Все к лучшему!

После Нового года все «шишки» выпало, как всегда, принимать Вите. На следующий цветной выпуск пришлось пригласить другого редактора, более оптимистичного, а это еще одна зарплата плюс налоги!

      Очередную еженедельную планерку проводили в помещении редакции. С большим трудом, все таки удалось убедить журналистов переехать в просторный зал совещаний. Вита вошла в редакцию и еле сдержалась, чтобы не заорать от возмущения. В просторном, удобном помещении стало грязно, как в свинарнике. На письменных столах валялись вонючие объедки в одноразовых тарелках, особенный беспорядок присутствовал на столе единственной молодой женщины-корреспондента по имени Марго. Повсюду – использованные, растрепанные кипы скомканной бумаги, пыль, грязь.

Что это – особые журналистски понты, выраженные в нарочитом неряшестве? Типа, мы такие крутые «на коленке» пишем гениальные тексты? Или протест? Против чего тогда? Не нравится политика газеты – уходи, никто не держит, нет среди вас таких «звезд», которых бы стоило удерживать. Весьма средний в творческом плане коллектив. Ни тем острых, ни аналитики, ни развлекательных материалов. Ни для кого не секрет, что журналисты нередко, используя псевдонимы, печатаются в нескольких газетах, часто трудовая книжка лежит в отделе кадров одного издания, а ее владелец, не покладая рук, трудится внештатником в других.

Как довести до сознания взрослых людей, что большая часть успеха газеты зависит именно от них, от их мастерства, а не от Виты? Нужны интересные материалы, а не обзор новых, прочитанных в рабочее время книжек, как это делал заместитель редактора. Может быть стоит не отсиживать на работе весь день в пустой болтовне, играя в компьютерные игры, а «рыскать» в поисках захватывающих событий, фактов, тем, писать интересно. Тогда и тиражи поднимутся и продажи. Сидят и ждут, что по мановению волшебной палочки газета станет популярной, сами собой вырастут рейтинги, появится признание на рекламном рынке, а значит – деньги! Вита, еле сдержалась, чтобы не высказать все это вслух.

Но сейчас было не до чистоты. Утро началось со звонка топ-менеджера известного развлекательного телеканала. Он выражал претензию по поводу того, что редактор разместила в газете критическую морализаторскую статью о формате телеканала. Статья подписана известной журналисткой. «Той самой, которая некогда свою коллегу, мать двоих детей выжила из газеты», – вспомнила Вита. Теперь она клеймила позором за безнравственность телеканал. Автор статьи понятия не имела, что этот телеканал является партнером, взаимно продвигает газету, создает ей пиар. Причем бесплатно. Вита терпеливо разжевывала, что такое промоушен, пиар, самореклама, необходимость сотрудничества с другими СМИ. Осталось только в рот положить. Прошло время, когда была одна газета, две программы на телевидении и одно радио. Теперь, слава Богу, есть выбор. Ну не нравится формат телеканала – не ешь, то есть не смотри. Утопи пальцем кнопку переключения на пульте и все – перед тобой безупречное во всех смыслах качество программ телеканала «Культура». Другие времена – другие песни.

Плавно перешла к теме чистоты. Безнравственно обходить грязь стороной. Уборщица за свою весьма небольшую зарплату моет пол и туалеты, свой стол каждый сам в состоянии привести в порядок. Свой дом надо содержать в чистоте. «Разруха в головах, а не в клозетах».

Последний вопрос на повестке дня касался беспрецедентной драки в редакции. Два «пылких благородных дона», два журналиста – интеллигента, кроме того два друга, разгорячившись в споре, подрались прямо в редакции и вовсе не из-за идейных разногласий. «Испанские страсти» вспыхнули из-за пропитых совместно денег. У одного из них жена, уехав в отпуск, доверчиво оставила дома накопленную ранее некую сумму в заначке, а приятели совместно эти деньги пропили. Когда проспались, то гость категорически отказался возмещать свою половину убытков. За что сурово поплатился. Вита предупредила, что заниматься разборками, кто прав, кто виноват и воспитанием взрослых мужчин не станет, а если история с дракой повторится еще раз на территории редакции, то уволит обоих.

Была и еще одна весьма неприятная тема для разговора. Но Вита поднимать ее пока не решилась. Дело в том, что каждый вечер системный администратор с помощью специального сервиса составлял для Виты историю поисковых компьютерных запросов, совершенных сотрудниками за день. Поскольку личные секреты и тайны следует хранить дома, а на рабочем компьютере надо работать. Вчера вечером он вошел к ней в кабинет с буквально «перевернутым» лицом. В системе были обнаружены запросы сайтов с детской порнографией. Оказывается есть такие сайты «Малолетка», например, «Маленькая сучка» и тому подобные. Сайты посещались с компьютера известного журналиста, который находится в его персональном кабинете. Доступ к компу был только у него. Но слишком чудовищное обвинение, чтобы вот так просто его предъявить. Вдруг это ошибка? Уж очень щепетилен предмет разговора. Надо еще понаблюдать, решила Вита.

Кризис

Мировой экономический кризис докатился и до окраин России. Сократились доходы от рекламы, рухнула субаренда. Как правило, в трудные времена предприятия, фирмы, организации начинают экономить в первую очередь на рекламе. Предложениями об аренде помещений по смехотворным ценам был обклеен весь город. С 1 января 2011 года в России произошла очередная «налоговая революция». Взносы, которые работодатели должны ежемесячно перечислять в федеральные социальные фонды (пенсионный, социального страхования, обязательного медицинского страхования) от фонда оплаты труда выросли с 13% до 34%. Те кто работал «по-белому», сильно пострадали, те, кто «по-черному» – легко выстояли. Были и другие объективные причины.

Признать свою вину в неоказании помощи газете в «трудной жизненной ситуации» ни учредитель, ни правительственный чиновник, курировавший издание, не пожелали. «Стрелочником» назначили Виту. Добрые дела не остаются безнаказанными. Старое правило межличностных отношений на работе: «Ты – начальник, я – дурак. Я – начальник, ты – дурак» никто не отменял. Газета начала медленно умирать, прожив девяносто семь лет. Долгую человеческую жизнь.

Из них – семь лет жизни Виты. Семь лет много это или мало? Смотря как считать. Семь лет работы, которая всегда с тобой. Работы не за страх, а на совесть. Здесь не получается «выключить станок и по домам». В жизни директора издательства не редкость, когда тебе ночью могут позвонить из типографии, где печатается ночной сменой тираж на завтра, чтобы что-то уточнить. Или службе доставки может приспичить в шесть утра по телефону порешать какие – то вопросы.

      Круг служебных обязанностей директора издательства достаточно широк. Главное все же это работа с людьми. Постоянно надо учитывать человеческий фактор, межличностные отношения в коллективе. Жизнь редакции насыщена общением, событиями, праздниками и не только.

Вита вспомнила, как была неприятно удивлена, обнаружив в рекламном отделе запившую горькую прямо на работе, менеджера по рекламе, Аллу Велехову – в прошлом учительницу русского языка и литературы. Толковая молодая женщина, талантливый менеджер по рекламе, симпатичная внешне оказалась запойной пьяницей. На нее периодически «накатывало», и справиться с этим недугом она то ли не хотела, то ли уже не могла. Муж – моряк работал на рыболовецком траулере, подолгу отсутствовал дома и понятия не имел, о том, что происходит с его женой. Однажды к вечеру она напилась так, что не смогла ответить на вопрос, в какой детский сад ходит ее дочка, чтобы кто-нибудь из сотрудников забрал ребенка вместо нее. Обзвонили все детские сады и забрали ребенка менеджеры из рекламной службы. И вот что интересно, в рекламном отделе все знали про вредную привычку менеджера Велеховой. Даже, как оказалось, с работы ее не раз отправляли домой на такси в известном состоянии, но начальству никто об этом не сообщал, не порядочно, видите ли это по их мнению. В Европе про то, что ты проехал на красный свет, тут же в полицию сообщит масса народу, причем им за это даже не заплатят, просто так положено: увидел нарушение закона – сообщил. Почему-то там скрывать преступления – это преступление.

Как-то пришлось разбираться с крепкими бритоголовыми ребятами неинтеллигентного вида из коллекторского агентства. Появились в 90 – е такие организации в России, которые берут на себя роль посредника между кредитором и должником, и проводят работу по возврату долга за определённый процент. Они разыскивали фотографа газеты. Как известно, фотограф фотографу рознь, этого же смело можно было назвать талантливым фотохудожником. Он как-то незаметно для окружающих и для себя в первую очередь стал заядлым игроманом, и так же виртуозно, как фотографировал, назанимал денег у всех, у кого смог, взял авансы под заказы, которые выполнять не собирался, а в итоге стал проигрывать свою шальную головушку. Кто-то из кредиторов, устав ждать возвращения долга, обратился в коллекторское агентство.

Как поздравляли с днем свадьбы двух корреспондентов, Марго из их газеты и Сашу из другого издания.

Как всей редакцией не раз отмечали Новый год, Дни рождения и другие праздники.

А сколько за это время сотрудникам редакции было вручено дипломов и наград за победы в журналистских конкурсах! Не сосчитать! Стены редакции можно было бы вместо обоев украсить дипломами от потолка до пола. Так много хорошего и не очень произошло за это время.

Даже в отпуск на две недели подряд удалось уйти только раз за семь лет. Зато какой это был отпуск!

Египет

Большая часть самых интересных историй начинается с фразы: «Как вдруг раздался телефонный звонок».

      Эта история тоже началась с телефонного звонка. Звонила Витина подруга детства Анита. «Приходи немедленно, надо поговорить», – сказала она.

      Идти было недалеко, жили подруги примерно на расстоянии одной троллейбусной остановки друг от друга. Дружили с детства, познакомились в пионерском лагере. Знали друг о друге все, вместе растили детей, в трудные времена делились последним. Они притягивались друг к другу как разноименные полюса. Дополняли друг друга.

      Анита, натуральная блондинка со светло голубыми глазами. Финка по национальности, обладала всеми чертами характера, приписываемыми людям этой национальной принадлежности. Всегда спокойная рассудительная неторопливая. Решения принимала, раз пятнадцать отмерив. Вита – кареглазая брюнетка, стремительная, напористая, решительная.

      «Хочешь поехать в Египет?» – спросила Анита, встречая Виту у двери.

      «А то. Кто ж не хочет?», – ответила Вита, проходя на кухню, – «только денег сейчас нет», – добавила она.

      «А денег и не надо»,– сказала Анита и налила Вите кофе, не спрашивая, хочет она или нет.

      За столом на свободном стуле сидел Прохор – дымчатый, пушистый анитин кот. Он умными ярко зелеными глазами все понимающе смотрел то на Виту, то на Аниту. Это было его персональное место за столом. Он всегда принимал участие во всех разговорах. Иногда удивительно впопад вставляя длинные фразы на кошачьем языке.

      «Да ладно», удивилась Вита, – «Бесплатная раздача розовых слонов, что ли?».

      «Замри»,– сказала Анита, – «сейчас все расскажу».

      А дело было вот в чем. Дочь Аниты – Кристина родилась года на три раньше сына Виты Глеба. Она уже несколько лет самостоятельно жила в Санкт – Петербурге, снимала напополам с подружкой квартиру, училась там и работала. Кристина в Питере, в каком-то клубе познакомилась с арабом – египтянином. Неизвестно, как долго длилось их знакомство, но Карим сделал Кристине предложение руки и сердца, от которого она не смогла отказаться.

      «Как быстро растут дети!»,– думала Вита, слушая подругу, – «давно ли бегала с Глебом, наперегонки? И вот уже девочка собралась замуж, да еще и за иностранца».

      Египтянин оказался «парнишей» не простым, а «золотым», владельцем сети отелей неподалеку от Хургады. Он приглашал в Египет родителей невесты и саму невесту с подругой познакомиться с будущими родственниками и заодно отдохнуть пару недель за его счет.

      Анита развелась со своим мужем давным давно. В воспитании дочери непутевый папаша участия не принимал. Материально никогда не помогал. Его следы давно стерлись на просторах страны. Поэтому вместо папы было решено пригласить Виту, как ближайшего друга семьи.

      Решение приняли сразу. Конечно, едем.

      «Мы едем, едем, едем в далекие края хорошие соседи, прекрасные друзья», – не сговариваясь, дурашливо проорали дуэтом Вита и Анита.

Кот недоуменно фыркнул, ему такое исполнение показалось неприличным.

      Вита уже бывала в Египте, в Шарм – эль – шейхе. Правда не только отдыхала, но и работала. Там проходил семинар по рекламе газеты «Комсомольская правда». Пятьдесят четыре директора по рекламе из разных городов России, встретились в Москве, и уже оттуда прилетели на самолете в Египет, чтобы поделиться профессиональными секретами, обменяться опытом.

      Из аэропорта в отель добрались только к пяти часам утра. Семинар начинался в десять. Спать было некогда. Доклад Виты стоял в графике первым. Всю дорогу Вита переживала, что вечно попадает в такие вот экстремальные обстоятельства, когда отдуваться приходится первой. Сомневалась, что успеет адаптироваться к новым условиям, и сможет внятно донести всю информацию, которую собирала и обрабатывала полгода перед этой поездкой.

      К счастью все прошло хорошо. Усталые от долгого перелета, не выспавшиеся директора сидели тихо, слушали доклад невнимательно, рассеянно смотрели на слайды и графики, вопросов не задавали.

      Мысль была одна на всех, и они дружно ее думали: «Как бы поскорее улизнуть на пляж к морю».

      Оказалось, что все, что ни случается – к лучшему. «Отстрелявшись» первой, Вита была относительно свободна все оставшееся время. Семинар, семинаром, но позагорать на горячем солнышке, покупаться в ласковом море и побегать по восточным экзотическим базарам успели все. Месяц был не май, а апрель, и египтяне, натянув теплые куртки, с удивлением наблюдали, как неизбалованные погодой россияне с удовольствием загорают на прохладном пляже и непринужденно резвятся в совершенно холодной с точки зрения египтян воде.

      На этот раз Вите предстоял отдых, и только отдых. Кристина с подружкой выехали на три дня раньше. Анита и Вита отправились на поезде сначала в Москву. Затем из Домодедово на Боинге вылетели в Египет. В Москве было прохладно, лето выдалось не жаркое, поэтому в самолете перед посадкой в Международном аэропорту «Каир» народ расставался с лишней одеждой, запихивая ее в сумки. Прошли таможенный досмотр часам к четырем утра. Группы организованных туристов по спискам встречали местные сопровождающие с табличками, рассаживали в огромные автобусы.

      Фамилий Виты и Аниты ни в одном списке не оказалось, поскольку они прилетели с частным визитом. Огромные, ярко освещенные изнутри автобусы один за другим, как огромные корабли отплывали от аэропорта и, мерцая задними фарами, быстро исчезали во тьме египетской ночи. Задержался один, последний.

      Незнакомый город в незнакомой стране. Глубокая ночь. Стало понятно, что такое египетская тьма. Темнокожие люди в форменной одежде говорят на непонятном языке, подозрительно посверкивая глазами в сторону двух русских теток растерянно стоящих рядом с горой сумок и чемоданов в свете фонарей у входа в здание аэропорта.

Вите и Аните стало не по себе.

      Наконец, появился черный блестящий шикарный автомобиль, из него «как подорванные» выскочили два темнокожих человека и, вежливо приседая и извиняясь за опоздание на ломаном русском языке, начали грузить вещи Аниты и Виты в багажник. Туристы, сидевшие в автобусе, прилипли к стеклам. Было на что посмотреть.

      «Две непонятные тетки, не богато одетые, не похожие на знаменитостей, и такой им почет и уважение? Странно все это…», – было написано на их лицах.

Уже под утро усталых путешественниц привезли в великолепный, как дворец отель, утопающий в пышной растительности, и разместили в дорогих номерах.

      Проснувшись поздним утром от щебета птиц, Анита пришла в соседний номер к Вите, они выпили кофе за низким столиком на белом полукруглом балконе, увитом зеленью и яркими, как будто искусственными, южными цветами. Восхищенно вдыхали удивительно легкий воздух Египта, очарованные пышностью и великолепием окружающей природы крупнейшей страны Арабского Востока.       Про крупнейшую страну Вита только что прочла в справочнике, валявшемся на столике.

      Изумились, что вчера в Москве температура воздуха составляла плюс десять, а сегодня в Африке с утра плюс сорок в тени и отправились на море мимо прохладных бассейнов с ярко голубой водой. Бассейны подождут, решили они, а море хотелось увидеть немедленно.

Красное море оправдало самые лучшие надежды северянок. Естественно красным оно не было так же, как и Черное море никогда не было черным. Упругая прозрачная вода ласково принимала бледные тела, давно не видевшие солнца. Яркие довольно крупные рыбки всевозможных расцветок, любопытно таращась, дружелюбно проплывали мимо.

      Лохматые пляжные зонтики из больших пальмовых листьев издалека выглядели как юбки папуасов, всем своим видом они заботливо приглашали спрятаться в тень от палящего солнца. Мелкий плотный песок обжигал босые ноги. Белые пластмассовые лежаки манили прилечь и позагорать. Все было замечательно.

Поездки своей компанией в комфортабельном белом микроавтобусе с кондиционером по превосходным дорогам среди бескрайних знойных песчаных пустынь на экскурсии и за покупками на колоритные базары близлежащих городов оставили превосходные впечатления.

      Обычный экскурсионный набор составляли древнейшие памятники цивилизации: загадочный Сфинкс, величественный Нил, древний Луксор, великолепные пирамиды, коралловые рифы.

      Завтракали, обедали и ужинали в лучших ресторанах. Официанты ходили на «полусогнутых», с поклоном подавали изысканные блюда и напитки, фрукты и сладости. Впервые в жизни попробовали лангусты и омаров, узнали, чем они отличаются друг от друга. Как оказалось, строение омара отличается массивными клешнями, которые при транспортировке связывают, чтобы они не травмировали своих сородичей. Панцири омаров окрашены в голубоватый, сероватый или стальной цвет. Клешни лангустов намного меньше, тоньше и изящнее, чем у омаров. Панцирь лангуста имеет характерный красно-лиловый оттенок и покрыт множеством шипов.

      Отведали множество фруктовой экзотической всячины. Наверняка, и в России, в крупных супермаркетах, есть многие из этих тропических фруктов и ягод, только для того чтобы они появились на прилавках в товарном виде, их пичкают химикатами или отправляют недозрелыми, что не может не сказываться на вкусовых и полезных качествах.

      Купались, загорали, испытали на себе несколько курсов спа-процедур с обертыванием и массажами, катались на катамаранах, на лошадях и верблюдах, фотографировались.

      По вечерам ходили смотреть концертные программы, в исполнении аниматоров в ярких причудливых костюмах со сверкающими стразами и колыхающимися огромными страусиными перьями, завороженно слушали ритмичный магический бой барабанов, сидя за низкими резными столиками, на ковриках с этническим орнаментом. Курили кальян, пили местное сухое красное вино, одним словом, наслаждались жизнью.

      Возвратившись в номер, каждый вечер находили приятные сюрпризы: бутылку вина и бокалы в белоснежном кружеве салфеток, красиво разрезанный в виде огромной корзины арбуз, этажерку с канапе со всякой вкуснятиной или корзинку экзотических фруктов.

      Постоянно ощущалось пристальное внимание, даже, наверное, ненавязчивое наблюдение, что ли? Стоило полюбоваться огромным кораблем, стоявшим у берега, оказавшимся стилизованным под старинный корвет рестораном, как на следующий вечер для них там был заказан превосходный ужин.

      Однажды, неосторожно «сгоревшая» на палящем африканском солнце Вита, осталась в номере, чтобы денек отдохнуть от жары, и не поехала со всеми на экскурсию. Днем к ней в номер, вежливо постучав, вошел темнокожий посыльный и внес огромную этажерку с канапе всех возможных вкусовых предпочтений. Курьер вежливо спросил: «Не нужен ли врач или лекарства?».

Тем не менее, знакомиться с гостьями никто не торопился.

      «Может, мы им не понравились?», – тревожно спрашивала Анита.

      До последнего дня пребывания на отдыхе никто их так и не побеспокоил.

      «Ну и не надо», – решили они, – «Восток дело тонкое».

      Накупили подарков родным и знакомым и улетели домой.

      Вот такая арабская сказка.

      Бывшие жених и невеста какое–то время переписывались по Интернету. Но виртуальных семей не бывает. Недавно еще пылкие отношения довольно быстро сошли на нет.

      «И, слава Богу», – думали Вита и Анита, когда позже смотрели по телевизору ставшие тогда очень популярными программы о том, как делят детей, женившиеся на русских женщинах, и не ужившиеся с ними иностранные граждане.

Больница

Наступил Новый год. Прошли Рождественские каникулы. Вита собралась ложиться в больницу. С вечера сложила все необходимое, набралась полная дорожная сумка. Рано утром на такси доехала до онкологического диспансера.

      «Не жизнь, а казнь», думала Вита, уже больше часа сидя в очереди в тесном приемном покое. Рядом с ней понуро сидели десятка два людей, кто, где смог пристроиться. На лицах застыло общее безысходно – тоскливое выражение. Казалось, что помещение приемного покоя от пола до потолка заполнено тяжелой энергетикой горя. Вестибюль был уставлен дорожными сумками, пакетами. Это больные из разных районов республики приехали поступать в стационар, кто на лечение, кто на операцию. Сидели молча.

      Лишь одна старушка несмело пыталась заговорить с соседкой: «Милая, знаешь, что у меня? У меня ведь рак!».

      На что молодая женщина вяло отвечала: «Здесь, бабуля, у всех рак, только в разных местах».

Подошла очередь Виты. Привычно-равнодушно заполнив медицинскую карту, медсестра повела Виту в палату. Пока шли по коридору, Вита осмотрелась. Поначалу онкологическое отделение приятно удивило уютом, если так можно сказать о незатейливом больничном дизайне. Множество цветов, картины на стенах, явно не подобранные для интерьера, а подаренные больными или попавшие сюда случайно, создавали своеобразную достаточно теплую обстановку. Недавно отремонтированные, ванные и туалетные комнаты были оснащены новой сантехникой и объявлениями с инструкциями для не продвинутых пользователей.

В тесной палате стояли две койки. На одной из них лежала пожилая женщина явно не городского вида. Вторую заняла Вита. Познакомились. Звали соседку Татьяной, она приехала из далекой глухой северной деревеньки. Диагноз – рак груди. Разговаривать обеим не хотелось. Лежали на койках и разгадывали кроссворды. Каждая – свой.

      Ближе к вечеру, когда большая часть ходячих больных переместилась из палат в холл к телевизору, или выбралась на вечерний моцион в длинный коридор отделения, «раковый корпус» предстал перед Витой во всей своей неприглядности и разнообразии. Вита поняла смысл фразы, сказанной пожилым врачом-онкологом на приеме: «Раньше каждого больного знали в лицо, теперь же разве всех запомнишь».

      Стыдно признаться, но, когда Вита собственными глазами увидела масштаб страданий других людей, ей стало немного легче переживать собственную беспомощность перед деспотичной болезнью.

В больнице она попала в определенную упорядоченную жесткую систему координат, где люди умирали или выживали, это уж как пойдет, как Бог даст, как карта судьбы ляжет. Здесь от нее самой не зависело ничего. Смешными показались разговоры друзей о том, что надо быть сильной, чтобы победить болезнь.

      При ближайшем знакомстве соседка удивила житейской мудростью, периодически выдавая озарения типа «мы понимаем, как жить, когда жизнь наша уже прошла» или «жизнь сама по себе – ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее». От чистого сердца, простыми словами она простодушно изрекала всемирно признанные истины. Вита чувствовала, что она не цитировала, а своим умом дошла до них, как и великий мыслитель.

      «Просто Монтень в старом байковом халате и растоптанных тапках», – подумала Вита.

      С соседкой явно повезло. Не навязчива, не глупа, не противна. Деликатность и сдержанность – очень важные качества для соседства в тесной двухместной палате.