Сердце для «железного человека»

Глава 5

«Железный человек»

Тело ватное, не слушается. Голова гудит, будто меня посадили в моторный отсек подводной лодки и связали при этом. С трудом открываю глаза. И вижу ее! Глаза все так же большие, но только не испуганные, а обеспокоенные. Лицо бледное. Губы покусанные. Сама взъерошенная. Пристально так вглядывалась в моё лицо, но как только увидела, что я открыл глаза, тут же исчезла из зоны видимости.

- Ну, что? Пришел в себя? Теперь можно уходить, — услышал знакомый и все так же для меня противный голос.

- Маш, надо врача позвать, — прошептала Сеня.

Я все слышал, но как-то отреагировать не мог. Это сильно напрягало. Я бы сказал, злило, но чувства тоже странно ощущались.

- Что происходит? – прохрипел я.

- Вот! Теперь он вопросы задает! У тебя есть ответы, Сеня? – грозно крикнула рыжая подруга Есении, — Я пошла звать врача и в гардероб за вещами, жду тебя внизу!

Обрадовался, что эта бестия утопала по коридору.

- Вы, поправляйтесь, — тихо проговорила девушка с большими глазами, опять появившись перед моим лицом.

А меня странно полоснуло по сердцу от ее обращения! Вроде как будто я старый или какой-то не такой. Не ровня ей. Вспомнились разом, и детство, и недавние слова Славика про любовь в пятьдесят лет. И тут же захотелось узнать сколько лет Сени. Вот только спросить не успел. Раздался звук закрывающейся двери. Что могло означить лишь одно – я в палате остался один.

Но это длилось недолго.

- Очнулись! Ну вы даете! – услышал бодрый мужской голос.

Хотел повернутся в сторону говорящего, но у меня не получалось.

- Пётр Иванов? – незнакомый женский голос произнес мои имя и фамилию, которые я редко слышу в последнее время. Поморщился.

- Ваша невеста не сказала нам ваше отчество, — мужской голос перебил женский вопрос.

- И эти-то данные сообщила ее подруга, а не она! – опять вклинилась женщина, — подруга-то побойчее будет. Вот, огонь девчонка!

- Да, с такими девушками ничего не страшно! – восхитился мужчина.

- Где я и что со мной? – заорал я, просто больше не в силах слушать этот бред.

- Сейчас уже лучше, но прибыли вы в плачевном состоянии! Скажите, отправлять нам в полицию информацию? – поинтересовался все таким же спокойным голосом мужчина.

- Какую информацию? Что случилось? Почему тело не слушается? – окончательно озверел я.

- Вас привезла скорая, которую вызвала ваша девушка, — заговорила женщина, а у меня появилось стойкое ощущение, что я брежу, все это просто плод моего больного воображения, — с ее слов, она уже приближалась с подругой к вашему автомобилю, как увидела две тени. Одна была мелкой, юркой и быстро удалялась, а вторая, ваша, плавно оседала, сваливаясь наземь. Когда они с Марией подошли, вы лежали на земле без чувств. Они вызвали скорую.

- Да, вам очень повезло, что помощь была оказана незамедлительно! Потому что доза транквилизаторов, найденная в вашей крови при поступлении, могла убить медведя, не то что человека. Тот, кто вкалывал, явно незнаком с дозировкой. Но очень хотел, чтобы подействовало наверняка. Или…

- Что или? – не вытерпел я.

- Или вас хотели грохнуть, — с таким же раздражением проговорила женщина, — не маленький, двадцать один годок, как-никак. Да и судя по тому, что в полицию не хочешь сообщать, знаешь за что и кто мог так не смешно пошутить.

- Вы подумайте, может, все же сообщить в полицию? – тревожно отозвался мужской голос.

- Не надо! – твердо ответил я, но пошевелиться не смог, будто тело не слушалось, — я парализован? – странный, непривычный для меня в последнее время страх стал расползаться в мозгу и занимать все больше пространства.

- Нет, это остаточное действие препарат, который вам вкололи. Оно еще будет слегка аукаться. Но пройдет. Вас вовремя доставили. Организм молодой, мы сделали все возможное. Последствий, будем надеяться удастся избежать.

- Вы мой лечащий врач? – спросил, наконец, важную информацию.

- Нет, мы дежурная бригада. Скоро уже меняться будем. Всю ночь с вами провозились. А вечер так хорошо начинался! – с усталостью отозвалась женщина.

- Мне надо позвонить! – сказал спокойно, с просьбой.

- Телефон на тумбочке со всеми ценными вещами, — ехидно отозвалась все та же дама.

- Свет, он же не может двигаться, — осуждающе оборвал ее мужчина.

- А я что? Телеграф? Я медсестра, а не коммутатор. Девушку свою надо было не прогонять, а рядом держать, вот пусть бы и ухаживала.

- Света, Света, что ж ты язва такая? Девушка всю ночь у постели просидела, газ не сомкнула, вместе с нами. Волновалась. Пусть отдохнет. Молоденькая, худенькая.Кушает, наверное, плохо, переутомление будет, опять же к кому поступит? Правильно, к нам. А у нас и так работы полно, — с этими словами подошел мужчина ко мне и нагнулся, чтобы я мог его видеть.

Это был худощавый немолодой врач в белом халате, с пробивающейся из-под белого чепчика сединой. Очень добрыми глазами, и большим количеством морщин залегающими под ними.

- Кому звоним? Родителям? – спросил спокойно он.

А у меня грудную клетку как кипятком обдало. «Кому звоним? » - гудело набатом. И тут же металась мысль: «А кому я, собственно, нужен? ».

Врач набрал единственный номер, который я знал наизусть – Славкин, со своего телефона и сообщил ему, что я в больнице. Обрисовал ситуацию, сообщил номер палаты и время посещения больных.

- Вы отдыхайте. Через пару дней будете как новенький! - сказал он.

Через какое-то время в палате стало настолько тихо, что мне показалось будто я оглох. Минуты ожидания были мучительными. Я сам не знал, чего я жду. Но просто лежать было еще сложнее. Мне был нужен хоть какой-то, пусть и мнимый процесс. И вот я не лежал овощем, глядя в потолок, а ждал. Ждал, что тело начнет слушаться, душа успокоится, гнев уляжется, неясность прояснится… В общем ждал. За этим наискучнейшим занятием не заметил, как уснул. Сон был тревожный. Снилось детство, которое я старательно забывал. Но периодически это не получалось, оно вылезало из глубин подсознания и мучило.

«Я стою в туалетной комнате детского сада, и пытаюсь обороняться шваброй от ватаги оголтелых детей, которые кричат на перебой: «Черножопый, черножопый, покажи свою черную жопу! Ты бракованный, тебя твоей маме подкинули! А она у тебя вон какая красивая, светлая, а ты копченый! Тебя на мангале забыли! Папа твой! Кто твой папа? Кто? ». Я стараюсь отпугнуть их инвентарем.

- Ну, сколько можно играть в эти дикие игры? Когда вам надоест? – зашла в помещение нянечка, — Петя не обращай на них внимание, просто ты не похож, вот и все. А все, кто не похож на нас самих, вызывают интерес. Вырастишь, поймешь! Помнишь сказку про гадкого утенка?

- Он гадкий утенок! – подхватили дети, — очень гадкий, копченый!

- Нет, он просто черножопый! – перебил их заводила.

Этот мальчишка был чуть старше остальных, его поздно отдали в сад, и это выгодно его выделяло на фоне остальных.

- Петя, - послышался мамин голос из раздевалки, — сынок, пошли домой!

Я опустил швабру и уныло пошел в сторону раздевалки. До дома мы с мамой шли молча. А вот уже дома я сдержаться не мог. Дал волю слезам.

- Ну, что опять? – раздраженно отозвалась мать, — опять из-за черножопого злишься? Это дети. Побесятся и забудут. Скоро в школу! Там все будет иначе. Новый коллектив. Поставишь себя так как захочешь.

- Я подброшенный? – вырвалось у меня между рыданиями, — Не родной тебе?

- Если бы! – вырвалось у нее, но она осеклась, — Я тебя родила, сама, слышишь, ты мой сын. Ты метис. Просто метис.

- Кто мой отец?

- Козел твой отец! – опять выпалила в горечах она, — Дура была, молодая, понимаешь?

- Мой отец не человек? А животное? – не понимал суть сказанных слов.

- Хуже! Он просто плохой человек. Пойми, Петь, это к лучшему, что ты его не знаешь. Примера плохого нет. У тебя шанс есть вырасти нормальным. Не как он! И пусть гены проявляются только так, как они сейчас проявляются, пойми, это меньшее из зол. А я найду тебе хорошего папу!

- Не надо! – завопил я, — хватит! Не надо мне никаких пап! Я стану для тебя хорошим, понимаешь, поверь мне, мама, я буду стараться. Я стану твоим защитником и кормильцем!

- Ты не понимаешь, Петь, маленький еще! – устало и грустно сказала мама и ушла из моей комнаты!

И я старался, я очень старался быть хорошим. Но она все равно искала и искала мне этого «папу».

- Эй, Железяка! Ты чего там стонешь? – вырвал меня из сна голос Славки и плавные похлопывания по плечу.

Открыл глаза очень медленно осознавая реальность. Тело стало немного послушнее, вернулась чувствительность. Но все равно было как будто ватным и не моим.

- Ну, брат, ты даешь, — продолжил приветственную речь друг, — не удачное время поваляться на больничной койке. Сегодня учредители боя будут звонить, надо ответ дать, состоится бой или какая-то из сторон откажется! А ты…

- Бой будет! – сухо, может даже жестко ответил я.

- Ты головой тронулся? Когда падал, мозги повредил? Какой бой? – заверещал Слава.

- Самый жесткий бой современности! Я его в фарш превращу! – хотел встать, но не получилось.

- Ты с кровати встать не можешь, а ты биться собрался? – сомневаясь в моей вменяемости, уточнил гость.

- Он боится меня, Слав, он ссыт! У нас с ним давние терки. И таким образом, они не закончатся! – сухо выдал я.

- Да, про Шального поговаривают, что он махинатор и ничем не брезгует для победы. Но так? Если ты дашь огласке в наших кругах, то это дело выйдет ему боком.

- Я уделаю его на арене. И не останется никаких сомнений. Я лучший. И правильно, что он меня боится. Он ошибся.

- Конечно. Такие методы не приветствуются.

- Нет, он ошибся. Когда встрепенул давние обиды. И он это понимает. Вот и боится меня. – немного пояснил другу ситуацию.

- Но как ты выйдешь? Если ты ходить не можешь? – забеспокоился, не без основательно кстати, Слава.

- Бой не завтра! Я встану! Но эту койку попрошу не занимать! На нее ляжет Шальной. Найди врача что меня принимал, отблагодари. И язву его, медсестру. Деньги я верну, как выйду. И найди хороших докторов. Пусть сделают все возможное, чтобы я встал, как можно скорее.

Глава 6

Есения

Ночку я устроила себе очень хлопотную. Никогда не бывала до этого в больницах. И тем более не отвечала за кого-то, у кого жизнь висит на волоске. Это я вам скажу, тот еще адреналин. Если бы не Машка, я бы не справилась. Да и нечего мне было рассказывать о нем. Просто парень. Учится в нашем университете. Скорее всего на последних курсах. Выглядит хорошо. Пахнет потрясающе, ездит на дорогом автомобиле. Вот и все что шло на ум. Я имени его не знала. «Железный человек» - это же не имя.

Я бы и об этих вещах и наблюдениях не задумалась, если бы не было того долгого времени, пока мы на скорой ехали. Я сидела передо мной лежал, не двигаясь он. Вот и было время рассмотреть, обнюхать, и осознать. Что никакой он не страшный. А вовсе приятный, я бы даже сказала симпатичный парень.

Но эта атмосфера мнимого доверия его внешности рухнула. Когда начались вопросы. А они начались сразу, как только мы переступили порог приемного покоя. И тут я сильно пожалела, что ляпнула бригаде скорой помощи, что я его девушка, чтобы поехать с ним. Вообще не знаю зачем я поехала. Просто оставлять человека в беде было неправильным чем-то. Не хорошо это. Да и было ощущение, что он не просто незнакомец, а близкий мне человек.

- Зачем ты брякнула про девушку? – зло прошипела Машка, когда уже ответила за меня, сославшись на мой шок, на все вопросы врачей, на которые могла.

- Не знаю, они бы не взяли нас! – наивно заключила я.

- А зачем нам ехать? Сень, ты блаженная? Сама не знаешь во что впуталась. Его весь универ сторонится, а ты к нему в девушки записалась. Да еще после такого происшествия. МЫ же не знаем, кто его так! Сама подумай! Может это какие-то страшные мафиози. А ты девушка! Пока он на мягкой кровати здесь лежать будет, за тобой охоту откроют! – прошептала зло она, - и на меня за компанию.

На ситуацию с такой стороны я не смотрела. Некогда было. Да и в таком ключе никогда не мыслила.

- Ты как детектив пересказываешь! А не наши приключения! – решила разрядить обстановку.

- Ты ж даже имени его не знаешь, а говоришь!

- А ты-то откуда знаешь? – зародился неподдельный интерес у меня.

- Мне очень нравятся брутальные и спортивные мужчины, спортсмены… - мечтательно отозвалась Машка.

- Да? – удивилась я.

Никогда бы не подумала такое о подруге. Маша была девочка домашняя, как я, только ее родители жили в этом же городе. А мои далеко. И поэтому контроль был намного ощутимее. И между тем, я не замечала за ней томных взглядов, интереса женского, когда мы ходили на физкультуру, и там мальчишки старались щеголять перед девчонками.

- А что такого? Мне кажется, что пара должна быть гармоничной. Если я шебутная, то мужчина должен быть спокойный, выдержанный.

- А с чего ты взяла, что спортсмены выдержанные? – удивилась я.

- Наблюдение, статистика, и море перелопаченной литературы на просторах интернета, — с гордостью сообщила она.

- Боже! Все так серьезно, научно! Вот это подход, Маш! – удивилась такому основательному подходу к вопросу выбора партнера.

- Да, это тебе не на скорой гоняться с «Железным человеком», даже имени не зная, — психанула Маша.

- Ты чего? Я не претендую на него! – вдруг ощутив странное чувство вины, что претендую на объект ее воздыханий.

- Брось, я тоже! А то вся сжалась, покраснела! На него никто в универе не претендует. Женщин он презирает, дольше одного раза в его постели никто не задерживается. С людьми жёсток, если не сказать жесток. Хотя… В обычной жизни никому вреда не сделал. – отчиталась подруга.

- А есть необычная жизнь? – переспросила я.

- Конечно! Ты думаешь откуда у него деньги на женщин на одну ночь, дорогую машину, и все такое?

- Родители? Ему лет-то сколько? – отозвалась я, высказывая свои логичные предположения.

- Ему двадцать один. Но родители у него простые, и о них ничего не слышно. А вот он - профессиональный боец, участвует в боях без правил. Еще владелец ночного клуба, фитнес-центра, где и сам тренируется, и еще говорят, бордель держит. Но это не точно! – шепотом сообщила мне Машка.

А я задумалась: «Как обманчиво первое впечатление, а седьмое чувство правдиво. Зря я убедила себя, что он не страшный. Очень даже страшный и держаться мне надо от него подальше!».

- Все? Запал пропал спасать? Пошли домой! – проговорила Машка и собралась встать с кушетки, где мы ожидали информации об нашей находке.

- Девушки! – окликнул нас мужской голос, и мы послушно оглянулись.

Пришлось играть невесту до конца. Идти на попятную было бы совсем глупо. Маша всем своим видом выказывала несогласие с тем, где она находится и с кем, но меня в палате одну не бросала.

Парень лежал неподвижно, дышал мерно. Я подошла поближе его разглядеть. Спокойный, красивый. Находиться рядом мне не было страшно. Даже после Машкиных страшилок. Даже чуточку жалко стало: «Вот подкрались сзади, ввели препарат, и убежали. Не смогли сразиться с ним лично! Высказать в лицо все то, с чем не согласны? Уж лицом к лицу он бы мог дать отпор, а так!» - промелькнула странная мысль. Будто оправдывая его пребывание здесь и мою жалость к неизвестному, и судя по рассказам Марьи, очень непростому парню.

Но все тут же развеялось, стоило ему открыть глаза. Знакомое ощущение трепета и страха стало расползаться от его взгляда. Даже находясь в таком невыгодном, я бы сказала, патовом положении, смотрел Пётр очень властно, жестко, подчиняя.

Выбежала из палаты с такой скоростью, которой от себя не ожидала.

- Эх, придется такси брать! – услышала голос подруги, что забрала наши вещи и пила свой утренний кофе.

- Можно чуть-чуть подождать и поехать на первом автобусе.

- Не-ет, - застонала она, - я больше не хочу ждать. Я хочу спать! И если мне кто-то помешает, то останется здесь, в соседней палате с Железным человеком. Это я гарантирую.

Рассмеялась. Машка всегда умела любую ситуацию наделить иронией. И слегка разбавить темные краски. Вызвали такси и поехали ко мне. Чтобы не тревожить ее родителей ранним приходом дочери. Объяснятся с ними у нее уже не было сил. А я и не была против. Вдвоем веселее.

Дома мы сразу легли спать. В университет нужно было не к первой паре. Поэтому было время немного поспать. Проснулись не сказать, что бодрые. Но все же сил было гораздо больше, чем до сна.

- Ты его и в больнице навещать будешь? – за завтраком спросила подруга.

- Нет! – не раздумывая ответила я.

Не сказать, что он был мне не приятен. Нет. Просто все, что могла сделать для этого человека, я сделала. Мы даже не знакомились с ним. Чтобы здороваться при встрече. Поэтому оставить его в покое под присмотром врачей – лучшее решение из всех возможных. Проверять на себе, врет ли молва о нем, я не хотела. Как и испытывать его пронизывающий насквозь взгляд. Так случилось, что судьба свела наши пути. Но связывать их, никто нас не обязывает. Как в прекрасном мультике: «Делай добро и бросай его в воду».

- Чего задумалась? – вывела из задумчивости меня Машка.

Пожала плечами, не желая пересказывать все свои мысли подруге.

- Оправдываешь сама себя перед собой же? – усмехнулась гостья.

- Откуда знаешь? – удивилась ее проницательности.

- Ох, Сенька! Ты такая ранимая, романтичная, совестливая, чувствительная, добрая и можно еще долго перечислять все твои качества, которые в нашем мире, к сожалению, считаются недостатками.

- Ты что такое говоришь? – возмутилась я, даже чуть чаем не подавилась.

- То и несу. Ты посмотри на того же Железного человека! Ты думаешь он бабушек переводил через дорогу или девушек, попавших в беду, в поликлинику отвозил, что на машину дорогую заработал и бизнес в двадцать один год построил? Нет. И многие так же. Добро не ценится, а таких как вы пытаются сломать. Потому что на вашем фоне все их пороки уродством кажутся.

- Во-первых, ты сама сказала, что все равно понятно где хорошо, а где плохо, и это прекрасно, у людей есть возможность и шанс исправится, а во-вторых, ты почему себя на светлую сторону не приписываешь? – засмеялась я, — почему это таких как «ВЫ», — выделила последнее слово, — а таких как ты?

- Я не такая хорошая, но и не такая плохая, ни вашим, ни нашим, — подмигнула мне Машка.

- Но меня же ты не бросила! – подняла палец указательный вверх и отпила чай.

- Ну, куда я тебя брошу? На кого? – вздохнула театрально гостья и рассмеялась, расплескивая чай, — Но больше такую самодеятельность не устраивай! – уже серьезно проговорила она.

- Маш, я не думаю, что теперь постоянно у меня на глазах на кого-то будут покушаться. Это была случайность. И по теории вероятности… - хотела успокоить подругу, но она меня перебила.

- По теории вероятности, в рифму - будут неприятности! – осекла меня Машка, — я тебя предупредила.

Дальше наша жизнь с Марией потекла в спокойном ключе. И даже, может я бы и позабыла про этот случай. Если бы мне дала это сделать подруга. Она, как натура впечатлительная, мнительная, и суетливая, всюду старалась разглядеть знаки, а также опасности, подстерегающие нас. Но чем больше проходило дней, тем понятнее становилось, что о нас думаем только мы сами, а ни какая-то там мафия. Причем мы думаем о себе, явно, много.

- Сень, неужели вот так все и закончится? – как-то в столовой с тяжелым вздохом поинтересовалась Машка.

- Что именно? – не сразу уловила суть ее недовольства, потому что проверяла лабораторную, чтобы потом ее защитить.

- Ну, — протянула мечтательно она, — история та. Ведь мы ему жизнь спасли. Собой рисковали. А что в итоге?

- Маш, какой мы жизнью рисковали? Ты чего? Вся опасность заключалась только в твоей буйной фантазии, — рассмеялась я.

- Ну тебя! Неужели тебе не скучно? – не унималась она.

- Не поверишь! Ни капельки. Маш, я сейчас лабораторную сдам и на репетицию концерта новогоднего. Потом готовиться к зачету домой пойду. Когда скучать то? – поделилась своим планом на жизнь с подругой.

- Да, вот пока сидишь и зубришь лабу! – насупилась рыжая егоза.

- Вот и не мешай мне ее зубрить!

- Нет, мне явно не хватает приключений! – провозгласила Маша.

- Тьфу –тьфу-тьфу. Не сглазь! – постучала я по столу.

- Не сработает! Стол из… - нагнулась подруга, чтобы сказать химический состав мебели, — в общем, не деревянный. А надо постучать по дереву!

И не сработало. Все-таки она сглазила.

Глава 7

Железный человек

Славка хорошо подсуетился. Врачи провели все необходимые процедуры и отправили меня домой. Лежать и жалеть, себя или еще кого-то, было некогда. Приступил к бешеным тренировкам. Мне нужно было победить. И я шел к этому всеми силами. Кроме тренировок, осматривал бои этого горе соперника. Нашел много спорных моментов, слабых зон. Пощады не будет. Новый год он встретит там, где я очнулся после его трусливых махинаций.

Полностью уйти в подготовку, как всегда, мешал универ. Нужно было решать разного рода вопросы, и приходилось туда приезжать. В один из таких приездов не застал своего дипломного руководителя на кафедре. В результате чего был очень зол.

- Преподаватели, молодой человек, тоже люди и хотят есть! – надменно сообщила мне секретарь кафедры.

Ничего не говоря, отправился в столовую. Это заведение за все годы учебы я посещал не часто и чаще не по прямому его назначению, а ища там кого-то. Поэтому не очень хорошо ориентировался в его пространстве. Пришлось остановиться и оглядеться. Прежде чем нашел своего дипломного руководителя, я прошелся беглым взглядом по столам. И один из них привлек моё внимание. Нет, за ним не сидел искомый мной человек, там сидела рыжая егоза, которая зачем-то нырнула под стол, стоило мне появиться на пороге столовой, и пучеглазое недоразумение, про которую я забыл из-за решения своих проблем. «Надо как-то и ее отблагодарить» - метнулась мысль. Но тут же отвлекся от нее. Потому что нашел столик с нужным мне посетителем, и отправился прямиком к нему.

Полностью отдавшись решению вопроса, связанного с дипломным проектом, выпустил из поля зрения столик с двумя чудными девчонками. Поэтому пропустил тот момент, когда в столовой появился наш «царь всея ВУЗа», «король прихлебателей» со своей свитой, а простым языком зажравшийся мажорик, чей папа не скупился на денежки для отпрыска, но явно экономил на времени, которое он вообще не выделял для воспитания своего потомка. Я обратил внимание на эту компанию только тогда, когда до моего слуха донесся раздражающий вопль Машки: «Отстань от нее! Тебе мало тех, кто к тебе в ноги кидается, чего прицепился? ».

На тот момент, я уже почти все решил с руководителем, поэтому свернул наши дебаты, и встал у колонны, сложив руки на груди.

- Тебя, рыжая, вообще не спрашивали! Чего лезешь? – вступил в диалог с Сенькиной подругой один парень из свиты «короля универа», самопровозглашённого, кстати.

- А мне твоё разрешение и не нужно! Хочу говорю, хочу молчу! Вас к нам за стол никто не звал! Проваливайте! – стала огрызаться Машка.

Голос у нее противный, повадки раздражающие. Но как бы то ни было, она заслуживала уважения. А уж рядом с Сеней такой человек просто необходим. Потому что это уму не постижимо, быть такой беззащитной, слабой. Марья хоть что-то делает, трепыхается! Понятно, что одна она против семи парней ничего не сделает. Но и всемером, посреди белого дня, в студенческой столовой, они нападать на двух девушек не станут. Поэтому хотя бы для самоутверждения, могла бы и Сеня что-то вякнуть! Все равно бы осталось безнаказанным. Но она молчала. Что творилось с ней в этот момент, я не видел, потому что сидела она ко мне спиной.