Академия палачей

Пролог

– Имя! – рявкнул здоровяк с тёмно-зелёной кожей, покрытой волдырями. Из его рта дурно пахнуло гнилью. Почти оранжевые от налёта, острые как лезвия зубы угрожающе сверкнули в злом оскале. Рассматривать его было бы верхом невежества, но и отводить взгляд нельзя.

– Тессария Эмилио Тавертон, Новая Земля, – ответила я твёрдым голосом.

С гринворками лучше не шутить. Их раса не отличалась здоровым чувством юмора и требовала идеальной дисциплины. Я старалась не выдавать дрожь, от которой едва ли не стучали зубы друг о дружку. Отец лгал мне до последнего. Он обещал отправить меня в академию дипломатов, но обманом усадил в другой шаттл. Ему прекрасно известно, что это билет в один конец, ведь из академии палачей не выбраться до завершения обучения. Живым, разумеется.

– Возраст! – рявкнул страж.

– Восемнадцать земных лет.

Раньше я лишь мельком видела гринворков в торговом квартале, но старалась держаться от них подальше. Там они не проявляли столько неприязни, но даже тогда казались мне чересчур опасными.

– Если ты та самая Тавертон, желаю оказаться в сегодняшнем списке.

Я улыбнулась, хоть слова гринворка прозвучали отнюдь недоброжелательно. Он говорил о списке на зачисление ведь, правда?..

– Чего тупишь? Проходи давай, не задерживай очередь.

Вздрогнув, я двинулась по единственной дороге, ведущей на территорию кампуса. У входа меня уже дожидалась голограмма. Улучшенная версия Аю, искусственного интеллекта, разработанного межгалактическим альянсом. Она замерцала, но быстро стабилизировалась. Со связью здесь явно наблюдались проблемы, если даже Аю сбоила.

– Добро пожаловать в академию палачей, – приятным голосом заговорила голограмма. Чем-то он напоминал мамин. Хоть она давно умерла, но я помнила ее слишком хорошо. А Аю идеально подстраивалась под каждого жителя альянса, ведь все наши данные и большая часть воспоминаний хранились в базе. – Учиться в стенах нашей академии могут только лучшие: кадеты, доказавшие, что они сильнее или хитрее остальных. Испытание коридора смерти – это дорога в один конец. Выйти из него можно лишь на территорию кампуса. Или погибнуть и остаться внутри навеки.

Я вскрикнула от испуга, но Аю никак не отреагировала. Искусственному интеллекту чужды эмоции. Сердце бешено заколотилось, гоняя кровь по венам с такой силой, что у меня даже уши заложило.

Коридор смерти?.. Я читала о нём, но не думала, что придётся пройти нечто подобное самой. Без должной подготовки рассчитывать приходилось лишь на чудо. Мне подумалось, что не просто так ежедневно отец выбивал из меня дух изнуряющими тренировками. Он говорил, что его дочь обязана уметь постоять за себя, но сам же мечтал отправить меня в это проклятое место. Почему? Он же знал, что я слаба… Мстил за то, что оказалась непокорной и частенько шла против его воли? Хотел таким образом избавиться от меня?

– Боишься? – услышала я несмелый тонкий голосок рядом и покосилась на девушку с кожей нежного лавандового цвета. Она была слишком хороша собой, чтобы умирать.

– Есть немного, – честно призналась, но поспешила прикусить язык. Мы ведь враги друг другу. Об этом забывать не следовало. В академии палачей не заводят дружеские отношения. – А ты – нет?

– Маскировка поможет мне с лёгкостью преодолеть коридор смерти, – улыбнулась девушка. – Удачи тебе. Если обе пройдём, поговорим уже на территории кампуса.

Она юркнула за арку, а я все ещё боялась сдвинуться с места. Раньше мне приходилось сражаться лишь с голограммами. В них заложена программа тренировки, не позволяющая навредить партнёру. С кем же я столкнусь внутри коридора? Из года в год его обитатели сменялись. Иногда кадетам везло: в коридоре смерти вместо разнообразных монстров и чудовищ оказывались лишь те самые безобидные голограммы, и они без труда проходили его. С чем же придётся встретиться мне?

– Ты слишком трусливая для Тавертонов! – рыкнул гринворк, оказавшись в опасной близости от меня. В следующую секунду он схватил меня за плечи и с силой толкнул под арку. Тьма поглотила, облепляя, словно липкий кокон. Я едва удержала равновесие. Воздух здесь был какой-то другой, слишком сжатый.

– Добро пожаловать в коридор смерти, – заговорил пугающий голос из темноты. – Воздуха для вас хватит на тридцать пять минут. За это время лучше преодолеть все ловушки и успеть выбраться. Остерегайтесь острых углов и всеми силами избегайте ранений. Зверги чувствуют запах крови и становятся сильнее.

Зверги? Они пошутили?

Тусклый свет озарил путь, и я ускорилась, но тут же заставила себя сбавить шаг. Достав свой кинжал из набедренных ножен, я приготовилась защищаться.

Двигаясь вперед, я старалась прислушиваться к звукам вокруг себя. Где-то вдалеке капала вода. Всяко лучше, чем тишина. Зверги передвигались с присущим им стрекотом крыльев, поэтому на фоне монотонного капания отличить его не составит труда. Мутанты, напоминающие громадных летающих муравьев, передвигающиеся на двух лапах, почти как люди. Это паразиты, уничтожавшие одну планету за другой. Именно для борьбы с ними и создавался межгалактический альянс. Мне хотелось бы верить, что все обойдётся, но какой там? Зверги сильны, а я – слабачка. Отец всегда говорил так.

– Аю, ты здесь? – тихонько позвала я. – Зверги в пещере – голограммы или живые существа?

Так страшно было услышать ответ. Кажется, я даже втянула голову в плечи. Если бы был песок, зарылась бы в него, ей-богу!

– Зверги, населяющие коридор смерти, живые, но ослабленные существа. Лишь трус не сумеет одолеть зверга.

Даже Аю насмехалась надо мной.

Слушая бешеное биение сердца, я двигалась шаг за шагом вперёд. Кислорода действительно не хватало. Отдышка появилась быстро. Кто знает, как скоро он закончится? Голос говорил о тридцати минутах, но каким временем они исчислялись?

Услышав стрекот, я сильнее сжала рукоять кинжала. Первый зверг вылетел из поворота, и метким попаданием в глаз я лишила его жизни. Тварь ещё пыталась двигаться, когда я приблизилась, чтобы вынуть кинжал, перепачканный густой тёмно-синей кровью. Вряд ли всё будет так просто… Я ускорилась, но дальше свет померк. Совсем ничего не видно. Часто дыша, я передвигалась вперёд, однако пугающий стрекот, казалось, окружал меня. Что-то больно полоснуло лопатку. Обернувшись, я увидела светящиеся глаза монстра. С его клыков капала слюна. Оно жаждало сожрать меня. Щупальца вокруг пасти шевелились от нетерпения.

– Я не стану твоим обедом! – закричала я и воткнула кинжал в лапу. Это только разозлило зверга. Истошно зарычав, он попытался ударить меня, но я отклонилась. Поблизости было ещё двое.

Вынув второй кинжал, поменьше, я воткнула его точным движением в сердце твари, но двое других вцепились в мои плечи и подняли вверх. Не хватало ещё упасть!.. Тусклый свет замерцал, и теперь я хорошо видела своих врагов. Кровожадные монстры жаждали крови. Стены коридора затряслись и начали передвигаться, а плиты на полу разошлись. Это ещё что такое? Времени думать не было совершенно. Полоснув по лапе монстра, удерживающего меня, я рухнула на двигающуюся плиту. Пропасть между ней и следующей становилась всё больше. Заставив себя встать, я разбежалась и прыгнула, хоть в прыжках никогда не была сильна. Едва зацепившись за край выступа свободной рукой, я постаралась собраться с силами. Пот крупными градинами катился по лицу. Липкие прядки волос падали на глаза. В воздухе стоял металлический запах – меня тоже ранили. И раны эти болели, делая звергов сильнее. Забравшись на плиту, я побежала вперёд, думая, что твари оставили меня, но какой там? Из пропасти вылетело с десяток кровожадных существ. Лучше бы я не оборачивалась. До выхода оставалось немного… совсем чуть-чуть. Отбиваясь из последних сил, я уже толком не понимала, куда ранила монстров, приближающихся ко мне. Они истошно выли, но жажда крови была куда сильнее инстинкта самосохранения. Запах человеческой плоти привлекал их. Они не боялись смерти… Они умели только поглощать.

Свет в конце коридора становился всё ярче. Рассчитывая на спасение, я ускорилась, но один из звергов оплёл мою ногу остроконечным хвостом, и я упала. От удара грудью о камень, весь воздух из лёгких вышибло. Кинжал отлетел в сторону. Мне нечем было отбиваться. Достав китайскую шпильку из волос, я воткнула её в хвост монстра и поползла в сторону кинжала. Совсем немного! Окровавленная рука отказывалась слушаться, пальцы тряслись, а тело молило о покое. Дотянувшись до кинжала, я успела вспороть глотку зверга, склонившегося надо мной и грозно клацающего клыками. Его липкая кровь хлынула мне на лицо. Закашлявшись от зловонного запаха, я едва смогла оттолкнуть его, чтобы не оказаться под тяжестью его туши и поползла вперёд. Рука коснулась сочной зелёной травы, но в следующую секунду кто-то из монстров снова схватил меня. Боль от укуса сковала ногу, и я закричала, не в силах сдерживаться. Горло ободрало от высоких вибраций собственного голоса. Чудовище потащило меня в коридор смерти, но чья-то рука ухватила за запястье.

– Ты не можешь нарушать устав! Кадет либо выйдет из коридора, либо навсегда останется там! – прозвучал размытый мужской голос поблизости.

Перед глазами всё поплыло, поэтому я не могла рассмотреть того, кто крепко удерживал мою руку.

– Формально я ничего не нарушаю, командир. Рука кадета оказалась на территории кампуса, и я ухватился за неё, – насмешка второго парня была последним, что я услышала, отталкивая от себя зверга здоровой ногой и проваливаясь в беспамятство.

Глава 1

Мерцающий тёмно-синий коридор то расширялся, то сужался. Я сидела на полу, не в силах пошевелиться. Снова бежать вперёд? Это очередная иллюзия коридора смерти или жизнь после?.. Когда я была маленькой, мама рассказывала, что все наши души забирает Аю и пристраивает в месте, где нам будет комфортно. А потом мамы не стало. Я путешествовала по голографическим мирам Аю, надеясь встретиться с мамой, но этого так и не случилось. Сжав правую руку в кулак, я попыталась заставить себя не сдаваться.

Кто-то неожиданно окатил меня ледяной водой, и от шока я распахнула глаза в реальном мире. Ледяные капли впились в кожу, как острые шипы. Всё тело било лихорадочным ознобом. Зубы стучали друг о дружку, но не от холода – от боли, что сковывала каждую клеточку. Попытка пошевелить ногой резанула так сильно, что я простонала себе под нос. Правая!.. Зверг повредил правую ногу. Теперь я вспомнила случившееся перед потерей сознания. Подняв взгляд на мужчину, стоящего с кувшином в руках, я обратила внимание на серебристый оттенок его кожи. Взгляд заскользил выше, и я отметила самодовольную ухмылку на пухлых губах. Тёмные волосы, напоминающие чернёное серебро, переливались на свету. Это ксениец… Второй раз в жизни я сталкивалась с жителем Ксенона, одной из планет альянса, вот только дружелюбным её обитатель не выглядел.

– Пришла в себя! Вставай, давай! Пора вставать в строй. Уже все кадеты собрались. Только тебя не хватает, – произнёс парень с отвращением.

– Почему вода? – я закашлялась, только сейчас сообразив, что хлебнула её достаточно много, и теперь лёгкие неприятно жгло.

– Мог вколоть тебе в сердце убойную дозу адреналина, но выдержало бы оно такой всплеск? Не задерживай остальных. Здесь тебе в любом случае не рады.

Я попыталась встать, но боль в ноге не позволила сделать этого. С пренебрежением цокнув, ксениец достал шприц из кармана и бросил мне.

– На время строя тебе хватит. Вколешь сама.

Парень развернулся и направился в сторону звучащих наперебой голосов, а я трясущейся рукой сняла со шприца заглушку. Это всего лишь укол. Сколько раз в детстве я случайно кололась степлером? Ничего страшного не произойдёт. Вот только сердце всё равно замирало от боли, потому что ввести лекарство следовало в рану. Стиснув зубы так сильно, что показалось, словно они зашатались, я вонзила иглы в рваные края кровоточащей плоти, вводя обезболивающее. Ксениец прав – это поможет, но ненадолго. Дадут ли мне лекарства? Отец не позаботился обо мне. Всё, что было у меня с собой – пара кинжалов, которые я успешно потеряла в коридоре смерти. Почувствовав облегчение, я поднялась на ноги и заметила один из своих кинжалов в траве. Я подняла его и сунула в ножны. Хоть какое-то оружие осталось – уже хорошо. Прихрамывая, я всё-таки добралась до строя, где уже стояли остальные кадеты. Их было около сотни. Почти у всех были раны и увечья. Элитные воины! Я хохотнула. Таким «приветствием» они себе соберут толпу инвалидов – не более. Однако кто я такая, чтобы пререкаться?

– Приятно увидеть тебя здесь. Я на тебя сразу глаз положила!

Я обернулась в сторону говорившей девушки. Она действительно смогла выбраться и практически без повреждений. Брызги крови с её одежды принадлежали звергам, не ей. Парочка ссадин на лице не считались. Наверняка быстро удастся от них избавиться.

– Положила глаз? – переспросила я сухим, безжизненным голосом.

– Ага. Мне хотелось завести подружку, а много девушек ты здесь видишь?

Я пока не осматривалась, поэтому только повела плечом, чувствуя, как сильно оно болит. Не таким я представляла своё поступление в академию. И уж точно не планировала стоять в одном строю с палачами.

– Меллани. Можешь называть меня Мел или Лань, как тебе больше нравится.

– Красивое имя. А я… – в академии палачей нельзя никому доверять, но и без друзей не выжить, после секундного замешательства я продолжила: – Тессария. Можешь называть меня как хочешь.

– Та самая Тавертон?

Я поймала на себе сосредоточенный взгляд ксенийца. Одетый в тёмно-синюю форму, резко контрастирующую с серебристой кожей, он напоминал бушующее море, а его взор отчего-то пугал меня. Рядом стоял человек. Такая же тёмно-синяя форма, но ещё её дополняли золотистый пояс и нашивки в виде нескольких полосок. Командир? Его светлые волосы были аккуратно уложены в красивой стрижке. Командир излучал власть и силу, и его взгляд отчего-то тоже был прикован ко мне.

Покосившись на Меллани, я только кивнула.

«Та самая Тавертон» – это моё клеймо здесь? Я знала, что отца мало кто любил… представителей власти ненавидят, а генерал, занявший должность сенатора – достойная для ненависти цель. Безжалостный и хладнокровный, даже к собственной дочери.

– Что же, будем на одной стороне, – дружелюбно улыбнулась Мел. – Ты сильно ранена. Я помогу тебе перевязать раны после того, как всё закончится. Речи командиров здесь обычно короткие.

– Откуда ты знаешь?

– Я готовилась к поступлению и многое читала об академии. А ты – нет?

Я тоже готовилась, но к другой академии. Я должна была стать дипломатом, как мама. Но отец всё решил за меня. Накачав меня какими-то препаратами, он усадил меня на шаттл в один конец и сказал на прощание, что это для моего же блага. Если уж хотел убить меня, лучше бы сделал это сам… Или просто побрезговал пачкать руки кровью собственной дочери?

– Отставить разговоры! – громом обрушился на нас голос ксенийца. – Половина из поступающих сумела доказать, что достойна оказаться на территории кампуса. Вы уже должны были понять, что здесь не будет связей, способных помочь отлынивать от своих обязанностей. Все вы равны. Хоть дочь сенатора, хоть сын президента. В академии палачей статус нужно заслужить и доказать, что вы лучшие, если не хотите пойти на корм звергам и другим местным питомцам. Сегодня для вас должно быть честью получить статус кадетов, но не задирайте носы. Это только начало. До конца обучения доходят лишь сильнейшие. Никакой жалости не будет. Никаких поблажек – тоже.

Я заметила, как Меллани смотрела на ксенийца: она чуть ли не дрожала и восторгалась им. Если бы это было возможно, то в её глазах сияли бы сердечки, как в дешёвой мелодраме. Он, конечно, хорош собой, но не настолько же, чтобы в ножки к нему падать. Я невольно поморщилась.

– Я заместитель командира вашего курса, капитан Рейган. Ваш палач и защитник. Не советую переходить мне дорогу!

Говорил всем, но смотрел на меня с угрозой, словно слова предназначались мне одной. Вот же противный!..

Вспомнив руку, которая ухватила меня за запястье и вытащила из коридора смерти, я вздрогнула. Она обладала таким же серебристым оттенком. Или мне показалось? Вряд ли он бы стал вытаскивать меня, если только чтобы потом самостоятельно убить. Отец отвечал за защиту Ксенона от звергов. Он же был тем, кто сверг местного правителя. У заместителя командира может быть повод мстить отцу через меня. Знал бы он, что папаша только порадуется.

Я опустила взгляд и посмотрела на командира, сделавшего шаг вперёд.

– Мне нечего добавить. Капитан Рейган сказал всё за меня. Остаётся лишь представиться: старший капитан Блейк.

Мы с ним встречались раньше… на встрече консилиума. Он был со своим отцом. Оставалось надеяться, что старший капитан меня не помнит, а наши отцы не враждуют, иначе сладко мне здесь точно не будет.

Лекарства надолго не хватило, и от боли в ноге перед глазами поплыли тёмные пятна. Закусив нижнюю губу до сильного металлического привкуса, я сжала руки в кулаки и постаралась держаться, хоть ледяные капли пота уже потекли по лицу, выдавая мою боль. Академия мучителей какая-то!..

– Казарма для первокурсников уже подготовлена. Аю сопроводит вас и расскажет, как ориентироваться на местности. Добро пожаловать! – завершил свою речь старший капитан.

Я с облегчением выдохнула. Меллани поспешно подхватила меня под руку.

– Опирайся на меня. Вообще здесь непринято водить дружбу и помогать другим, но мы, девушки, должны держаться вместе. Я помогу тебе. У тебя совсем ничего с собой? Никаких медикаментов?

Отрицательно помотав головой, я на мгновение прикрыла глаза. Отец говорил, что хочет сделать мне лучше, но… он знал, что я не выживу здесь. Чем я мешала ему?

«Ты часто суёшь нос, куда не следует!», – зазвучал стальной голос в голове.

– Боюсь, что наши таблетки тебе не подойдут. Мы должны найти медпункт.

– Кадет Тавертон! – я вздрогнула и покосилась на старшего капитана Блейка. – У тебя серьёзное ранение.

Кровь сочилась из раны, и я оставляла за собой следы. Ещё бы не серьёзное! Возможно, повреждены кости. Иначе не было бы так больно наступать. К кровавым ранам я давно привыкла, но эта… Она сильно отличалась. Вокруг образовалось тёмное пятно, что говорило об отравлении ядом.

– Кадет Дайрен, проводите кадета Тавертон в медпункт и передайте вот это.

Старший капитан достал значок и протянул его Меллани. Я понятия не имела, что он значил, но наверняка что-то хорошее, поэтому глухо поблагодарила мужчину.

Хромая через боль, я ощущала, как вышибает дух. Каждый вздох давался с огромным трудом. Я смутно осознавала происходящее. Слабачка! Даже не могла справиться без чьей-то помощи.

– Я буду должна тебе, если выживу, – с улыбкой сказала я, когда мы с Меллани добрались до большого стеклянного купола.

– И я обязательно воспользуюсь этим, чтобы забрать должок, так что о смерти даже не думай. Командир дал тебе свою печать, а это значит, что тебе проведут полное капсульное лечение. Будешь как новенькая.

Как много она знала!..

Печать…

Капсульное лечение…

Мне следовало поучиться у Меллани. Наверное, нужно узнать у Аю больше об этом месте, но не сейчас.

Едва мы вошли в медпункт, как несколько желтокожих карликов бросились в мою сторону. Посмотрев на печать командира, они переглянулись, велели перенести меня на носилки, а дальше всё было как в тумане.

Сильнейшая боль пронизывала снова и снова. Казалось, что я осталась в коридоре смерти, и меня продолжали терзать зверги. Воздуха катастрофически не хватало. Липкие то ли от пота, то ли от крови волосы прилипали к лицу, но я не могла поднять руку, чтобы убрать их. Проваливаясь в беспамятство и приходя в себя, я снова и снова испытывала уничтожающую агонию.

Сколько времени прошло, я не знала, но когда открыла глаза в очередной раз, боли уже не осталось. Я лежала внутри капсулы под шёлковой простынёй, приятно холодящей кожу. Сбоку мелькнула высокая тень, я обернулась, но никого не заметила. Чувствовала я себя гораздо лучше, словно обман отца мне приснился: не было коридора смерти и сражения с кровожадными монстрами. Я попыталась сесть, но стукнулась о стеклянную крышку лбом.

– Ай! – простонала я, сообразив, что так просто не выберусь.

Вокруг поднялся шум. Капсула опустилась ниже. Карлик с седыми, торчащими в разные стороны волосами открыл капсулу, но запретил мне вставать.

– Жизненные показатели в норме. Заживление прошло успешно. Пришлось отрезать заражённую часть плоти…

Я испуганно икнула. Меня лишили ноги? Карлик улыбнулся, обнажая свои белоснежные зубы.

– Не следует беспокоиться. На молодом теле останется едва заметный шрам. Нам удалось нарастить плоть и кожу, а сломанную кость восстановили введением костного геля. Ближайшую неделю лучше избегать высоких нагрузок, чтобы гель успел застыть.

Это он мне советовал избегать нагрузок? Что-то я сомневалась, что в академии палачей к кому-то будет особенное отношение. Вряд ли мне дадут больничный и позволят отлёживаться на койке.

– Форма кадета уже здесь. Ваше оружие прошло очистку и тоже лежит рядом. Советую поспешить вернуться в казарму.

– Спасибо.

Карлик изумлённо сощурился, словно никто раньше не благодарил его. Он кивнул и поспешил выйти, оставляя мне возможность одеться.

Обратив внимание на идеально чистое тело и пахнущие свежими травами волосы, я нервно передёрнула плечами. Меня мыли эти карлики? Боги!.. Ну что за унижение. Ладно! Помню, что говорила мама раньше – врач может видеть тебя обнажённым, и в этом нет совершенно ничего постыдного.

Облачившись в голубой комбинезон, я покрутилась. Большеват, но в целом довольно удобный. Ткань приятно облегала кожу. Свои волосы цвета распустившейся фуксии я пока оставила распущенными. Такие густые и волнистые они достались мне от мамы. Я с тоской подумала о том, как сильно скучаю по ней. Она бы никогда не допустила, чтобы её дочь оказалась в забытом богами месте.

– Мне тебя не хватает, – прошептала я, приложив ладонь к груди.

Только в это мгновение я испуганно поняла, что потеряла кулон, оставшийся мне от неё. Камень силы уже давно не помогал мне бороться с болью, так как я истощила всего его запасы в детстве, но он напоминал о маме. Я принялась озираться в поисках своей одежды, но её, скорее всего, уже сожгли. Сердце бешено колотилось. Следовало найти кого-то и спросить, не видели ли они мой кулон. Я не могла потерять его, ведь это была единственная ниточка, связывающая меня с мамой. Выскочив из палаты, я не успела сделать и шага, услышав звенящий голос:

– Не это ли ищешь, кадет Тавертон?

Я вздрогнула и обернулась. Прислонившись к стене, на меня пристально смотрел капитан Рейган, а мой кулон, как маятник, раскачивался, свисая с его ладони.

– Спасибо, что нашли его! – Я сделала шаг вперёд и потянулась к кулону, но тот быстро скрылся в огромном кулаке. Пришлось отшатнуться. – Эта вещь мне очень дорога.

– Тебе не говорили, что пользоваться технологиями, приглушающими боль, во время прохождения коридора смерти строго запрещено? Это же камень лавентиитов, если мне не изменяет память?

Я кивнула и опустила голову. Мама была на планете Лавентия с особой дипломатической миссией. Глава подарил ей этот кулон в знак своей признательности. Вернувшись с миссии, она надела кулон мне на шею и велела использовать его с умом.

– Но он пуст. Энергия камня уже давно иссякла.

– Откуда мне знать, что ты не лжёшь? – надменный голос капитана Рейгана пугал меня, но намного сильнее страшило то, что я навсегда утрачу дорогую мне вещь.

Где написано, что нельзя пользоваться технологиями, приглушающими боль? Хоть свод правил академии палачей я не читала, но кое-что уяснить успела.

– Аю узнала бы, используй я такие технологии внутри коридора смерти. К тому же на территорию кампуса попадают не только самые сильные, но и хитрые. Разве я не права? – я вздёрнула подбородок и заметила, как тёмные глаза, устремлённые на меня, угрожающе сверкнули.

– Ты слишком умна для той, кто едва прошёл смертельное испытание.

– К тому же доказать, что я не пользовалась силой камня легко – вы видели, в каком состоянии я была до лекарства, данного вами. А ещё… – я многозначительно повела бровями. – Если вы внимательно осмотрите камень, то заметите, что он надломлен. Часть камня отсутствует, а края успели притупиться от времени. Вы должны знать, что энергия в камне лавентинов иссякает, если он будет повреждён. Иссякает достаточно быстро. Он был пуст уже длительное время.

– Если он пуст, то для чего нужен тебе?

Сколько вопросов! Вёл себя так, словно я совершила страшное преступление и прошла коридор смерти без единой царапинки. Да я едва выжила!..