Леонид Быков. Аты-баты…
- -
- 100%
- +
Человеческое участие, сопереживание, душевная щедрость – черты подлинного художника. Талант всегда щедр и не боится раздаривать себя. С точки зрения привычных мерок, Быков, возможно, и не был красив, но какое это имело значение для тех, кто был очарован удивительно притягательным душевным обаянием этого веселого, отзывчивого, бесконечно доброго, с милой застенчивой улыбкой человека. Все, кто так или иначе соприкасался с ним в работе или в быту, вспоминают с благодарностью время общения, подаренное им судьбой. Друзья сняли о Леониде Быкове документальный фильм, получивший очень точное название: «…Которого любили все». Сколько лет нет Быкова, а о нем и сегодня говорят как о живом, вспоминают с любовью и тихой грустью.
Актер Алим Федоринский: «Леонид Федорович краснел, как ребенок, когда кто-то ругался в его присутствии матом (а ему было 45 лет!). Стеснялся носить галстук, надевал его в крайне редких случаях. Одевался очень скромно. Стеснялся ездить в своей машине (у друзей-то машин не было!). Стеснялся и краснел, когда его узнавали прохожие. Все переживал в себе. Но какое чувство справедливости!» «Он был очень скромным, болезненно ранимым и стеснительным человеком. В 50 лет он еще мог краснеть», – вторит ему друг Быкова, актер Владимир Талашко.
Надо сказать, что в дружбе Леонид Федорович был избирателен, не допускал панибратства, при этом оставаясь достаточно добрым и общительным человеком. В этом, возможно, и была его удивительная изюминка, человеческая и актерская индивидуальность. Суламифь Цыбульник, кинорежиссер: «Фильмы «В бой идут одни «старики» и «Аты-баты, шли солдаты..» снимал оператор Владимир Войтенко. Дружба Леонида Быкова и Владимира Войтенко была давней, еще со времен картины «Судьба Марины», которая была актерским дебютом Быкова. Этих двух людей многое роднило в творчестве и чисто по-человечески. Оба немногословны, скромны.
После фильма «Аты-баты, шли солдаты…» В. Войтенко тяжело заболел. Случилось так, что я находилась в приемной директора студии, когда туда позвонила супруга В. Войтенко и сообщила печальную весть, что только что он скончался. Первым, кого я встретила, выйдя из приемной, был Леонид Федорович, и мне пришлось сказать ему о случившемся.
– Вы пойдете сейчас на квартиру Войтенко? – спросила я Леонида Федоровича.
– Нет, – ответил он, – сейчас нельзя туда идти. По народному поверью, душа его еще не отлетела…».
Ему едва исполнилось пятьдесят… Двадцать пять лет плодотворной жизни в театре и кино были посвящены рассказу о правде жизни, о его поколении и поколении его отцов. Когда Леонида Федоровича спрашивали о творческих планах, он, как правило, говорил: «Не знаю. Где попало и что попало играть не хочу. Это в молодости еще не грех быть всеядным, а когда годы уходят, думать надо. Завоевывать авторитет у зрителей приходится десятилетиями, а потерять его можно одним-двумя плохими фильмами. Вот почему больше времени уходит на отказы от плохих сценариев и режиссерских предложений, пусть очень лестных, но чреватых опасностью потерять самое дорогое, что есть у актера, – уважение зрителей». Что-что, а уважение зрителей Быкову было не занимать, как и всенародную любовь.
Открывая в Московском Доме кино траурную церемонию прощания с народной артисткой России Лидией Николаевной Смирновой, Всеволод Николаевич Шиловский заметил, что эпитеты – «гениальная», «великая» и «грандиозная» на сегодняшний день размыты и за ними почти ничего нет. «Но сегодня мы прощаемся с действительно великой русской актрисой, народной любимицей, целой эпохой в русском кино, – признался он. – Она была человеком, который работал до последней секунды своей жизни и был современным до мозга костей». Мне кажется, что эти слова в полной мере относятся и к Леониду Федоровичу Быкову.
Я попросила Шиловского сказать несколько слов о Леониде Быкове: «У меня в кабинете висит портрет Быкова, – признался Всеволод Николаевич. – Второй такой индивидуальности нет. По-моему, он очень трагическая личность. Травили его так, как только умеют у нас, – хорошо, по-советски. Каждый фильм Быкова, кровью политый. Каждый фильм. А какой он актер! Даже если бы он успел перебраться в Москву – слышал, его звали возглавить Театр киноактера, его бы просто сожрали здесь. Хорошо, что не успел. Была бы еще одна травма. Зная все эти механизмы, уверен, что он просто не выжил бы здесь.
Его спасательным кругом была работа в ремесле, которым он владел фантастически. Один только фильм «В бой идут одни «старики» переживет нас всех. А то, что его актерские работы будут жить вечно, я глубоко убежден. Такая органика, такое богатое нутро, такое обаяние человеческое, мужское – просто на вес платины! Быков не однодневка, он – крупнейшая Личность нашего искусства, к сожалению, так рано от нас ушедшая…»
С этим трудно не согласиться.
Тайны характера. О чем умолчали звезды
Сегодня, говоря о человеке, стало модно обращаться к его гороскопу, чтобы лучше разобраться в его характере. Попытаемся и мы понять, соответствует ли действительности то, что предсказали звезды Леониду Федоровичу Быкову, принадлежащему к знаку Стрельца.
Уникальное сочетание остроумия, интеллекта, целеустремленности и дипломатии, спокойный нрав, философский подход к жизни, порядочность и честность – далеко не все качества, определяющие характер Стрельца. Ими в полной мере обладал и Леонид Быков. А еще большой жизненной энергией и силой, искренностью, общительным и дружелюбным нравом. Недаром он заслужил уважение многих, знавших его. Особенно его любили представительницы прекрасного пола. В Быкове покоряла и его способность поддерживать со всеми ровные, доверительные отношения. Хороший рассказчик, душа любой компании, по молодости еще и инициатор добродушных розыгрышей, он органически не переносил мрачности и пессимизма. Говорят, о человеке многое может сказать его любимый анекдот. Вот анекдот от Быкова: «В черной-черной деревне, на черной-черной улице, в черном-черном доме сидел дед и спрашивал: «Куме, на фига ты палил резину?»
Чистый сердцем, он слыл идеалистом. Не умел копить деньги впрок, жил сегодняшним днем, безоглядно веря в то, что завтра будет лучше, чем вчера. Когда водились денежки, Быков с легкостью давал их взаймы, считая неудобным уточнять о сроке возврата, полностью полагаясь на порядочность человека. Этой его доверчивостью пользовались. Помимо того, к нему часто обращались за помощью, зная, что всегда найдут в его лице поддержку и понимание.
Говорят, на Леонида Федоровича просто невозможно было сердиться или обижаться. Быков никогда бы не смог оскорбить человека. Все знали, что если он кого-то «взгрел», то сделал это не со зла, а сугубо в производственных целях. Трудно представить Быкова, разговаривающего с кем-то на повышенных тонах. В особо эмоциональных случаях Леонид Федорович просто замолкал или переходил на сосредоточенный шепот (почти так же, как его герой, разговаривающий с разбушевавшимся начальником в столь примечательном эпизоде фильма «Зайчик»).
Воображение философа, прямолинейность бойца, редкий творческий дар и, как следствие, насыщенная событиями жизнь, доставляла своему обладателю немало хлопот. Самообладание и оптимизм помогали Быкову выстоять в самые трудные периоды. Многим казалось, что никакие невзгоды не в силах сломить этого человека, и ему не представит труда найти выход из любой, даже самой безысходной ситуации.
И все же судьба благоволила Быкову и всячески его поддерживала. Везение и удача проявлялись не только в получении актером хороших ролей и в признании публики, но и в возможности следовать собственным путем. Доброжелательность по отношению к окружающим, внешняя безмятежность, плавные жесты и выраженная певучесть размеренной речи выдавали в Быкове внутреннюю гармонию с самим собой. Возможно, это шло от семьи – от той, которая его воспитала, и не менее от той, которую он создал сам по молодости лет.
Быков слыл однолюбом, что редко случается в актерской среде. Со стороны казалось, что он вполне счастлив. Истинное положение вещей знали немногие. Что на самом деле творилось в душе у Леонида Федоровича, было сокрыто даже от самых близких друзей. Несмотря на свойственное ему чувство ответственности, нести это бремя было нелегко, ведь в душе Леонид Быков так и остался большим ребенком, не примирившимся с суровостью обыденной жизни.
И все же Быков мог быть и другим. Он становился непреклонным с людьми, злоупотребляющими его доверием или проявляющими по отношению к нему излишнюю фамильярность. Возмущало Быкова и проявление власти над собой. Ему не раз приходилось самостоятельно отстаивать собственную позицию ради правды, за которую он шел до конца. Не выносил Быков и того, когда при нем кого-то незаслуженно обижали. Трудные годы военного детства научили его давать обидчику надлежащий отпор. Знак огня сделал его очень эмоциональным человеком. Его завораживала опасность. Гороскоп Стрельца наградил его еще одним качеством, о котором, возможно, и не подозревали близкие, – Быков любил скорость, это в конечном итоге его и сгубило…
Поначалу Быков отличался крепким здоровьем и завидным сопротивлением к болезням, что вызывало восхищение у окружающих. Напрасно близкие ставили ему в вину, что он мало думает о себе. На это у него просто не было времени. Постепенно недуги все чаще стали давать о себе знать, поскольку профессия актера редко обходится без травм. Благодаря бойцовской закалке Быков научился быстро с ними справляться.
Однако слишком часто ему приходилось встречать отпор людей, не одобряющих его стремлений. Неспособные к мечте, они старались, пока это было в их власти, в зародыше загубить любые начинания неисправимого романтика. Отстоять удавалось немногое. И для этого тоже требовалось огромное мужество и самообладание. Следствием психологических боев местного значения стали невидимые миру зарубки на сердце. Оно оказалось беззащитным к подобным испытаниям.
Несмотря на внешне веселый, добродушный нрав, в Быкове все время жило и рвалось наружу неосознанное стремление к чему-то новому, недостигнутому. Он помнил, как в молодости стремился наиболее полно проявить свой талант, показать, на что он способен. Тогда его избранницу привлекли в нем этот напор и постоянство, с которым жених добивался ее руки. Девичье сердце подсказывало, что этот невзрачный на вид парень любит ее той настоящей трепетной любовью, о которой мечтает любая девушка. И не ошиблась. Ее избранник пронес свое чувство через всю жизнь. Его верность, самопожертвование вызывали искреннее восхищение друзей и давали повод врагам узреть в нем ту самую «слабинку», по которой, в случае чего, надлежало бить.
Жаль только, что дело всей его жизни – кинематограф оставляло Быкову совсем немного времени подольше побыть в домашнем кругу, насладиться тихим семейным счастьем, порадоваться успехам детей. Жена Тамара стоически переносила все невзгоды. Труднее всего было ей, актрисе, пережить его успех – обожание поклонниц, киношные экспедиции, фестивали и вечные дороги… Она знала, что настоящей отдушиной в жизни для него были путешествия, благо артистам не приходится долго засиживаться дома – их ждут бесконечные поездки, съемки, выступления… Увлекаясь познанием окружающего мира, Быков собрал прекрасную библиотеку, которой частенько и с удовольствием пользовался. Отличаясь феноменальной памятью, актер прекрасно заучивал текст любой роли, хорошо помнил даты, имена и разные мелочи… Несмотря на это, в быту Леонид Федорович выделялся непрактичностью и забывчивостью, бывало, терял свои вещи.
В Тамаре он встретил все, что мечтал увидеть в женщине. Стараясь не ревновать, она ждала «на берегу», не задавая лишних вопросов, по возможности, не прислушиваясь к досужим сплетням. Всеми силами пыталась победить в себе излишнюю женскую подозрительность, не устраивая по пустякам скандалов, во всем поддерживала супруга, став ему надежной соратницей. Предоставляла ему полную свободу выбора и творчества. Старалась не мешать осуществлению задуманного. Ходила с ним в походы, воспитывала детей, вела хозяйство…
Они были честны друг перед другом. Жена прощала ему мимолетные романы, если таковые случались, а он в благодарность за ее житейскую мудрость и долготерпение обожал ее и детей. И очень гордился своей семьей. Возможно, как любой отец, он больше был расположен к сыну и очень нежен с дочерью.
До конца своих дней Леонид Быков оставался идеалистом. Только по прошествии времени стало ясно, что быковский прицел был направлен куда выше голов своих современников. Выше, чем многие из них в силах были рассмотреть. Сквозь звезды…
Туда, где рождаются мечты…
Родом из детства
Как известно, все мы «родом из детства». Эта беззаботная пора закладывает на всю жизнь характер человека и принципы, по которым он в дальнейшем развивается как личность. Основополагающим является здесь и место рождения, и семья, в которой человек воспитывается, и пример его родителей, и люди, его окружающие, и первые друзья…
Леонид Быков – плоть от плоти земли, на которой вырос. В ней истоки его характера, его судьбы. Хотя и родился Леонид Федорович в семье потомственных рабочих в селе Знаменском Славянского района Донецкой области 12 декабря 1928 года, считал своей родиной рабочий поселок Прокатчиков на окраине Краматорска, куда семья Быковых переехала в 1929 году. Быков всегда очень гордился тем, что с Донбасса. Гордился своей фамилией, которая в этих краях не редкость. Любил простых людей, земляков, свою Прокатку. Признавался, что именно она сделала его человеком, научила любить и ценить то, что он потом любил, и ненавидеть то, что ненавидел. «Мои корни – на Прокатке», – с достоинством признавался он.
С Краматорском у Леонида Быкова связано множество самых теплых воспоминаний. Торец, Бычок, железнодорожный путь – этапы большого пути. Здесь прошло детство вихрастого паренька Леньки. Здесь просыпался он по утрам от заводского гудка, пошел в первый класс, окончил среднюю школу № 6, впервые вышел на сцену местного ДК имени Ленина. Отец, Федор Иванович – вальцовщик-металлург, видел в сыне продолжателя рабочей династии, дядька Аким прочил любимчику семьи актерскую судьбу – уж больно здорово читал Ленька на семейных вечерах юмористические рассказы Чехова. Так читал, что хохотали все, даже обычно сдержанный отец…
Старшая сестра Леонида Федоровича, Луиза Федоровна Клещ, на открытии в Краматорске быковского кинофестиваля в 1985 году рассказывала, что отличительными чертами характера ее младшего брата были жизнелюбие и увлеченность делом. Уже в четвертом классе он режиссировал для жителей своей улицы спектакль «Таня-революционерка», который готовили совместными усилиями дети и родители. Вход стоил 10 копеек. На вырученные деньги от проданных билетов артисты купили лимонад и печенье, и премьеру отмечала вся улица!
В десятилетнем возрасте Леня не только поставил сказку «По щучьему велению», но и сыграл в ней главную роль – Емелю. Видимо, тогда у него и появилась идея соединить актера и режиссера в одном лице. Увлеченность Лени делала его центром любой компании. Луиза Федоровна вспоминала, что каждый, кто с ним знакомился, сразу становился его другом или поклонником.
Земляки не забыли Леонида Быкова. В Краматорске открыт музей Леонида Федоровича, установлены памятник, мемориальная доска на его школе, именем Быкова названа улица, в его честь проводятся кинофестивали. Земляки им гордятся и вспоминают добрым словом веселую, дружную и хлебосольную семью Быковых.
Родители Леонида Федоровича были родом из села Знаменское Черкасской волости Изюмского уезда Харьковской губернии. Только отец, Федор Иванович, родился 24 декабря 1898 года, а мать, Зинаида Панкратовна, 16 июля 1907 года. Знавшие ее вспоминали сердечность и доброту этой женщины. Сама она была из многодетной семьи, воспитавшей восемь детей.
Дед Леонида Федоровича был рабочим, бабушка домохозяйкой. Взрослеть отцу Леонида Федоровича пришлось рано. Он успел окончить сельскую школу, когда в 1910 году умерла сначала его мать, а спустя пару лет и отец. Сначала сирота батрачил, потом пошел работать на завод. В своей автобиографии Федор Иванович писал: «Самостоятельным трудом жизнь начал с 1913 года. Работал на Дружковских заводах с 1913 года по 1917 год». Дальше была служба в старой армии. В Гражданскую Федор защищал Советскую власть – сначала пулеметчиком, затем политруком. После победы Федор пошел рабочим на мелопомольный завод на станции Шидловская, а в ноябре 1923 года стал вальцовщиком прокатного цеха Краматорского металлургического завода имени Куйбышева, в котором в дальнейшем и проработал много лет. В 1924 году Федор Быков вступил в партию. Став коммунистом ленинского призыва, именно он пригнал в родное Знаменское первый трактор.
Через год, 31 октября 1925 года, в загсе при Знаменском сельсовете Федор узаконил брак с Зинаидой Быковой. Невесте-однофамилице в документах даже не пришлось ничего менять. Жить молодожены пришли в просторный и теплый дом Зинаиды. Рубленый, в три окна, он был обмазан глиной и крыт железом. Этот дом сохранился и по сей день, только теперь его стены обложены кирпичом. Село переименовано и носит теперь название Черкасское. Именно здесь, в доме номер шесть, на улице Свободы, в 1927 году у Быковых родилась дочь Луиза, впоследствии ставшая педагогом, а спустя год, 12 декабря 1928 года, сын Леонид.
Установленный адрес
Местному краеведу, автору книги «Краматорская быль» Владимиру Федоровичу Коцаренко удалось узнать много интересного из истории села Знаменского. Оказывается, к 1858 году оно состояло из двух частей. В одной проживали крепостные, в другой – казенные (свободные) крестьяне. Эту часть в народе прозвали Черкасское (в ту пору украинцев величали черкассами). Говорят, основал Черкасское полковник Изюмского слободского полка Константин Захаржевский во время постройки оборонительной линии укреплений, за что в 1685 году получил от царя похвальную грамоту. Сегодня уже не представляется возможным установить – были ли Федор и Зинаида Быковы потомками крепостных или казенных крестьян. Известно только, что проживала семья на том краю Знаменки, которую в начале века местные жители величали Ганiвкой.
В 29-м году семья Быковых оставляет Знаменку, чтобы поселиться в поселке городского типа Краматорский. Позже, в 1932 году, Краматорск, расположенный в северной части области на реке Казенный Торец (приток Северского Донца), благодаря строительству гиганта отечественного машиностроения Новокраматорскому машиностроительному заводу (НКМЗ) получил статус города и стал индустриальным центром Донбасса.
Владимир Федорович Коцаренко, устанавливая первый краматорский адрес семьи Быковых, в своей книге пишет: «Как-то, еще ничего не зная о годе постройки дома на «Прокатке», но уже предполагая, что Быковы поселились там отнюдь не в 1930 году (как мы знаем, это произошло в 1929 году. – Н.Т.), я затеял на эту тему разговор с мужем покойной Луизы Федоровны – Алексеем Семеновичем Клещом. В результате, основательно «перелопатив» домашний архив, однажды при встрече он вручил мне старую почтовую карточку, на обороте которой были письмо и адрес. Последний вмиг развеял все сомнения и подтвердил мою правоту.
«Почтовку» послала из Керчи некая Нина. Судя по всему, она из местных и в Крым отправилась в поисках работы, а может быть, и счастья. Письмо было адресовано Марии Панкратовне – старшей сестре Зинаиды Быковой. Вместе с Быковыми Мария покинула родную Знаменку и много лет подряд жила с ними в Краматорске под одной крышей. На карточке Нина написала следующий адрес: «Ст. Краматорская. На Донбас(с)е. Октябр(ь)ский поселок, №130, кв.8. Быков. (Для М.П.)». Дату она не указала. Однако сам факт, что в адресе значится «Ст. Краматорская», уже свидетельствует: незнакомка послала карточку не позднее 1932 года (в этом году Краматорской присвоили статус города). Удивляло, конечно, что в адресе отсутствовало название улицы. Но я ведь знал: карточка нашла получателя.
Описание всех перипетий, связанных с поисками дома, где пролетели детские годы Леонида Быкова, наверняка утомили бы каждого. Важен итог. Поэтому для особо нетерпеливых сообщаю точный адрес: г. Краматорск, ул. Спортивная, д.12, кв.8. Это в Старом городе, в районе сквера Металлургов, в самом сердце старой части поселка Октябрьский. Год постройки дома – 1928. До войны 1941 – 1945 гг. здесь одна только центральная улица имела название – проспект Октябрьский, и нумерация домов была привязана к ней. Вот почему в адресе на «почтовке» улица не фигурирует. Кстати, прежние номера домов сохранялись вплоть до середины 50-х гг. Изрядно поржавевшие таблички кое-где уцелели по сей день. Есть такая и на «быковском» доме. Сохранился план города, датированный 1956 годом. На нем этот дом все еще помечен двойным номером – 12/130». Позже одна из соседок вспоминала, как Федор Иванович Быков, выходя во двор, шутил: «В цьому домi самi бики та бугаї живуть», намекая на свою фамилию и соседа – Бугаева, занимавшего высокую должность на одном из предприятий города.
Надо сказать, что переезжала семья Быковых часто. Уже в 1936 году она переселилась в один из живописнейших уголков города – поселок Прокатчиков на улицу Молотова, дом номер девять (ныне улицу Шишкина). Всего таких переездов было около девяти. И каждый раз, вслед за кормильцем, семья поднималась с насиженных мест. Федора Ивановича то направляли на учебу в Москву, то избирали председателем профкома Краматорского металлургического завода, то бросали уполномоченным по хлебозакупкам в сельские районы…
Барнаульское детство
Во время эвакуации Быковы оказались в Барнауле, где Федор Иванович сопровождал эшелоны с продовольствием. Когда в город прибывал очередной состав, сослуживцы бежали за женой, чтобы она забирала скорей своего Федора, в очередной раз грохнувшегося в голодный обморок. При такой «хлебной» должности взрослый мужчина весил всего 47 килограммов, в то время как рядом стоял полный продуктов эшелон…
Дочь Леонида Быкова Марьяна вспоминает: «Это было великое самопожертвование и самоотречение. Таким же абсолютно наивным, чистым и идейным был и его сын. Он не мог быть другим. Так же искренне и неудержимо папа рвался в Корею, где гибли корейские дети. Писал заявления, бросал институт. Его не пустили, и в Корее как-то обошлись без него, но в этом была его суть. Те же максимализм и жертвенность стопроцентно присутствовали и в характере мамы…»
Вот так и жили Быковы, жертвуя собой ради общего дела. Сын знал, что, даже страдая пороком сердца, отец в 41-м рвался на фронт защищать Родину, сильно переживая, что врачи его «забраковали».
Позже, став кинематографистом, Леонид Быков использует в творчестве некоторые факты своей биографии. Личное, в частности, проявится в фамилиях персонажей его фильма «В бой идут одни «старики». Известно, что многие его киногерои – реальные люди. Так, прототип Смуглянки – друг детства Леонида Быкова, погибший на войне летчик Виктор Щедронов (в кадре использовались его реальные фотографии). Другой персонаж картины – Николай Алябьев – мальчишка, с которым Быков подружился во время эвакуации в Барнауле, когда его семья жила на квартире у его родителей.
Конечно, Быковы, чудом вырвавшиеся из оккупированной Украины в далекую Сибирь и натерпевшиеся тягот эвакуации, были рады тому, что в Барнауле их накормили и отогрели. Позже Леонид Быков любя называл этот город своей вотчиной. Здесь его семья получила наконец крохотную комнатенку в деревянном бараке, работу и школу. Барак находился в переулке Тальменском. По нему пролегала горная дорога к обскому парому. Сейчас это глухое место. Барак снесли в середине 70-х годов прошлого века. Теперь здесь заросли кленов, которые так любил будущий актер и режиссер Леонид Быков.
Спустя годы, приехав в Барнаул в 1974 году представлять картину «В бой идут одни «старики», известный актер и режиссер Леонид Быков со сцены сказал: «Дорогие мои земляки! Я набираюсь нахальства и говорю, что земляки, потому что здесь прошло три года моей жизни. Но… годы войны считаются один к трем, значит, можно считать, девять лет я здесь жил. Я очень жалею, что я не поэт, но если мне сто раз дадут возможность говорить на земле Алтайской, я сто раз скажу одно и то же: «Спасибо тебе, Барнаул, спасибо от мальчишек донбасских и от всех тех, кого вы спасали: тут были и москвичи, и ленинградцы, и харьковчане…»
Прошло тридцать с лишним лет. При слове Барнаул хочется есть. Кто из старожилов есть в зале, тот, наверное, помнит эти годы. Как скажут Барнаул – рука тянется к хлебу. Вы отдавали и тепло, и жилье, и добро…
Нашу семью приютила семья Алябьевых. Вот сидит Алябьев. Коля, встань. Полкровати своей отдал мне. Может, теперь жалеет. Не знаю. Барнаульцы, спасибо вам за все, тридцать лет не успеваешь сказать «спасибо». Я после войны первый раз в этом городе. Завтра нам обещают дать возможность поехать на Восточный поселок, поискать: там, говорят, пара бараков еще остались, если сохранились. Ну, овраги-то сохранились там, где учились на лыжах стоять. Сказать словами «спасибо» трудно.