Кому я должен? Часть 2

Помимо благ материальных и не материальных, к коим я относил знания, опыт, мудрость и прочее, есть еще и человеческое здоровье. Конечно, сложно бывает оценить здоровье приобретенное, если оно, в общем-то, не давало особых поводов для беспокойства, но здоровье неожиданно потерянное оценить несложно, а уж тем более сопоставить его с материальными благами, приобретенными быстро и непропорционально приложенным усилиям. Как высшую точку потерянного или приобретенного здоровья можно рассматривать человеческую жизнь. Тут как-то для меня все еще запутанно, но я где-то на пути к истине и когда-нибудь пойму. Связь есть во всем. И смерть, и рождение тоже не случайны. Я очень долго думал об этом, когда умер отец. Он был совсем не стар, не злоупотреблял земными благами, не имел каких-либо материальных накоплений. Но он потерял свою жизнь. Зачем так произошло? Что он приобрел? Что получил он взамен? Я долго бился над этим вопросом, но ответа на него не было. Но, когда вскоре после этого у меня родился долгожданный сын, ответ пришел сам собой.

Даже в новостях на центральных каналах периодически появлялись новости о Сергее Мавроди. С опозданием в несколько месяцев говорилось о том, что он наконец-то выходит на свободу, цитировались какие-то рваные кадры непонятного видео, в котором обязательно крупным планом давалось тупое лицо Мавроди с неизменными большими очками в роговой оправе, затем камера обязательно должна сфокусироваться на надетых наручниках или какой-нибудь металлической решетке, пусть даже и не имеющей никакого отношения к происходящему. Безусловно, упоминалась статистика, скольких людей он обманул, сколько исков к нему предъявлено, какую сумму должен и – самое интересное – сколько людей покончило жизнь самоубийством, будучи не в состоянии справиться со стрессом и смириться с возникшими потерями. Говорилось о зарытых сокровищах Мавроди, которые по выходе из тюрьмы он сможет откопать и все вернуть людям. Упоминались в репортажах его тюремные записки, в связи с чем ему пророчилось великое литературное будущее. Сопоставляя все эти новости, я рисовал в голове образ эдакого романтика с большой дороги, имеющего несусветные сокровища и занимающегося литературой. Да если из его литературы выкинуть все матерные слова, останется меньше половины. Тоже мне, нашли литератора!

Спустя несколько месяцев после его освобождения репортажи о самом его освобождении вроде бы сошли на нет, но персонаж все еще был интересен обывателю, а посему в новостях на телеэкранах и в интернет-просторах продолжали мелькать эти огромные невзрачные очки. Новости о Мавроди-литераторе тоже быстро потеряли актуальность, поскольку те, кто хоть сколько-нибудь увлекался литературой, без труда могли за несколько часов прочитать великое литературное наследие и, даже не задумываясь о написании критической статьи по этому поводу, просто подытожить: «Чушь». А может, и не подытоживая. Чтобы подводить итог, тоже ведь нужна какая-то основа, нужно понимать, под чем необходимо этот итог поводить.

Следующей новостью был экскурс в его повседневную жизнь и его быт. Как оказалось, никакие сокровища он не откопал. Оно и понятно, откопали все уже давно до него. Друзей и партнеров, прыгнувших из пешек в короли на его проекте и наворовавших на пару поколений вперед, теперь уже днем с огнем не сыщешь. Даже те, кто в душе питают к нему благодарность за внезапно обрушавшуюся на их голову манну небесную, вряд ли отважатся помочь ему, боясь оказаться в поле зрения журналистов и запятнать свою безупречную репутацию, скрывающую жалкую душонку, оставшуюся при обмене на пару миллионов долларов.

В итоге человек остался один. Совсем один. У него нет никакого имущества, да и не может быть уже никогда в этой жизни, потому что любое имущество изымается в пользу пострадавших. У него нет семьи, потому что на кону стояло все, включая его близких. Конечно, потребителю новостных каналов было очень интересно, как он собирается жить, планирует ли он новые проекты. Большинство все еще ждет новостей: когда же он начнет компенсировать вклады в пирамиду? Но это все было далеко от реальности. Перед всеми проектами, идеями и мыслями человек просто должен пить и есть – то, чего Мавроди позволить себе не мог, поскольку не обладал достаточными материальными благами. Первая его идея – продавать собственные книжки с его автографом, заказанными поздравлениями и пожеланиями на титульной странице размашистым почерком, – безусловно, пользовалась некоторой популярностью. Но было тут некоторое противоречие, поскольку людям, не умеющим читать, вроде как и ни к чему такой щедрый подарок, а люди читающие никогда не смогли бы достойно оценить его и не смогли бы принять такой подарок с любыми заказными поздравлениями. Была, наверное, некоторая прослойка людей вроде меня, которые научились читать еще совсем недавно. Были еще и те, которым эта личность была интересна как таковая, которые с большим энтузиазмом хранили подписанные книги, хвалились ими на дешевых пивных вечеринках или при знакомстве с девушками. Поэтому на желанный кефир, который Мавроди признавал как чуть ли не единственную цель своего послетюремного существования, может быть, ему и хватало.

Книги с баснословными пожеланиями хапали все же в основном ярые поклонники гения Мавроди. Людей, умеющих читать или способных научиться этому в перспективе, среди них, наверное, было немного, собственно, и сами пожелания, нацарапанные на обратной стороне обложки, тоже немногие были в состоянии прочитать и оценить. Поколение ТВ-людей могло слушать, а еще лучше – видеть. Восприятие через зрительные органы оставалось для них наиболее предпочтительным. Поэтому на фиг эту литературу! Хочешь поздравление от Мавроди – пожалуйста, он запишет это для тебя на видео. Эта идея Мавроди, как мне кажется, была более удачной и позволила ему со временем пересесть на кефир с повышенной жирностью. Ссылки на поздравительную страничку Мавроди пестрили в интернете. Была куча примеров видео, на которых Мавроди в неизменно огромных страшных очках гундосил очередное пожелание. Он не произносил слова – он их именно гундосил. Время, видимо, брало свое, да и четыре года в тюрьме не пошли на пользу его здоровью. Он выглядел уже явно старовато и измученно, хотя искорка лукавства все еще сохранилась в его глазах. Уважительно обращаясь к поздравляемому по имени отчеству, он напевал стандартные пожелания, время от времени делая многозначительные паузы, вскидывая при этом руки за голову или безумно закатывая глаза. Но должна же была быть какая-нибудь при этом искорка? Искоркой было прочтение стихотворения в конце поздравления. Стихотворение читалось еще более гнусаво, что вызывало полное отвращение от всего этого действа. Именно поэтому я решил, что непременно должен заказать для себя поздравление от Мавроди…

Процедура была довольно незатейлива. Заказываешь поздравление по «электронке» с указанием имени-отчества поздравляемого, события и, при необходимости, текста поздравления. Далее наш герой начитывает все это на камеру – и готово. Пересылаешь ему электронные деньги, он в обратку шлет тебе файл. Можно выбрать другой путь вроде наложенного платежа. В этом случае курьер доставляет тебе CD в руки, и ты сразу с ним рассчитываешься. В этом случае к стоимости добавляется стоимость курьера и, что очень важно и особенно подчеркивается Мавроди, стоимость CD в размере 10 рублей. И не надо тут смеяться. Для кого-то это смех, а для Мавроди – пол-литра кефира.

Меня не устраивал ни один из способов получения поздравления. Поскольку само по себе поздравление было для меня неинтересно, но для чего-то я все-таки хотел его получить, я подумал, что именно способ получения играет для меня в этом вопросе ключевую роль. Поэтому я, не задумываясь, направил сообщение щедрому поздравителю.

«Привет. Нужно поздравление для… Событие – встреча с Богом. Текст – на ваше усмотрение. Дабы сэкономить на курьере, готов подъехать лично. Электронного кошелька нет, поэтому первый вариант отпадает. Заранее спасибо».

Да, все было именно так. Я обращался к нему на «вы» и заранее благодарил его. Цена самой услуги в разных вариантах, со стихами и без, в разное время колебалась от 500 до 1500 рублей. Видимо, Мавроди очень четко отслеживал динамику рынка и постоянно корректировал цену на свое поздравление. Мне даже это напомнило колебание курсов его акций МММ. Не было никаких принципов формирования курсов акции. Просто Сергей П. говорил, какой будет курс на завтра, и все. И в один момент миллионы людей становились счастливчиками или несчастными. Кто-то покупал новые сапоги жене, а кто-то, по заверениям прессы, сводил счеты с жизнью. Наверное, жалко этих людей. А может, и не очень…

«Привет. Подъезжать лично бессмысленно, я ни с кем не встречаюсь, тем более только для того, чтобы просто передать диск. Все возможные способы передачи поздравления были давно определены. Изобретать здесь ничего не собираюсь».

А малый-то прям кремень! Сказал как отрезал. И добавить нечего. И впрямь, сколько можно унижаться? Тут и так за 500 рублей стишки читаешь, как школьник, так еще и встречаться с ними – на фиг надо. А потом, видимо, тут еще возникает вопрос безопасности. Миллионы людей обозлены на него, видимо, очень многие хотят ему отомстить, и наверняка среди них есть еще и шизофреники, готовые причинить ему физический вред. Ранее, в многочисленных репортажах о Мавроди, в зале суда в него постоянно что-то кидали, при его конвоировании многим ловкачам удавалось приблизиться и слегка ударить его. Действительно, встречаться с каждым желающим – дело весьма рисковое.

«Давай встретимся не просто так. Кофе попьем или кефиру… Я угощаю».

Мое сообщение оставалось без ответа. Да и я, в общем-то, не хотел ничего больше посылать. Не то чтобы даже не хотел – просто не знал, что написать, а главное, не понимал, для чего мне это нужно. Я начал эту игру совершенно неосознанно, мне казалось, что все это было забавы ради. Тем не менее я ловил себя на мысли, что ждал какого-то ответа, я хотел развития ситуации. Моя интуиция мне подсказывала, что я должен как-то продвинуться в этом направлении. Но продвинуться куда? Что я мог сделать? Да и вообще почему для меня это так интересно? Ну получу я это поздравление, скуплю все его книжки. Какой смысл? Хотя совсем не у всех вещей и процессов, происходящих вокруг, есть смысл или даже намек на него, поэтому, возможно, я напрасно ищу того, чего здесь нет. Тогда почему я хочу получить какой-нибудь ответ, если понимаю, что это бессмысленно? Возможно, это что-то из разряда запретного плода. Любой может купить книжки с автографом Мавроди, любой может купить его видеопоздравление, но я-то не любой – мне сразу деликатес подавай. Вот ни с кем он не встречается, поскольку чего-то там боится или еще по каким соображениям, но я не все, а значит, со мной он должен встретиться. Просто так, безо всякой подоплеки или глубокого смысла. А может быть, с подоплекой и глубоким смыслом. Как много вещей в жизни мне кажутся бессмысленными! И нередко я менял свое мнение, обнаруживая скрытый смысл и тонкую взаимосвязь во многих процессах. Когда-то даже церковь мне казалось бессмысленной, а на деле просто неподвластной пониманию до определенного момента.

Электронное письмо от Мавроди пришло совершенно неожиданно. Прошло, пожалуй, больше недели, и я уже начал было забывать об этом. Все, что совершенно неожиданно и навязчиво посещало мою голову, могло так же неожиданно ее покинуть. Хотя и нечасто. Гораздо чаще я реализовывал все свои идеи, какими бы бредовыми они ни были на самом деле.

«Можно и кефир попить, почему бы и нет. Напиток не только вкусный, но и весьма полезный для организма. Конечно, если брать только обычный кефир с небольшим сроком годности, ни в коем случае не окрашенный и без добавления всяких там вкусовых добавок. Такой вот, какой был раньше в бутылках с широким горлышком. Уж не знаю, видел ли ты такой когда-нибудь или нет, потому что времени с тех пор прошло уже немало. Да и какая мне вообще разница, видел ты этот кефир или нет?… Э-хе-хе. Чего я пишу-то вообще? А, ну да. Про встречу мы начали. Так вот, уважаемый. Встретиться-то можно – не потому, что очень хочется тебя увидеть, а потому, что бизнес теперь у меня такой. Ничего ведь не осталось, а кушать хочется. Вот и занимаюсь тут всякой проституцией: стишки читаю на видео, книжки подписываю. Встречи я не очень практикую, небезопасно это для меня и, как правило, ни к чему доброму не приводит. Э-хе-хе. Каких только уродов не попадается! И вроде нормальный человек сидит, а увидит меня – зеленеет. Ладно, куда-то меня увело… Однако прибыльно это. Тут можно неделю поздравления напевать, а можно за встречу столько взять. Так что смотри, недешевое это удовольствие. Деньги – вперед: высылаешь на электронный кошелек или передаешь курьеру за несколько дней до встречи. На встрече я, естественно, буду без денег, поэтому требовать деньги назад или даже бить меня бессмысленно. На всякий случай скажу, если ты из обиженных вкладчиков, что вернуть деньги по старым вкладам я не смогу. Поэтому если хочешь встретиться за этим, то не теряй время. Э-хе-хе. Ну что еще?… Спиртное я не пью, поэтому встреча недолгая, ну так, перекусим чуть, чай попьем, и будет. Можно будет недорого сфотографироваться со мной. Если еще чего надо, книжки там или видеопоздравление, то это по обычному прайсу с сайта. Ладно, чего-то я тут расписался особо. Еще и копейки не получил, а уже столько усилий. Вот ведь доживешь».

Вот ведь правда: доживешь и не такую фигню начнешь писать. Я два раза прочитал это послание, пытаясь понять скрытый смысл написанного. Хотя, возможно, еще не пришло время для того, чтобы мне понять и осознать сей посыл. Так что же все-таки в сухом остатке можно извлечь из столь многословного повествования? Та-а-ак. Полстраницы про кефир и его пользу – это, безусловно, важно, пожалуй, надо распечатать этот кусок и прикрепить лист над письменным столом. Опять повсюду эти «э-хе-хе». Пердун старый. То же самое и в его великом литературном наследии – сплошные «э-хе-хе». Я уже писал, что если выкинуть оттуда мат, то останется не больше половины, но только теперь я понял, что вторую половину занимают «э-хе-хе»… Чего там еще? Денег у него с собой не будет, можно будет с ним сфотографироваться. Интересная программа, очень интересная, но маркетинг, честно говоря, ни к черту. После одних его «э-хе-хе» уже встречаться с ним не хочется, а уж тем более фотографироваться. Представить не могу, как этот старый мудила в своих уродских очках, то и дело покряхтывая, позирует со мной на фотокамеру, дружески обнимает и прижимается, пытаясь быть услужливым и до конца отбивая полученные деньги. Зачем мне все это надо? Может, уже пора закругляться?

«Из прочитанного я понял, что:

а) кефир полезен на самом деле;

б) встреча с тобой возможна;

в) деньги надо будет передать вперед;

г) и, что особенно для меня важно, можно будет сфотографироваться. Осталось понять, сколько это стоит и когда можно будет реализовать?»

Уж не знаю, оценит ли Мавроди мой классический сарказм, но подстраиваться под него у меня не было никакого желания. Конечно, можно было бы навечно завоевать его доверие, написав что-нибудь в его стиле и вставить парочку «э-хе-хе», но ни необходимости, ни желания этого я не ощущал. Исходя из предыдущего опыта, я ожидал ответ не раньше чем через неделю – уж слишком занят был старик, напевая поздравления на камеру и без устали подписывая собственные книги. Но, зайдя в почту через пару часов, я обнаружил там письмо от Мавроди.

«Э-хе-хе».

А он, видать, и вправду гений. Столь лаконичного и емкого письма я еще никогда не получал. В одном только его «э-хе-хе» я почувствовал гордыню бывшего миллиардера, скорбь последующих лишений и падения вниз, тоску и уныние тюремной жизни, нереализованные амбиции и грандиозные планы. Любовь в этом «э-хе-хе» переплеталась с ненавистью, предательство боролось со справедливостью, и только вера сторонилась этого ужасного кряхтенья.

«Случайно письмо отправилось. Вот ведь доживешь. Начал письмо писать, куда-то нажал случайно, смотрю – письмо отправлено. Куда? Кому? Зачем? Отправлено, и все тут. Хорошо, если сразу два сообщения увидишь и понятно сразу все станет. А если только первое успеешь получить и зачитать? Вот ведь, небось, посмеешься, подумаешь: с ума сошел совсем старик, чего с таким встречаться, еще и за деньги тем более, да и за немалые деньги, в общем-то. Э-хе-хе. Хотя для тебя это, может, и плевок, а для меня пять тысяч – очень хорошие деньги. Вот ведь оно как все повернулось: в былые времена я наличные деньги комнатами считал. Вот доложат мне, бывало, Сергей Пантелеевич, что денег-то три комнаты всего осталось, и я уже паниковать начинаю – считай, что нищий. А теперь одной красной купюре радуюсь как ребенок. Так, на один твой вопрос я ответил. А по второму – ну так чего откладывать, да тянуть, да письма порожняковые друг другу слать? Коль цифра не смущает, пиши адрес и телефон, на послезавтра к тебе курьера зашлю за деньгами. Курьеру придется еще двести пятьдесят рублей заплатить. Но тут моей выгоды нет, ты ж сам не хочешь через интернет-кошелек расплачиваться. После получения денег – через денек – я тебе сообщу пароли и явки».

Ну что тут скажешь, ответы получены, мяч на моей стороне. Какой-то тоской веет от всего этого сообщения. Такой тоской, что лишний раз задумываешься: а на фига мне все это надо? И пять тысяч для меня совсем не плевок, особенно с учетом того, что живу я просто на накопления и черт его знает, когда я начну снова зарабатывать, да и начну ли вообще. Опять же ехать куда-то надо будет на встречу, скорее всего, в Москву или в ближайшее Подмосковье, а там – кто его знает, – может, куда и подальше уже занесло. Опять деньги терять и время. Денег у меня пока еще достаточно. А вот времени? Времени тоже достаточно, но смотря для чего. Я вроде бы и ничего не делаю с точки зрения рядового обывателя. С моей же точки зрения я ищу – ищу людей, которым я должен. Да и не только людей: похоже на то, что собаке своей я уже тоже должен. А есть еще деревья, растения всякие, трава – может, кому-то из них я тоже должен? Надо будет с ними тоже разобраться. Сначала, конечно, разобраться с травой, а после травы можно и с деревьями поговорить…

А что, Мавроди – это такой же человек, да хоть даже и не человек, пусть хоть животное или дерево, но я вполне могу быть ему тоже должен. Вот тебе и оправдание предстоящим тратам и денег, и времени. Понятно, что можно просто выйти на улицу, останавливать каждого встречного и просить денег взаймы. Потерь никаких вообще, и деньги все на месте, ну разве что время потеряешь, зато какое количество людей сразу отсеется! Но это слишком просто и, можно даже сказать, непродуктивно. Любой человек почти наверняка откажет, если незнакомец его просто хватает на улице за руку и просит деньги в долг. Конечно, можно схватить за руку покрепче и попросить в долг понастойчивее… Но это не мой случай. С другой стороны, тот же самый человек, который отказал тебе на улице, в иной ситуации может совершенно иначе отнестись к твоей проблеме. Именно поэтому я должен быть терпеливым, я должен писать эти никчемные письма, платить деньги непонятно за что и тратить собственное время.

«Привет. Мой телефон – ниже. Адреса у меня нет. В Москве буду послезавтра. Курьер пусть звонит заранее, там и договоримся с ним, потому как в разное время буду в разных местах.

Я тут чего-то в очередной раз задумался: а чего мне с тобой встречаться? В МММ я не играл, маленький был еще, не то чтоб совсем, ну не важно, в общем, поэтому не было у меня ни выигрышей, ни проигрышей. Эмоций посему к тебе абсолютно никаких не испытываю. Просто посмотреть на тебя? Ну не знаю, видел же на фотках и в роликах всяких, не думаю, что испытаю кучу положительных эмоций. Да и вообще возможно ли испытывать положительные эмоции, глядя на тебя? Ну это так, мысли вслух, я просто подумал, что, может, ты мне подкинешь тему какую-нибудь на встречу? Вот для чего люди с тобой встречаются? О чем спрашивают, чем интересуются? Да и все остальные книжки заказывают с автографом, поздравления там, стишки. Зачем? Ладно, так я что-то, задумался. Жду звонка от курьера, обязательно на послезавтра, ибо не местный я, проездом буду».

И чего это я с ним разоткровенничался? Такими темпами на встрече, поди, в жилетку ему плакаться начну. Мол, какой я несмышленыш в этой жизни, никто меня не понимает, и ничего я сам понять не могу, задумал вот определить, кому я должен. Так и то все ни к черту: порядочные люди жлобами оказались, а дебилам всяким теперь должен по гроб. Одолжи-ка хоть ты мне, Сережа, хоть поллитрушку кефира. Помнишь, как ты расписывал про его пользу? Но только настоящий должен быть, без консервантов. Вот и угости неуча-то настоящим кефиром. От тебя не убудет, поди, а я про тебя в книжке напишу и должен навсегда буду…

«Странный ты какой-то. Коли не знаешь зачем, чего тогда встречаться хочешь? Я тебя, конечно, не отговариваю, вон уже сколько времени на тебя убил. Ты это, если все-таки передумаешь встречаться, так рублей пятьсот мне хоть вышли на траты всякие. Я тебе писем вон уже сколько написал, за интернет заплатить надо бы. Да и вообще сколько информации тебе уже выдал, а информация денег стоит.

А встречаются со мной из разных побуждений. В основном, конечно, из-за понтов. Уж не знаю, какие тут понты могут быть. Просто зажрались уже люди: ни икрой, ни „Мерседесами“ давно уже никого не удивишь, а тут на тебе – я с Мавроди встречаюсь сегодня. Бывает, по два, по три встречаются. Ну типа свои терки у них намечены, все занятые, все деловые, и тут – бац! – а у одного еще с Мавроди в это же время стрелка забита. Ну и там начинается: „Ой, Сережа, я про тебя и забыл, ну давай пока присаживайся с нами, закажи себе чего-нибудь за мой счет, я сейчас с ребятками договорю, а потом тогда твой вопрос порешаем“. Ну и все в этом стиле. Собеседники его, конечно, тихонько офигевают. Хотя не всегда. Кто поумней, тот сразу раскусывает, что понты это дешевые. А мне какая разница? Сказал – заказывай за мой счет, я и заказываю, а пока они там дешевые базары трут, я спокойно кушаю. А уж когда расстается клиент со своими друзьями (по типу: „Пока вам, ребятки, у меня тут еще с Мавроди дела нерешенные, и все такое“), так и я следом резюме подвожу: мол, извини, мил человек, спасибо за еду тебе, конечно, но время-то не резиновое, пора бы и мне восвояси. Никто и не возражает обычно, спасибо говорят мне, что отыграл я на отлично, и вопросов ко мне никаких не имеют. Э-хе-хе. А бывает, все же из обиженных ко мне проскальзывают. Чего им надо? Да ничего. Вот увидят, плюнут в меня и довольные уходят. Бывает, и подраться норовят, только не надо этого со мной затевать. Не такой уж я убогий, как кажусь, и на зоне совсем не в шестерках терся. Э-хе-хе. А бывает… Да много чего бывает. Опять я вот начал тебе разглагольствовать, и все не за грош собачий. Не знаю, чего на меня нашло. Обычно у меня четко: вот прайс, вот условия – и все, и никаких исключений, а если вопросы есть – это не ко мне, это в „Что? Где? Когда?“ пиши. А на тебя я как-то спокойно реагирую, отвечаю на твои дурацкие вопросы. Хотя, может, и не такие дурацкие они, чего-то в них есть, искренность какая-то, что ль. Э-хе-хе. Ладно, ответил я тебе. Теперь вот я уверен даже, что не соскочишь ты со встречи. Не знаю, что у тебя ко мне, но интерес большой у тебя. Хоть и пишешь ты мне, что никакого смысла не видишь».

А парень-то действительно не убог. За валким разглагольствованием и кряхтеньем скрывался как минимум тонкий психолог. Он четко прочувствовал и осознал мой интерес к нему. Правда, он так и не смог определить, в чем этот интерес заключается. Да и как он мог это сделать, если и сам я до конца так и не осознал суть этого интереса. Да и чего там искать подоплеку – просто интересная, неординарная личность, способная на большие дела. Да, возможно, в этих делах вовсе нет добродетели, а может, даже и наоборот: зло несет он в себе и хаос сеет, но кто его знает, что все это значит на самом деле, ведь смотреть на вещи можно с разных сторон. А возможно, просто не смог он направить всю свою тонкость ума в нужное русло, ну не было никого рядом, кто бы подсказал, что да как делать нужно.

– Добрый день! – я увидел перед собой протянутую руку. – Я задержался немного, прошу прощения, на метро быстро доскочил, а маршрутка…

– Не преуменьшай, пятнадцать минут – это много, – перебил я его, проигнорировав протянутую руку.

Это был, наверное, классический курьер, студент старших курсов, не очень преуспевший в учебе, приехавший откуда-то издалека, надоевший родителям своими рассказами о Москве и обещаниями обязательно сосредоточиться на учебе, а потому уже оставшимся без денег. Наверняка он был наслышан о романтике курьерской работы, о баснословных чаевых, о новых знакомствах и возможностях посредством этих знакомств найти себе более достойное применение, о перспективах завязывания романтических отношений с клиентами – со всякими там бизнес-ледями, про которых он смотрел в телевизоре, – а значит, о возможности начать карьеру альфонса. И, несмотря на то что в реалии чаевых ему не хватало даже на крем против прыщей, что, безусловно, ставило под вопрос и его карьеру альфонса, он был еще преисполнен оптимизма и смотрел на меня с некоторой надеждой, что вот-вот должно произойти чудо, что сейчас я сниму с него вонючий кроссовок и прямо на дырявый носок примерю хрустальную туфельку.