вспорхнули несколько синиц. За спинами равнодушных двергусов неспешно поднималась могучая глыба.

Я не спешил стрелять, разглядывая удивительное существо. Оно будто бы ранее лежало на животе и теперь встало. И с каждой секундой, водя из стороны в сторону приплюснутым носом, увеличивалось в размерах. Из-за особенностей ночного видения я не возьмусь судить, какого цвета шкура у этой твари, но вот фигуру разобрать вполне могу – очень напоминает Существо из «Фантастической четверки». Такой же изрезанный трещинами, мощный, будто каменный, торс, полное отсутствие растительности на теле, кирпичное выражение морды. Вот только мускулистых рук аж две пары. И одежды нет.

Ну и, конечно же, внушительный рост с двухэтажный коттедж. Хотя такими темпами скоро вырастит еще на один этаж.

– Что за тварь? – изумленно выпалила Белова, тараща глаза.

– Гр-р?! – в рыке динозавра звучало явное удивление. Что-то вроде: «Даже ты не знаешь?».

«Информацию, быстро!» – пронеслась резвая мысль.

Воплощение боли.

Соответствует вашим 60 % использования альтер энергии.

Статус: Отрицательная Искусственная Омега.

6485/6485.

Запросить более подробную информацию?

– Альтер… – пробормотал я, сам не веря своим глазам.

– Что ты видишь? – Белова вцепилась мне в рукав и сильно дернула.

– ГР-Р-Р-Р-РА-А-А!!! – вновь взревел монстр и, в последний раз дернув мордой, замер, повернувшись в нашу сторону.

В тот же миг двергусы кинулись в атаку, точно с цепи сорвались.

– Нас заметили! – крикнул я.

– Чен, мелочь твоя! – быстро среагировала Наталья. – Здоровяк наш!

– Р-р-р!!! – радостно рыкнул динозавр, бросившись наперерез зомби.

Вот только громадный монстр не собирался спокойно стоять и ждать, пока мы начистим ему морду. По-горилльи стукнув себя одной из пар рук в грудь и вскинув голову к ночному небу, он заревел, а затем сорвался с места.

– Атакуй его! Разделим их! – мы с Натальей уже бежали вправо, по колено проваливаясь в снег.

Мне безумно не нравилось слушаться ее приказов, но приходилось мириться и душить собственное нутро.