Ожидание невозможного

Пролог

Пролог.

- Капучино без сахара, пожалуйста, и круассан с шоколадом, - сделала Дарья обычный свой заказ.

- Капучино большой, средний, маленький? – уточнила бариста.

- Средний, - был ответ.

- Хорошо, что-то еще? – спросила девушка.

- Нет, спасибо! – отказалась покупательница.

- С собой или здесь кушать будете? - не унималась бариста.

- Здесь, - часто по субботам Даша приходит в эту кофейню, садится за столик у окна, пьет свой капучино, ест круассан. Это уже превратилось в ритуал, и все работники этой кофейни знают ее в лицо, но эта девушка, кажется, новенькая. Наконец, она закончила свой допрос, озвучила цену, отбила чек, предложила присесть и занялась своим основным делом – приготовлением кофе.

Даша любила эту кофейню. Здесь готовили лучший в городе кофе. На самом деле, может, он и не был лучшим, но для нее само это место было особенным. Вот странно! Столько лет прошло. Вокруг уже по нескольку раз сменились вывески, появились новые бары, кафе, рестораны, а эта крошечная кофейня так и оставалась на своем месте, как будто время ее не замечало. Нет, иногда ее ремонтировали, закрывали и открывали вновь, но вкусный кофе, круассаны, столик у окна и дождь, стекающий каплями по стеклу, мелодичный перезвон музыки ветра на дверях, сообщающий о посетителе, оставались все те же. Даша давно уже думала перестать сюда приходить, чего еще ждать, на что надеяться, но наступала суббота, и, если она была в городе, ноги сами несли ее на эту улицу, в эту кофейню, к этому окну.

Даша с удовольствием сделала первый глоток ароматного мягкого напитка, откусила кусочек нежного хрустящего круассана, и жизнь показалась ей не такой убогой и тоскливой. Она сделала еще глоток и посмотрела в окно. Сегодня опять шел дождь, как тогда в далеком сентябре, когда они с подружкой Катей шли, прячась под одним зонтом, с лекций в институте. Они, студентки-первокурсницы Архитектурной академии, еще не расстались с эйфорией от поступления на бюджет и никак не могли поверить в собственную удачу. Три недели учебы уже были позади, но ощущение зыбкости, ненадежности происходящего не отпускало. Все казалось, что кто-то там наверху перепутал, и вот-вот прилетит уведомление об ошибке. Неделя сменяла неделю, уведомления не было, количество дисциплин и лекций росло, как и уверенность в том, что все идет, как и должно, а впереди еще четыре года, и весь мир у твоих ног. В тот момент казалось, нет ничего невозможного, а дождь – лишь мелкие погодные неприятности, которые легко преодолеть под одним зонтом.

Нахлынувшие воспоминания сегодня показались особенно острыми. Она смотрела на плачущий дождь за окном, думая о своем, даже не обратила внимания на звон колокольчиков «музыки ветра» над входной дверью.

- Даша, - раздался почти рядом едва слышный шепот. Девушка отвернулась от окна и взглянула на говорившего. Ее сердце пропустило удар. Она зажмурилась, пытаясь прогнать иллюзию. Медленно открыла глаза. Не помогло! Напротив нее по-прежнему стоял мужчина. Тот, кого она не видела почти 10 лет, почти целую жизнь, кого уже давно похоронила.

- Ты? – выдохнула молодая женщина.

- Я! – подтвердил призрак прошлого.

Часть 1. Встречи - расставания

2015 год.

Мы спрятались с Катюшкой под одним зонтом и топали, уцепившись друг за друга, перескакивая через лужи. Лекции закончились, и мы торопились в общагу, чтобы, наконец, пообедать и согреться, избавившись от этой промозглой питерской сырости. Завтра воскресенье, можно поспать подольше, постирать вещи, закупить продукты, а еще сходить куда-нибудь: в кино или музей. Вот она общага, уже за углом. Внезапно под наш зонт влезла наглая голова улыбающегося парня. Его светлые короткие волосы ежиком топорщились в разные стороны.

- Девчонки, пустите к себе под крышу, - бесцеремонно заявил он, - а то мы с приятелем совершенно промокли.

- Ну, куда ты лезешь? – возмутилась подружка, - не видишь, самим места мало, - попыталась выпихнуть из-под зонтика наглого подселенца Катя.

- Фу, какая ты жадная! - смешно скривил рожицу парень. - А может, в кафетерии переждем, девчонки, – дружелюбно предложил он, не сдаваясь, - оттуда такой запах, аж слюнки текут. Пошли, а? – не унимался нахал.

Парень был симпатичный: высокий, широкоплечий, с милыми ямочками на щеках, потрясающей голубизны глазами и совершенно мокрый. Кушать, кстати, уже давно хотелось. Сегодня была суббота, и студенческая столовка работала в сокращенном режиме, поэтому пообедать мы просто не успели. Нерешительно переглянулись с Катькой.

- А я вас со своим другом познакомлю, - заговорщицки понизив голос, проговорил он, - а друг у меня знаете какой? Лучший агент по борьбе с мировым империализмом!

Мы переглянулись и, не удержавшись, прыснули.

- Ладно! – примирительно согласилась подруга, - пошли в кофейню, только ненадолго.

Парень тут же ухватился за зонтик и вместе с нами семенящим шагом двинулся в сторону стеклянной двери с нарисованной белой краской чашкой дымящегося кофе. Под козырьком рядом с окном во всю стену прятался от дождя еще один парень, видимо, тот самый его приятель. Внешне он был полной противоположностью своего друга. И хотя они были одного роста и телосложения, но второй был черноволосым, смуглым, тоже коротко остриженным, с немного хищными чертами лица, носом с горбинкой и темно-карими, почти черными глазами.

Белобрысый балагур пристроился сзади, перехватив зонт, он держал его над нашими головами, но, поскольку был значительно выше ростом, получалось, что зонт абсолютно не прикрывал нас от дождя, и холодные брызги капель, стекающих с купола зонтика, неприятно оседали на лицо. Наконец, мы втроем ввалились в кофейню, где почти не было народу. Как видно, нормальные люди в такую погоду предпочитали сидеть дома, а не мокнуть под дождем. Парень по-хозяйски сложил наш зонтик, потом быстро встряхнулся, как мокрый пес, резко провел рукой по волосам, стряхивая капли вниз. Его ежик выглядел уже абсолютно сухим. Мы и не заметили, как четвертый участник нашей импровизированной компании тихо скользнул за нами в дверь. Если бы не «музыка ветра» над входом, его появления никто бы и не заметил. В отличие от своего приятеля он выглядел почти сухим, если бы не потемневшие края джинсов.

Между тем, белобрысый быстренько устроил нас за столиком у окна. Кофейня была крошечной, наверное, переделанная из обычной двухкомнатной квартиры на первом этаже, и это придавало ей какой-то особенный шарм и камерность. В глубине располагалась стойка с витриной, в которой красовались какие-то пирожные и выпечка. За стойкой стояла девушка-бариста. Сам зал заполняли всего четыре столика, один из которых был занят молодой парой, другой – оккупировала наша компания, еще два оставались свободными. После промозглой сырой улицы здесь было тепло и уютно, а запах кофе пропитывал все вокруг, забиваясь в нос и пробуждая неуемный аппетит.

- Что будете пить? – спросил Дмитрий тоном заправского официанта.

- Капучино без сахара, - хором ответили мы.

- А может, кушать хотите? Здесь, между прочим, приличный омлет подают. Как? Заказываю? – уточнил он.

Мы опять переглянулись с подругой и одновременно кивнули. Кушать, и правда, хотелось. А в общаге из продуктов почти ничего не осталось. Надо было еще идти в магазин, а по такой погоде вообще не хотелось. Парень пошел к стойке с витриной. Сделал заказ и вернулся к нам. Его друг уже спокойно сидел рядом со мной.

- Давайте знакомиться, - предложил белобрысый, - я Дмитрий, это мой друг Кирилл, - он внимательно посмотрел на свою соседку, ожидая ответа.

- Катя, - представилась та, - а это Даша.

- Очень приятно, - мурлыкнул Дима, - что вас, девушки, заставило в субботний день бродить по мокрым улицам? – поинтересовался он.

- Мы не бродили, - хмыкнула Катя, - а возвращались в общежитие из института.

- О, вы студентки! – обрадовано подхватил Дима. – А где учитесь?

- В Архе, - ответила подруга.

- Вы будущие архитекторы! Первый курс? – предположил собеседник. Катя в ответ согласно закивала.

Вообще, с момента появления под нашим зонтом, он общался с Катей, я же до сих пор не произнесла ни слова, так же, впрочем, как и его друг. Дмитрий, видимо, заметил этот нюанс и поинтересовался,

- А Даша совсем не разговаривает?

- А мы, кажется, еще и не разговаривали, - в ответ пожала плечами я, - всю необходимую информацию вы уже узнали от моей подруги. Добавить мне нечего.

- О! – рассмеялся в ответ Дмитрий, а его приятель взглянул на меня, прищурившись. – Вы в разведке не думали служить, Дашенька, у вас бы получилось? - добавил Дима одобрительно.

В этот момент официантка принесла наш заказ, выставив на стол четыре порции омлета с беконом, овощами и сыром, выложила приборы, поставила хлеб.

- Приятного аппетита, - проговорил Дмитрий, и все мы, не сговариваясь, принялись за омлет. Видно, голодными были не только мы, но и ребята. В какой-то момент я потянулась за хлебом, и наши с Кириллом руки столкнулись над маленькой тарелочкой. Короткое прикосновение было точно ожог. Я тут же отдернула руку.

Столик был маленький, явно не рассчитанный на четверых, как бы я ни старалась, все равно ощущала, что сосед сидит слишком близко. Хлеб я решила не есть. Кирилл, видимо, тоже. Когда с омлетом было покончено, официантка принесла нам кофе и пирожные. На одном блюдце лежали три маленьких корзиночки, а на другом – круассан.

Я машинально схватилась за любимое лакомство, и наши руки с Кириллом опять встретились.

- Это ваш круассан? - уточнила я.

- Угощайтесь, - низким, каким-то бархатным голосом проговорил мой сосед, придвинув блюдце ко мне.

- Может, пополам? – предложила я.

- Давайте, - согласился парень.

Он встал, подошел к стойке, попросил нож, вернулся за стол и ловко разрезал круассан на две половинки. Тот оказался с шоколадом. М-м-м, обожаю. Только тут мы заметили, что Дима и Катя внимательно следят за манипуляциями Кирилла и вообще как-то пристально разглядывают нашу пару, Дмитрий при этом хитро улыбается.

Когда мы взялись за круассан, Дима снова заговорил.

- Если вы живете в общежитии, рискну предположить, что вы не местные.

- Чудеса дедукции, - буркнула я, и мой сосед опять улыбнулся.

- Откуда вы, девчонки?

- Я из Барнаула, - ответила Катя, - а Даша из Кемерово. (С ней в разведку нельзя, выдаст все с потрохами).

- И как же ваши мамы так далеко отпустили вас? – усмехнулся парень. – В большом городе столько соблазнов? М?

- Вы думаете, в маленьком их меньше? – хмыкнула я в ответ. Кирилл поджал губы, с трудом сдерживая улыбку. Я перевела на него взгляд, - а вы чем занимаетесь кроме борьбы с империализмом?

- С чем? – приподнял парень одну бровь. И выглядело это так сексуально, что я невольно залюбовалась.

- Ваш приятель отрекомендовал вас как лучшего агента по борьбе с империализмом, - пояснила я.

Кирилл в ответ закатил глаза: «Идиот! Что с него возьмешь?».

- Мы тоже в некотором роде студенты, - ответил он, немного подумав,– здесь на переподготовке. А далеко ваша общага? – уточнил он, сменив тему.

- Нет, здесь за углом, до конца квартала осталось дойти. Вы считаете, нам уже пора? – поинтересовалась я.

- Нет! – почти испугался он. - Я подумал, что дождь никак не кончится, а зонт у нас один, - улыбнулся он. И улыбка осветила его лицо.

- Моя мама говорит: ранний дождь до обеда, поздний дождь – на всю ночь.

- Да, - подтвердил он, - этот точно до завтра не пройдет.

Мы оба поглядели в окно: капли медленно стекали по стеклу. Казалось, будто оно плачет.

- Так, по какой специальности вы переподготавливаетесь? – уточнила я и, сделав глоток восхитительного напитка, зажмурилась от удовольствия.

- Инженерной, - уклончиво ответил Кирилл.

Я открыла глаза, поняла, что он внимательно наблюдает за мной, и смутилась. Парень улыбнулся. Эта улыбка сделала его суровое лицо таким привлекательным, что я покраснела и опустила глаза.

- Значит, вы тут ненадолго? – проговорила я тихо.

- Да, на три месяца, - ответил он.

- И часто вы так с девушками знакомитесь? – поинтересовалась я.

- Я нет, а вот Митя у нас без компании не может, - ответил собеседник. Я посмотрела на другой край стола, парень уже вовсю шептал что-то на ухо Катюшке, а та не переставала хихикать. При взгляде на них губы сами собой растягивались в улыбку.

- Почему вы решили стать архитектором? – спросил Кирилл.

- Я всегда рисовала, - пожала плечами в ответ, - мне нравилось рассматривать различные здания, у меня даже есть коллекция фоток интересных архитектурных объектов. Наверное, особо выбора у меня и не было, я никем другим себя не представляла.

- А вы не думали о том, что это больше мужская специальность? – поинтересовался мой собеседник.

- Почему мужская? – немного обиделась я, - у нас на курсе много девчонок учится.

Он приподнял бровь, покивал головой в знак согласия. Все было съедено, кофе выпит, даже не по одной чашке. Пора было домой. Я взглянула на маленькие часики. Хм, мы и не заметили, как проторчали в кафе два часа. Из-за дождя за окном, казалось, что уже безнадежно темнеет. Пора было расставаться.

- Кать?! – негромко позвала я. Та с трудом отлепилась от своего собеседника и оглянулась по сторонам, скидывая наваждение, глянула за окно.

- О, нам пора, ребята, - сказала подруга, виновато глядя на Митю.

- Сколько мы вам должны? – спросила я, потянувшись за сумкой.

- Дашенька, - ответил Митя, - вы хотите нас обидеть? – он протянул руку и взял меня за запястье. - Поверьте, омлет и кофе с пирожными не сильно ударили по нашим кошелькам. – Я заметила, как Кирилл выстрелил взглядом в приятеля, нахмурив брови. Тот тут же отдернул руку. - Зато мы провели время в приятной компании, познакомились с чудесными девушками. Завтра воскресенье, может, сходим куда-нибудь? В кино, например? А, Катюш? – он развернулся к своей собеседнице.

- Ну, не знаю, - замялась она, исподлобья взглянув на меня, - может, созвонимся?

Мы обменялись телефонами. Начали подниматься, собираясь. Кирилл распахнул полы моей куртки, помогая одеться. Куртки за это время ощутимо подсохли, и только манжеты на рукавах оставались неприятно сырыми.

- Мы вас проводим, девушки, - серьезно сказал Митя, - уже вечереет, бандитский Петербург, - добавил он зловещим шепотом, вращая глазами.

- Тут рядом, - запротестовала я, - да, и зонтик у нас по-прежнему один.

Он хмыкнул:

- Минуточку!

Парень отошел к бариста, о чем-то пошептался с девушкой за стойкой, а через пару минут та нырнула в подсобку и вынесла оттуда зонтик-трость. Передала его Мите и подняла указательный палец: «Вернешь!» Тот торжественно прижал правый кулак к груди, ответив: «Клянусь!» и развернулся к нам, победно потрясая зонтом. Я невольно хмыкнула, усмехнувшись, покачала головой: «Вот ведь, дамский угодник!» Мы вышли из кофейни, и ребята проводили нас до общаги. Теперь мы разбились на пары. Я шла под своим стареньким зонтиком, который держал над нами Кирилл, а Митя укрыл под куполом трости Катюшку. Расстались мы на пороге, и я думала, что больше не увидимся никогда, но дальнейшие события убедили меня в обратном.

Глава 2

Когда мы остались вдвоем, Катерину было не унять.

- М-м-м, какой хорошенький, - сладко потянулась она, - нет, ты видела?

- Ты думаешь, он тебе еще позвонит? – скептически скривила губы, пытаясь охладить восторги подруги.

- Конечно, позвонит! – уверенно заявила та.

- Катя, у него таких, как мы, вагон и маленькая тележка. Ты же слышала, как его друг сказал: «Митя у нас без компании не может!»

- Ну и что? – возмутилась она, - да, скорее всего, бабник, но он такой хорошенький, – Катя опять закатила глаза. - Веселый, прикольный, с ним интересно. Так-то твой Кирилл тоже симпатичный, только больно серьезный. Он, между прочим, как раз для тебя. Вы оба такие зануды!

- Мы, между прочим, не зашли в магазин, чем ужинать будем? – отзеркалив ее тон, решила перевести тему.

- У нас еще печенюшки остались, и чай есть, сегодня перекусим, а завтра сходим за продуктами, - отмахнулась она небрежно.

Наша комната на третьем этаже общаги была трехместной, но третья соседка по выходным не ночевала с нами, она нашла себе какого-то кавалера из местных и оставалась у него. Мне вообще казалось, что она не учиться сюда приехала, а найти себе мужа в Питере, чтобы здесь и остаться. Окна нашей комнаты выходили на фасад, двор общаги просматривался хорошо. Сходив в душ и переодевшись в удобные пижамные штаны и теплые носки, я устроилась на широком подоконнике, укутавшись в теплый кардиган. Отопление в общаге еще не включили, а я была ужасной мерзлячкой, потому всегда одевалась тепло, но на окне я сидеть любила, смотреть на дождь, читать книги. Катька убежала куда-то на кухню потрещать с соседками, а я устроилась в любимом месте, думая о своем. Я открыла свой смартфон и стала листать коллекцию фоток архитектурных шедевров – они меня всегда успокаивали. В памяти невольно возник наш разговор с Кириллом. Вообще-то он был отчасти прав: девушкам-архитекторам мало что доверяли, их удел служить где-нибудь в захудалом архитектурном бюро и в лучшем случае, проектировать какие-нибудь узлы соединений конструкций или вовсе работать чертежником, воплощая на ватмане проекты более успешных сотрудников - мужчин. Но я надежды не теряла. Уже вечерело, когда я легла в постель. Ложилась рано, никак не могла привыкнуть к разнице во времени. Катюшка все еще пропадала у соседей, и лишь когда время перевалило за полночь, я услышала, как тихонько щелкает дверь и соседка на цыпочках крадется, чтобы меня не потревожить. Только улыбнулась такой деликатности и перевернулась на другой бок. А еще через час услышала какую-то возню возле окна. С трудом разлепила глаза, еще не понимая, что происходит, а сообразив, обомлела. Катерина распахнула створку окна, за которым маячила чья-то голова.

- Тихо, Маша, я Дубровский, - прозвучал приглушенный голос за окном, и на подоконник легла широкоплечая фигура, подтянувшись, скользнула в нашу комнату. За ней следом туда же влезла вторая. В ночном сумраке фигуры показались знакомыми.

- Как вы нас нашли? – шептала удивленная подруга.

- Тоже мне хитрость, - фыркнул Дмитрий, а это был именно он, а за ним маячил Кирилл, закрывавший створку окна. – Девчонки, пустите нас переночевать?

Я забилась в угол кровати, поджав колени и укрывшись одеялом до самого носа.

- Но как вы сюда попали? Здесь же третий этаж, - тихим голосом удивлялась подруга.

Слава Богу, у нее хватило ума не поднимать шум.

- Девчонки, мосты развели, и в казарму нас до утра не пустят, а если поймают, могут и на губу посадить, так что никакого кино не получится. Ну, что пустите переночевать горемычных? Нам некуда больше идти, – бодро шептал Митя. Кирилл все это время молчал, он отошел от окна вглубь комнаты, и стоял, опершись о письменный стол.

- Кать, халатик накинь! – строго скомандовала я. Подруга опомнилась, наконец-то заметив, что она стоит босиком в одной ночной сорочке. Метнулась к стулу, стащила халат и, быстро юркнув в рукава, запахнула его, затянув на спине.

- У нас всего одна кровать свободна, - сказала я, кивнув в сторону пустой постели.

- Ерунда, - успокоил Митя, - разместимся как-нибудь. Это все равно лучше, чем на лавочке под дождем.

Я зажгла настольную лампу, и все присутствующие резко зажмурились от внезапного света.

- Может, чаю хотите? – спросила я, вылезая из кровати. За себя я не беспокоилась, мои теплые пижамные штаны и курточка были надежным прикрытием от любых поползновений. Ну, мне так казалось! Хотя кардиган я все-таки надела.

Мужчины переглянулись, утвердительно кивнули головами. Я включила электрочайник, предварительно плеснув в него воды из пятилитровой бутылки.

- Только к чаю у нас ничего особо нет, - посетовала я, - мы не успели сходить в магазин за продуктами, завтра собирались.

- Есть! – радостно воскликнула соседка, и мы на нее зашикали. Перегородки в общаге тонкие, все слышно, поэтому мы разговаривали тихо, а мужчины – шепотом.

- Есть! – повторила подруга, понизив голос, - я вчера у девчонок куском пирога с капустой разжилась, - быстро зашептала она, - пирог будете, ребята?

- Девчонки, вы золото! – просиял Митя, - вот видите, сначала мы вас покормили, а теперь вы не даете нам с голоду умереть.

Я кинула по щепотке чая в каждую кружку, залила кипятком. Катя нарезала пирог, выложила печенье. Когда ребята устроились за столом, подхватив кружки и по куску пирога, я начала свой допрос.

- Может, расскажете, как вы так умудрились опоздать до развода мостов? Мы расстались часов в семь вечера, а сейчас уже два часа ночи?

- Ну, нам надо было съездить на другой конец города, и мы просто не успели вернуться обратно, - проговорил Митя, потирая переносицу пальцем и отводя глаза.

Я покивала головой осуждающе.

- Ну, да, а остаться ночевать на другом конце города вам не разрешили? – усмехнулась я.

- Вы очень умная девушка, - улыбнулся в усы Дмитрий.

- Я так понимаю, вы военные, раз речь зашла о казармах, - продолжила я задавать неудобные вопросы.

- Очень умная и внимательная, - ответил комплиментом мой собеседник. Кирилл все это время не проронил ни слова, предоставляя отдуваться за двоих своему приятелю.

Стук, раздавшийся в дверь, заставил нас всех четверых вздрогнуть.

- Карелина, Ступина, - раздался из-за двери голос комендантши, - у вас все в порядке? Вижу, свет горит, не спите?

- Все в порядке, Маргарита Степановна, сейчас, - ответила я и оглянулась. Парни бесшумно двинулись по комнате: один исчез в шкафу, другой скрылся под дальней кроватью.

Я открыла дверь. В темном коридоре показалась фигура комендантши – сухопарой женщины с седыми волосами, собранными в строгую гульку на затылке. Волосок к волоску, прядка к прядке, несмотря на глубокую ночь. «Наверное, она и спит так, вся подтянутая, застегнутая на все пуговички до самого подбородка, хм, и стоя», - мелькнуло в голове.

- Что это вы не спите, девушки? – тихо, но строго спросила она, цепко сканируя взглядом нашу комнату.

- Так никак к разнице во времени не привыкнем. У нас дома уже половина седьмого утра. Всегда в это время просыпаюсь, хоть убей, - я старалась говорить ровно и спокойно, хотя в душе все тряслось от страха.

- А Никольская где? – спросила она про нашу третью соседку.

- Она где-то в городе осталась, у нее вроде тут какие-то родственники живут, вот она на выходные к ним и уходит, - пояснила я.

- Ну, да, ну, да, она что-то говорила. А что вы и чай пьете по ночам? – недоверчиво покосилась на Катерину, сидящую за столом с кружкой в руке, комендантша.

- А это Катюшка вчера у соседей пирогом с капустой разжилась, вот мы и решили его сейчас приговорить, раз уж проснулись, а то утром набегут такие же халявщики, и не видать нам пирога как своих ушей, знаете же наших дармоедов, Маргарита Степановна. А в магазин вчера не зашли из-за дождя, так что больше и нет ничего.

Взгляд женщины потеплел, и она сочувственно вздохнула:

- Да, непросто вам, девчонки, в чужом городе да на одну стипендию. Вы, если что, ко мне заходите, не стесняйтесь, у меня всегда что-нибудь вкусненькое найдется, - предложила она.

- Спасибо, Маргарита Степановна, вы золотой человек, - не удержалась я от искреннего комплимента, а старушка расцвела.

- Ладно, девчонки, доедайте да ложитесь досыпать и двери закрывайте, - посоветовала она.

- А что случилось-то? – полюбопытствовала я.

- В общежитие кто-то проник, - тихим строгим голосом ответила комендантша.

- Ну, да? – удивилась я, - это как?

- А вот так, Вадим Петрович говорит, прямо по стене влезли!

- Да, ладно? Тут же третий этаж, циркачи что ли? – не поверила я.

- Циркачи, не циркачи, а влезли! – сурово парировала женщина.

- А, может, Вадим Петрович, того, что-нибудь принял на ночь алкогольно-успокоительного? – предположила я, - вы только не обижайтесь, но от него частенько попахивает.

Маргарита Степановна скривилась, но задумалась.

- Может быть и так, - наконец, вздохнула она, согласившись. - Ладно, девчонки, спокойной ночи, и, если что-то услышите или узнаете, не стесняйтесь, заходите.

- Хорошо, Маргарита Степановна, непременно, и вам спокойной ночи, - попрощалась я и закрыла дверь, щелкнув замком. Обессиленно прислонилась к двери.

Какое-то время я еще стояла, прислушиваясь к шагам в коридоре. Катерина, расширив глаза, смотрела на меня.

- Ну, ты даешь, Дашка! Я бы так не смогла! Кремень! Я бы уже давно со страху раскололась, - прошептала соседка.