Шелома Рода: приговоренные с Капища. Книга 1

Ночью Сашке и Тришке не спалось. Они тихо лежали на боку и смотрели в окно, в котором блестели маленькие точечки – звезды. И думали они об одном и том же – о сестре. Живали она, Ведана ?

Глава 6

Алтынка шла по тайной тропе к своим владениям, неся в корзине маленькую девочку. В голове крутились сотни мыслей, сотни дел. Она приближалась к своему личному миру – Белая гора заботливо окружала ее владения со всех сторон непроходимыми скалами.

– Агна… – молвила Алтынка и скала расступилась, пропуская свою хозяйку домой.

Богатырка окинула любящим взглядом свой мраморный дворец, созданный искусными мастерами-вятичами. Словно в огромной, прекрасной каменной чаше стоял Алтын-дворец и хоромы ее сподвижников. Скалы, словно воины с мечами и копьями окружали владения богатырки, берегли от ворогов и нечистой силы. Сосны и кедры – вечные охранники стояли в дозоре, задевая своими кронами облака. Навстречу хозяйке вышли два богатыря, облаченные в кольчуги.

– Алып, Эргек, мир вам! – Алтынка улыбнулась, увидев воинов.

– Владычица наша… – богатыри почтительно поклонились и быстро разожгли уличные факелы.

– Тану приведите ко мне! – распорядилась хозяйка и быстрыми шагами направилась во Дворец.

Она решила отдать младенца на воспитание ведунье Тану, той, которой доверяла свою людскую плоть и богатырский дух. Она для нее была земной матерью, доверенным лицом, советчиком, единомышленником, единственным лекарем ее тела и духа.

Глаза ведуньи засветились от счастья, едва увидели любимую хозяйку.

– Ай-Алтын, мир и слава тебе, великая богатырка! Солнцеликая Владычица Белой Горы! Знаю, Боги передали мне особенное чадо на воспитание… Это верно?

– Да, Тану, девочку. История её темная и необъяснимая. Ни в мире Прави, ни в мире Нави ничего о ней не знают. И о двух ее братьях. Да и братья ли они ей – неизвестно. Ведьма на Велесовом Капище их еще младенцами нашла, себе забрала и украдкой растила их в лесной землянке. Да померла, молния ее убила. Дети выжили каким-то чудом, люди нашли и в их приют сдали. А наша Матушка повелела брату всех детей убить, потому как посчитала их подменышами. Объявилась у нее некая приспешница с Темной Нави, донесла ей, якобы чернобожники через этих детей готовят месть Велесу, Крадный мост строят.

– Кто сию историю поведал вашей матушке? – Тану прищурила глаза, показывая всем своим видом свои сомнения.

– Навка Морены.

– Я ее сыщу… – ведунья могла сыскать кого угодно.

– Я искала её, Тану. Нет ее ни в одном из миров. Никто про нее не слыхивал. Как будто ее никогда и не было. Разберись в этой истории. Девочку зовут…

– Ведана, знаю! – она видела эту девочку, совершая тайный обряд.

– Ты видела ее будущее? – Алтынка с надеждой посмотрела на ведунью.

– Нет, мне нужно время! – Тану решила умолчать о том, что случилось во время обряда. Решив заглянуть в будущее девочки, она столкнулась с необъяснимой преградой – ей закрыли вход в пространство и время. А ещё она чуть не лишилась глаз. Стрелы-молнии летели ей в лицо, появляясь из ниоткуда. Ведунья еле успела разрушить связь и завершить обряд.

– Найди ей кормилицу, пусть достойно заботится о девочке. Я брату обещала. А ты пристально смотри за ней. Забирай! – Алтынка указала рукой на лавку, на которой сидела маленькая худенькая девочка и молча играла со своими пальчиками. На секунду они встретились глазами. Алтынка и Ведана. Малышка улыбнулась, и на миг будто стало светлее в мраморных покоях богатырки. Глаза девочки излучали мягкий свет. Неожиданно Алтынка улыбнулась малышке в ответ, но тут же резко отвернулась, понимая, что может совершить такую же ошибку, что и брат – привязанность к тому, кто может угрожать божественному укладу, порядку и жизни.

Тану взяла девочку на руки и почувствовала, что малышка легкая как перышко. А Ведана будто сразу поняла, что отныне ведунья является ее хранителем. Малышка крепко обняла за шею и прижалась щекой к ее лицу. Где-то в глубине закостенелой ведовской души, зашевелились давние воспоминания, те, которые она уже слишком много лет прятала в себе. Сердце закололи тысячи острых иголочек. Сынок. Карык.

Тану несла девочку по длинным коридорам Алтын-дворца и каждой частичкой души проживала этот момент. Когда-то, много лет назад, так же к ее щеке прижимался сыночек – Богатырь Карык. Великий сын, отдавший жизнь за родных Богов, за Госпожу, а свой род в бою с Эрликом – Повелителем Темного царства. Она не готова снова испытать эту боль, она не станет матерью этой девочке…

Кормилицу нашли среди тех, кого в горах спасла Тану своим колдовством и снадобьями.

– Акуш, ты уже много лет служишь верой и правдой Ай-Алтын. Заботишься о воинах и Мраморном Дворце. Есть для тебя важное дело! – Тану указала глазами на малышку, которая с интересом разглядывала белые покои ведуньи.

Акуш всплеснула руками, заулыбалась и взяла малышку на руки.

– Вам Ай-Алтын выделила новые просторные покои в западном крыле Дворца, к вечеру можешь располагаться там. Девочку зовут… – на секунду ведунья затихла, и в мыслях промелькнуло, что имя девочки нужно сохранить в секрете. – Веда. Ей чуть больше двух годков. Ухаживай за ней как за своим ребенком. Я буду часто вас посещать…

Радостная Акуш сграбастала милую белокурую малышку и побежала в свою хижину собирать вещи.

В волшебном мире Ай-Алтын пошел первый снег. Воины оделись в зимние одежды, вокруг Дворца зажгли каменные колодцы, что в зимнее время обеспечивали тепло всем жителям. Мраморный мир, сотворенный Алтынкой был прекрасен! Зима пролетала незаметно, в делах, походах, в возведении нового крыла Мраморного дворца. Алтынка чувствовала отчужденность брата, который ни разу не повидал ее за долгую зиму, видимо переживая из-за подкидышей. Но она была уверена в правильности своего поступка.

Время в Алтын-Дворце пролетало незаметно в подготовках, поисках новобранцев в богатырское войско, и в походах, от которых зависело спокойствие светлого мира. И вот наступило долгожданное затишье…

В горах начались проливные дожди, они принесли с собой бархатную зелень и полевые цветы. Тучи медленно собирались на вершинах гор, сердито сталкиваясь боками и становясь единым целым.

Веда впервые вырвалась на улицу, чтобы промокнуть под дождем. Ануш всегда прятала девочку в горницу, через мутное окно которой, Веда наблюдала за чудесным представлением – блестящими струями дождя, летящими с небес.

– Ануш, айда на дождик! Айда туда! – маленькая Веда, обладая недетской силой, легко тащила упирающуюся воспитательницу за руку.

– Веда, нельзя! Тану запретила! Это приказ! – Ануш пыталась задержать взбалмошную девочку, но ей было уже не справится. Веда легко вырвала ладошку из руки воспитательницы и с грохотом распахнула входные двери. Акуш, потеряв равновесие, упала на пол, по пути ударившись головой о косяк двери. Она потеряла сознание, чем и воспользовалась маленькая шкода.

– Вееееддааааа! – закричала девочка и бросилась под прохладные струи дождя. Закружилась, завертелась, задирая вверх лицо так, чтобы как можно больше капель упали на лицо. Она представляла, что они волшебные и то, что она тоже скоро станет кудесницей. На секунду она затихла – сквозь шум дождя отчетливо слышался чей-то плач. Она обошла весь двор, но никого не нашла. Вскарабкавшись по большим валунам, девочка заглянула за высокий забор.

– А почему ты плачешь? – Веда увидела девочку, которая была привязана к большому столбу. Девочка повернула голову и тут же отернулась, зажмурив глаза.

Сбежавшая узница уцепилась за вековую сосну, стоящую у забора и ловко перемахнула во двор ратища.

– Кто ты? – Веда погладила плечо привязанной к столбу девочки. – Как тебя зовут?

– Аманка…

– Я сейчас! – Веда начала развязывать крепкие узлы на руках Аманки.

– Ты не развяжешь. Это отец Алып вязал. Его узлы никто не может развязать! Даже Боги!

– А я развяжу! – весело ответила Веда, разбирая сильными маленькими пальцами тугие узлы. Не прошло и минуты, как веревки упали под ноги Аманки.

– Благодарствую… Только что мне теперь делать? Нельзя отвязывать того, кто наказан! – испуганно прошептала спасенная.

– А давай, ты немножко отдохнешь, а потом я тебя снова привяжу? – шепотом предложила Веда, участливо заглядывая в глаза девочки. – Пойдем, я дам тебе кушать…

Девочки перелезли тем же путем во двор, где жили Веда и Ануш. Внимательно осмотревшись, девочки тихонько прокрались в горницу – там никого не было.

– Аманка, айда. Кушай… – Веда протянула деревянное судно с остывшей кашей и лепешкой, которые полагались ей на обед.

– Благодарствую… – голодная девочка принялась быстро хватать еду, запивая молоком. Она ела и ела, пока судно не опустело. – Кто-то идет! Меня убьют!

– Зачем тебя убьют? – спросила испуганная Веда, узнавшая совсем недавно что такое смерть.

– Мне нужно обратно! – Аманка резко соскочила с лавки и бросилась бежать к забору. Через минуту они снова очутились около столба.

– Привяжи меня обратно! Прошу тебя! – Аманка смотрела на новую знакомую испуганным взглядом. Веда кивнула и маленькие пальчики узницы змелькали перед глазами Аманки.

Веда аккуратно привязала девочку к столбу, а сама спряталась за камнями. Вдалеке показались другие дети, такие же крепкие как Аманка.

– Отец Алып сказал, что ты нарушила запрет! Ты сегодня останешься голодной, Аманка! – крикнул высокий мальчик, явно выделяющийся из всей толпы пришедших.

Аманка опустила глаза и молчала. Ведь знала, что они обязательно придут посмотреть на ее мучения, на ее стыд. Она действительно была виновата! Она нарушила священный запрет! Страх сковал ее тело от мысли, что ее прилюдно будет пороть кнутом отец Алып.

Вдруг в мальчика, который надсмехался над Аманкой полетел камень. Потом другой, и ещё, ещё, ещё! Камни летели один за одним, больно вонзаясь в тело обидчика.

– Это Духи леса! Они ее защищают! – закричал кто-то из толпы, и подростки со всех ног бросились врассыпную.

– Веда защитник! Аманку обижать нельзя! – погрозила пальчиком новая знакомая и подошла к столбу. Аманка почувствовала несказанное тепло и спокойствие там, где сегодня пряталась ее испуганная душа, эта маленькая незнакомка за какие-то пару часов ворвалась в ее жизнь, и, Аманке совсем не хотелось с ней расставаться.

Веда, словно чувствуя это, не спешила убегать, она присела у ее ног, а Аманка стала ей рассказывать о том, как мечтает стать великой богатыркой, как много и сильно старается на ратище, но сегодня она нарушила страшный запрет, чем очень сильно разозлила Отца-наставника Алыпа. Веда с огромным любопытством слушала рассказы о нем, о великом богатыре Белой Горы и Отце-наставнике всех юных богатырей, что здесь живут. Только одного Аманка не могла рассказать маленькой незнакомке – правду о том, почему она строго наказана – это была великая тайна, которую она не должна была знать никогда.

– Веда! Непослушная девчонка! Где ты! А ну, выходи! – Ануш с большой веткой в руке кричала во дворе.

– Тебе нужно вернуться! Уходи! Скоро стемнеет, я знаю, что Отец Алып придет и развяжет меня! – Аманка схватила руку Веды и прижала к груди.

Веда расстроенно кивнула и стала перебираться через забор. На секунду зависнув, она попрощалась взглядом с той, что стала ей безумно дорога за эти несколько часов жизни. Где-то в лесу, за увалами, Ануш громко звала ее по имени. «Ну и что… Пусть попадет!» – думала о наказании Веда и улыбалась. Так началась тайная дружба между Ведой и Аманкой, но вот почему они должны были это скрывать, она не понимала.

А в это время, вернувшаяся из кровопролитного похода, Алтынка, неподвижно сидела в просторном зале своего дворца, размышляя о жестоких потерях среди ее Священного войска. Наступления на врата Шамбалы участились, Темные силы удвоили свои силы за счет предателей из числа бывших союзников и волхвов-перебежчиков.

В дверь постучали – это была ее верная Тану:

– Доброго здравия, Госпожа моя! Хочу спросить о дальнейшей судьбе Веданы… Судя по росту, девочка будет крупной, сильной, Ануш уже совсем не справляется. Возможно ли ее определить к юным богатырям? Алып сможет дать ей богатырское воспитание и дисциплину!

– Разрешаю! Прикажи Алыпу с утра её забрать на ратище. И чтоб спрос с неё был как со всех! Никаких поблажек! – Алтынка вспомнила свое суровое детство и то, как закалялся ее дух на ратище. Да, это правильное решение, тем более, что проблемная сирота будет под непристанным наблюдением верного Алыпа.

Тану поклонилась и с довольным видом направилась исполнять приказ Госпожи, чтобы началась у Веды новая жизнь – становление богатырки на ратище. Некогда ей, великой ведунье Белой Горы, бегать за ребенком сомнительного происхождения. Одна проблема с плеч долой! Вырвав девчонку из заботливых рук чадницы, она отвела Веду в жилище юных богатырей, определив ее в горницу Аманки.

Акуш испугалась за воспитанницу – как может девочка переносить все ратные закаления, когда она еще толком не подросла? На утро кормилица со слезами на глазах наблюдала жестокую картину – Веду обливали ледяной водой и растягивали на богатырской дыбе, чтобы руки и ноги становились сильными. Но Акуш ничего поделать не могла. Приказ Госпожи…

Поплакала Веда один день, поплакала другой, а на третий затихла и молча выполняла все приказания Отца Алыпа. Маленькая, худенькая, с большими глазами цвета неба, девочка стоически переносила все тяготы закаления на ратище, каждый день покрываясь кровавыми ранами и синяками. Она с огромной скоростью развивала свою силу, волю, ловкость и быстроту.

Глава 7

Первые лучи солнца заскользили по дорожкам и общежилищам Шеломы Рода. Как и полагалось старосте, Агний стал будить общину, громко крича непонятные для братьев Меземировых слова.

– Ярга, братья, Ярга! Новый днесе Зарга! Подымайтесь! Просыпайтесь! Гой!

Удивительно, но радари жизнерадостно соскакивали с теплых топчанов, надевали одежды и восторженно переговаривались.

– Кудеяр, а что это за чудной язык? – спросил Сашка, думая о том, что кудеса уже начались.

– Агмы. Это слова власти и силы. Слыхал про такие?

– Неее, не слыхал… – Сашка расстроился, потому что он совсем не знал, чему учат волхвов. Да и будут ли их учить? Вдруг их с Тришкой выставят за ворота?

Агний, увидев растерянных братье, подошел и похлопал Сашку по плечу:

– Не грусти, всему научишься. Вы малы ещё! Мы уж тут как лет пять живем, всё умеем! Ты грамоту знаешь?

– Да, матушка учила немного… – Сашка воспрял духом.

– Будет время, зайди в писарню, у окна церы лежат – это дощечки для письма, прочитай, если сможешь. Нужна моя помощь – зови, малец.

В спальню забежал Древослав и стал глазами искать братьев:

– Вот вы где! Меземировы, вам сегодня к Ведогору! Готовьтесь к обряду имянаречения!

Сашка с Тришкой тревожно переглянулись. Как готовиться? Что делать? Мимо пробегал Баян и Сашка схватил его за руку.

– Баян, нас с Тришкой сегодня Ведогор на обряд имянаречения зовет. Что нам делать? Как готовиться?

Баян хитро улыбнулся и посмотрел вокруг, чтобы никто его не слышал.

– Так вам нужно сегодня весь день… чесать лапы псу, что у ворот сидит. Видели когда заходили? Самому старому. Там большой и кудлатый пес сидит – это он…Найдете?

Сашка с Тришкой снова переглянулись и кивнули Баяну. В едовой стоял шум и гам. Дедослав доставал горшки с кашей, Лучезар разливал по сосудам травяной чай.

– Меземировы, подходите смелей! – крикнул староста и усадил их с краю стола, выдал судна и ложки.

– Благодарствуем! – хором ответили братья, уже тревожно думая о том, как пойдут чесать лапы старому псу.

– Агний, а как зовут старого пса у ворот?

– Ну, они все далеко не молоды. Самого старого зовут Весь. Самый кудлатый и большой. И ещё злой. – Агний доедал вкусную кашу из деревянного судна, не подозревая что будет дальше.

– Злой?! – Тришка уронил ложку под стол.

– Да, злой. Но я помладше был, бегал к нему, есть у него одна тайна…– Агний прищурил глаз.

– Какая? – шепотом спросил Сашка.

– Он любит калач, размоченный в молоке. А пока он ест, пса можно и погладить.

Братья переглянулись, и, не сговариваясь, одновременно засунули остатки калачей в карман. А вот где молока раздобыть? И Сашка принялся искать глазами сосуд с молоком.

– Меземировы, внимайте! Мы – в Шелому, а вы давайте, бегите к ручью судна мыть, у нас так полагается! – староста сложил грязную посуду в рогожу, завязал на узел и показал пальцем в окно. – Вон у большой сосны холм, видите? Добежите до него и в низ! Там ручей. Поняли?

Радари убежали в Шелому, а братья потрусили к ручью мыть посуду.

– Саш, а где мы молока найдем? – не унимался Тришка.

– Не знаю пока. Может у здешних попросим? – и Сашка стал искать глазами хоть одну живую душу.

В это время Матушка-наставница общины Макоши возвращалась в общежилище. Сашка кинулся к ней на встречу.

– Матушка, мир тебе… – выпалил он на бегу, а следом прибежал Тришка, поскользнулся на мерзлой земле, упал в ноги наставнице и чуть не сорвал с нее плащ.

– Маааакошь святая… Кто вы, дети? – вытаращила глаза испуганная наставница.

– Матушка, ради священной Макоши, подайте нам каплю молока! – Сашка протянул ладонь к изумленной женщине.

– Молока? Вы хотите пить молоко? – недоумевала наставница.

– Не мы! – выпалил Тришка.

– Да! Мы очень хотим молока! – соврал Сашка.

– Вы мальцы недавно поступившие? – Матушка пыталась разобраться.

– Да, мы совсем недавно прибыли в Шелому. У нас сегодня обряд имянаречения и нам очень нужно молоко! – выпалил Сашка.

– Добро, мальцы, добро, идите за мной…

Получив небольшой сосуд молока, братья побежали к воротам, где на привязи сидели суровые косматые псы, что охраняли вход в мир Шеломы.

– А кто из них Весь? – Тришка пристально разглядывал псов, они все казались одинаковыми.

– Не знаю, давай просто позовем… – Сашка приметил самого косматого, достал калач, макнул в молоко и приготовился к знакомству.

– Весь… Весь… Весюшко… – тихо позвал Сашка.

Огромный косматый пес повернул свою страшную морду к братьям, оскалился и резко кинулся на них. Тррессь! Привязь разорвалась на куски, и могучий пес понесся прям на них. От страха сознание Тришки погасло, и он упал на землю как подкошенный. Сашка зажмурил глаза и рванул руку вперед, крепко сжимая калач, размоченный в молоке. Грозный рык раздался у самого лица и две сильные лапы повалили Сашку на землю. «Всё, сейчас я умру…» – промелькнуло в голове у старшего. Он зажмурил глаза и приготовился к смерти.

Пес, стоя на Сашкиной груди упоенно жевал любимое лакомство. Когда калач закончился, он подошел к лежащему без сознания Тришке, носом перевернул мальца и стал искать у него то, чем ещё можно было поживиться. В правом кармане он нашел кусок калача, одним махом проглотил его и принялся лизать молоко, что расплескалось рядом. Сашка открыл глаза и перевернулся на бок. Между братьями стоял огромный косматый пес и лакал молоко. Прибрав всё до капельки, он удовлетворенно вздохнул, и, как ни в чем ни бывало, лег между братьями. Сашка робко протянул ладонь и погладил старого пса.

– Весь… Весюшко… Я же к тебе с добром… – шептал старший, понимая, что могучий пес одним махом может откусить ему руку и даже не подавиться. Весюшко положил огромную морду на передние лапы и зажмурил глаза.

– Благодарствую тебе, Весь…Ты хороший пёс! Ты чудный пес… – Сашка уже без страха гладил косматого пса, от которого исходило тепло, как от печки.

– Сашшшш… Саааашшаааа… – раздался тихий шёпот по другой бок Веся.

– Тришка, ты не бойся. Пёс тебя не тронет! Ты его гладь потихоньку… – Сашка уже гладил передние лапы Веся и готовился их чесать.

– Амммноооммммм…– буркнул довольный Весь, перевернувшись на спину и явив братьям все четыре лапы. Счастливый пес даже не мечтал, что сегодня ему перепадет не только его любимый калач с молоком, но еще ему почешут старые пятки на всех четырех лапах.

– А вы зачем здесь?! – откуда ни возьмись рядом с «чесальщиками» появился Ведогор.

– Мир тебе, Отец Ведогор! Мы к обряду готовимся! – уверенно ответил Сашка.

– А как вы готовитесь к обряду? – Ведогору уже стало интересно.

– Дык это… Мы же должны весь день лапы псу чесать, правильно? – начал старший.

– Вот мы и чешем! Дык, он нас чуть не сожрал! Думали, что до обряда не доживем! – похвастался меньшой Меземиров.

И тут, со слов братьев, Ведогор понял смысл происходящего и открыл для себя новое «таинство» подготовки к обряду имянаречения.

– Угу. Баян сказал… Подымайтесь-ка, робята! Не надо никого чесать. Шутканул он над вами! Бегите обратно в общежилище! И судна не забудьте!

Ведогор оперся о ближнюю сосну и громко рассмеялся. Ну, Баян, ну, шутник, погоди! А старый кудлатый Весь медленно поплелся в свой угол у ворот, осуждающе оглядываясь на Ведогора, что лишил его такого прекрасного и нежданного счастья.

Вечером Дедослав забежал в общежилище и стал искать братьев. Сашка с Тришкой сидели на лавке в писарне и рассматривали учебные церы.

– Собирайтесь-ка, идем! Ведогор зовет!

– А куда?

– В Храм.

Братья кивнули, надели плащи и побежали в роскошные палаты Храма Четырех Врат. Ведогор уже приготовился к обряду: наполнил деревянные кадки родниковой водой, приготовил церы с молитвами, зажег свечи и факелы со священным огнём. Дверь ухнула, и в горницу вошли братья, держась за руки. Ведогор улыбнулся, вспомнив их утренние приготовления к обряду.

– Готовы? Сашка – ты первый. Надевай новую рубаху. Вон на лавке лежит. Меньшой, выйди за дверь, я позову! – Ведогор закрыл окно и взял церу в руки.

Сашка в углу натягивал рубаху, как вдруг услышал мелкие удары по стеклу, будто в окно летели мелкие камушки. Ведогор осторожно подошел к окну и отодвинул засов. Ничего не разглядев в кромешной темноте, он снова закрыл ставню.

– Залезай в первую кадку. Сейчас будем смывать твое прозвище, ежли таковое имеется…

Сашка шел к кадке. Брахххх!!!!! Вдруг ударил страшный гром, окно вместе со ставней разлетелись на мелкие части, ворвавшийся ледяной ветер затушил свечи и факел. Мальчик испугался, его зубы застучали от страха.

– Лезь в кадку! Быстро!!! – заорал Ведогор.

Сашка в один прыжок оказался в кадке, а тут же подскочивший волхв крепко схватил мальчика за волосы и начал окунать в родниковую воду.

– Зрождень! Вечный Род! Славный Род! Под твоим покровом обряд творю! Смываю с дитя твоего прежнее имя, не тобою даренное. Имя смываю – судьбу очищаю! Дай, Родушка, имя ему! Дай, Родушка право и дело ему! Варра! Варра! Варра!

Вода в кадке на глазах стала затягиваться толстым слоем льда, громкий треск замерзающей воды оглушал вохва, а мальчик терял сознание. Ведогор со всего маха ударил кулаком по льду, быстро вытащил бесчувственного Сашку из кадки. Он положил его на лавку, накинув на ледяное тело овчину. Дверь распахнулась и в горницу вбежал испуганный Тришка. Ведогор кинулся закрывать окно всем, что попадалось под руку – рогожками, подушками, овчинами. Затем он снова разжег свечи и факелы. Волхв был растерян. Он не понимал с чем или с кем имеет дело. Открыв огромный черный сундук, он вытащил оберег семи Богов и надел себе на шею. В это время Сашка пришел в себя, и ничего не понимая таращился на брата. Наставник подскочил к мальчику, крепко сжал его руки, рявкнув на ходу, чтобы Тришка убирался вон.

– Смотри на меня, смотри в глаза… Варра. Зрождень. Истра. Повторяй за мной… Варра. Зрождень. Истра… Варра. Зрождень. Истра… – Волхв и мальчик начали раскачиваться, и Сашка впал в нереальное состояние, в сон как явь. Или явь как сон…

– Что ты видишь… Покажи мне… Истра… Истра… Истра… – и в этот миг Ведогор очутился в жарком поле. На земле, среди зрелых колосьев лежал только что рожденный младенец, весь в блестящей крови, пуповина не отрезана. Рядом женский силуэт, который медленно растворялся в белой дымке. Пуповина оборвалась, младенец громко закричал. И женский голос прошептал: «Олександр…». Глаза Ведогору начали выбивать светлячки. Огромное облако светящихся звезд поднялось над младенцем и укрыло его собой. Ведогор стал отбиваться от светлячков, протирать глаза, но, когда он оглянулся – младенец исчез. Он посмотрел на небо и услышал раскатистый женский хохот…