Деривация

Глава 3

Эридан, апартаменты рядом с военной базой N-15

Пирс

Поднимаю взгляд со светловолосой макушки, чья обладательница привычно стоит передо мной на коленях. Упираюсь им в оконное стекло, за которым клубится ледяная мгла.

Гребаный проморзглый декабрь, ночи которого периодически скрашивает Келли.

Сегодняшняя – не исключение, казалось бы, все, как всегда: после очередного патрулирования забрал ее у исследовательского центра, довез до своей квартиры рядом с базой и… Вот уже полчаса пытаюсь получить долгожданный оргазм, который никак не хочет наступать.

А она старается… Узкая юбка обхватывает стройные, худощавые бедра, обнажая бледные, длинные ноги, и почти трещит по швам от напора коленей на пол.

Из идеальной прически выбито несколько прядей, моими стараниями, и они липнут к её кроваво-алым губам, усиленно и мастерски обрабатывающим член.

Теплый язык водит по всей длине, надавливая и лаская, и вроде бы все, как надо…

Но облегчение и кайф не наступают.

Не сегодня.

– Ты напряжен больше обычного. – Келли отстраняется, не спеша подняться с колен, и озирает меня снизу вверх хищным, но не типичным развратным взглядом.

Властная, умная, обаятельная женщина, привыкшая получать свое и живущая в удовольствие. Четко знающая границы и никогда не требующая большего. Во многом мы схожи, и неудивительно, что нашли друг в друге то, что искали – а может, и нет, просто подвернулся случай. Постоянный секс без каких-либо обязательств.

Я давно знаком с Келли Фрай – со времен участившихся стычек с Акранесом, будь они неладны. Видел ее на собраниях совета Эридана, да и в штабе часто мелькала, и в какой-то миг, уже не вспомнить, в какой именно, мы просто стали ближе.

– Всего лишь устал… – спокойно отвечаю, отходя на шаг и поднимая спущенные брюки и боксеры. – Не бери на свой счет.

– Ну что ты… – Келли поднимается с прохладного пола, одним движением поправляя волосы. – И не подумала.

Она улыбается лукавой улыбкой змеи, готовящейся нанести удар своей жертве. Я привык. В роли ее жертвы быть не планирую, и она это знает, но все же иные улыбки не дарит. Мне и не нужно.

Вряд ли Келли можно назвать опасным человеком, но дорогу ей переходить не стали бы многие. Есть в ней что-то – мрачное, ледяное и непробиваемое, – что бросает в дрожь неопытных в общении с подобными лицами. Я же прекрасно знаю, с кем имею дело, и давно привык к ее элегантным, уверенным, но чертовски хладнокровным манерам и речи.

Ее точеное лицо – слишком молодое и привлекательное в тридцать с небольшим лет – нечитаемо, когда я протягиваю стакан с коричневого цвета жидкостью. То еще пойло, но другого алкоголя в Эридане не найти.

– Останешься на ночь?

И нет, дело не в том, что не кончил. Меня перестали волновать какие-либо женские реакции или последующие сплетни о том, что секс со мной мог не удасться, еще, наверное, лет пять назад, и предложение о ночевке связано не с желанием взять реванш и что-то доказать Фрай.

Просто пиздец как не хочется в эту черную зимнюю ночь оставаться одному.

Келли бросает быстрый взгляд на наручные часы и без лишних благодарностей принимает виски из моей протянутой ладони.

Время близится к двенадцати, отбивая неслышный ритм на ее хрупком запястье.

– Не в этот раз, Пирс, – без эмоций сообщает она, вглядываясь со мной в еле различимый пейзаж за окном.

Поднимается метель.

– Тогда подвезу тебя, – опрокинув в себя весь стакан, я поворачиваюсь к застывшей в задумчивости Келли.

Но она мгновенно приходит в себя, одаривая меня одной из своих фирменных деловых улыбок, в которой нет ни грамма тепла.

– За мной приедет водитель, я договорилась, – она разворачивается, обувает сапоги на высоченном каблуке и медленно направляется к выходу. У двери тянется за пальто. – Не утруждайся, тем более ты выпил…

Педантка до мозга костей.

Плетусь за ней, осознавая, что, может, оно и к лучшему, и что все-таки вряд ли Келли та, кто сможет согреть меня и развеять одиночество без применения крышесносного секса.

Сегодня хочется просто с кем-то помолчать, наблюдая за погребенным под белым саваном Эриданом из окна апартаментов. Гребаная лирика. И что с настроением?

У двери Келли останавливается, коротко смотрит на свой коммуникатор и добавляет бархатным голосом, растягивая слова:

– Завтра будет сложный день на работе. Мы ожидаем кое-каких новостей с минуты на минуту, и если все сложится, полагаю, что не обойдемся без помощи военных.

Хмурюсь, пытаясь разгадать явно скрытый контекст.

– Я так понимаю, детали ты сообщить не можешь?

Мы не так много говорим и не лезем в жизни друг друга, обмениваясь чаще всего лишь парой обезличенных фраз перед тем, как раздеться.

Но я должен был спросить, раз она закинула своеобразную удочку.

Хотя бы из вежливости и поддержания диалога.

И в итоге получаю нечто интригующее, хотя абсолютно не желаю сейчас анализировать эту информацию.

– Конечно, нет, милый. – Женские пальцы касаются моей щеки на мгновение под ироничную интонацию. – Всему свое время. Ты узнаешь подробности у генерала Рута, если он, конечно, решит привлечь конкретно тебя и твою группу. Вы ведь лучшие из лучших. А я пока рьяно сохраняю конфиденциальность, и даже твой прекрасный член не способен меня разговорить.

Последняя фраза брошена и почти тонет в диком поцелуе, с которым ее губы накрывают мои, и через минуту-другую Келли покидает мое обиталище.

Оставив меня в одиночестве, которое перестает быть давящим.

***

Голова с утра привычно гудит – из-за недосыпа и выпитого.

Машинальным движением поправляю форму, двигаясь в сторону кабинета генерала.

Надеюсь, сегодня Рут «снимет» с меня уже осточертевшее патрулирование, назначенное в качестве наказания две недели назад.

Напился и устроил драку с одним идиотом в баре. А Рут в последнее время ведет себя не как генерал – можно подумать, это первый раз, когда офицеры дерутся – а как чертов святоша.

Итог: из командира снайперской группы я пока разжалован и стал простым городским патрульным на некоторое время.

В полумраке коридора меня настигает Мэтт, мой заместитель.

Славный малый, пока не переберет с алкоголем.

Хотя как еще выдержать этот климат, в котором мы буквально заточены, хрен его знает.

– Доброе утро, командир, – приветствует Мэтт, согласно уставу и несмотря на нынешние мои обстоятельства, сразу сравнявшись со мной. – К генералу?..

– Утро доброе, Ларсен. К нему самому. Иду выяснять, что ему понадобилось от меня в пять утра… – бурчу в ответ, покосившись на подчиненного. – А ты чего на ногах?

– Да я это… – Мэтт неловко чешет затылок и мнется. Я уже знаю, что последует дальше. – По делам…

– Знаю я, блять, твои дела. Опять в бар опохмеляться?

Он поджимает губы, молчит, опустив глаза, но мы не останавливаемся и уже подходим к кабинету Рута.

– Завязывай, Мэтт, серьезно. Так и до алкоголизма недалеко.

– Я всего лишь…

– Единственное, что не дает тебя уволить – это только одному тебе присущий талант стрелять по мишеням четко в центр лба, посрать с какого расстояния.

Разворачиваюсь к нему, пристыженно застывшему у двери, окидывая строгим взглядом.

– Я больше не буду, Пирс, правда…

Как ребенок, мать его.

– Слышали, знаем, проходили, – отмахиваюсь от него и без предупреждения захожу к Руту, закрывая дверь перед носом непутевого засранца Ларсена.

Как его перевоспитать, ума не приложу…

Мэтт Ларсен – мой самый жесткий проеб, как командира, и я не в состоянии усмирить его в определенных ситуациях. И одновременно моя самая ценная находка при формировании подразделения «Дельта» пару лет назад.

Прохожу вглубь, к столу, за которым восседает генерал.

– Тебя стучаться не учили? – недовольно проговаривает Джордан, не отрывая внимания от планшета, на котором быстро что-то набирает.

– Снайперов не учат этикету. Только молчаливой стрельбе, – парирую я, развалившись на стуле перед ним.

Надо было принять что-то от головы.

Яд, к примеру.

Только он способен сейчас унять звон в ушах и мерзкий набат в черепной коробке.

Джордан Рут закатывает глаза, тяжело вздыхая с намеком, что я неисправим – собственно, это правда – затем откладывает планшет и, сцепив ладони перед собой в замок, мрачным взглядом вонзается в меня.

– Разговор пойдет как раз о стрельбе.

Так-так.

Вспоминаю слова Келли вчера перед уходом.

Складывается впечатление, что она, на самом деле, уже знала о привлечении меня к чему-то.

– Моя провинность в баре прощена? – кривлю рот в ироничной усмешке, которая генералом не оценена.

Жаль. Когда-то, когда мы были друзьями и на равных, мой сарказм он любил. Сейчас я позволяю его только тогда, когда мы наедине.

– Если бы не просьба ученых, походил бы в патруле еще немного, с тебя бы не убыло. – Джордан поднимается с места, вытаскивая из невзрачного металлического шкафчика папку с документами. Бросает ее на стол, сухо продолжая: – Исследовательский центр вот уже несколько месяцев занимается какими-то раскопками вокруг города. Мол, хотят найти что-то, что прибыло после катастрофы вместе с кораблями Альянса шестьдесят пять лет назад.

– Спасибо за экскурс в историю, генерал, – перебиваю я, протягивая ладонь к папке.

Рут закатывает глаза, но говорит дальше, игнорируя мой выпад:

– И они нашли. Нечто ценное. Понятия не имею, что это. – Он складывает руки на груди, наблюдая, как я изучаю бумаги. – И как в принципе семидесятилетнее старье может пригодиться в их разработках. Но им нужно наше содействие.

– В каком формате? – приподнимаю бровь, пытаясь параллельно слушать и вникать в написанное.

– Объект надо перевезти. Его обнаружили недалеко от исчезнувшего озера рядом с Эриданом. – Рут вновь садится обратно, внимательно всматриваясь в меня. – Наша задача – обеспечить безопасную доставку груза до здания исследовательского центра.

– Зачем им наша помощь? Акранес же…

– Снова как змея поднимает голову. Разведка передает, преступные группировки планируют новые нападения на Эридан. И мы не можем позволить, чтобы это случилось в том числе во время перевозки.

Задумчиво смотрю на Рута. Только же ведь затихли эти стычки… И вот опять. Опускаю взгляд в папку. В документах вижу краткие наброски и обрубленные данные, без описания того, что именно потребуется охранять; различные кодировки, отчеты, присвоенный статус секретности и схему Эридана.

Не успеваю задать вопрос, как Рут добавляет:

– Ты и твои парни берете на себя защиту в этом периметре. – Он наклоняется и обводит пальцем кусок района и дороги в центре города. – Распредели позиции и отбери лучших стрелков. Перевозка назначена на завтрашнюю ночь, улицы к этому моменту будут подготовлены и очищены от жителей.

Медленно закрываю папку и долго молчу, прокручивая в голове услышанное.

– С Акранесом понятно. Но что именно нашли ученые, раз им требуется настолько сильная конспирация?

– Нас это не касается, – качает головой Рут. – По крайней мере, пока. Мы отвечаем за безопасность всего Эридана и, в частности, за проведение подобных мероприятий без эксцессов.

– Можно подумать, у нас каждую неделю подобные мероприятия… – Зажимаю папку подмышкой, все еще строя догадки. – Неужели тебе совсем не интересно? Как генерал, ты ведь должен быть…

– Нет, – отрезает Джордан и взглядом указывает на дверь. – Если у тебя больше нет вопросов, то выполняй приказ, Спенсер.

Украдкой смотрю на папку, затем на генерала. В итоге киваю. Без слов встаю и покидаю кабинет, отсалютовав ему двумя пальцами от виска.

Что ж.

Перевозка так перевозка.

Хоть вернусь к прежней работе, которая явно интереснее, чем разнимание носящихся и дерущихся детей на улицах Эридана…

Глава 4

Аль-Фьорд

Чарли

Три дня. Именно столько мне требуется, чтобы изучить дневник Брэдли Робертса от корки до корки, но полученные знания не приносят ни капли удовлетворения. Лишь еще больше горечи и презрения к человеку, оставившему записи.

Помимо личных мыслей и заметок о течении своего заболевания Робертс часто переходил на терминологию, о значении которой я не имею ни малейшего представления. Попади этот блокнот в руки ученых из Эридана, они наверняка пришли бы в восторг и уж точно разобрались с написанным. Но я ни за какие средства не продала бы им эти сведения.

Однажды «светлые умы человечества» уже сотворили непоправимое, для каких-то целей создав то, что впоследствии назвали «Сумеречником». А я не тот человек, который хотел бы взять на себя ответственность за новый виток конца света, поэтому этот дневник никогда не должен оказаться в ненадежных руках.

Единственное, что я планирую, так это разговор с Кирби, когда через пару месяцев тот вернется из Эридана. Пожалуй, он единственный человек во всем Аль-Фьорде, который способен точно объяснить значение той белиберды, что на страницах своего дневника оставил Робертс.

За спиной слышится стук захлопнувшейся входной двери, а затем приближающиеся шаги, но я даже не оборачиваюсь. Спокойно домываю чашку, переворачиваю ее на сушилку и подхватываю с крючка полотенце для рук. Кожей ощущаю присутствие Стивена, но намеренно тяну время, не желая идти на контакт.

За прошедшие три дня мы так и не поговорили. Он все время пропадал вне дома: то на охоте, то занимаясь проблемами жителей поселения, то решая вопросы с предстоящим обменом между Аль-Фьордом и Бьоргеном. Он уходил, когда я еще спала, а возвращался, когда уже отправлялась ко сну. Я же, в свою очередь, даже не думала сделать первый шаг, потому как до сих пор считаю – в данной ситуации вина за ссору целиком и полностью лежит на Стивене. Да и, если разобраться, – сколько уже можно идти на уступки? Кристально ясно – наши отношения недалеки от краха, и у меня нет ни желания, ни сил как-то это исправлять.

Возвращаю полотенце на место и нарочито медленно разворачиваюсь. Стив замер у стола и наблюдает за мной исподлобья, весь его вид выдает настороженность, будто муж ожидает, что я в любую секунду брошусь в атаку. Но мне все равно. В душе ничего, кроме пустоты.

Тишина затягивается на несколько долгих минут, в течение которых мы неотрывно смотрим друг на друга, не двигаясь с места.

– Привет, – наконец нарушает молчание муж, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вскинуть брови.

Привет?

Такую тактику он выбрал?

– Привет, – отвечаю максимально нейтральным тоном, по которому невозможно разобрать ни единой эмоции, за что я собой горжусь.

Стивен с шумом выдыхает и неожиданно шагает вперед, стремительно сокращая разделяющее нас расстояние. А пару секунд спустя заключает меня в крепкие объятия, на которые я не отвечаю. Непроизвольно напрягаюсь, но попыток отстраниться не предпринимаю. Щеки́ касается прохладная ткань куртки, пахнущая уличной свежестью и немного дымом. Втягиваю пробивающийся сквозь них запах кожи Стива и на миг прикрываю глаза. Ничего не чувствую. Ничего…

– Прости меня, Чарли, – бормочет он мне в макушку.

На пару мгновений удивленно застываю, а после заставляю себя расслабить плечи и поднимаю голову, чтобы заглянуть ему в глаза. За зеленоватыми радужками нет и намека на холод, что царил там в момент ссоры, сейчас я вижу только искреннее раскаяние. Но я в него не верю. Уже нет…

– За что? – спрашиваю все тем же нейтральным тоном.

Стив тяжело вздыхает и самую малость отстраняется, продолжая прижимать меня к себе.

– За все: за то, что вел себя как мудак в последнее время; за то, что решал важные вещи без твоего участия; за то, что сорвался и обвинил тебя в своих неудачах. – Он нервно проводит ладонью по волосам, прежде чем продолжить: – Столько всего произошло и навалилось: чертов зверь, пугающий дичь, отчего пушнины для обмена набралось впритык; Гроув и его психованная жена давят на меня с необходимостью ускорить ремонт системы фильтрации воды, хотя это терпит еще пару месяцев; а в довершении ко всему ситуация с сейфом, которая будто специально повернулась не в мою пользу. Плюс я выпил не в меру, вот и не сдержался. Понимаю, это ни в коем случае меня не оправдывает, но я больше не могу выносить эту замораживающую отстраненность между нами.

Закончив, муж с надеждой заглядывает мне в глаза, а я могу думать только об одном.

Я, я и еще раз я.

Стив, как обычно, думает только о себе.

Неужели так было всегда? Ответ на этот вопрос наотмашь ударяет правдой.

Понимаю – так и есть.

Мои чувства к Стиву не позволяли видеть вещи реальными, все воспринималось словно сквозь искривленную призму, но перестало ровно в тот момент, когда я поняла, что устала. Устала оттого, что меня не слышат. Даже не так – не хотят слышать. И если раньше Стив хотя бы делал вид, что прислушивается к моему мнению, то давно перестал. Когда это случилось? До его избрания главой совета Аль-Фьорда или уже после? Не помню, да и сейчас это последнее, на чем мне хотелось бы акцентировать внимание. Уверена, попытайся я действительно разобраться в наших отношениях, копнуть глубже, чтобы дотянуться до корня проблемы, и новой ссоры не избежать. Я слишком хорошо знаю Стивена. Да и поздно уже. Разбираться нужно было раньше, а сейчас… мне все настолько безразлично, что временами страшно.

– Хорошо, – в конце концов произношу негромко и настойчиво выпутываюсь из объятий, на что муж, явно не ожидавший такого исхода, хмурится. – Давай вернемся к этому вечером?

– А сейчас ты…

– Жду Селби. Обойдем южные границы на случай, если зверь вновь объявлялся, чтобы не упустить шанс его выследить.

Стивен слегка хмурится, а после заминки кивает.

– Отправить с вами Джеральда?

Отмахиваюсь с показной небрежностью:

– Сами справимся.

Он снова кивает и оборачивается на резкий стук в дверь. Смотрю на настенные часы, если это Нил, он рано.

– Входи, – позволяет Стив.

Шагаю к вешалке, чтобы взять куртку и шапку, но на полпути замираю, потому как на пороге показывается вовсе не Селби, а запыхавшийся Дастин Кирби, которого здесь быть не должно еще как минимум несколько месяцев.

Какого?..

– Дасти! – с улыбкой восклицает Стив и обходит меня, чтобы поприветствовать друга.

Они с детства были не разлей вода и вели себя больше как братья, нежели друзья. Поэтому когда встал вопрос с внедрением в лаборатории Эридана, Стивен не раздумывая отправил туда человека, которому доверял как себе. К тому же, Кирби всегда отличался не только повышенной любознательностью к науке, но и способностью на раз-два разобраться с любыми, даже самыми сложными темами. Дед Дастина, бывший ученым в лабораториях Эридана до того, как покинул столицу и вместе с семьей перебрался в строящийся Аль-Фьорд, с удовольствием занимался с внуком и делился всеми знаниями, которые тот готов был поглощать.

Мужчины сходятся в коротких объятиях и с силой похлопывают друг друга по спине.

– Привет-привет, – здоровается Дастин и с широкой ухмылкой оглядывает Стива, будто желает убедиться, что с другом все в порядке.

Стивен, в свою очередь, проделывает то же самое, и я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Что произошло? – спрашиваю без предисловий, нарушая веселую атмосферу воссоединения.

Кирби вмиг становится серьезным, и Стив следует его примеру, жестом приглашая того сесть за стол.

– Выпьешь что-нибудь? – предлагает он.

Дастин отмахивается, плюхается на предложенное место и переводит дух.

– Военные Эридана глушат сигнал, поэтому не смог связаться с вами по рации, пришлось гнать на снегоходе, – поясняет он.

– В чем дело? – спрашиваю я, выжидательно глядя на усталое лицо Кирби.

Он надувает щеки, с шумом выдыхает и разводит руками, словно не зная, с чего начать.

– Похоже, они и правда в шаге от открытия, – заявляет он таким тоном, будто сам не может поверить в то, что только что произнес, а после поясняет: – ученые.

– Ты сейчас о… – начинает Стив, но Дастин перебивает.

– Да. Несколько дней назад они нашли недостающую книгу по проекту «Северный Антидот», в которой скрыт ключ к изобретению вакцины.

Внутренности холодеют, когда мы с мужем переглядываемся. В его глазах отчетливо читается зарождающаяся ярость. Наверняка он тоже догадался что именно военные забрали из проклятого сейфа на «Барракуде». Ни за что не поверю, что это простое совпадение.

Черт и еще раз черт!

– Ты уверен? – уточняю лишь затем, чтобы выгадать немного времени на размышления.

– Абсолютно, – кивает Кирби. – Фрай заряжена как никогда. Она прет напролом и уже ни за что не остановится.

На миг замираю, ощутив, как екнуло сердце. Слишком часто за последние несколько дней я читала упоминания этой фамилии. Еще одно совпадение? Что-то подсказывает – нихрена.

– Фрай? – переспрашиваю внезапно осипшим голосом.

Мужчины быстро переглядываются.

– Келли Фрай – руководящая всеми лабораториями Эридана, – поясняет Дастин.

– Та самая главная докторша, – добавляет Стив. – Я же тебе про нее говорил.

Едва сдерживаюсь от тяжкого вздоха. Говорить – говорил, но без имен. Хотя, по сути, какая разница? Что бы мне это дало? Фамилия Фрай не такая уж и редкая.

– А ты не в курсе, у нее нет родственника по имени Николас? – уточняю на всякий случай.

Дастин пожимает плечами.

– Чего не знаю, того не знаю. А что?

– Не важно, – качаю головой и снова возвращаюсь к насущному вопросу, отодвинув мысли о дневнике Робертса куда подальше. – Так что там с вакциной?

– Фрай готовит масштабный эксперимент, – охотно продолжает Кирби. – Но сначала им нужно достать какую-то штуку под названием «Эфир». – В желудке все каменеет, в ушах зарождается звон. Последнее уже слышу как сквозь вату: – По завету прибывших в Айстерлэнд ученых его захоронили где-то в районе пересохшего озера неподалеку от Эридана еще шестьдесят пять лет назад. Прямо сейчас команда Фрай ведет там раскопки. Я решил, что это важно, поэтому смылся, как только появилась возможность.

Нет! Нет и нет!

Черт побери – нет!!!

Этого просто не может быть!

– Ты сказал – «Эфир»? – уточняю безжизненно.

– Да.

– Нельзя, чтобы он попал в исследовательский центр! – выпаливаю я, ощущая приливающую к щекам кровь.