И не советую меня злить… Книга 4

Глава 9

– Ты не посмеешь вмешиваться, иначе… – Инга почувствовала испуг и страх матери Давида.

– Пустое всё, – бабушка Агриппина выставила руку вперед, давая знак своей дочери замолчать.

Инга с некоторым волнением наблюдала за происходящим, догадываясь, что во всем кроется какая-то давняя тайна. Давид и Валенсия стояли по обе стороны от Инги, выражая тем самым свою поддержку.

Тем временем, бабушка Агриппина подошла к Инге и остановилась перед ней.

– Кто тебе рассказал про Арину? Давид не мог, он тогда мальцом был и ничего незнает, – бабушка взяла Ингу за руки, пытаясь своим способом хоть что-то узнать. Инга видела, как по лицу старой женщины промелькнула тень разочарования, которая тут же сменилась удивлением, а затем и восторгом.

– Бабуля, ты ничего не сможешь узнать, пока Инга сама не захочет что-то тебе рассказать. Она сильнее, чем мы все вместе взятые, – с улыбкой произнес Давид.

В глазах бабушки Агриппины появились слезы радости, и она сияющий взором смотрела на Ингу, всё ещё пытаясь уловить призрачную надежду. Мать Давида с недоумением и в полной растерянности смотрела на действия бабушки Агриппины.

– Рассказывай всё. Я устала хранить семейную тайну и хочу остаток своих дней прожить полной и счастливой жизнью, без страха о том, что кто-то что-то заподозрит, или догадается, – бабушка Агриппина с благодарностью улыбнулась Инге и устало опустилась на стул, который любезно ей пододвинул зять – отец Давида. – И на правах старейшей нашего рода, – бабуля гордо подняла голову и обвела всех присутствующих строгим взглядом, – указываю вам на ваши несносные манеры… Мой внук привел в дом свою избранницу, а вы даже не удосужились представиться! Невоспитанные и напыщенные, как индюки! Где ваши манеры?!

Мать Давида бросила растерянный взгляд на мужа.

– Если никто не будет возражать, то мы могли бы всё переиграть, словно ничего такого, о чем говорит бабушка Агрииппина и не произошло, – Инга встала и легонечко подтолкнула в бок Давида.

– Рад моим членам семьи представить мою невесту Ингу. Это – моя мама – Агнета, отец- Нектарий, бабушку и сестру ты уже знаешь, – громко сказал Давид.

– Приветствуем тебя, Инга. Можешь обращаться к нам по имени, если тебе так будет удобно, – первым отозвался Нектарий. – Согласен, как-то некрасиво получилось.

Инга улыбнулась.

– Теперь, раз уже мы все познакомились и, если ты не сердишься, будь так любезна, расскажи, пожалуйста, что ты знаешь, – бабушка Агриппина лучистым взглядом смотрела на Ингу.

– Мама!

– Цыц! Я сказала, я уже очень долго живу, поэтому – не одергивай меня. Такова моя воля – я хочу выпустить эту тайну, которая долгие годы тяготит меня… Жаль только, что исправить ничего нельзя… Моё главное желание, чтобы мои внуки жили счастливо. Хочет Валенсия работать – пусть работает, значит – призвание её в том…

– Бабуля! – Валенсия кинулась к бабушке с благодарностью и тепло обняла её.

– Давай же, деточка, рассказывай… Не обмани мои ожидания и надежды, – бабушка не сводила глаз с Инги.

– С вашего позволения, – Инга посмотрела на Давида и уловила лёгкую тревогу – он ещё не понимал, как бабушка могла узнать, что Инга что-то знает. – Я, конечно, не уверена, что всё поняла правильно, но… предполагаю, что тайна, о которой вы молчали столько лет началась именно с этого момента…

Инга воспроизвела перед всеми сюжет, где бабушка Агриппина, будучи молодой девушкой, лежит чуть живая. Агнета, узнав свою мать, вскрикнула.

– Всё хорошо, – твердым голосом успокоила её бабуля, – я тут даже при смерти хороша, – бабушка довольно хихикнула. – Ты права Инга. Мой дорогой внук Давид, я признаю, что тебе досталось настоящее сокровище и ты нисколько не преувеличивал, когда говорил, что она сильнее всех нас вместе взятых. Только она смогла видеть то, что многие годы я скрывала даже от себя. Твоя мать и отец, хоть и считают себя великими чародеями, так и не узнали бы правды никогда, бабуля опять хихикнула, кажется, ей доставляло особое удовольствие подтрунивать над дочерью и зятем.

– А о тебе, деточка, я в отличие от родителей этого оболтуса, – бабуля с любовью посмотрела на Давида, – знаю от своих других внучат. И то, какие ты победы, сражаясь с нечистью одержала, – бабушка Агриппина опять бросила победоносный взгляд на дочь и зятя, которые уже совсем стушевались от её слов, – поделом вам, когда научитесь разговаривать и слышать своих детей, тогда и будете в курсе происходящего. А то взяли манеру – кичится своим происхождением.

Валенсия и Давид переглянулись. Они, не веря своим ушам, слушали, как их бабушка отчитывает родителей, как школьников.

Неожиданно, дверь в просторную, светлую комнату отворилась и все заметили, как входит высокий, хоть и в возрасте, всё ещё прекрасно сложенный мужчина.

– А вот и дед Давида! Почувствовал, что мне нужна его поддержка, – бабушка Агриппина улыбнулась и протянула свою руку своему спутнику по жизни. – Дорогой, познакомься, это невеста нашего Давида – Инга. И благодаря ей, я приняла решение рассказать о том, что долгие годы не давало мне покоя.

– Здравствуйте, милая Инга. Илларион, – коротко представился дедушка.

– Очень приятно, я Инга, – Инга улыбнулась. Она уже поняла, что силу и мощь от предков Давид унаследовал по линии деда.

– …высокая и интенсивная древняя магическая мощь, – подтвердила Дракоша мысли Инги и хлопнула, как всегда, по спине Инги хвостиком.

– Смотри, – бабушка Агриппина указала дедушке Иллариону на зависшую картинку.

– Божественно красива, как всегда! – дед поднес руку любимой жены к губам и поцеловал. – Не видел тебя такой с того самого дня.

– Я и сама себя такой не помню, это Инга всё увидела со стороны, едва нас представили…

– Невероятно! – не удержался Илларион.

– Вот-вот, и я о том же… – поддержала Агриппина. – Ну, ладно, хватит предисловий. Слушайте же мою историю… – бабушка уловила ободряющий жест Иллариона и закрыла глаза, словно сосредотачиваясь. – Давно это было, молодая я росла и норовистая, как коняка – так всегда говорил отец. Наша семья, как и родители Давида сильно кичились своим положением, запрещая мне общаться со сверстниками, с которыми я с малых лет дружила. Тайком я убегала с ними на речку, в поле, в лес… И, если до того момента, как мне исполнилось пятнадцать, я могла бы сказать, что жизнь моя была счастливой… то после- совсем мне не давали свободно вздохнуть. И даже мои способности, которые ближе к совершеннолетию стали всё сильнее, не помогали мне избавиться от душного родительского контроля… Не буду долго рассказывать, как мне было сложно находить лазейки, чтобы, используя магию, путать следы, наводить морок – всё то были детские забавы, пока однажды родители не закрыли меня в одной из башен. Я смотрела в зарешеченное окно и недоумевала, с какой целью такие ограничения.

– Бабушка, ты сбежала? – уточнила Валенсия после того, как перед всеми представилась картинка, на которой юная, печальная и задумчивая Агриппина, сидела и взирала на небо.

– Да, милая, говорю же, мои родители так кичились своим происхождением, своими древними корнями, что не просто заперли меня, а наложили оградительные заклятия, не позволяющие мне покинуть ненавистную темницу… Но я же уже говорила, что энергии у меня было предостаточно, а решительность и жесткость характера при сложившихся обстоятельствах привели к тому, что я решила во что бы то ни стало разрушить все сдерживающие меня магические ограничения. Я отложила свой побег до лучших времен, понимая, что мне не достаёт знаний и силы, которая с каждым месяцем все прибывала. Я всецело погрузилась в изучение гримуаров… благо- их было предостаточно в нашей семейной библиотеке, в которой мне разрешалось бывать только в сопровождении отца или матери. Они внимательно наблюдали за тем, что я изучаю и как. Я была прекрасной ученицей, тем более, мысль о том, что я должна многое знать и уметь, чтобы освободиться из заточения и жить по своему усмотрению, придавала мне силы. Я не скажу, что родители меня не любили, но они так носились со своим происхождением, что просто лишили меня выбора, подчиняя своей воле…

Так прошло пару лет, прежде, чем я смогла идентифицировать наложенные ими ограничительные заклятия. Ночью я их по- одному снимала, а после- снова восстанавливала, чтобы в один прекрасный день, освободиться от всех разом и убеждать из родительской клетки… – бабушка Агриппина вздохнула, Илларион погладил её руки и снова поднес к своим губам.

– В ночь, когда я смогла разобраться с последним заклятием пришлась на сильнейший ураган… вокруг полыхали молнии и гром, но меня это нисколько не смущало, я ни секунды не хотела медлить со своим освобождением… Конечно, мне бы тогда надо было задуматься о том, что разбушевавшаяся стихия не свойственна нашим краям, но жажда самостоятельной жизни застилала всё… Я убежала, я неслась, летела, падала, поднималась, три дня и три ночи, пока не свалилась от усталости… Когда я очнулась и открыла глаза, то поняла, что нахожусь в незнакомом мне месте – пики высоких гор упирались в небо… Я поднялась и пошла осмотреться, тем более, нужно было определиться с жильем: свобода- свободой, а спать и жить хорошо бы под крышей… сколько прошло время, не знаю, но, стоя у обрыва, я рассмотрела внизу лежащую и окровавленную фигуру… и, конечно же, поспешила вниз… Ах, если бы я тогда знала!

Глава 10

– Разрешите? – Инга уловила молчаливое согласие бабушки Агриппины и подошла к ней, ей хотелось для родных Давида передать наглядно то, о чем говорила бабушка.

– Бабуля, как же ты не испугалась? – выдохнула Валенсия.

Она, как и всё наблюдали за тем, что происходило много лет назад. Действительно, глубоко внизу лежало окровавленное тело. Юная Агриппина сбежала с горы в овраг и, используя все свои знания, сообразительность и собственные силы, спасла от смерти умирающего незнакомца…

Едва умирающий немного окреп, Агриппина рухнула с ним рядом без чувств. Незнакомец очнулся и резко сел, с удивлением, словно, не веря в произошедшее, он похлопывал себя по телу: по рукам, голове, ногам… Он встал и попрыгал, затем разорвал окровавленную рубаху и осмотрел своё тело – на нем не было ни единого шрама, или раны. И тогда, спасенный разразился устрашающим хохотом, сжимая кулаки, он смеялся и выкрикивал угрозы куда-то вдаль… Небо заволокло тучами и на землю спустился проливной дождь.

Юная Агриппина продолжала лежать без чувств, когда незнакомец, наконец-то, наклонился к ней. Он внимательно осмотрел девушку, не обращая внимание на потоки воды, льющие с неба. Потом он положил одну руку на лоб Агриппины, а второй сжал её руку…

–… так он понял, что бабушка спасла ему жизнь, совершенно не представляя, кем он является на самом деле, – догадалась Валенсия.

– Да, внученька, ты права, я действительно не знала, какое чудовище я спасла, – отозвалась бабушка Агриппина. – Только после я узнала, кем на самом деле был отец моей первой дочери Арины… но всё по порядку…

Очнувшись, я подумала, что попала в сказочное царство: вокруг было очень красиво… А потом пришел Артур, так представился тот, кого я спасла. Мне, юной, совершенно неопытной, он казался настоящим красавцем. А после того, когда он стал благодарить меня за свое спасение, я вообще чувствовала себя окрыленной и нужной. Артур ненавязчиво стал интересоваться, откуда у меня такая сила и знания… я, ничего не скрывая, обо всём ему рассказала, ведь я и подумать не могла, что моя опрометчивая открытость так дорого мне обойдется… С того самого момента я каждый день просыпалась и засыпала счастливой, даже не предполагая, что Артур замыслил страшный и коварный план…

Это уже гораздо позднее, я прозрела и стала замечать старательно расставленные ловушки, рассеивающие моё внимание и сплетенную из морока сеть. Не буду оправдываться сейчас, что было – то было. В день, когда Артур и я узнали, что у нас будет ребёнок я впервые задумалась о том, что совершенно не знаю, кем же на самом деле был этот Артур, ведь у меня за всё время никогда не возникало ни одного вопроса… Возможно, так отрезвляюще повлияла на меня беременность, а возможно, ещё будучи нерождённым ребенком, Арина уже тогда помогла мне свой крошечной силой, что позволило мне заметить то, что было скрыто…

К тому моменту, когда мне пришло время родить, я по крупицам собирала информацию и незаметно противостояла мороку. К своему ужасу и потрясению, я обнаружила, что из башни, в которой я была в заточении у родителей, попала в более страшный переплет, ведь речь уже шла не только о моей жизни, но и о жизни моей дочери… Сказать, что мне было страшно и трудно, это ничего не сказать, я должна была убирать морок и в то же время устанавливать защиту и делать всё таким образом, чтобы Артур ничего не заподозрил. Хорошо, что у меня имелась не только сила, но и знания, поэтому, я не теряла надежду на спасение.

Артур был страшный маг, настоящий демон, с которым сражался отец Иллариона и победил его в неравной схватке в тот день, когда я обнаружила его умирающим, – бабушка Агриппина улыбнулась своему мужу, который ещё крепче сжал её руки.

– Время рождения Арины приближалось, а у меня не было четкого плана. Всё решил случай… На кануне ночью у меня было время пообщаться с предками. Последние дни Артур выглядел крайне обеспокоенным и надолго исчезал, чему я, естественно, была даже рада. Предки были недовольны моим побегом от семьи и не выходили со мной на связь с момента, как я убежала от родителей. Однако, ровно через полгода после начала моей беременности, я впервые снова услышала их голос… и с тех пор ежедневно получала советы и поддержку. Да, я заплутала, но нужно было не опускать руки и как-то выбираться. Так вот, в тот вечер я получила от своих предков не только наставления- но и апотропей, над которым с момента первой весточки до этого дня они трудились– это был обережный талисман, который должен был укрыть Арину от Артура до того момента, пока я сама не изыщу способа избавиться от этого демона. Я старалась не унывать, но самое главное наставление своих родных я не знала, как выполнить… – бабушка Агриппина обвела взглядом присутствующих.

– Что – то ужасное? – предположила Валенсия.

– Нет, моя милая, не ужасное. Я просто не знала, как нужно действовать и когда. Наши предки сообщили, что я должна буду приложить все усилия, едва наступит определенное время. А как определить это нужное время- рекомендаций мне не дали. Но, как сама понимаешь, всё сложилось…

Я проснулась ночью от того, что яркий свет от луны каким-то невероятным отблеском вспыхнул в моих глазах, – продолжала бабушка Агриппина. – Я поняла, что это знак, немедля ни секунды, я поспешила вон из старинного замка, параллельно убирая старые и новые ловушки, установленные Артуром, чтобы удержать меня. Не скажу, что это было легко, но я справилась, хотя пару часов времени я потеряла, пока добралась до берега реки. Предварительно, я спланировала, что на лодке, которую я спрятала в камышах, доберусь до противоположного берега, а потом, скрывшись в лесу и используя свою магию и силы, после чего каким-то образом, доберусь до дома моих родителей…

– Бабушка, неужели ты не могла воспользоваться перемещением? – всё же уточнила Валенсия.

– Конечно же, я пыталась, но не могла. Мои предки подсказали мне, что пока я ношу Арину – она якорит – удерживает меня на территории Артура. Как только родится Арина, я, используя апотропей, что передали мне родные, смогу переместиться, – пояснила Агриппина. – Так вот, когда я уже почти пересекла поляну и приблизилась к берегу реки я увидела то, от чего кровь в моих жилах похолодела… Это был какой-то обряд, смутно напоминающий свадьбу… Лунный свет освещал двоих, скрытых под свадебным покрывалом: Артура и его избанницу. В какой-то момент я облегченно выдохнула, предполагая, что благодаря этой церемонии, обо мне и моем ребенке никто не вспомнит…но сразу же я четко услышала слова, произносимые какой-то сущностью… она противным голосом читала какое-то старинное заклятие и услышанные слова огнем воспылали в моем сердце… Из услышанного я явственно разобрала, что после этого шабаша со свадьбой, Артур и его избранница вспороли бы мой живот и отняли бы мою Арину… Продолжение ритуала предполагало, что мою дочь напоили бы каплями крови той, что выбрал себе Артур и моя девочка по всем канонам стала бы их дитем…

Всё, что произошло дальше, было, как во сне, – бабушка Агриппина замолчала, Инга воспроизвела картинку, на которой, как описывала бабушка Давида, стояли Артур и его невеста, затем все охнули, увидев, как яркий лунный свет осветил юную Агриппину и завязавшийся бой…

– Бабушка, да ты настоящий воин! – Давид не отводил взгляда, где было целое сражение, бабушка Агриппина одна, действуя отважно и четко, обезвредила и сущностей, и врагов, после чего из последних сил добралась к лодке…

– Я не стала проверять живы ли они, потому что в тот же момент решила появиться на свет Арина. Каким-то чудом я переправилась на противоположный берег и едва только появилась моя старшая дочь, я надела на неё оберег и успела установить вокруг неё энергетический кокон, вложив остаток всех своих жизненных сил, который обеспечил бы моей девочке на непродолжительное время безопасность и жизнь, после чего, как вы видели… упала практически замертво…– бабушка Агриппина выдохнула и посмотрела на Иллариона.

– Ночью разыгралась ужасная буря, какой не случалось с того момента, как мой отец сразился с Артуром, поэтому, мы предположили, что недобитку удалось каким-то образом выжить. Уже на следующий день, чтобы разобраться с тем, что произошло, в срочном порядке в те места была направлена разведгруппа, которая и привезла едва живую Агриппину и Арину к нам, – продолжил Илларион, – едва я их увидел, я понял, что они – моя семья…

Глава 11

– Да прошло немало времени, пока я всё-таки согласилась принять предложение Иллариона. Арине было уже почти семь лет. И до сих пор я ни разу не усомнилась в своем решении.

– Бабуля, а твои родители, они простили тебя за побег? – спросила Валенсия

– Да, они меня простили… но я не успела при жизни от них это узнать. Об этом они мне сообщили позднее, когда родители были в числе моих умерших предков. Они признали, что перегнули палку, а ещё, что гордятся мною… Они, конечно же узнали, что я рассчиталась с Артуром. Как оказалось, он, как только понял, какой силой я обладаю, навел на меня морок, чтобы я не вспоминала о родительском доме и вероломно, подло …убил их.

– И когда же появился запрет на работу женщин в нашем роду? Я пока не понимаю, – Валенсия посмотрела на Давида. – И где же тогда … тётушка Арина, что-то я совсем не помню её…

– Ты не помнишь тетушку Арину, потому что ты её не видела. К тому времени, она уехала… очень далеко. И всё из-за моей перестраховки. Я так боялась, что Арину обнаружат возможные родственники Артура, что всячески подавляла её способности. Я была слепа в своей материнской любви и сейчас я признаю это. Илларион много раз говорил мне, что я перегибаю палку, действуя, как мои родители, но я была непреклонна. Какое-то время мне казалось, что я добилась своего, Арина вела обычную жизнь, как мне казалось …

Но, оказалось, всё то время, когда я думала, что Арина ведет обычную жизнь и не помышляет о работе, Илларион поступал мудро – он, с использованием своих способностей, тренировал и занимался с Ариной. Благодаря ему, моя девочка многое узнала и нарастила свои силы…

И настал день, когда я в категоричной форме запретила ей использовать свои способности. Я сильно боялась за неё, я поступила с ней даже жестче, чем мои родители со мной, и я сильно раскаиваюсь в этом… Я знаю, что Арина жива, я чувствую, что она жива, и уверенность в этом не дет мне унывать, потому что – остается надежда, что я могу лично просить у неё простить меня. И ты, деточка, подтвердила мои предположения, ведь так? – бабушка Агриппина, со слезами на глазах обратилась к Инге.

– Теперь я понимаю, что Арина –ваша дочь и я уверена, очень скоро вы с ней встретитесь и ещё будете ею гордиться. Поверьте, гордится есть чем!!! Арина создала настоящий мир, который служит убежищем и здравницей не только для животных, которых она спасала от смерти все эти годы, но и тем, кто нуждался в помощи из параллельных миров…

Инга ощутила знакомую энергетику и поняла, что Арина рядом. Но она не подала виду, считая, что долгожданная встреча – это семейное дело. Тем более, очень даже кстати пришлось, что всё, что произнесла бабушка Агриппина, слышала её дочь…

– Моя дорогая девочка занимается любимым делом, какое счастье!!! – бабушка Агриппина всплеснула руками. – Моя девочка, я буду молить её о прощении, я так была слепа в своей любви, так хотела оградить её от притязаний родственников Артура. А могла бы просто рассказать ей то, что случилось со мной и гарантировать свою поддержку, – бабушка Агриппина разрыдалась, не в силах больше сдерживать своих чувств.

Илларион, гладил свою любимую по спине, а сам смотрел в сторону. Казалось, он видит то, что сокрыто от других. Инга уловила его взгляд и поняла, что он видит Арину.

– У них, действительно связь, как у отца с дочерью, – пронеслось у неё в голове. – И понятно, почему он видит Арину – он же её всему обучил, – Инга улыбалась, понимая, что сейчас произойдет воссоединение семьи…

– Милый, – Инга тихонечко подошла к Давиду, – я сейчас отлучусь, – Инга многозначительно посмотрела в глаза жениха, – сейчас вам всем нужно будет многое обсудить… – Инга прикоснулась губами к щеке Давида и исчезла.

Инга стояла у себя в квартире.

– Как хорошо! – радостно и устало произнесла она.

– А почему ты не осталась? – Дрим толкнулся головой в ноги Инге.

– Да? Почему мы не остались? – переспросила Дракоша, раскачиваясь на люстре.

– Любопытной Варваре, на базаре нос оторвали,– ответила Инга фамильярам и громко рассмеялась, когда заметила промелькнувшую реакцию на их фамильярных мордочках, – это пословица такая! А если серьезно, то … я уже увидела, как всё будет. Арина появится и скажет, что давно не сердится и простила свою мать… А потом они все вмести будут долго-долго разговаривать и делиться прошедшими событиями в их семье… И Арина расскажет о деле всей своей жизни… пусть поговорят, а я тем временем, наведаюсь к бабушке, может быть, загляну и к Елене с отцом, а то что-то я с ними давно не виделась.