Венера в гостях у Плутона - Матильда

Спасение

В коридоре никого не было, камер вроде бы тоже. До лифта я шла медленно, ноги заплетались – меня всё ещё немного штормило, к тому же маска частично закрывала обзор, но снимать мне её не хотелось.

Лифт спускался неторопливо. Поочерёдно с монотонным пиканьем загорались огоньки на пронумерованных кнопках. На 11-ом в кабину зашёл высокий худощавый мужчина лет сорока пяти, с сероватым, помятым лицом и усталым взглядом. Мой облик немного его взбодрил, я насторожилась и мысленно приготовилась к его вопросу.

Некоторое время он просто ошарашенно смотрел на меня и молчал, потом не выдержал и обратился ко мне мягко, в подчёркнуто вежливых выражениях.

– Простите великодушно моё недоумение, возможно, мои слова покажутся Вам не уместными… И всё же, мне видится немного неожиданным появление девушки в таком… примечательном костюме в это время суток в отеле. У Вас всё хорошо? Мне кажется, Вы чем-то обеспокоены…

Меньше всего я ожидала услышать что-то такого рода. Я готова была к домогательствам, насмешкам, грубости, но только ни к деликатному проявлению заботы от незнакомца в лифте, да ещё и в таких высокопарных формулировках. Мелькнула мысль, что мне повезло нарваться на психопата.

Мужчина же, не отрывая от меня растерянного взгляда, достал из нагрудного кармана рубашки пачку сигарет и зажигалку. Я почувствовала острое желание курить, и в эту минуту мне стало трудно думать о чём-то другом. Немного замешкавшись, я ответила:

– Честно говоря, я не планировала оказаться здесь в таком виде. Но так уж вышло, что это – всё, что у меня есть при себе.

Мне хотелось сглотнуть, но в горле пересохло. После короткой паузы я добавила:

– Если Вы сможете угостить меня сигаретой, буду благодарна.

Лифт остановился на первом этаже, необычный собеседник предложил мне вместе покурить на заднем дворе отеля, и я согласилась. Рядом с ним я чувствовала себя спокойнее в присутствии других людей. Мы вместе прошли мимо администратора, профессионально проигнорировавшего мой наряд, и встали на улице под широким козырьком.

В то же время я опасалась этого странноватого человека и его внимания – меня с детства учили тому, что за блага от мужчин девушкам приходится платить.

В памяти на секунду всплыл образ матери, которая, сидя за кухонным столом, говорит мне пятнадцатилетней: «Девочка моя, ну ты же понимаешь, когда мужчина покупает тебе кофе в кафе, он рассчитывает получить что-то взамен».

Яркое солнце резало глаза, постепенно приближаясь к зениту. Мне хотелось побыстрее покинуть локацию, и я крутила в голове варианты, как это сделать более не менее не заметно.

— Вы, наверное, были в гостях… Сможете добраться до дома?

Мужчина дал мне прикурить, загораживая ладонью пламя от ветра. Я затянулась.

– Как раз пытаюсь сообразить, как бы это сделать. Спасибо, – я жестом указала на сигарету.

– Говорите, у Вас больше ничего нет? Сумка, телефон остались в номере?

– Если откровенно, я понятия не имею где они. Их, наверное, кто-то забрал, но мне не хотелось бы донимать администрацию отеля своими проблемами, они могут не верно истолковать ситуацию.

Мне хотелось спросить, где мы вообще находимся, в каком районе города, но я боялась в полной мере довериться незнакомцу, показав, в каком беспомощном положении я оказалась. С другой стороны, нужно было как-то выбираться, и я понимала, что просто выйти на улицу посреди белого дня в таком наряде, не имея при себе даже денег на метро, довольно рискованная идея, ничем ни превосходящая мысль воспользоваться случаем принять помощь от первого встречного.

– Как же такое могло произойти?

Он курил спокойно, с паузами, говорил неторопливо и сохранял некоторую дистанцию между нами в пространстве.

– Я не готова сейчас рассказывать о последних событиях. Сейчас я больше всего хочу вернуться домой, и пока не очень понимаю, как это сделать. Спасибо, что дали покурить, мне пора.

Я нерешительно пошла в сторону арки, предполагая, что там был проход, позволяющий покинуть территорию отеля.

– Подождите! – мужчина окликнул меня и догнал, – Как же Вы доберётесь? Где Вы живёте? Может быть я смогу Вас подвезти. Только есть одна проблема…

Я остановилась и посмотрела на него оценивающе, скрестив руки на груди и немного ёжась на свежем воздухе. С одной стороны, он вёл себя абсолютно безобидно и предлагал помощь, с другой, если я сяду с ним в машину, даже не понимая, где именно я нахожусь, он может увезти меня куда угодно и начать действовать совершенно иначе. В кино частенько маньяк-убийца сначала предстаёт именно в образе невинного интеллигента.

Тем временем он начал рассказывать о том, что он накануне довольно много выпил, и чувствует, что алкоголь ещё не выветрился, поэтому прямо сейчас ему не стоит садиться за руль. Но если я готова подождать, то он сможет меня отвезти поближе к дому.

Ситуация выглядела довольно нелепой, но, делать нечего, я согласилась. Мужчина предложил просто посидеть в машине, послушать музыку и потом двинуться в путь. Его автомобиль стоял здесь же, во дворе, он галантно открыл мне дверь и помог сеть, а сам ушёл купить нам что-нибудь бодрящее.

Спустя некоторое время мы увлечённо болтали, сидя в машине и допивая дерьмовый кофе из автомата. Мой новый знакомый рассказал, что он коллекционирует редкие записи, любит экспериментальный джаз и фильмы Тинто Брасса. Я не могла похвастаться эрудицией в этой области, не понимала, о ком идёт речь, поэтому просто слушала и кивала. Ещё он сообщил, что находится в командировке и скоро будет должен уехать обратно в Москву. Приехал в Питер на своей машине, потому что решил, что так ему будет комфортнее.

– Ну, что ж, – мой собеседник хлопнул себя обеими ладонями по коленям, – пора ехать. Давай свой стаканчик, я выкину.

Мы уже давно перешли на «ты», он всё ещё вёл себя очень деликатно, но сменил тон на обиходный. Вышел из машины, выкинул картонные ёмкости из-под кофе в ближайший мусорный бак, вернулся за руль и плавно выехал с парковки.

Мы ехали около часа, и в начале пути мне совершенно не удавалось сориентироваться, но потом за окном стали попадаться знакомые места, я окончательно успокоилась, видя, что новый знакомый везёт меня в правильном направлении. По пути мы продолжали разговаривать, фоном играло радио «Эрмитаж». Заехав в нужный двор, мой спаситель остановился возле моей парадной, вышел из машины первым и открыл мне дверь. Мы неловко попрощались, он никаким образом не пытался навязать мне своё общество, но в последний момент сунул мне в руки свою визитку, сказал: «Луиза, будешь в Москве – звони». «Спасибо. Пусть у тебя всё будет хорошо,» – я не знала, как мне ещё отблагодарить его за оказанную услугу. Он дождался, когда я зайду в парадную, потом сел за руль и уехал. Я видела это через лестничное окошко первого этажа.

Поднявшись к себе на пятый, я выдохнула с облегчением. Знакомый запах витал в парадной хрущёвки, лучи солнца пробивались сквозь густую листву клёна, пуская на лестницу солнечных зайчиков. Я не встретила никого из соседей и легко нашла запасной ключ, спрятанный за старым дверным косяком в нижнем углу, где он отставал от стены довольно сильно. Войдя в квартиру, я заперла за собой дверь на два замка, прижалась к ней спиной и разревелась.

Найти и обезвредить

Я поставила затычку в сливное отверстие старой ванной. Эмаль на ней давно пожелтела и облезла. Её когда-то пытались восстановить, видимо, не привлекая профессионалов – слой более гладкой эмали доходил примерно до середины глубины ванной чаши, но и он успел потрескаться и покрыться пятнами. Я повернула вентиль с красной меточкой. В трубах что-то булькнуло, с кухни раздался звук вспыхнувшего в колонке пламени, потекла рыжеватого цвета вода, наполняя помещение паром и специфическим запахом.

Спустя полчаса я лежала в воде и легонько ковыряла пальцем левой ноги отверстие, призванное защищать жильцов дома от потопа, на случай если кто-то забудет выключить воду, набирая ванну. Вода через него уходила крайне медленно, старые трубы в хрущёвке, видимо, давно были забиты внутри отложениями из ржавчины и мыльного налёта. Но мне было всё равно.

Я пыталась вспомнить события прошлой ночи.

«Так, я вышла с вокзала, шла по Невскому, потом остановилась, чтобы закурить на Литейном, потом пошла к клубу – это я ясно помню. У входа встретила пару знакомых, поздоровалась, зашла. Шумно, весело – здесь тоже ничего необычного.

Новый бармен, наверное, первый день, с ним мы познакомиться толком не успели, я ещё подумала, что потом на смену выйду, будет возможность пообщаться. Вообще-то, симпатичный, даже очень, у нас в заведении такие парни не часто бывают, как будто из другой вселенной… Это, кстати, подозрительно. Но у него взгляд золотистого ретривера, и даже маски не было, одет просто, вряд ли он как-то причастен к произошедшему.

Хорошо. Что дальше было? Что, собственно, произошло?»

Я привстала, перегнулась через край ванны и достала из-под неё вскрытый пакет с морской солью. На секунду задумалась: «Вдруг будет щипать? А, ладно, зато дезинфекция,» – я щедро насыпала в воду скомкавшийся светлый порошок с вкраплениями грязно-серых кристаллов. В воздухе появилась едва заметная йодистая нотка. Пахнуло морем.

Я снова погрузилась в воду и прикрыла глаза. На моём внутреннем экране замелькали обрывочные воспоминания.

Пьяный голос из-за спины: «Красавица, а что не танцуем?» Обернулась, гоповатого вида поджарый и потный мужчина с обнажённым торсом, старше меня раза в два, широким жестом приглашает меня на танцпол. При этом у него в обеих руках наполненные до краёв кружки пенного. Не рассчитав траекторию движения, он неожиданно преграждает путь другому, очень сосредоточенному, слегка пошатывающемуся персонажу, кружка летит на пол, толстое стекло разбивается на несколько крупных осколков. Образуется небольшая сутолока, слышны голоса, мат смешивается с извинениями: «Братан, прости, бля, не видел, ну, понимаешь, ля, девушка красивая, я её на танец хотел…» «Да мне похуй, что ты там хотел! Смотри, куда прёшь!» «Пацаны, не кипятитесь, – это наш охранник Алекс подоспел, высокий парень с офицерским званием и добрейшей улыбкой, – ну люди же отдыхают, давайте-ка, на улицу…» Я проскользнула за барную стойку, нашла за шторкой швабру, кивнула официантке Оське – сегодня её смена, потом вернулась к месту аварии, смела в совок осколки. Тут Оська принесла тряпку, убрала остальное и побежала в зал, захватив пустой поднос – работать.

Другая сцена: сижу со знакомыми ребятами на диване. Они заказали «Алкошашки». Это всегда шоу! На доске из оргалита, которую пару месяцев назад я лично расчерчивала под шахматную доску чёрным перманентным маркером, выстроились 6 рядов стопок. Когда в клубе проходят чемпионаты по «Алкошашкам», градус повышается постепенно – вино в первом туре, убийственные шоты с абсентом в составе – в последнем. В этом раз посетители заказали партию для себя, поэтому по стопкам была разлита водка, подкрашенная сиропами – красным у одного игрока, зелёным – у второго. Правила просты: съел – выпил, проигравший проставляется. Оба игрока обычно очень быстро приходят в состояние нестояния, и вокруг всегда собирается группа азартных болельщиков. Примерно в середине партии один из игроков неловко махнул рукой и пара рюмок опрокинулись, вызвав небольшой взрыв негодования у присутствующих. «Может пойдём покурим, пока они тут разбираются, кто кого съел?» – Это меня тихонько пихнула локтем в бок девушка, сидящая рядом. На ней были надеты тонкая чёрная водолазка и байкерские кожаные брюки, на голове – обруч с кошачьими ушками. Я согласилась, она встала первая и направилась к выходу, я последовала за ней, выхватывая взглядом в толпе длинный пушистый хвост, прикреплённый к её ремню сзади.

Что-что, а завести зал наши диджеи всегда умели. Дикое комбо из фанка, хип-хопа, панка, попсы и песен нашего детства: в одном сэте запросто могли прозвучать RHCHP, группа «КАЧ», Bloodhaung Gang, «Кирпичи», «Руки Вверх!» и ВИА «Земляне». Музыка, как обычно, грохотала всю ночь, люди в толпе дружно плясали, прыгали и подпевали. В какой-то момент я влезла танцевать на стол. Мне всегда так нравилось – больше места для движений, больше глаз, устремлённых в мою сторону. Спустя несколько треков, когда диджей поставил бессмертную композицию Emmanuelle Пьера Башле, и люди в зале разбились по парочкам, незнакомый мужчина в золотой максе по-джентельменски протянул мне руку и помог спуститься. Я танцуя очень запыхалась, так что сразу направилась к барной стойке – хотелось пить. Каким-то образом незнакомец очутился рядом, он предложил мне виски, я попросила купить мне просто колу со льдом.

Мы немного поболтали, он не назвал своего имени, сказал только: «Господин Дон Жуан, к Вашим услугам». Шутка пришлась кстати. Всё, что не было скрыто максой, выглядело довольно привлекательно. Он был спортивного телосложения, среднего роста, темноволосый. Чёрная рубашка была расстёгнута на груди и заправлена в классические джинсы с кожаным ремнём, которые хорошо на нём сидели, подчёркивая аппетитную задницу. Я периодически нескромно окидывала взглядом его целиком, тем более, что лицо было практически не видно, а маску разглядывать было не так интересно.

У незнакомца были довольно ухоженные руки. Я, как девушка, всегда обращаю на это внимание. Если мужчина в целом производит приятное впечатление, но у него в ужасном состоянии маникюр – грязь под ногтями, заусенцы торчат – это отталкивает. Ведь все мы знаем, где его пальцы могут оказаться, если вечер будет томным. Дон Жуан явно следил за своими руками, может быть даже посещал мастера в салоне, крайне редкое явление для середины нулевых. Ещё у него было необычное кольцо на большом пальце. Серебряная печатка с витиеватым узором и малюсеньким красным камешком.

Это было, пожалуй, самое приятное воспоминание о прошедшей ночи. Восстанавливая в памяти все детали нашего взаимодействия, которые могла, я чувствовала, как желание разливается по телу тёплой волной. Я включила душ, настроила температуру, закрыла глаза, и направила поток воды так, чтобы он стимулировал самое нежное место у меня между ног, но не попадал внутрь – там ещё что-то побаливало, и я боялась себе навредить.

Его сильное и подтянутое тело, уверенная и расслабленная поза, красивые руки… Пальцы иногда касаются меня во время беседы, как будто случайно, ничего такого, но каждый раз я чувствую лёгкий трепет, знаю, что он делает это умышленно. Вокруг нас образовался своеобразный кокон в пространстве: рядом беснуется пьяная толпа, а мы спокойно разговариваем у барной стойки. Я сижу на высоком стуле, он стоит рядом. Точнее, сначала стоял сбоку от меня, потом кто-то из посетителей чуть было не упал на нас, и Дон Жуан загородил меня собой. После этого эпизода, он уже опирался на барную стойку обеими руками с двух сторон от меня, как бы сохраняя безопасное пространство внутри получившегося полукруга. Я чувствовала его дыхание, когда он говорил что-то мне на ухо, чтобы я могла его услышать, а ему не приходилась перекрикивать музыку, и это было так сексуально! В то же время весь разговор был абсолютно нейтральным, по сути, пустым. Да просто слова не имели значения, феромоны заполнили пространство между нами, всё было понятно итак.

Примерно на этой мысли я кончила. Несколько минут после оргазма я полежала в воде с закрытыми глазами в попытке снова сфокусироваться и вспомнить, что было дальше?

Вспомнила, что в какой-то момент меня начало раздражать, что он всё время держит между мной и собой некоторую дистанцию. Было уже часа два ночи, в зале стало тише, музыка – спокойнее, толпа частично рассосалась. Мне хотелось, чтобы Дон Жуан перешёл к более активным действиям, но вместо этого он как будто потерял ко мне интерес, отстранился, отвлёкся. Сначала у меня возникло желание снова привлечь его внимание к своей персоне, но через секунду я решила: «Нет так нет, не один, так другой». Я оставила на стойке недопитую колу и пошла в уборную. Когда я вернулась, Дон Жуан вдруг опять придвинулся ко мне поближе и шепнул: «Допивай, поедем в более интересное место». Я обрадовалась и залпом выпила всё, что было у меня в стакане, на мгновение мне показалось, что кола странно пахнет, но я не придала этому значения, кивком попрощалась с Оськой и пошла по направлению к выходу, он пошёл за мной. На улице я почувствовала себя не очень, кружилась голова. Я пожаловалась ему на это, он сказал, что это, наверное, от духоты, обнял меня и поднял руку, чтобы поймать такси… И… И больше я ничего не помню…

«Вот оно! Сукин ты сын!» Я рывком села в ванной, чувствуя, как во мне закипает злость, смешиваясь с отвращением к самой себе. Резкий спазм в области диафрагмы заставил меня согнуться. «Фак, я только что мастурбировала, думая об этом мудиле…»

Я сидела в ванной, наклонившись, пытаясь нормализовать дыхание, и пялилась на своё отражение в воде. Вдруг мне показалось, что я вижу очертания чёрных кроличьих ушей над своей головой. Женский голос произнёс: «Найти и обезвредить».