- -
- 100%
- +
Но… к сожалению, я осознавала, что печать отражает не только его суть…
Одна секунда. Мгновение. Но он успел зацепиться за свисающую верёвку дирижабля. Он прошёлся во всей ней, что мой нос учуял запах гари. Но его лицо… никаких эмоций. Он был более эмоциональнее при виде своего тату. Но боль… нет. Его взгляд напротив стал серьёзнее.
Мы сумели замедлить падение, но не намного. Отцепившись от верёвки нас понесло дальше, к редким золотым осенним лесам.
На вершине дирижабля я увидела людей… кто..?
Но время кончилось даже не успев толком начаться. Я ударилась о землю.
Перед глазами или же в моём подсознании… что-то пронеслось передо мной. Быстрое, яркое, холодное. Светлое, но невидимое. Осязаемое, но несуществующее. Где-то вдали, где-то в пучине забвения, я уловила, лишь на секунду, прекрасное белоснежное пламя. Оно порхало, словно ангел, словно птица. Шаг. Топ. Ещё шаг. Топ. Я не могла обернуться и увидеть гостя, но пламя вспыхнуло и заволокло всю комнату. Ведь оно…
– Красотка, очнись! – послышался уставший голос слуги.
Я медленно открыла глаза и увидела над собой звёздное небо, скрытое ветками и золотыми листьями. Свет. Огонь. Хадак сидел возле небольшого костра поблизости. У веток над ним покоился рукотворный навес из листьев. Так, чтобы дым и свет не могли нас выдать. Умно.
– Долго я проспала?
Собственный голос звучал непривычно низко. Я всё ещё ощущал лёгкую мигрень. Костёр. Наверное, это он спровоцировал этот бредовый сон пару секунд назад. Хотя припомнить его сюжет уже не могу.
– Пару часов, принцесса, – незамедлительно ответил слуга, откинувшись на траву, – Итак, что дальше?
Его безразличное отношение к ситуации… ко всему вокруг начало бесить меня. Кровь закипала в жилах. Но не только поэтому. Я злилась! Я ненавидела! Не Хадака! Не безжалостный совет «Пантеона»! Не своих похитителей! Я не проклинала судьбу! Я ненавидела себя за всё случившееся! Не успела спасти брата, не смогла спасти даже себя. Ничтожество! К тому же, теперь мне помогает враг. Я… я..!
– Я не собираюсь обсуждать свои цели с тобой! И не называй меня принцессой! У меня есть имя – Эрика!
Нужно было выплеснуть гнев и злость! И жертвой пал Хадак. Тогда мне не было его жаль, а на лице самого парнишки не пробежала и тень смущения.
Я вскочила с места и прошлась по округе. Лес. Лишь лес. Он был… необычным. Ветки каждого дерева соединялись с ветками других, создавая необычный узор. Наверное, сверху это выглядит как огромная древесная паутина. Я так давно мечтала попасть сюда, в леса, подальше от снежных пустынь Гра'алита… Но теперь, когда я уже тут, моё сердце не испытывает такой радости и счастья, на которое я рассчитывала все эти годы. Неужели… само желание грело мне душу всё это время? Или… Цель. И…
– Ах! – кольнуло у меня в животе. Давящая боль. Постойте. Нет! Не боль! Точнее не совсем. Задрав рубаху, я увидела большую перевязанную рану у правого бока. После осознания этого факта я приметила на руках и ногах ссадины и рваные раны. Видимо падение далось мне нелегко… Но всё же. Кое-что не давало мне покоя.
– Это ты обработал раны? – стараясь держать голос ровно спросила я, подойдя к слуге. Блондин поднялся и принялся греть тонкие руки у костра. Его светлая одежда запачкалась, а на рукавах я наконец заметила капли крови… моей крови?
– Ага. Это лишь первая помощь. На большее я не способен, – отстранёно ответил Хадак даже не посмотрев мне в глаза. Этим он напомнил мне брата. Эйден также ни во что меня не ставил. Он был таким… Таким!
Но на самом деле я не переставала думать о нём с тех пор, как покинула дом… Сожалела ли я? И да. И нет. Последние события заставили усомниться в себе, в своём пути и даже… даже в брате. Знал ли он о моём происхождении? Если да, то почему не сказал? Что было со мной пока я была в коме? Нет. Не нужно сомневаться. Только не в брате. Мысли о доме, как бы это странно сейчас не звучало, спасают меня от безумия. Безумия… это слово прекрасно описывает моё положение. Неясное, смутное и опасное.
– Ты ничего не знаешь о Контракте, не так ли? – нарушили слова Хадака воцарившуюся тишину.
Он прав. Но признавать я этого не хотела. Не перед ним. Не перед тем, кто обязан был подчиняться мне.
– Я знаю достаточно, – плюхнулась я на землю возле костра, чуть было не открыв недавно зажившие раны.
– Понятно, – наигранно вздохнул он, – Пока что ты самый неопытный господин, которого я встречал.
– А были другие?
– Всего один, – улыбнулся он, увлечённо смотря на огонь, – Но слуга из меня, если честно, не очень. Сразу говорю. Если хочешь натравить меня на Гвардию или вроде того, то удачи.
– Ты был нанят моим убийцей! Не хочешь же ты сказать, что ты…
– Бесполезный. В точку, – усмехнулся Хадак, – Не воин, не врач, не мудрец. Никто. Ниже, чем простой человек. Так что ты зря потратила на меня свой Контракт.
Если честно, то заключала я договор с ним в качестве последней надежды на спасение. Но думать над точными условиями времени просто не было. А теперь всё кончено. Я не…
– Я больше не нуждаюсь в твоих услугах.
Парень видимо подумал что это из-за его признания, но это было не так. Это из-за меня, из-за моей собственной беспомощности. В глубине души я не хотела более видеть смерть, не хотела, чтобы кто-то мне помогал, не желала видеть страдания людей… из-за меня.
– Прости, но нет, – твёрдо ответил он, – Раз ты много знаешь про Контракты, то понимаешь почему я не могу нарушить условия…
«Смерть» – подумала я. Первое что пришло в голову.
И, я оказалась права. В точку. Он обязался служить мне до тех пор, пока я не перестану в нём нуждаться.
«Помогать во всех начинаниях» – так гласило условие. Но меня озадачило в этот момент другое. Почему он помог мне оправится от падения. Ведь без господина Контракт теряет силу… Почему не оставил меня умирать, не освободиться от уз соглашения? Не понимаю…
Нет. Я его даже не знаю.
– Раз это твоё решение, то расскажи о себе. Кто ты? – как можно более мягче обратилась я к Хадаку. Вероятно, на фоне недавних слов, этот вопрос показался ему лживым и неискренним. Я бы поняла, если он отказался бы отвечать. Но нет. Он ответил:
– Простой человек, который заключил Контракт с не такой простой девушкой.
На его лице появилось некое подобие улыбки. Еле видимая, но всё же… Приятные воспоминания?
– Это не ответ на мой вопрос. Ты не должен…
Но внезапно нахлынувшая боль в боку заставила моё тело сжаться и упасть на землю. Я выпустила жуткие крики изо рта в надежде на помощь. Кисти рук были в крови. Горячая алая жидкость заляпала одежду и траву в округе. Пока я осознала, что умираю… было поздно.
Хадак безразлично сидел в стороне, грея руки у костра. Меня поразила его холодность. Его отстранённость. Но он… был моей последней надеждой. Картинка перед глазами мутнела, чернела. Пространство мешалось в водовороте искажений. Тело слабело. Я могла лишь воспользоваться им ещё раз… чтобы закричать:
– Я приказываю помочь мне!
На языке был ощутимый неприятный вкус крови. Слуга не отреагировал. Я кричала! И ещё! Пока моя мольба не пробьётся! Я кричала громче, сильнее! Хадак не реагировал. Но… когда мои силы уже иссякли.
– Зачем? – повернулся он ко мне с усталым видом на лице.
Зачем? Зачем?! Я истекаю кровью! Человек умирает у него на глазах, а он не желает проявлять ни капли участия! Сочувствие, жалость! Ему знакомы эти чувства?! Может я оказалась права на его счёт и он… точно!
– Я хочу жить! – проорала я из последних сил, – Помоги мне выжить!
Несмотря на крик, мой голос оставался тихим и хриплым. По губам начали стекать капли крови. Я… я боялась смерти. Я не знала что будет ждать на той стороне. Я не знала есть ли та сторона. Эгоизм? Возможно. Но это я. Страх двигал мною в этот момент, словно опытный кукловод. В момент, когда сознание почти погасло, я ощутила чьё-то касание…
– Хочешь жить? – поднял меня на руки Хадак, – Боишься смерти? Боишься ада?
Слуга начал нести меня в сторону тёмной чащи. Я видела только звёздное небо и сотканные между собою ветки деревьев. Он быстро нёс меня куда-то вперёд.
– Хочешь остаться. Я тебе помогу… Но помни… твой ад везде и ты… навеки в нём.
Шелест листьев под его ногами почему-то согрел душу и заставил глаза закрыться. Мелодичные разнообразные звуки слились между собой и в итоге образовали ужасающе мёртвую тишину.
Часть 2. Ложное Правосудие
Сон. Я видела сон. Он не был тёмным. Он не был светлым. Он просто был. Я шла по грязной улочке. Вокруг лежали изуродованные болезнью трупы, сожжённые тела и органические массы плоти. Я моргнула. Сцена сменилась. Теперь предо мной предстал объятый пламенем город. Я сидела на высокой часовой башне и смотрела вниз, на сражающихся между собой людей, на реки крови и на боль всей той земли. Я моргнула. Темнота. Я моргнула ещё раз. Темнота. Я моргала? Не могу понять.
Вжик! Мимо меня пронеслось что-то яркое и обжигающее. Бац!
«Свобода…»
Неясный и искажённый голос шептал мне на ухо лишь это слово.
«Что ты знаешь о свободе?»
В видела темноту. Нет… Как можно её видеть? Но в этом месте не было света. Лишь голос, сотканный из непонятных мне звуков. Шипящий и низкий. Он принадлежал мне..? Я точно могла слышать его. Мой голос. Голос… иной. Женский голос. Знакомый.
«Мама?»
Я произнесла это слово сама того не осознавая. Реальность. Я вернулась.
Который раз теряю сознание. Бесполезна, как и всегда. Этим мы с Хадаком похожи… Руки потянулись проверить ту рану на животе, но он больше не болела. Она была бережно и профессионально обработана и забинтована. Я осмотрелась. Комната. Неброская и бедная. Нет. Палатка. Я сидела на койке. Видимо от своего сна я вскочила и ударилась головой об светильник, что свисал сверху. Помещение тёмное, непривычное. В воздухе витал стойкий запах ароматизированного дыма. Да. Можно было разглядеть редкие волны серебряного дыма вокруг. На мне надета тонкая хлопковая рубаха и старые поношенные мною штаны. Я ещё раз осмотрелась по сторонам.
– Твой друг только что вышел, – произнёс пожилой человек, что стоял возле белой раковины у стены, – У тебя было прогрессирующее заражение… Сейчас ты уже в состоянии двигаться.
Я засуетилась в попытке найти сумку или что-нибудь оставшееся со мной:
– Я сейчас заплачу вам… подождите.
– Не нужно, – повернулся он ко мне лицом, – В ваших деньгах мы не нуждаемся.
Его лицо… он не старик. На вид ему лет двадцать. Тогда почему он седой? Может сам чем-то болен? Как бы там не было, задерживаться мне не очень-то и хотелось. И всё же, простая вежливость взяла верх.
– Могу ли я как-то..? – поднялась я с постели и прошла вперёд, завидев на деревянном столе окровавленные хирургические инструменты. Доктор опустил детали, но мой случай явно был… непростым.
– Нет, – оборвал тот меня на полуслове, – Сейчас ты должна быть в другом месте. Иди к своему другу.
– Он мне не друг, – фыркнула я в ответ, проходя к выходу. Я всё равно шла не к Хадаку. Мне больше было интересно где я сейчас. Кто этот доктор и почему он сказал «мы».
– Не друг? Но жизнь он тебе спас. В этом случае стоит быть ещё более благодарнее. Если это не признак привязанности, то я видимо чего-то не понимаю, – рассмеялся доктор. Я ничего не ответила. Не знала что. Да и не нужно было. Я поблагодарила своего спасителя и вышла наружу.
Свет мгновенно ослепил меня. Глаза жутко болели. Так, словно в них налили раскалённого свинца. Даже прикрывающие их руки не спасали. Свет, как копьё, пронзал все препятствия и разил меня изо всех сил. Протерев их и взглянув на мир прямо и смело, вокруг меня образовалась скромная деревня. Судя по тухлому запашку жители промышляли рыболовством и… все постройки стояли на воде. Даже больше. На болоте, поросшем высокой травой и камышом. Не сказать чтобы деревня была большой.
Глядя прямо я уже по сути зацепила взором большинство низких деревянных домиков. Неприметные серые люди пестрили собою на кривых улочках. Их было даже слишком много для такого места. И у большинства из них были частично серебряные волосы… прямо как у доктора. Даже у некоторых детей. Никогда такого не видела. Но за последний день многое успело произойти и моё удивление оказалось не таким сильным.
– А! Это подойдёт! – послышался знакомый голос откуда-то слева. Прищурившись и осмотрев все лавки в той стороне я обнаружила Хадака, покупающего у торговки лёгкий шарф.
– А вот и вы, госпожа! – улыбнулся он мне, обвязав светлый кусок ткани вокруг шеи, дабы скрыть лезущие в глаза тату на ней. Первый раз он назвал меня госпожой. Хотя я бы предпочла просто «Эрика».
– Куда ты меня завёл?
– Куда? – специально повторил парень, – Обычная деревушка недалеко от столицы. Это всё что я мог сделать.
Он поправил повязку на лбу и шарф. Оба клочка ткани успели испачкаться и стать более серыми. Но Хадака это явно не смущало. А вот меня кое-что тревожило. Нет. Даже не так. Меня это подавляло. И раз я наткнулась на Хадака так быстро…
– Хочу есть, – громко проныл вдруг он, – Я нашёл отличную забегаловку за углом. А что успела сделать ты? Проваляться без сознания пять часов? – последние слова звучали больше как насмешка. Хотя, когда дело касается этого парня, то трудно сказать наверняка.
– С-согласна, – поддержала я его, ощутив некую тяжесть в животе.
Идя за ним и смотря ему в спину невольно вспоминались мельком упомянутые доктором слова:
«Он не только привёл тебя сюда, но ещё и просидел возле твоей койки всю ночь»
От его сострадания… от сострадания всех вокруг меня начинало тошнить. Я не жертва! И жалости мне не нужно! Но… пусть мне это и не нравилось… я была благодарна Хадаку. Хоть тогда и полностью не осознавала этого.
Мы засели в той самой закусочной. Ожидать царский ужин в этой деревушки не приходилось. Да и удобных мест в принципе тоже. Хадак развалился на шатком стуле и начал просматривать потрёпанное бумажное меню. Слишком долго. Кроме нас тут всё равно было лишь пара человек. Я заказала нам по кофе. Пока мы ожидали заказ, блондин достал из кармана на штанах что-то. Сперва я не придала этому значения. И, если честно, мне было всё равно. Но, желание скоротать время за беседой пересилило.
– Что ты делаешь? Рисуешь мой портрет? – спросила я у слуги, увидев как его рука черкает что-то в небольшом неброском блокноте. Он был левшой. Таких редко встретишь. По крайней мере на моей памяти он лишь третий человек. Однако, первое впечатление обманчиво. Переложив карандаш в правую руку, парень принялся рисовать и ею.
– Хех, почти, – улыбнулся Хадак, не отводя взора от своего творения, – Я понял чего мне не хватало, – многозначительная пауза, – Книги.
Я не удержалась и почти сразу рассмеялась. Тогда я почувствовала одновременно и стыд, и радость. Мой слуга явно заразил меня своим дуализмом эмоций. Сам парень никак не отреагировал и спокойно продолжил писать с вечной ухмылкой на лице.
– Слушай, а мне стало интересно! – наклонилась я вперёд, желая посмотреть на его работу, – Кем в твоей книге буду я?
– Нет нет! – закрыл он блокнот и быстро убрал его в карман, – Почитаешь, как только я закончу.
– Оу? Не думала, что ты такой стеснительный. Да и вообще я…
– Ваше кофе, – мило улыбнулась официантка, поставив две чашки на стол. Глоток этого свежего ароматного напитка сразу же взбодрил меня и привёл все мысли в порядок. Хадак не притронулся к своему. Он лишь смотрел на тёмную гладь кофе пустыми глазами, а после заметил моё любопытство и почему-то решил оправдаться:
– Никогда не пил… это.
– Не пил кофе?! Ты серьёзно? – поразил он меня до глубины души, – Попробуй. Сейчас!
Слуга неохотно и с некой опаской взял в руки чашку, а затем сделал пару глотков. Всё что я могу сказать – ему понравилось. Когда тема кофе оказалась закрытой, я решила спросить у него давно заботивший меня вопрос:
– Давай без лжи. Что ты забыл во дворце? Я… вижу, что ты не плохой парень и…
– Плохой. Ты не представляешь насколько, – продолжил он увлечённо поглощать горячий напиток, который не давал выпить себя одним залпом, – И тебе не стоило заключать со мной Контракт.
– Я ни о чём не сожалею. Сожаление – лишь трата времени и сил, – допила я кофе и поставила пустую чашку на деревянный поднос, – Но скажи мне вот что. Я начала видеть странные кар…
– Ты права, – перебил он меня, – И поэтому ты должна понимать о чём я сейчас говорю.
Последняя фраза сошла с его губ как-то неохотно, невольно. Всё его существо хотело запереть в себе то, о чём ему было неприятно говорить. Я хотела… хотела использовать свои привилегии Контракта и заставить его раскрыться, но не стала. Это делу не поможет. Это не поможет ему. Нет нет нет! О чём я думала?! Он мой враг. Всё равно что закованный в кандалы преступник, убийца и… Я не хочу ему помогать! Но в тоже время не могла просто отвернуться. Какая-то часть меня всё же переживала за него, за этого хилого паренька с горячей чашкой кофе в руках. Почему-то мне стало интересно. Не просто узнать его, но и…
Клац! Хадак неожиданно встал и направился к выходу, поправляя новенький шарф. Я заплатила, отдав последние сохранённые деньги, и нагнала его уже на улице. Видимо, я прервала его… «момент». Хадак просто стоял посреди улицы, подняв голову вверх, наблюдая за течением времени, за плывущими на небе облаками. Странно. Но мне уже стало понятно, что «странно» – это в его духе. И всё же… Это заставило меня вспомнить о брате, об Эйдене. Рука невольно коснулась амулета на шее. В мыслях промелькнула одна фраза, которую я изначально и несла моему слуге.
– Я хотела… поблагодарить тебя за… помощь, – осилила я высказать это вслух. Почему мне было так сложно высказаться? Он хотел убить меня, подставить и чуть было бросил на смерть в лесу. Но это было не в моих правилах… не сказать спасибо даже за всё это. Хоть и после всего вчерашнего.
– Благодарность? – удивился вдруг он, встав напротив. Только сейчас заметила, что он на голову выше меня, – Придержи её при себе. Я лишь выполнял часть нашего уговора.
– Отлично! Больше я не собираюсь..! – желала я не на шутку разойтись. Ожидала, что он примет простое «спасибо», но нет. Ты что Эрика? Эта личность слишком горда для этого. Не больно то и хотелось!
От выплеска гнева меня отвлёк громкий звук чего-то ломающегося позади. Клац! Двери с силой распахнулись. Бац! Оттуда выходит шатающийся на ногах слепой длинноволосый парень. Слепой… не может быть!
– Я хотел запла… тить! – икнул он, плюхнувшись на землю. Прохожие удивились, но почти сразу продолжили идти по своим делам.
– Ты ведь Немир? – подошла я к парню. Чувствовала себя паршиво, из-за того что он мог и не оказаться Немиром. Но нет. Это был он. По крайней мере… он кивнул. Двери ещё раз распахнулись и оттуда вышла знакомая мне рыжеволосая Сара, успевшая слегка укоротить свои яркие волосы.
– Ты же та девчонка! – чуть ли не одновременно произнесли мы в адрес друг друга. Момент воссоединения был прерван громкими криками другого человека:
– Не так быстро! Он выпил Льюзарфейт десятилетней выдержки! Я просто так не…
Это были слова выбежавшего из бара управляющего. Почему были? Просто при подходе к Саре он был моментально отодвинут назад резким ударом руки. Полный мужчина потерял равновесие и потянул за ручку и без того шаткую дверь. Конструкция отломилась и он упал наземь.
– Поговорим позже! – схватила она меня за руку и потянула на себя, пытаясь увести прочь. Ши-ик! Рука моего слуги моментально разорвала хватку Сары.
– Не торопи события! – остановил он рвение девушки. Та с долей недоумения и смятения посмотрела мне в глаза:
– А это..? Ладно. Ещё успеем обсудить!
Сара вновь дёрнула меня на себя. Хадак был наготове, но я кивнула в знак согласия с незнакомой ему особой. Хотя… признаться, я тоже её не так хорошо знаю.
Еле держащийся на ногах Немир и остальные добрались до непримечательного домика у границы деревни. Запах рыбы уже начал доставлять заметный дискомфорт. По словам Немира они тут живут уже пару месяцев. Мы осели на просторной крыше и я рассказала всю историю. Правда… опустив детали на счёт брата.
– Как мы и думали, – сделала заключение Сара, – Совет хочет власти, но не может без последствий самостоятельно свернуть Императора… – Её взгляд упал на Хадака, – А ты там явно не просто так был. Кто ты на самом деле?
Это откровение было интересно и мне. Задержав дыхание мы все наблюдали за блондином.
Парень почесал затылок, обдумывая свой ответ, и через мгновение открылся:
– Я член Совета «Пантеона». Ношу титул Верховного Правосудия.
Его ответ ошарашил всех присутствующих. Ну… всех, кроме Немира. Тот уже заснул милым сном, усевшись на шаткий стул. Сара рассмеялась, скрывая за этим полное недоумение:
– Хорошая шутка. Совет состоит из пяти человек, которые занимают титулы Верховных Гнева, Глаза, Гласа, Пасти и Кисти. Ни разу не слышала о «Правосудии»! Его нет!
– Именно потому что правосудия нет – нет и меня, – натянул он на своё лицо фальшивую улыбку. За этими простыми словами явно скрывалось нечто большее. Намного большее. Я не смогла их до конца понять, но сделала вывод… этот титул держался в тайне.
– Раз ты член совета, соизволишь поведать об их дальнейших планах? – схватила она его за грудки, – Пожалуйста.
Оскал украсил лицо Сары. Та не боялась пойти на крайние меры для достижения желаемого.
– Для такой красотки мне ничего не жалко, но на самом деле… я не в курсе, – развёл Хадак руками.
– Ты участвовал в их заговоре! Не играйся со мной! Гово…
– Меня просто попросили убить одного человека. Делать было всё равно нечего, вот я и…
Сара оттолкнула его от себя с омерзением на лице. Я её понимаю. Меня саму раздирали самые отвратительные чувства от его слов. Хадак был слишком ветреным человеком. Не понимаю на основе чего он принимает решения. Как будто бы он являлся скоплением чувств, которые его постепенно раздирали. Тянули то в одну сторону, то в другую. Убить человека и подвергнуть опасности других… из-за скуки?
– Эрика, – позвала меня Сара, – На секундочку.
Мы отошли в сторону. Благо размеры крыши это позволяли. Хадак в это время скрестил руки на груди и опёрся на перила, пытаясь отдохнуть. Тогда он выглядел таким… мирным. Будто бы погрузился в некую медитацию.
– Если он говорит правду, то это чудо что ты смогла заключить Контракт с членом Совета «Пантеона», но…
– Знаю, – перебила я её, косо посмотрев на слугу, – Ему нельзя доверять даже с такими мощными условиями, как мои.
– А доверять этой парочке ты можешь? – громко спросил Хадак, услышав наш разговор. Не хотелось этого признавать, но он был прав. В любом случае, мои «похитители» помогли мне спастись тогда, в Гра'алите.
Если и выбирать между двумя сторонами конфликта, то эта парочка мне нравилась больше. Я доверяла им больше. По крайней мере они располагали к себе сильнее, нежели Совет или сам Хадак.
И всё бы было ничего, если вдали я бы не приметила небольшой отряд Гвардии. Зрение мне позволяло разглядеть даже их лица и оружие на поясе. Они медленно прохаживались по улицам деревни, встречая на пути озадаченные и испуганные взоры жителей.
– Что будет дальше? – как можно более невозмутимо и заинтересованно спросила я Сару, проигнорировав слова Хадака о доверии. Было чётко видно недовольство на лице девушки от его слов. Она ничуть не умеет прятать свои эмоции. После недолгого общения со своим слугой я начала это замечать в людях… По крайней мере до его уровня скрытности девушке было, как до рая пешком.
– Скоро сюда прибудет небольшой отряд и сопроводит нас в соседнюю Республику. Там Совет не посмеет открыто преследовать тебя.
Отряд, значит. Плохо… Как и говорил Хадак. Доверять можно только себе. Только этому может научить наш жестокий мир. Только эта истина вечна и нерушима.
На какое-то мгновение воцарилась тишина, изредка нарушаемая всхлипыванием водяного колеса и двигателей под нами. Нужно решать. И сейчас. На месте. Если подумать, то меня забрала Гвардия сразу после появления Сары и Немира. А теперь в какую-то старую рыбацкую деревушку пожаловал вооружённый до зубов отряд гвардейцев. Это не совпадение. Я прижала к себе амулет в виде песочных часов и задумалась. Нет… мне даже думать не пришлось. Краем глаза я приметила вышитый на плече одежды Сары алый символ Гвардии: две поднятые кверху ладони, держащий пылающий щит шестиугольной формы. Девушка явно заметила мой пристальный взгляд в ту сторону и прикрыла нашивку рукой.
– Я не… – попыталась хоть как-то оправдаться она. Но не вышло. Теперь все присутствующие заметили отряд гвардейцев, идущий по улицам. Мою душу, моё сердце разрывало бремя решения. Я не хотела ничего решать! Я не хотела ничего делать!
«Почему это бремя выпало на мою долю?!» – думала я. Почему мне нужно было решать? Сражаться за… себя. За свою жизнь. За своё будущее. Но, как бы плохо мне не было, это была лишь очередная истина. Истина, открытая мне совсем недавно. В этом мире… в этом прогнившем мире… каждый должен сражаться, дабы выжить.