Застрявший в «Возрождении»
- -
- 100%
- +
– Хм, и какие будут правила? – задумчиво поинтересовалась Двойка.
– Ну, беречь меня, беречь себя, а остальное я пока ещё не придумал, если честно.
– Ты очень странный, иноземец. Обычно требуют отдать за себя жизнь.
– Давай лучше до такого не доводить. Мёртвый защитник – плохой защитник.
– Ох, какой же ты… Впрочем, да и пофиг. Я с тобой.
– Серьёзно? – немного опешил я от такого резкого поворота. – Вот так просто?
– А что, я должна неделю ходить и думать, как девица на выданье? – хмыкнула наёмница. – Ты предложил – я согласилась. Теперь я твоя. Но знай: если воспримешь это слишком буквально, то я отрублю тебе всё лишнее. Ты ж не просил доставить тебя домой целым…
– Договорились! – выпалил я. – Но пока никому об этом ни слова. Не хватало остальных против себя настроить. Обидятся ещё, поди.
– Да какие там обиды! – цокнула языком девушка. – Прирежут нас по-тихому, и всё.
– Тем более. Попробуем мирно разойтись, но сначала неплохо бы сбежать.
– Хорошо, что вспомнил, где ты находишься. Но насчёт этого есть кое-какие мысли.
– Поделишься?
– Вечером.
Пришлось несколько часов потерпеть, благо большая часть рабочего дня осталась позади. И всё равно, моей радости не было предела. Я больше не один! Ещё бы понять, что значит появившаяся недавно вкладка «Отряд»… Но эксперименты стоит отложить до более спокойного места и времени.
Последнее, как нарочно, тянулось мучительно долго. Но вот Матерь всё же коснулась вершин на горизонте и стала понемногу в них погружаться. Как только начинали опускаться стремительные горные сумерки, надзиратели вместе с помощниками и прочей братией разводили нас по баракам, предварительно забрав инструмент. За его утерю полагалось жестокое наказание, ведь той же киркой при желании можно натворить немало бед. Наличие посторонних предметов автоматически выдавало путёвку на костёр, а уж за оружие могли прибить на месте, не дожидаясь молельного дня. Двойка крупно рисковала, таская с собой штырь.
Оставалось лишь уповать на её исключительную ловкость. И на то, что здесь нет алкоголя…
Мы добросовестно отработали до самого конца смены, затем оттащили отколотые камни на переработку и торопливо засеменили вниз по узкой дороге. Шагать привычно не позволяли чёртовы кандалы, связанные меж собой короткой цепочкой. Обматывать их нечем, так что натирают они традиционно – до кровавых мозолей.
Петляющая по склонам дорога оканчивается в небольшой долине между двумя скалами, где располагаются несколько десятков глинобитных строений. И это лишь один загон из множества, разбросанных по всему «Возрождению». Места там хватает далеко не для всех, и оставшиеся вынуждены коротать ночь в тесных клетках, щедро расставленных по округе. Хорошо если погода нормальная, но здесь нередко идут совсем не тёплые дожди, а больничных на каторге никто не даёт. А ещё в клетках велик шанс не получить хоть и скудный, но паёк.
Поэтому спешили все. На выходе образовалась толкучка из тех, кто желал поскорее сдать кирку, и там в мою свежеприобретённую союзницу ненароком врезался тощий пацан. Видимо, торопился отсюда убраться.
– Смотри, куда прёшь! – рыкнула Двойка, но паренька уже и след простыл.
А в следующую секунду девушка резко изменилась в лице. И по её расширившимся глазам я сразу понял – дело плохо. Напарница дёрнулась было следом, но мы ещё не успели избавиться от кирок. Так что она схлопотала дубинкой по почкам от одного из надзирателей и вынуждена была притормозить. Помимо смотрителей рудник охраняли часовые при броне и клинковом оружии, которое они пускали в ход без долгих уговоров. При мне одного из бедолаг изрубили на куски просто за то, что он проявил непочтение к святым братьям.
Я видел, каких огромных трудов стоило сдержаться наёмнице, поэтому тоже не стал тянуть со сдачей шанцевого инструмента. Выскочил на дорогу первым и тут же припустил вниз по серпантину, на всякий случай высматривая нескладного пацана. Но в такой час людей там полно, и выцепить кого-то конкретного в этой одинаково одетой массе почти нереально.
– Падла мелкая! – прошипела жженоземка, поравнявшись со мной на очередном повороте. – Убью!
– Да что случилось?
Но девушка понеслась дальше, ставя новые рекорды в спортивной ходьбе. Догнать её получилось лишь у самой долины, да и то потому, что она от души пинала лежащего в пыли паренька. Настигла всё-таки.
Прочие невольники обходили их стороной, но долго такое великолепие продолжаться не могло. Того и гляди вырулит кто-нибудь из охраны. Выяснять отношения между собой можно только на словах, а за рукоприкладство наказывают ещё большими побоями. Причем всех.
– Сестрёнка, не надо! – тихонько пищал пацан под градом быстрых и точных ударов.
Однако разъярённую Двойку простыми увещеваниями было не остановить. Только когда я повис на этих сорока пяти килограммах концентрированной ярости всем своим весом, она прекратила избиение. Но лишь для того, чтобы двинуть мне затылком по челюсти.
– Не мешай, придурок!
– Да оставь ты его! – рявкнул я в ответ, чувствуя привкус крови во рту. – Это приказ!
Как ни странно, подействовало. Девушка отвесила напоследок смачный пинок, после чего склонилась над поверженным подростком, приговаривая:
– Будешь знать, как воровать…
– Неужели он у тебя что-то спёр? – восхитился я.
– Да, – кивнула напарница. – Только не «он», а «она». Ловкая, сука, руки бы переломать…
– Не надо, сестрёнка! – пропищал воришка.
То есть пропищала. Так вот с ходу и не скажешь, но это действительно оказалась девчонка. И дело не в полном отсутствии волос, просто её веснушчатое лицо куда больше подошло бы мальчику. Рот слишком широкий, нос длинный, уши врастопырку. Про отсутствие какой-либо фигуры вообще молчу – кожа да кости. Интерфейс обозначил эту мечту людоеда-диетолога как Лифф.
Такое же невзрачное имя, как и его обладательница.
– Так что она у тебя взяла? – полюбопытствовал я, присев рядом.
– То самое, – состроила страшную гримасу наёмница. – Чем болтливые языки укорачивают. Слышишь, мелочь!
– Да, сестрёнка! – отозвалась избитая воровка. – Я буду молчать, правда-правда!
– Вот и хорошо. Пошли, а то мест не хватит.
– Погоди, – осадил я Двойку. – Мне интересно, зачем ей такая опасная штука понадобилась.
– Ну, её всегда можно обменять, – пожала та плечами. – На дополнительную пайку, к примеру.
– Мне не для еды, – всхлипнула девчонка. – Просто я задолжала за покровительство. Если не отдам долг, меня…
– Окрановы бубенцы! – возмущённо хлопнула себя по бёдрам воительница. – Плюнь да разотри, одним козлом больше, одним меньше… Потерпишь пару минут, ничего страшного.
– …убьют, – закончила воровка.
– Сука.
– Ты бы хоть при детях не выражалась, – укорил я острую на язык наёмницу.
– Это кто тут ребёнок? Она?! Не знаю, как там у вас в раю, но тут дитём престаёт считаться тот, кто может на своих ногах без помощи стоять. Пошли, она сама виновата. Украдёт ещё что-нибудь или другим местом отработает…
– Мне нужно оружие, – твёрдо заявила девчонка, утерев кровавые сопли с лица. – Я не ребёнок и не хочу так жить!
– Ух ты, а это уже интереснее, – задумчиво проронил я. – Ты решила разобраться со своим покровителем? Сама?
– Да, братик. Но без оружия он запросто переломит меня пополам об колено. Как сухую ветку.
– Дура! Если это нормальный бандит, то он тебя и с железкой в заднице размажет, – «обнадёжила» её Двойка. – Пойдём уже, или будем в клетках дохнуть.
– А что ты ещё умеешь, кроме воровства? – продолжил я расспросы, не обращая внимания на поторапливающую меня напарницу.
– Ничего, – сокрушённо вздохнула девчонка, не делая попыток подняться с земли. – Я под мостом жила с другими сиротами. Мы воровали на рынке, пока нас не поймали. Братиков отдали в приют при храме, а меня сюда отправили…
– Грёбаные святоши за людей нас не считают, – сплюнула наёмница. – У них даже собственные жёны хуже рабынь живут.
– А замки ты вскрывать умеешь, Лифф?
– Могу, даже сложные. Только с инструментом.
– Вот видишь, – ободряюще улыбнулся я. – А говорила, что ничего не умеешь.
– Да с нормальными отмычками даже ты справишься своей железной культяпкой! – отмахнулась Двойка. – Эка невидаль!
– Мне совсем немного нужно, – взволнованно затараторила воровка. – У нас никогда не было ничего хорошего, мы открывали всем подряд, что в мусоре могли найти. Я почти всему сама научилась.
– Ладно, собеседование ты прошла, – решил я наконец, протягивая ей руку. – Потом на практике проверим, чего реально стоишь.
– Что-о-о?! – почти синхронно воскликнули обе.
– Ну, хороший вор нам точно пригодится. А с твоим патроном мы разберёмся. Идёт?
– Спасибо, братик Рю… – Воровка запнулась и поспешно добавила: – Мин. Я не подведу!
– Правда, чего у тебя за имя такое ушлёпское? – недовольно спросила Двойка. – Язык сломать можно.
– Ладно, можете называть меня просто Рю.
– Тогда слушай, братец Рю, у тебя реально ветер во фляжке свистит… На кой хрен тебе эта ходячая проблема далась? Если нужно, я могу почти с любым замком справиться!
– Даже при помощи подручного мусора? – ехидно уточнил я. – Или что, ты не сможешь чьи-то мохнатые шары на кулак намотать? Боишься?
– Считай, что он уже труп, – скрипнула зубами наёмница. – Только твоя жалость нас до добра не доведёт.
Я хищно оскалился:
– Мне добро и не нужно, подруга. Мне важен результат.
Глава 3
Стоило нам встретить остальных наёмников, как трясущаяся девчонка перестала рассыпаться в благодарностях. Возможно, даже призадумалась, а не рвануть ли от нас куда подальше. Но кованую решётку загона закрыли прямо за нашей троицей, отрезав путь к отступлению.
Все загоны похожи друг на друга, и этот не стал приятным исключением. Огороженное глинобитными стенами место, где нестерпимо воняет испражнениями и застарелым человеческим потом. В качестве вентиляции служат несколько узких отверстий под самым потолком сарая, в которые только руку высунуть можно. Они же являются единственным источником света ночью, при условии наличия лун-Сестёр на небе. Иначе внутри царит такая тьма, что не спасает даже моё проклюнувшееся ночное зрение.
Дремучие фанатики сами по ночам сидят в полумраке, разгоняемом лишь слабеньким светом ламп и тлеющих лучин. Электричество тут приравнивается к гнусному колдовству, так что окраниты вполне последовательны. А факелы и прочая атрибутика ещё сильнее роднят их с рыцарями раннего Средневековья. Не удивлюсь, если здесь и турниры проводятся под стенами замков.
Условия содержания очернённых откровенно скотские. Вместо нормальных лежанок – пучки прелых веток, а пол скрыт толстым слоем грязи. В общем, бомжатник. Попав в подобное место, мучаешься только одним вопросом: лучше умереть от удушья или же от вздоха ядовитой атмосферы? По уровню опасности здешний воздух можно смело приписывать к оружию массового поражения. Первое время я вообще не понимал, как внутри можно находиться хотя бы дольше нескольких минут. А не то чтобы ночевать.
Но в сравнении с тесными клетками, где приходится коротать ночь полусидя, это ещё вполне сносные апартаменты. Там даже в хорошую погоду прутья обжигают холодом, а в тёмное время суток температура иногда падает до минусовых значений. Горы как-никак.
Наёмники оккупировали большую часть вонючего хлева и не позволяли приближаться к себе. Прочие невольники вынужденно ютились возле отхожего места либо пребывали в бессознательном состоянии, забитые до полусмерти голыми руками. Видимо, к предложению отсесть куда подальше они отнеслись негативно. Увы, против опытных наёмников шансов у них не было изначально.
Выживших из отряда прорыва оказалась не так уж много – всего пятеро бойцов, не считая Двойки. Багровую гильдию представляли Чага с Фэнгом, который тут же принялся испепелять меня взглядом. С ними за компанию загремели в рабство зеленоземцы Широ и Болс, а также плечистый шек по кличке Харя. Или Морда, тут уж как перевести. Он и на аванпосте мятежников не мог похвастаться роговыми отростками на голове, так что сильно плену не огорчился, как принято среди его соплеменников. А то некоторые после обрезания могут в первую попавшуюся пропасть сигануть.
Помимо них в побеге решили участвовать ещё трое суровых каторжников, которые до заключения вряд ли вели мирную жизнь. Все как один – бандитской наружности, только татуировок не хватало до полного антуража. Но тут подобная роспись – удовольствие не из дешёвых, ведь обычная тушь, введённая под кожу, рассасывается всего за несколько недель. Обратная сторона повышенной регенерации, ничего не поделаешь.
Фэнг также винил меня во всём произошедшем на Тракте и уж точно не собирался выслушивать мои аргументы. Но, на моё счастье, невозмутимый Чага головой пользоваться умел и быстро приструнил «мстителя». Не зря самурай у Ёнаха в заместителях ходил. Сам усатый предводитель Багровых пропал без следа, и все сходились на том, что он пал смертью храбрых.
А вот у Чаги ко мне претензий не имелось изначально. Уж он точно знал, что наша встреча с окранитами – роковая случайность. Бритый самурай с татуировками по всему телу спокойно выслушал меня и без особых колебаний согласился взять с собой в бега, к огромному разочарованию Фэнга. Вопросы возникли только к моей спутнице, испуганно жавшейся к нам с Двойкой. Мы кое-как привели её в порядок, и всё равно девчонка представляла собой жалкое зрелище. Даже в наступающих сумерках, что царили внутри загона.
– Она со мной, – ответил я тоном, не терпящим возражений.
Но нынешний командир Багровых не особо впечатлился твёрдостью моих намерений.
– Новую подстилку на свободе найдёшь. Здесь ей не место.
– Это взломщица, – продолжал я настаивать на своём. – Или собираешься бежать в кандалах?
– У нас уже есть специалисты.
– Очень рад за вас, а мне спокойнее со своим.
– Хорошо, пусть тогда она продемонстрирует, на что способна, – решил Чага, вытянув вперёд скованные кандалами руки. – Освободи меня за десять минут. Время пошло.
В отличие от компактной сбруи, что использовали пустынные охотники, здешние кандалы имеют хитрые запоры. Да и весят куда больше. Их родным-то ключом не с первого раза откроешь, а уж голыми руками – и подавно.
– У м-меня ничего нет… – замотала бритой головой девчонка.
– Можешь использовать всё, что здесь найдёшь, – без тени улыбки заявил самурай.
А ведь при этом он явно издевался. В загоне, кроме немытых тел и грязных лежанок, ничего нет. Будет чудом, если среди этого прелого месива отыщется подходящая веточка. Но и в этом случае древесина вряд ли справится с неподатливым металлом. Хотя… Есть один вариант.
Я повернулся к перепуганной взломщице и ободряюще подмигнул:
– Давай, Лифф. Помни о том, что сказал мастер Чага. Не подведи меня.
– Х-хорошо, братик…
Шмыгнув носом, из которого только недавно перестала сочиться кровь, девчонка неловко поднялась на ноги. Осмотрелась по сторонам и зашаркала к ближайшей куче рубленых веток, где устроилась примкнувшая к наёмникам троица бандитов. Те, разумеется, не смогли такое проигнорировать, и один из них, по кличке Хват, поставил ей подножку. Под заливистый гогот бедняжка рухнула прямо в объятия другому, которого переводчик обозначил как «Жмых». Некоторые из наёмников не удержались от смеха, а вот Фэнг, к моему удивлению, сохранил угрюмое выражение лица.
Тюремную забаву не оценила и Двойка. Даже мешковатая одежда, в которой щеголял каждый невольник, не помешала мне заметить, как сильно она напряглась. При этом темнокожая девушка ни на сантиметр не изменила положения тела. Я тоже не испытывал лютого восторга от происходящего, но старался держать себя в руках.
А вот бандиты без всякого стеснения дали себе волю и лишь потом соизволили отпустить облапленную девчонку. При этом Жмых ещё и пожаловался:
– Эх! Кости одни, подержаться не за что…
– Такую проще прибить, чем откормить, – поддакнул третий каторжник по имени Сот.
Лифф тут же предпочла сбежать от извращенцев куда подальше, не прихватив с собой ни единой веточки. Так что к Чаге она добралась с пустыми руками, но шарить в его травяной подстилке не стала, а вместо этого сразу присела рядом. Предводитель Багровых продолжал как ни в чём не бывало держать скованные руки перед собой, наверняка наблюдая за внутренними часами.
Под ехидный гогот девчонка принялась возиться с запорным механизмом, но смех разом оборвался, когда в её ловких пальцах отчётливо мелькнула изогнутая металлическая спица. Наёмники озадаченно нахмурились, а вот бандиты тут же опознали вещицу. Жмых торопливо обхлопал себя, после чего вскочил на ноги с перекошенной рожей:
– Ах ты, тварь недорезанная!
Но добраться до воровки не успел. С металлическим лязганьем один из браслетов упал на пол, а разъярённый каторжник наткнулся на ледяной взгляд Чаги, будто на стену. Так и замер с приподнятой ногой, не решаясь сделать очередной шаг.
– Сядь, – спокойно произнёс Багровый. – Я сам разрешил ей использовать всё, что она здесь найдёт. Нужно было лучше приглядывать за своими вещами.
– Но она…
– Вернёт. Как только поставит кандалы на место. Я увидел достаточно, она может остаться.
Девчонка торжествующе улыбнулась, продемонстрировав парочку выбитых зубов, и застегнула браслет обратно на татуированной руке. А вот возвращала отмычку уже с осторожностью, готовясь в любую секунду дать дёру. Так бездомные собаки принимают подачку от незнакомого человека – на подпружиненных лапах. Жмых грубо отнял протянутую спицу и уже собирался было съездить Лифф по лицу, но та шустро отскочила в сторону.
– Сочтёмся, – буркнул он недовольно, усаживаясь на место.
– Тронешь кого-нибудь из нашего отряда – пожалеешь, – веско предупредил его Чага. – Это касается каждого. Конфликты вредят делу больше всего. А я вредителей не потерплю.
Пока самурай наставлял бузотёров на путь истинный, Лифф вернулась к нам и устроилась рядышком. Теперь она чувствовала себя гораздо уверенней и больше не тряслась от малейшего взгляда в её сторону. И даже Двойка перестала неодобрительно на неё коситься. Я же в девчонке с самого начала не сомневался, после того как она буквально на ходу обворовала наёмницу. Такой специалист мне точно пригодится.
– Раз мы договорились о нашем участии, – произнёс я вслух, стараясь не повышать голос, – позвольте поинтересоваться самим планом побега. Что такого гениального вы задумали?
– Погоди чуть, Рю-Мин. Вижу, ты с Двурукой спелся? – спросил наблюдательный наёмник. – Она от тебя даже отсесть боится. А ещё недавно при одном упоминании едва ли не зубами скрипела.
– Приказ Ёнаха меня защищать ещё никто не отменял, – безмятежно улыбнулся.
– Что ж, так тому и быть. Проблем от неё больно много… Но смотри, теперь вы друг за друга передо мной отвечаете.
– Договорились, – облегчённо выдохнул я.
– А теперь…
Несколько заговорщиков по приказу Чаги тут же переместились к остальным пленникам и принялись излишне громко чесать языками. Чтобы даже обладатель музыкального слуха не смог нас подслушать. Правда, долго поддерживать какофонию не дают бдительные надзиратели, так что стоило говорить чётко и по существу.
– Мы хотим перебраться через стену на западе, – тихо продолжил самурай. – Для этого подговорили одного из слуг-кузнецов, который тоже хочет сбежать. Он должен сделать для нас крючья. Совершим это ночью и к утру доберёмся до залива Окрана. С твоей помощью это не будет проблемой.
– Хм, как бы тебе сказать помягче… – прошептал я в ответ, – но ваш план – полное дерьмо.
Фэнг, оставшийся возле командира, едва не дёрнулся в мою сторону, но Чага его остановил властным жестом. После чего повернулся ко мне, хмуря брови:
– Поясни свои слова, иноземец. Или ты решил оскорбить нас?
– Просто констатирую факт, – пожал я плечами. – И причин тому столько, что перечислять придётся очень долго. Может, даже до утра.
– Потрудись, раз уж начал.
– Во-первых, это самое очевидное направление для побега. Каждый невольник в «Возрождении» смотрит именно на чёртовы холмы на северо-западе. Соответственно, окраниты про это давно в курсе и предприняли все возможные меры. Даже если вы каким-то чудом преодолеете десятиметровую стену, там ещё целых три заставы впереди. Дорога вниз прорублена прямо в скале, и она очень узкая. Шаг в сторону – и улетишь в отвесную пропасть. А в качестве завершающего штриха – дозорная башня у самого начала подъёма. Думаю, обзор с неё отличный, и вас будет хорошо видно даже ночью.
– Хм, откуда ты всё это знаешь? – задумчиво потёр переносицу Чага. – Нас же вели другим путём – через восточные ворота.
– Моя способность работает на большом расстоянии, – пришлось признаться. – Кстати, восточное направление тоже отпадает. Там хоть не всё так плохо, но сам путь гораздо продолжительнее. Хватает и застав, и наблюдательных платформ с дальнобойными орудиями. По бокам одни скалы, деваться там просто некуда. И это отнюдь не все проблемы, а лишь самые очевидные. Не знаю, что у вас за шашни с кузнецом, но я там пару дней трудился на подхвате в кузне и знаю, что им не позволяют выносить наружу даже мелкий гвоздь. Всех тщательно обыскивают, раздевая догола.
– Решение есть, – уверил меня наёмник. – Но ты прав, будет очень непросто. Это всё?
– Если бы, – вздохнул я. – Самое главное, что про готовящийся побег все уже в курсе. Тут специфическое место, и слухи разносятся очень быстро. Благодаря им я вас и нашёл, кстати. Ваша конспирация ни черта не работает. Стоит только святошам вычислить хотя бы одного из заговорщиков, и следующего молитвенного дня вы все уже не переживёте. Это не так уж трудно сделать, будь у них под рукой хотя бы подобие картотеки. Но даже без неё много времени поиски не займут. Уверен, что им многие доносят, желая обелить свою карму.
– И что ты предлагаешь? Затаиться на время?
– Вряд ли это поможет, – покачал я головой. – Скорее даже усугубит. Рано или поздно кто-то кому-то да проболтается либо случится ещё что-нибудь непредвиденное. Нужно обязательно продолжать подготовку, только целиться на север.
– В глубь гор? Зачем?
– Как минимум потому, что это направление меньше всего охраняется. Не считая юга – но там сплошные непроходимые скалы. Север же куда более интересен. Я вижу там довольно разветвлённую сеть старых дорог и что-то вроде троп. Небольшая группа легко затеряется.
– Но в той стороне полно рудников и шахт!
– Да, и большая их часть находится за основными стенами. Если попадём туда, то ваши абордажные крючья уже отпадают за ненадобностью.
– Только на ночь там никого из рабочих не оставляют, – тут же возразил Чага. – В той стороне даже клеток нет. Всех загоняют обратно за стену.
– Верно подмечено, – торжествующе кивнул я. – Поэтому лучше всего сбежать днём.
Глава 4
Мне всегда нравились истории про побеги. Вот прямо очень сильно. Но никогда бы не подумал, что придётся участвовать в подобном самому. А уж планировать такое – и подавно.
Однако наёмники всерьёз собирались проломить себе голову о каменную стену, вместо того чтобы галантно её обойти. Не внеси я коррективы, они бы так и расшиблись в бесплодных попытках отсюда выбраться. Хотя для того, чтобы выбрать наименее рискованное направление, даже карта не нужна. Достаточно просто тщательно осмотреться.
Кое-какие укрепления на востоке и северо-западе видно невооружённым глазом. Горные дороги преграждают странные конструкции из толстых металлических прутьев, напоминающие откидные ворота рыцарских замков. Их вершины густо усеяны острыми шипами, чтобы никто целиком через них не перелез. Только по частям.
Рядом возвышаются деревянные платформы, где расположены дальнобойные орудия. И это самая сильная головная боль для меня.
Здешние стреломёты здорово проигрывают в эргономике, поэтому они гораздо больше и неповоротливей тех аналогов, что я видел в форте мятежников. А уж те, в свою очередь, наверняка уступают тем, что стоят на вооружении у имперцев. Как бы то ни было, баллистический снаряд почти метровой длины прошивает человека насквозь, словно швейная иголка – букашку. Но это только при прямом попадании, что само по себе большая удача не только для стрелка. По крайней мере, не будешь долго мучиться.
Вдобавок гранёный наконечник имеет широкие и острые крылья, как у охотничьих стрел. Даже по касательной он может оставить рану не хуже чем от иного удара мечом. А ещё такая конструкция придаёт снаряду дополнительную стабилизацию в полёте.
Стрелки постоянно тренируются в мастерстве, не щадя соломенные чучела. А иногда могут пострелять и по живой мишени, выбранной среди невольников, чьи проступки немного не дотягивают до ритуального сожжения. Если тот каким-то чудом умудрился убежать под обстрелом на безопасное расстояние – значит, Окран его простил. Однако подобное случается крайне редко. При мне никто из бегунов не смог преодолеть и половины пути. Грани наконечника настолько опасны, что могут отхватить руку прямо на бегу.