- -
- 100%
- +
– Покормить свою жену не хочешь?
– Мы не женаты, – автоматически поправила Настя.
Алина дотронулась пальцами до едва заметных отметин на ее шее и, вздернув брови, посмотрела на Руслана.
– Только давай без нотаций! – сказал он.
– Настя, если захочешь, приходи ночевать ко мне…
– Не захочет она!
– …мой дом тот, что справа, – не обращая внимания на его слова, ткнула пальцем Алина.
Когда она вышла, Руслан приблизился к Насте и провел рукой по ее щеке.
– Ты такая бледная. Тебе и правда надо поесть.
– Я не хочу.
– Милая…
– Руслан, что происходит? Где мы находимся? Кто все эти люди, и что это за… существа?
Он замолчал ненадолго, словно собираясь мыслями, а потом тихо произнес:
– Ты ведь сама уже все поняла.
– Нет-нет-нет, этого не может быть, – она попятилась от него, зажмурившись. Щеки снова стали мокрыми, будто она и не вытирала их полотенцем.
– Настена, – Руслан попытался ее обнять, но она отстранилась, старательно избегая смотреть на его лицо.
– Нет… это все неправда! Я не верю.
– Это правда, Настя. Ты видела все своими глазами.
Сделав несколько глубоких вдохов, она все же подняла на него взгляд.
– Значит, ты тоже…
Слово «оборотень» в этот раз ей почему-то не давалось. Оно так и повисло в воздухе непроизнесенным.
– Показать?
– Боже, нет!!! – она выскочила из ванной, испугавшись, что перед ней сейчас окажется волк.
– Настена…
Он вышел вслед за ней, застав ее упавшей на кровать. Она уткнулась в подушку лицом вниз, и он не мог разобрать, плачет она или нет.
– Прости, милая, я не хотел, чтобы так все получилось.
– Что означает укус на моей шее? – спросила она глухим из-за подушки голосом.
– Что ты моя пара, – произнес он после паузы.
– Пара?
– Пара, спутница, жена… Это как обручальное кольцо у людей. И штамп в паспорте.
– Штамп?! – Настя оторвала голову от подушки и посмотрела на него. – То есть на мне уже и штамп стоит? А ты ничего не забыл сделать перед этим? Например – спросить моего разрешения?
Руслан нахмурился и открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, сделал несколько шагов туда-сюда, потом остановился и прикрыл глаза.
– Ну хорошо… Ладно… Я согласен, это не самый мой блестящий поступок.
– Когда ты собирался мне обо всем рассказать?
Вздохнув, он сел на край кровати и устало произнес:
– Я не собирался.
– Нет? – ошарашенно воскликнула она, вскочив на ноги.
– Я могу контролировать звериную сущность и не оборачиваться в полнолуние. Могу жить как обычный человек. Я не хотел тебя пугать. Если бы не Елизар… Он очень опасен, и нам лучше побыть пока здесь. Здесь стая, нас много, и…
Руслан замолчал. А у Насти в ушах продолжало звенеть: «звериная сущность», «стая» и «нас много».
– Как осмыслить это и не сойти с ума? – тихо пробормотала она в пустоту. – Наверное, я просто сплю. Проснусь завтра, и ничего не случилось.
– Настен…
– Ты даже не представляешь, что у меня сейчас внутри.
– Значит, на сегодня хватит новостей.
Она резко повернула голову к нему.
– То есть, это еще не все?
– М-м-м… Не совсем.
Ее щеки вспыхнули огнем, и в груди все заполыхало. Да сколько можно уже новостей?
– И какие еще удивительные открытия меня ждут кроме оборотней? Ты состоишь в родстве с вампирами, в твоем погребе живут хоббиты, а Гарри Поттер подписан на твой инстаграм?
– Настена, поговорим, когда ты успокоишься.
– Нет уж, добей меня сразу! Сначала на нас нападает какой-то монстр, а потом я узнаю, что ты такой же…
– Я не такой, как он, – вдруг оборвал он, и его лицо снова стало жестким, грубым, будто она задела в его душе что-то очень болезненное.
– Это обнадеживает, – произнесла она. – Никогда не забуду его оскал.
Руслан отвел глаза.
– Да, отец умеет производить впечатление.
У Насти подогнулись колени и она села обратно на кровать. Она не ослышалась?
– Отец?
– Он пришел за мной. Я не верил, что он вернется, но он пришел.
Оборотень с горящими глазами, огромными клыками, и когтями, разодравшими капот, чудовище, которого Руслан пытался раздавить машиной…
– Так… дай мне минуту, ладно? – Настя закрыла глаза и медленно сосчитала до десяти, стараясь дышать глубоко и ровно. – Почему он нападает на тебя?
– Я был плохим сыном. Посмел не разделить его целей и методов. Он нашел своих сторонников, но я к ним не примкнул и это оскорбило его.
Взгляд Руслана затуманился. Он смотрел куда-то вглубь себя, в свою память, и воспоминания его не были приятными.
– Он всегда тяготел к тьме… а она к нему. Все думают, что он хотел подвинуть нашего лидера, но я так не считаю. Ему не нужна была власть, и не нужна стая, его волнует только его сила. Все эти его старинные обряды с закланием… Особенно птицам от него досталось, есть в них что-то такое, непостижимое. Я тогда еще не понимал, почему нас стали все сторониться, слишком мал был. Некоторые родители даже запретили своим детям подходить ко мне, – усмехнулся Руслан. – Я думал, что все это наговоры, что отца хотят оклеветать, ведь он очень сильный волк… А потом он убил мою мать.
Настя вздрогнула, широко открытыми глазами уставившись на него.
– За что?
– Когда оборотень оставляет метку своей паре, между ними появляется связь. И эта связь особенная, она… ну словом, Елизар провел один ритуал. Темный. И не просто убил свою пару. Он впитал в себя ее жизнь, и это сделало его намного сильнее.
Уже немного притупившийся страх нахлынул с новой силой. Настя отшатнулась, рефлекторно дотронувшись отметин на своей шее.
– Нет… нет, Настена, я не поступлю так с тобой! Я – не он, – словно очнувшись, быстро сказал Руслан и, вскочив на ноги, взял ее лицо в свои ладони. – Я тебя люблю.
– А твой отец любил твою мать? – подумав, спросила она.
– Да, – нехотя кивнул он в ответ. – Но себя он любил еще больше.
Они разговаривали до самого утра – сна не было ни в одном глазу. Настя вообще сомневалась, что сможет теперь хоть когда-нибудь спокойно уснуть. Руслан рассказывал ей свою историю, и она понимала, почему до этого он все скрывал.
После совершенного убийства, его отца изгнали из стаи, но ушел он отнюдь не безропотно. Неожиданно его поддержали некоторые оборотни, и это недолгое, но жестокое противостояние оставило длинный кровавый след. Елизар потребовал, чтобы ему отдали сына, и большая часть стаи не была против, полагая, что яблоко от яблони обычно далеко не падает, и лучше избавиться от проблемы сразу. Но у их лидера оказалось другое мнение. Он оставил Руслана, и Алина – женщина из соседнего дома, приглядывала за подрастающим волком с сомнительной родословной и наследственностью, даже несмотря на то, что у нее есть свои дети.
Когда начало светать, голова Насти стала совсем тяжелой от мыслей и от усталости. Ей очень хотелось побыть одной и подумать. Руслан спустился на кухню, но его возвращения она не дождалась, провалившись в крепкий сон – в одежде на нерасправленной кровати. Впрочем, проснулась она раздетой и под одеялом. И хотя самочувствие ее оказалось значительно лучше, чем можно было ожидать, утро принесло с собой порцию не то, чтобы глобальных, но неприятных проблем. И первой из них стала зубная щетка, которая отсутствовала. За ней стали проступать истинные масштабы беды, потому что и одежда тоже не находилась.
Кое-как умывшись и причесавшись мелкой мужской расческой, найденной в ванной, Настя отправилась на поиски того, чем можно прикрыть костюм Евы. Из большого шкафа в комнате она выудила футболку Руслана, доходившую ей до колен. Оценив себя в зеркале и решив, что могло быть и хуже, она все же решила высунуть нос из спальни. Внизу снова могли оказаться посторонние, и встречаться с ними в таком виде хотелось меньше всего. Но не торчать же в четырех стенах неизвестно сколько?
Спальня находилась на втором этаже деревянного дома, казавшегося немного старомодным, но неожиданно уютным. Хотя почему – неожиданно? Скорее всего это дом родителей Руслана, и наверняка его мать когда-то старалась вдохнуть душу в свой кров. Деревянная резная мебель, веселые занавески с цветами, подушки с вышивкой, и множество небольших и почему-то исключительно круглых ковриков на полу. Настя подумала, что чувствовала бы себя здесь очень комфортно, если б не обстоятельства.
Судя по расположению заглядывающего в окна солнца, еще было утро, так что спала она на самом деле недолго. Никаких чужих голосов в доме слышно не было, зато из кухни доносился запах кофе. Настя, вдруг ощутив страшный голод, засеменила туда. Наверное Руслан пытается соорудить что-то вроде завтрака. Получается это всегда у него не очень хорошо, но если вовремя успеть перехватить инициативу, тогда то, что он готовит, еще может стать съедобным.
– Доброе утро, спящая красавица!
Посреди кухни стоял незнакомец из той породы мужчин, которых можно снимать для обложки журналов: с правильными чертами лица, белокурыми, чуть вьющимися волосами и ослепительной улыбкой, как из рекламы зубной пасты.
Глава 4
– Вы кто?
– Я Влад. И я принес тебе завтрак!
– Спасибо, конечно, но…
– Но – что? Не любишь тосты? Прежде, чем кивнуть, учти – это разобьет мой хрупкий внутренний мир. Неплохой прикид кстати, тебе больше идет, чем этому твоему…
– Простите, а «этот мой» сейчас где? Вообще-то я ожидала здесь увидеть его.
– Они с моей матерью уехали в город за твоими вещами.
– Как?! А как же…
– Елизар? Он сейчас не в форме и пару дней можно пожить спокойно. Хотя… – Влад посмотрел на наручные часы и нахмурился, – что-то долго они уже. Им давно пора вернуться.
– А сколько отсюда до города? Мы же ехали сюда почти целый день.
Настя снова посмотрела в окно на пробивающиеся сквозь деревья лучи – даже если солнце не встает, а садится, оно все равно еще высоко, так что времени прошло недостаточно много, чтобы уехать в город и вернуться обратно.
– Все правильно, – кивнул Влад. – Они вчера утром уехали. Ты спала целый сутки.
– Сутки???
– Ага. А я, как давший клятву не оставлять тебя голодной, чего бы мне это ни стоило, таскал тебе завтрак, обед, два раза ужин, и вот опять завтрак.
– Не стоило так утруждаться, – смущенно пробормотала Настя.
– Мать оторвала бы мне хвост за ненадлежащее исполнение своих указаний. Так ты будешь тосты? Тут еще омлет с сыром… Могу просто яичницу пожарить, если хочешь.
Рот наполнился слюной, и Настя, подумав, все же села за стол. Сейчас она была готова съесть все, что угодно, даже завтрак от незнакомого мужчины.
– А вы умеете жарить яичницу?
– Я умею жарить вообще все. И давай на ты, хорошо?
– Хорошо. Ты – повар?
– Скажем так: увлекаюсь. И не вздумай сказать, что это женское хобби…
– Это тоже разобьет твой хрупкий внутренний мир?
– Естественно!
Тосты и омлет с сыром были восхитительны! Вообще-то Настя не любила плотно есть по утрам, но сейчас проглотила все в один присест, и теперь тянула маленькими глотками не менее восхитительный кофе, жмурясь от удовольствия. Влад, как выяснилось – сын Алины, тоже пил кофе, сидя напротив. Может быть в присутствии красавчика модельной внешности ей бы и было не по себе, а тем более – уплетать завтрак за обе щеки, но Влад так тепло и открыто ей улыбался, будто старой знакомой, что дискомфорт быстро сошел на нет.
– Значит, ты живешь здесь? – спросила она.
– Нет, я живу в городе. Но сейчас такой момент, когда всем лучше держаться вместе. Да и Алине спокойней, когда я рядом.
– Ты называешь мать – Алиной?
– Она сама так просит ее называть, – засмеялся Влад. – Говорит, что я добавляю ей возраста своим существованием. Но вообще-то, она уже бабушка.
– Серьезно?
– В этом виноват не я! Это страшное злодеяние совершила моя младшая сестра. Она замужем, живет в другой стае, далеко отсюда. Внуки тоже называют бабушку Алиной!
– А Алина как тебя называет?
– Владушка, или бестолочь – в зависимости от обстоятельств. И все чаще я слышу второй вариант.
– Почему? – хрюкнула в кофе от смеха Настя.
– Видишь ли, она одинаково возмущена и тем, что я делаю ее старше, и тем, что до сих пор не подарил ей внуков. Я пытаюсь уловить в этом логику, но все так запутанно…
Болтать с Владом было легко и весело. Он шутил, улыбался, глядя на нее ясными, светлыми глазами, и разговор лился сам собой, словно перед ней никакой не оборотень, и не в глухом лесу они находятся, и не висит над ними никакая угроза в виде обезумевшего Елизара и его приспешников.
Настя пила уже вторую чашку кофе, совсем потеряв счет времени и не заметив, как к дому подъехала машина. Руслан вошел в кухню как раз в тот момент, когда они с Владом хихикали над очередным его рассказом.
– …словом, этот шрам был даже удостоен имени! Я зову его – Витёк.
– Ты дал имя шраму?
– Это звучит странно, но согласись, история его рождения была слишком эпична, чтобы оставить беднягу безымянным!
– Веселитесь?
Настя вздрогнула и обернулась. В дверях стоял Руслан с большой сумкой и сильно хмурился. Ей стало стыдно, будто ее застукали за чем-то неприличным. Хотя ничего предосудительного они не делали – просто разговаривали и пили кофе! Она, правда, одета в одну лишь футболку, но это же не ее вина, что даже те вещи, в которых она приехала, куда-то запропастились.
– Ну-у, раз вы уже тут, с чистой совестью сдаю пост, – примирительно сказал Влад, не замечая на себе тяжелого взгляда Руслана, и, ободряюще подмигнув Насте, вышел.
– Как вы съездили, все хорошо? – спросила она, отчего-то чувствуя вину.
– Нормально, – буркнул Руслан, поставив сумку на пол, и достал из навесного шкафа чистую кружку.
– Там кофе еще остался… Очень вкусный.
Руслан молча взял турку и демонстративно выплеснул содержимое в раковину, а затем налил себе просто воды.
– Да брось, ты что ревнуешь? Алина попросила Влада покормить меня, когда я проснусь. И мы просто общались и все!
– Я понял. Там твои вещи, – он кивнул на сумку. – Я не знал, что надо брать…
– Спасибо.
Он, кивнув, вышел из кухни и поднялся на второй этаж, так больше ничего и сказав. Настя еще посидела за столом пару минут, не зная, что предпринять – идти извиняться, или справедливо возмутиться, затем тоже поднялась в спальню. Из ванной раздавался шум воды в душе. Заходить она не стала – пусть злится, сколько хочет! Ничего плохого она не сделала, так что оправдываться ей не за что.
Убеждая себя в этом, она переоделась и решила все же выйти на улицу. Ничего ведь не произойдет? Если Руслан оставил ее здесь на целые сутки, значит она в относительной безопасности.
День выдался удивительно приятным – теплым, безоблачным. Он пах хвоей и приближающимся летом. Хотя солнце затеняли высокие ели, лес все равно днем перестал быть агрессивным и неуютным. А может так стало казаться из-за жилых домов, виднеющихся среди деревьев со всех сторон. Интересно, а на что живут оборотни? Судя по всему, они тут вовсе не бедствуют, хотя до ближайшего населенного пункта много километров. И все же тут имеются все блага цивилизации, как например – электричество и водопровод. Жаль только, что не ловит сотовая связь.
Настя с интересом вертела головой и ее внимание привлек знакомый с детства звук. Кто-то неподалеку рубил дрова. Отходить от дома было страшновато, потому что кроме людей – или точнее, оборотней в человеческом обличии, можно было наткнуться и на волков. Но Влад как-то умудрился за такой короткий отрезок времени внушить ей мысль, что не такие уж они тут и ужасные. Да и Руслан в противном случае не привез бы ее сюда.
– Добрый день! – вежливо крикнула она мужчине, но подходить слишком близко на всякий случай не стала.
Большой, бородатый, но совсем не старый, он повернулся к ней и кивнул в ответ на приветствие.
– Освоилась?
– Ну, как сказать…
– Раз ходишь одна, значит уже освоилась. Не боишься?
– А должна? – Настя настороженно сделала шаг назад. Зря она заговорила с ним.
– Это ты сама реши, должна или не должна. Я – волк, ты – человек. Если я обернусь, ты даже шага ступить не успеешь.
– Я, пожалуй, пойду, – она уже развернулась, но мужчина окликнул ее.
– Эй, подожди! Не обижайся, – он отбросил топор и подошел к ней ближе. Настя подавила желание рвануть от него, что есть сил. – У нас бывали случаи, когда оборотни выбирали себе пару среди людей. Я лично этого не понимаю, и не одобряю, ну да ладно – любовь зла, и все такое… Да и нашими законами это не запрещено. Но тебе стоит быть осторожней. Оборотни – не дикари, как нас описывают в ваших книжках, но и среди нас есть преступники, вроде Елизара. Плюс в полнолуние не все могут контролировать своего волка, учти это.
– Я учту.
– Вот и умница.
– Игорь, ты опять за свое? Хоть бы неподготовленным новичкам не полоскал мозги нотациями.
Настя повернулась и с облегчением заметила приближающегося к ним Влада.
– Не обращай на него внимания, – сказал он ей. – Этот ворчун – наш местный сгусток пессимизма. С ним надо знакомиться постепенно, привыкая к его особенностям. Иначе рискуешь утонуть в болоте депрессии и беспросветности.
Игорь хотел было уже что-то ответить, но отвлекся на въехавшую в поселение процессию из трех больших автомобилей. Один из них был полностью черным – даже стекла, явно очень дорогим, а два других – темно-зеленые, погрубее на вид, и поагрессивнее.
– Гляди, еще человеки, – заворчал бородач. – Только их тут не хватало.
– Покровский… – протянул Влад, провожая глазами машины.
– Ага. Зуб даю, жаловаться прискакал.
– Думаешь, Елизар уже наделал в шахте делов?
– А то! Уверен.
Покачав головой, Влад повернулся к Насте.
– Пойдем, я тебя провожу. Здесь не так опасно, как в лесу, но ты и правда лучше не ходи одна, а то мало ли…
Настя уже и сама хотела поскорее вернуться в дом, и поэтому с радостью кивнула.
– Про какую шахту ты говорил? – спросила она.
– Здесь… то есть не совсем здесь, но тоже на нашей территории есть алмазный прииск. Люди его разрабатывают.
– А вы?
– А мы им позволяем. Это земля стаи, мы следим за ней. И здесь ничего нельзя делать без нашего разрешения.
– Проводишь для новоприбывших экскурсию?
Настя завертела головой, не сразу сообразив, откуда раздался голос. Незнакомая девушка спрыгнула с дерева, и получилось у нее это довольно грациозно, она по-кошачьи встала на ноги и откинула рукой свои густые, каштановые волосы.
– Ты, кажется, Настя? Жена Руслана? А я Ольга.
Необъяснимым, но безошибочным женским чутьем Настя определила, что Ольга настроена к ней не особо дружелюбно. И причиной тому был насупившийся Влад, на которого та бросала острые, как бритва, взгляды. Вот только еще одной сцены ревности тут не хватало!
– Я попросила Влада отвести меня домой. Боюсь заблудиться.
– Правильно. Человеку не стоит ходить в одиночку, когда вокруг волки, – сверкнула глазами Ольга, и удалилась, гордо расправив плечи.
– Это твоя пара? – поинтересовалась Настя, зашагав дальше.
– Это моя соседка.
– Красивая соседка…
– Да, ничего, – коротко бросил Влад и не стал дальше продолжать тему.
Когда они уже приблизились к дому Руслана, Настя осторожно произнесла:
– Спасибо, может дальше я сама?
– Если ты боишься, что он нас заметит, то уже поздно.
Влад кивнул куда-то в заросли, и буквально через несколько мгновений Настя и сама разглядела приближающегося к ним Руслана. Сердце в груди зачастило. И хотя и в этот раз она ничего такого не делала, ей все равно захотелось провалиться под землю.
– Иди домой, Настя, – бросил на ходу он, глядя при этом в упор на Влада. И взгляд этот не предвещал ничего хорошего.
– А ты?
– Нам с Владом надо кое о чем поговорить.
– Руслан, подожди! – она схватила его за руку, понимая, что разговором дело может не ограничиться.
– Что за разборки средь бела дня, молодежь?
Они все разом обернулись. Седовласый старик, опираясь на трость, с интересом смотрел на разворачивающееся зрелище.
– Нет никаких разборок! – процедил Руслан.
– Вот и хорошо! Андрей объявил сбор. Явка обязательна для всех! В другой раз друг друга за усы подергаете, щенки, – беззлобно заявил дед, и заковылял по дорожке, что-то бубня себе под нос про несносное поколение.
Глава 5
Покровский Павел Сергеевич любил свою работу, но были в ней аспекты, которых он предпочел бы избежать. И пребывание в стае волков – как раз одна из таких вещей.
Едва заняв свою должность, он еще не подозревал о существовании соседей, с которыми ему придется вести дела. Неприятная правда открылась позже, когда он уже сросся со своим креслом и не хотел из него вылезать. Первой его мыслью было призвать силовые структуры, которые просто ликвидируют опасность: какими бы ни казались грозными оборотни, вряд ли у них есть иммунитет к автоматной очереди. Но очень быстро ему объяснили, что стай много, убери одну – сразу прилетит недружелюбный ответ от других, и лучше всего просто договориться с теми, кто считает себя здесь истинными хозяевами. А договариваться Павел Сергеевич умел. Более того, это была его профессиональная обязанность.
Сейчас он нервно наматывал круги перед лидером стаи, что с одной стороны опасно, но с другой – его возмущение было слишком велико и контролю не поддавалось.
– Трое! Трое пропавших! Одного нашли, точнее – некоторые его фрагменты. Остальных искать никто не хочет. Люди боятся выйти в лес. Даже охрана! А там ребята не пальцем деланные. Мы так не договаривались, Андрей! Вы гарантировали нам защиту и неприкосновенность! Мы свою часть уговора соблюдаем, а вы нападаете на наших людей! Так дела не делаются! Если договор расторгнут, то вам стоило оповестить нас об этом каким-то другим способом!
– Договор не расторгнут, – произнес Андрей.
Он следил за перемещениями директора шахты одними зрачками, и ждал, когда тот выпустит пар.
– Только не говори мне, что это были медведи! Там повсюду какие-то знаки, свечи…
– Ритуал. Это были не медведи.
– Конечно! Это были твои оборотни!
– Они не мои.
– То есть… в смысле – не твои? А чьи?
– Говоря твоим языком, преступная группировка.
Павел Сергеевич замер, достал платок и вытер проступивший пот со лба. Затем опустился в кресло, словно у него села батарейка.
– Хочешь сказать, что в лесу появились оборотни, которых ты не контролируешь? – уточнил он.
– Именно, – не стал юлить Андрей.
В голове Павла Сергеевича быстро защелкал калькулятор, подсчитывающий возможные убытки, и он не мог с уверенностью сказать, чего боится больше: неведомых оборотней, с которыми у него нет договора, или цифр, которые высветились перед взором на мысленном табло.
– И что ты намерен делать? Ты же не можешь оставить это просто так?
– Мы решаем проблему, – коротко ответил Андрей.
– Помощь?
– Пока не нужна. Позаботься о своих людях. Лучше бы конечно закрыть шахту на время, но ты же не закроешь.
– Конечно нет! Ты представляешь, что скажут инвесторы?!
Андрей поморщился. Об этом ему хотелось знать меньше всего.
– Тогда вам придется перейти на особый режим. Ну и естественно не покидать пределы шахты…
Их разговор продлился не более двадцати минут, но Андрею он успел надоесть даже за этот короткий промежуток времени. Ему неинтересны были проблемы каких-то там инвесторов, и то, что директор шахты без конца на них ссылался, слегка раздражало. После ухода гостя, Андрей откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.
– Все уже собираются, – послышался голос его пары.
Он кивнул, не открывая глаз. Все-таки нужно было объявить сбор чуть позже. Елена присела рядом на подлокотник кресла.
– Давно не видела тебя настолько уставшим. Это все из-за Елизара, или есть что-то еще?
Андрей помолчал немного, раздумывая над ответом.
– Любая опасность, пусть даже внешняя, всегда несет раскол внутренний. Это нестабильность. А нестабильность порождает бунт.
– Кто может бросить тебе вызов? У нас нет настолько сильного волка.
– Думаешь?
Андрей открыл глаза и посмотрел в окно, где как раз собиралась его стая. Руслана он увидел сразу – тот был мрачен, если не сказать зол, но спокойно стоял среди остальных, держа за руку свою пару. Человека. То, что его выбор пал не на оборотня, сумело произвести маленькую сенсацию. Сам Андрей еще до конца не определился, как относиться к этому факту. Само по себе хорошо, что Руслан женился – было заметно, что это помогло обрести ему душевное равновесие, которое он искал столько лет. Но в то же время хотелось бы, чтоб его пара была в курсе положения вещей и осознавала для себя все возможные риски.
Андрей вздохнул и потер пальцами переносицу. Он чувствовал свою усталость, и она ему не нравилась, но поделать с этим он ничего не мог.