Стихийный мир. Потерявшая память

Нацепив первые попавшиеся брюки и рубаху, я поплелась в столовую, искренне надеясь, что сегодня меня трогать не будут. Завтрак мои ожидания оправдал, а вот лекции преподнесли неприятный сюрприз. Вопрос только кому: мне или моим сокурсникам?

Когда я вошла в аудиторию мастера Онэра, мне показалось, что народ что-то затевает, но я списала свои подозрения на плохо соображающий из-за недосыпа мозг.

Я привычно забралась на верхнее место к своим вещам, которые оставила на скамье, отлучившись в дамскую комнату. Стоя, потянулась выудить листы и грифель – в аудитории стало неестественно тихо. Я раскрыла сумку и обнаружила в ней ворох красных лоскутов. Потянув один, мгновенно узнала в изрезанной тряпке подаренное Хантером алое платье. Кулаки сжались сами собой.

Я опустила взгляд затянувшихся небом глаз и в гробовой тишине очень медленно проговорила:

– Кажется, мне стоит напомнить, почему меня считали лучшей на курсе, – с этими словами я взмахнула рукой.

Дверь резко захлопнулась, а из всей земли, что была в кабинете (а ее было много из-за цветов) стали появляться големы. Маленькие уродцы живо начали гонять земляных по аудитории. Народ пытался сопротивляться, но куда им до силы двух стихий. В считанные минуты мои однокурсники оказались крепко связаны местными растениями. А малыши трансформировались в четырех огромных големов с каменными мечами, закрывших меня со всех сторон.

– Уважаемые мои друзья, я задам всего один вопрос. И вам стоит ответить на него максимально честно. Кто подкинул мне эту тряпку? – я и сама догадывалась, кто это сделал, но хотела услышать от них.

Черт, мне стоило подумать о том, чтобы тщательнее следить за своим домом.

– Я, – пискнула темноволосая девчонка, привязанная к преподавательскому столу.

Я удивилась, но виду не подала. Интересно, сама додумалась или Дом научил?

– Молодец. Честность – черта хороших людей. Честность часто продлевает им жизнь, – я слегка приподняла взгляд, ровно на столько, чтобы она заметила небо. – Запомни…те. Все. До единого. Я потеряла память. Но я все еще лучшая на этом курсе земляных. И терпеть издевки мне чертовски надоело. Еще одна шутка, и вас ожидает судьба этих каменных очаровашек, – я взмахнула обеими руками и големы взорвались, обдав осколками перепуганных зеленых.

Во вновь наступившей тишине, я подхватила свои вещи и направилась к выходу.

– Вам лучше придумать правдоподобную сказку для Онэра, иначе не поздоровится всем. Хорошего учебного дня, – останавливать меня не рискнули.

Мне повезло – со своим опекуном я не столкнулась. Я вообще не встретила ни единой души, пока спешила к выходу из башни.

На занятии я остаться не могла – сила небеснорожденных никак не хотела уходить. Слишком сильно меня разозлили. Да и я перегнула палку.

Ноги сами вынесли меня на поляну, где Хантер пытался помочь мне вспомнить навыки фехтования. Я рухнула в траву, привалилась к одному из могучих дубов и сделала то, что нормальная девушка сделала бы давно – я заплакала. Пока я шла, гнев сменился дикой усталостью и жалостью к себе, и мои нервы, наконец, не выдержали.

Рыдала я долго, до судорожного кашля и затуманенного зрения. А проревевшись, вытерла лицо многострадальной тряпкой, которая осталась от огненного платья, и задумалась. Мне нужно было найти способ жить со своей кастой в мире, а я их запугала. Какая молодец!

Да еще и Онэр наверняка развел панику, когда не увидел меня на лекции (а уж что он подумал, когда заметил разгром…). Кажется, в погоне за добрым вниманием и пониманием, я совершаю ошибку за ошибкой.

«Хантер, нам нужно поговорить», – мысленно позвала я.

Занятно, даже так голос «звучал» хрипло из-за пролитых слез. Интересно, это особенность ментальной связи или мое воображение?

«Что случилось?!» – тут же обеспокоенно воскликнули в моей голове.

«Смотри…» – я открылась драконорожденному, но не полностью, а так, чтобы он увидел только то, что произошло в аудитории.

«…?! …!!! СКАЙ!!! …!» – в этом монологе даже мое имя звучало как какое-то весьма обидное ругательство.

«Спасибо за понимание!» – в сердцах бросила я и вновь полностью закрылась.

Не прошло и пяти минут, как меня обняли горячие руки, и голос с легкой хрипотцой, от которой у меня мурашки по коже, нежно прошептал уже вживую:

– Ты с ума сошла, небесная. И я вместе с тобой. Они видели твои глаза?

– Только девчонка, которая испортила платье. Но кто ей поверит? – я отстранилась, все еще злясь из-за его комментария.

– Дай угадаю: ты опять думаешь, что нам не стоит общаться? – Хантер хмуро на меня глянул, после чего поднялся и отряхнул колени.

– Нет. Я думаю, нам нужно быть более осмотрительными. И нужен твой совет. Что мне теперь делать? – я тоже встала.

– А ничего, – неожиданно весело ответил драконорожденный. – Просто придешь на ближайшую лекцию, сядешь, как ни в чем не бывало, за стол, и все, – он довольно усмехнулся.

– Что смешного?

– А то, что ты перепугала весь свой курс с помощью вашей же магии. Могу поспорить на свое будущее место в Совете, что для них твое поведение кажется абсолютно ненормальным, но при этом безумно привлекательным.

– Что?! – сумка, которую я потянула с земли, вновь выпала из рук.

– Скай, твоя каста – прекрасные земледельцы, и садоводы, и скотоводы, и продолжать список земельных профессий можно долго, – он хмыкнул. – А еще вы – потенциально практически неуязвимые воины. Но вас воспитывают до тошноты миролюбивыми и всепрощающими. Вы – мерзкий образец терпения, полная противоположность огненным, например. И вдруг ты. Очаровательный наглядный образец, но уже того, что магия Земли может не только созидать, но и убивать.

– Ты не прав. Во-первых, я никого не убивала. А во-вторых, я ведь использовала ее комбинацию с Воздухом… – я осеклась, столкнувшись с ошарашенным взглядом ореховых глаз замершего фигурным столбом дракона. На поляне стало тихо-тихо.

Спустя несколько минут Хантер отмер, медленно подошел ко мне, осмотрел с ног до головы, и напряженным очень тихим голосом мягко переспросил:

– Ты использовала что?

– Комбинацию магии Земли и магии Воздуха… – я потупилась, испугавшись его реакции.

– Это! Не! Возможно! – отрывисто прорычал он.

– Я же говорила тебе о книге. Она учит этому. Раньше смесков было много, и они еще и не такое умели.

– Ангел, помоги мне, – обреченно прошептал Хантер и сгреб меня в объятья. Продолжил он уже нормально. – Вот что, бессмертная моя, приходить сюда мы теперь будем раздельно. И в твою башню я больше не сунусь. Но сегодня ты покажешь мне книгу! Я намереваюсь сделать так, чтобы ты жила долго и счастливо, а не умерла от очередного своего эксперимента.

Я молча кивнула, чмокнула его в щеку и, выпутавшись из объятий, поплелась в сторону Земли. Кажется, теперь ему нужно собраться с мыслями.

Хантер

Как только рыжее горе скрылось за деревьями, я позволил себе выругаться. Нет, я прекрасно понимал, что смесок на то и смесок, чтобы иметь доступ к силе двух стихий. Но не ожидал, что они способны их комбинировать. До этой минуты я (как и все кастовые) считал, что это невозможно. Эксперименты в этом направлении в большинстве своем заканчивались печально. А тут девчонка с потерей памяти и поистине уникальными навыками! Подумать только: она может то, что не под силу никому из ныне живущих.

– Ох, девочка моя, знала бы ты, какой же ты ценный подарок, – пробормотал я и довольно улыбнулся.

К концу учебного года Скай станет моей женой. Отец не посмеет возражать, когда узнает о ее силе. А когда она станет членом нашей семьи… Каста огненных вновь вернет былое величие и заставит считаться с собой даже небеснорожденных. На нашей стороне будет уникальный дар, который способен изменить всю расстановку сил в политической системе этого мира.

Я победно усмехнулся и неторопливо пошел к башне. Это будет незабываемый год.

Скай

Я сделала в точности так, как посоветовал драконорожденный: дождалась перерыва и невозмутимо вошла в аудиторию. Я гордо проплыла мимо притихших сокурсников и села на любимое место.

Народ переглянулся, выдохнул и расслабился: все вернулись к своим делам. Только Блис весело плюхнулась на скамью рядом со мной и восхищенно прошептала:

– Ну, подруга, ты и устроила!

– Что? Онэру на глаза мне теперь лучше не попадаться? – обреченно поинтересовалась я, выуживая из сумки бумагу.

– Нет, об этом можешь не беспокоиться: мы успели все привести в порядок, – отмахнулась девушка.

– Какие трудяги, – ехидно пробормотала я.

– У тебя уж слишком красноречивое выражение лица, дорогая. Ребята все же не орки3 какие-нибудь и понимают, что им влетит и за погром, и за проникновение в твою комнату.

– Что-то поздновато они спохватились. Вроде не дети уже и должны знать, что за свои поступки всегда приходиться отвечать, – равнодушно заметила я, разыскивая в своей бездонной сумке злополучный свиток с работой по деревьям.

Краем глаза я наблюдала за помещением. Зеленые старательно держались от меня на расстоянии, то и дело нервно косясь на нас с Блис.

– Ладно. Давай рассказывай, к чему ты вообще завела этот разговор?

– Скай, меня попросили преподнести тебе цветок мира4 и сказать, что ребята сожалеют. Больше такое не повторится, – и она протянула мне белую розу на тонком стебле. Удивительно, но в моей голове всплыло объяснение этого жеста и правила ответа на него.

– Я приму цветок. Но это мир до первой засухи. Если хоть кто-то посмеет вновь меня задеть… – я красноречиво взглянула на растения, стоявшие на окне.

– Знаешь, Скай, мы дружили с детства, – неожиданно сменила тему Блис. – Но я никогда не видела тебя такой. Ты потеряла память, но при этом стала сильнее и тверже. В тебе как будто стальной стержень появился. И как бы это не звучало, я рада, что ты стала такой. И рада, что вы с Домом разошлись, – она неуверенно улыбнулась, а потом обняла меня.

– Спасибо, Блис, – я обняла ее в ответ.

Но наши душевные порывы прервала вошедшая в аудиторию мастер Лист…

Постепенно моя жизнь наладилась, и целый месяц прошел удивительно спокойно. За эти шесть недель я почти догнала учебную программу (сколько же в ней было лишнего и дублирующегося, если я смогла уложить столько лет в несколько недель?!).

Онэр здорово помог, и теперь мне не нужно было сутками корпеть над книгами, чтобы не опозориться на лекциях. Помогала мне и Блис. Признаться честно, ее потуги иногда навевали мысль, что с такими друзьями и врагов не надо, но я уверена, что она искренне старалась. Просто моя подруга – не самый прилежный ученик.

На занятиях меня больше никто не пытался задеть. Наоборот, со временем народ стал пробовать со мной общаться. Неуверенно, нервно, но все же… Вскоре на лекциях я сидела не только со своей подругой – блондинкой, но и с небольшой компанией: к нам присоединились Торн, Фол и Олия – все из одного поселка черняков, по воле случая родившиеся земляными. Ребята быстро забыли про все слухи и охотно проводили со мной время на перерывах. Как оказалось, они знали меня до потери памяти и искренне переживали.

Дом скрипел зубами, но к нам не лез. Он старательно меня игнорировал и даже закрутил роман с девчонкой, испортившей платье, подаренное драконорожденным. Что ж, его право.

С огненным я виделась каждый вечер на нашей поляне. Мы стали куда осторожнее и больше не попадались никому на глаза.

Примечания