Урок нравственности. Роман

Настя получала письма и слышала звонки, но ей не хотелось ни вспоминать об Андрее, ни думать о нем. Может, со временем она смогла бы разобраться с тем, что произошло, но сейчас ей просто не хотелось о нем думать. Именно поэтому девушка не подходила к телефону и не читала Андреевы письма.

Тем временем по соседству с Настиной квартирой, на одной лестничной площадке, поселился молодой бизнесмен Вадим Перевозников. Квартира пустовала, соседи жили на даче, и вот решили сдать квартиру Вадиму.

– Здравствуйте, а мы теперь соседи с вами. Я вот снимаю квартиру. По работе удобно – как говорится, дешево и сердито. Мне, холостяку, много не надо, – начал разговор Вадим, увидев, как на втором этаже Настя моет окно.

– Здравствуйте, – улыбнулась Настя. – С новосельем вас!

– Спасибо! Какая прекрасная и хозяйственная девушка! Везет вашему мужу!

– Я не замужем, – отозвалась Настя.

– Как? Не может быть! Тогда никто не будет ревновать, если вечером пригласить вас в парк! Покатаемся на лодках! На колесе! Хотите?

– Ну, я не знаю – замялась Настя. Людмила Филипповна, слушавшая разговор незнакомца и Анастасии, сумела из-за спины дочери разглядеть Вадима. Высокий, симпатичный, хорошо одетый. Вежливо разговаривает.

– Она пойдет! – высунулась мама из-за плеча Насти, улыбаясь. – Я ее мама, Людмила Филипповна! И вы к нам потом заходите чайку попить! Я пирожки вкусные пеку!

– Спасибо! – засиял улыбкой Вадим.

Перевозников был старше девушки на десять лет. Казалось, состоятельный бизнесмен, но главное – он был обходителен и учтив. Из тех людей, кто никогда не докучает своим присутствием.

Вскоре походы в парк стали регулярными.

Однажды они плыли на лодке, Вадим был на веслах.

– Насть, а ты никогда не думала о семье? Детях? – спросил Вадим.

– Думала – с грустью ответила Настя, вспомнив Андрея. Ей, по мере того как они чаще и чаще встречались с Вадимом, казалось, что все это какая-то ошибка, что-то не так.

– И что? Неужели никто не сделал предложение? Ты такая красотка, женихи толпами, наверное.

– Нет, пока никто не делал, – улыбалась девушка.

Ей очень нравилось, что Вадим так внимателен к ней. Что все время интересуется что она чувствует. Он задаривал ее подарками. Они ходили в кафе, в кино, на дискотеку, ездили на его джипе. Постепенно Настя вошла во вкус взрослой и свободной жизни, да и мама одобряла ее ухажера. Настя почувствовала себя уверенной взрослой личностью. И еще Вадим отговорил ее искать работу. Обещал оплатить институт.

Вскоре Вадим сделал предложение Насте. Но она пока не соглашалась. Тех трепетных чувств, что были у нее к Андрею, новый жених у девушки не вызывал. С Вадимом она чувствовала себя особо ценной. Все девчонки смотрели с завистью, а вот с Машкой они стали общаться реже. Вскоре из друзей и знакомых остался только Вадим и его молчаливые друзья – Настя не понимала, о чем эти крепкие парни в кожаных куртках могут разговаривать, над чем смеются.

В один из воскресных дней Лариса Евгеньевна, помня просьбу Андрея, направилась к Настиному дому, чтобы узнать, почему та не отвечает на его письма, и вдруг увидела на лестнице девушку сына под руку с незнакомым мужчиной. Материнское сердце сразу догадалось, что место Андрея уже занято. Лариса Евгеньевна нахмурилась, развернулась и ушла, не сказав ни слова. Настя же почувствовала себя неловко. И эта неловкость не давала ей покоя. Она ощущала себя предательницей. Как-никак, Андрей перед отъездом взял с нее слово, что она будет ждать. «Надо объясниться!», – решила она.

В тот же день Настя села писать Андрею о том, что у нее другой поклонник, что они встречаются. Хотела рассказать о причине, заставившей ее изменить данному обещанию.

«Андрей, я честно собиралась ждать твоего возвращения. Но я не хочу связывать свою судьбу с наркоманом! Накурившись, ты даже не узнал меня. А я ведь уже взрослая, я хочу семью и детей» – начала писать она. И в этот самый момент раздался телефонный звонок. Настя взяла трубку. Это звонила мать Андрея. После сухого приветствия она спросила:

– Андрей знает, что ты встречаешься с другим человеком?

– Вот села писать.

– Не делай этого!

– Почему?

– В армии иногда от подобных писем руки на себя накладывают. Прошу тебя как мать, не пиши об этом. Лучше вообще ничего не пиши. Приедет – разберёмся как-нибудь.

Просьба Ларисы Евгеньевны была более чем убедительна. Настя отложила письмо. После этого разговора казалось, будто ответственность за происшедшее теперь легла на Ларису Евгеньевну.

Вскоре выяснилось, что Настя забеременела, и теперь не было смысла отклонять предложение Вадима. Назначили день свадьбы.

По приезду в родной город Андрей направился прямо к дому Анастасии – так сильно было его желание увидеть любимую, восстановить отношения.

Он бегом поднялся по лестнице, хотел позвонить в Настину квартиру. Но дверь была открыта. В доме – свадьба. Первой увидела Андрея Людмила Филипповна, она схватила Настю за рукав, но та уже встретилась с ним взглядом. Все на секунду замерли. Мать подумала, что сейчас будет скандал и Андрей учинит драку, как это уже не раз бывало. Но юноша в форме десантника стоял в дверях, не двигаясь, и только хлопал глазами.

Настя, глядя на него, вспомнила, как они ходили в кино, как робко он брал ее за руку и как едва не упал, когда пытался поцеловать. Она улыбнулась своим воспоминаниям и опустила глаза. Андрей, сжав до боли кулаки, кое-как совладав с собой, улыбнулся в ответ, затем развернулся и ушел.

Прибежав домой, он схватил ружье, оставшееся от отца, и прямо в солдатской форме снова помчался к дому Насти. Лариса Евгеньевна, даже не поговорив с сыном и не обняв его, сразу поняла, в чем дело и позвонила знакомым в милицию. Трагедию удалось предотвратить, сотрудники милиции успели остановить Андрея и забрать оружие.

Свадьба продолжалась, вот только невеста сидела грустная. Настя вспомнила про свою первую любовь, вспомнила теплоту, с которой Андрей к ней относился и невольно сравнивала с тем, что сейчас происходило в ее жизни. Теперешняя жизнь была довольно пресной. Вадима она не любила, вернее будет сказать – она разрешала ему любить себя. Он был мил, угадывал ее желания, в доме был достаток. Особенно радовалась мать, которая давно мечтала о хорошем материальном положении для дочери. Настя же чувствовала, что в отношениях с Вадимом остаются большие недомолвки.

Он знал о ней все, она же о нем – почти ничего. Он не любил говорить о себе, о своих делах, своем прошлом. Говорил, что никогда ничего интересного с ним не происходило и говорить об этом не надо. А остальное – вообще рабочие дела. Не для юной девушки все это занудство. «Лучше выбери себе купальник к медовому месяцу», – предлагал он.

Разрешая любить себя, Настя надеялась, и сама со временем полюбить мужа, но этого не происходило.

– Чего грустишь, Настюха? – спрашивал Вадим, хотя казалось, что он все понимает – что приход Андрея на свадьбу, милиция, все это сильно встревожило и взволновало жену.

– Так, давай-ка собираться! Сейчас в ресторан поедем! А то печаль началась прямо!

Прошло время. Андрею, по просьбе матери, предложили работу в милиции. У Ларисы Евгеньевны там отец всю жизнь проработал. И Андрея взяли не просто в милицию, а помощником следователя в РУБОП. Тогда Насте стало понятно, что никакой он не наркоман. И слова, которые он писал в письме, что лишь раз в жизни попробовал, были правдой.

В череде дней Андрей иногда невольно сталкивался и с Настей, и с Вадимом. Наблюдал их со стороны и отчетливо видел, что Настя мужа не любит; про Вадима он ничего сказать не мог, он его не знал. А Настю знал хорошо и мог дать руку на отсечение, что не ошибается. Он был уверен в этом, и именно эта уверенность оставляла крохотную надежду на то, что любимая к нему вернется. Этой надеждой Андрей и жил.

Настя готовила ужин и ждала мужа.

– Привет, дорогая!

– Привет! – обрадовалась Настя. – Я почти приготовила, мой руки и садись!

– Настюша, прости, но я сегодня не могу! Деловая встреча, на работе перекушу! Не видела мою рубашку, светлую? Так, я в душ! Прогладь штаны мне, будь добра! – он бросил брюки на стул и убежал в ванную. Настя расплакалась, стоя у плиты.

Вскоре представился случай, из которого Андрей сделал вывод, что и Вадим не любит Настю. Из города выдворяли проституток. В операции был задействован Захаров. В притоне жриц любви Андрей увидел Вадима.

Он схватил его за грудки и, скрежеща зубами, произнёс:

– Ах ты, скотина!

– Спокойно! Щенок! – зло улыбнувшись, ответил Вадим.

Неизвестно, чем бы закончилась эта сцена, если бы не начальник Андрея, капитан Кожевников. Он разнял сцепившихся мужчин, отвел в сторону помощника следователя и строго сказал:

– Ты при исполнении, оставь свои эмоции дома!

Андрей с ненавистью сплюнул, но послушался. После операции Андрей сделал копию протокола, где фигурировало имя Вадима, и помчался к Насте, чтобы показать, в каком обществе был замечен ее муж, но возле подъезда увидел Людмилу Филипповну, которая осторожно вела дочь под руку. Только теперь Андрей заметил, что Настя беременна.

Как только Людмила Филипповна заметила бывшего друга дочери, она сразу увела Настю в подъезд. Андрей так и остался стоять на улице с копией протокола в руке. Затем сел в служебную машину. Ночные бабочки, сидевшие внутри, сочувственно смотрели на него из-за решетки.

– Бедный. Что, бабу у тебя увели? Вот тебе и любовь до гроба!

– Сидим молча, дамочки! – отреагировал он.

Для него было бы лучше, забыть о Насте, увлечься другой девушкой, однако ни на какую другую он даже и смотреть не хотел. Сам не знал, почему. Может быть, так было угодно судьбе.

Однажды Кожевников вызвал его в свой кабинет. Налил две рюмки коньяка и попросил выпить с ним, что делалось в особых случаях.

– Слушай, Андрюха. Тут такое важное и серьезное дельце предстоит.

Андрей выпил.

– По оперативным данным стало известно, что в наш город приезжает один из уголовных авторитетов – капитан положил на стол фотографию, – а ты у нас новенький, еще не «засвечен», так сказать. Переоденешься в «гражданку» и будешь пасти его. Дадим тебе микрофон, – он вручил подчиненному микрофон в виде зажигалки. – Постарайся записать его разговоры с подельниками, ну и, конечно же, запомни тех, кто выйдет с ним на связь.

Андрей приступил к заданию, и каково же было его удивление, когда он увидел, что с уголовным авторитетом встречается не кто-нибудь, а Вадим Перевозников. С особым рвением стал выполнять задание Андрей. И, в конце концов, был вознагражден. Однажды, когда «авторитет» и Вадим вошли в ресторан, Андрей, дал официанту чаевых, велел, чтобы тот положил его зажигалку со встроенным микрофоном на стол рядом с ними. Официант был рад чаевым, а выполнить такую просьбу для него было делом пустяковым, и Андрею удалось записать интересный разговор.

Андрей доехал до отдела, поставил кассету в магнитофон, включил запись и услышал следующее:

– За тобой должок.

– Знаю.

– Когда отдашь?

– Дайте еще время…

– Время дать можем, если кралю отдашь.

– Она беременна.

– Вот потому тебе и надо побыстрее разойтись, пока она не родила. Ты думаешь, я не знаю, кто она? Совсем за лоха держишь?

– Твоя взяла. Будь по-твоему.

– Неделю тебе на развод!

Услышав эти слова, Андрей оторопел, он не понимал, что происходит, однако было ясно, что это касается жизни Насти.

Ноги сами привели его к ее дому. Он нажал на звонок. Дверь открыла Людмила Филипповна.

– Здравствуй, Андрей, что тебе? – спросила она, загораживая собой проход.

– Мне надо поговорить с Настей.

– Оставь ее в покое, прошу тебя! – повысила тон Людмила Филипповна, но была тут же отодвинута в сторону.

– Мама, не влезай! Дай нам поговорить! Идем, Андрей!

И в следующее мгновение Андрей оказался возле Насти в ее комнате. Мать ворвалась следом со словами:

– Это что за хулиганство, ну-ка выйди отсюда!

– Мама, оставь нас, – успокоила ее дочь. Настя вывела Людмилу Филипповну из комнаты и закрыла дверь. После чего сказала:

– Я слушаю тебя.

– Вокруг тебя какие-то непонятые вещи творятся. Твой муж скоро оставит тебя – сказал Андрей и только в этот момент вспомнил про служебную тайну, о том, что не должен всего этого говорить.