Проклятье индийской принцессы

Варя ходила целый год, словно во сне. Она даже разучилась улыбаться и все стали опасаться за ее здоровье. Но потом что – то произошло, никто даже не понял, что именно заставило ее так измениться. Варька отрезала длинную косу, стала разрисовывать свое красивое лицо яркими красками, накупила коротких юбок и рваных джинсов, в общем, пустилась во все тяжкие. Ее постоянно подвозили на дорогих машинах и со своими подругами она теперь почти не общалась.

Но вновь что – то переключилось в ее голове, и наша Варвара решила выйти замуж со всеми подобающими церемониями: пышной свадьбой, роскошным платьем, подругами невесты, для чего нас снова собрали в кучу.

Варька посмотрела на меня странным взглядом, но комментировать не стала, только отвернулась к окну.

– Варь, а полицию все – таки вызвать надо. Это не шутка. В сумке были ценные вещи?

– Там было столько всего ценного, Глаш, – Варя закрыла лицо руками и плечи ее затряслись. – Самое ужасное, что там был телефон со всеми контактами. Я теперь как без рук. Хорошо еще, что паспорт остался в другой сумке и в квартире помощница уборку делала. А то бы ночевала на коврике. Теперь замки надо менять, номера телефонов восстанавливать. Столько дел, а к свадьбе еще ничего не готово. Так что без твоей помощи, Глаша, мне не обойтись. Теперь ты будешь мной, а я твоим мозгом.

– Это как?

– Я буду говорить тебе, что и как надо делать, а ты исполнять. Не могу же я показываться на глаза в таком виде? Хороша невеста! Смех один. Остальным скажем, что я улетела на пару недель, на море. Восстанавливать силы перед свадьбой.

– Думаешь, я смогу справиться в одиночку?

– Главное во всяком деле – это хороший руководитель! – строгим тоном прекратила дискуссию Варя.

* * *

После длительного ожидания полиции, долгих выяснений всех обстоятельств нападения, медленного составления протокола со всеми подробностями, меня, наконец, отпустили.

Домой я вернулась под утро. Я шла по улице Гороховой и от бессонной ночи, переживаний и предстоящих обязанностей, даже забыла, что мне следует бояться одиноких прохожих.

По словам Вари на нее напали двое здоровых мужчин в черных масках возле самого подъезда. Ни один из них не произнес ни слова, только дернули из ее рук сумку, а когда она попыталась ее отстоять в неравной борьбе, ударили несколько раз по лицу.

В моих руках сейчас сумки не было. Только в глубоких карманах макинтоша позвякивали ключи. Дождь кончился, умчался и ветер. Раннее утро было тихим, и я шла, пытаясь сосредоточиться на первых поручениях Варвары. Ответственность – наверное, самая главная черта нашего семейства. Мы все – образец ответственности и обязательности. А еще безотказности. И, кажется, ни для кого это не секрет. Ни одна из семейства Мухиных не может отказать, в какой бы то, ни было просьбе своим друзьям, знакомым и родственникам. Каждый раз одна из нас дает клятву, что больше не будет позволять так собою манипулировать, но оборону мы держим не долго.

Войдя в свой подъезд, я не спеша поднималась по ступеням, но услышав шорох и шумный вздох, остановилась и прижалась к стене. Какое – то время было тихо, но вот новый тяжкий вздох огласил лестницу.

«Кто это? Запоздалое приведение еще не покинуло теплое убежище? Или Варькины грабители решили выпытать у меня, что наговорила Варвара полиции?» – я оставалась стоять на одном месте, стараясь сдерживать дыхание.

– Глафира! – вдруг раздался знакомый голос. – Ты чего там застряла?

«Гошка!» – обрадовалась я и в три прыжка поднялась на свой третий этаж.

– Ты чего здесь?

– Тебя караулю, – прохрипел Игорь. – Куда ушла не сказала, только покашляла у самой двери. Я так и не понял, что это было. Ты хотела тем самым сообщить мне, что уходишь на ночное свидание?

– Ты прекрасно знаешь, что нет, – я опустилась на ступеньки.

Гошка пристроился рядом. Судя по тому, что он был закутан в теплый плед, на лестнице он провел много времени.

– Я что – то не помню, чтобы ты любила гулять в такую ночь, – бросил он пробный шар, так как я продолжала молчать.

Мне было радостно оттого, что меня кто – то ждет, волнуется. И мне было стыдно рассказать Гошке, что вылетела я из дома по просьбе Варвары. Почему – то думалось мне, его это не обрадует.

– Ну, так, где тебя носил ночной ветер? – пристал с расспросами Игорь.

– Гош, мне позвонила Варя…

Его громкий смех прервал мой рассказ.

– Почему я не удивлен?

– Подожди, ты же не знаешь всего. – Терпеливо продолжила я. – На Варю ночью напали бандиты, отобрали сумку, избили. У нее теперь все лицо синее.

Гошка присмирел и задумался.

– Я так полагаю, что теперь тебе придется заниматься дальнейшей организацией свадьбы.

– А как ты догадался? – вытаращила я глаза.

– Кому позвонила, тот и козел отпущения. Ты, Глафира, теперь причастна к великой и ужасной тайне Варькиного уродства, а, следовательно, после исполнения возложенных на тебя обязанностей, с тобой может произойти несчастный случай. С тебя не взяли слово молчать?

– Гошка, я спать хочу, я устала, а ты несешь всякий бред, – сердито поднялась я, и стала выуживать связку ключей из бездонного кармана.

Не говоря ни слова, мой сосед тихо закрыл за собой дверь, а мне на минуту стало стыдно, что я даже не поблагодарила его за заботу и волнение.

* * *

Мне показалось, что спала я минут пять, буквально только смежила свои веки, но на старинных часах, которые давно уже позабыли, что когда – то они отсчитывали свое время боем каждые четверть часа, было начало двенадцатого.

Побродив с улыбкой по все еще пустой квартире, я вышла на кухню и задумалась: завтракать или обедать? Но открыв холодильник, поняла, что, ни того, ни другого мне в ближайшее время не предвидится. В холодильнике сиротливо лежала начатая пачка масла и две жухлые морковины.

Перед отъездом мама предупредила, что мне надо сходить в магазин за продуктами, но я не думала, что все так плохо. Вчера в радостной эйфории от своего одиночества, я даже не заметила, что недра холодильника пусты. Кроме молока мне на тот момент ничего было не нужно.

Не хотелось покидать тихую квартиру. Я планировала сегодняшний субботний день провести за книгой и наслаждаться только обществом себя любимой. Человек должен отдыхать от социума, иначе в нашем переполненном информацией и шумом мире его психика может не выдержать. Это я недавно слышала в одной программе и хотела проверить на собственном опыте: полезно ли одиночество и как оно скажется на моем состоянии?

Ладно, накину бабушкин плащ на пижаму и добегу до ближайшего магазина. От еды я отдыхать не собиралась.

Телефонный звонок задержал меня в дверях. Кажется, в этой передаче говорилось, что наши главные враги и они же помощники – телефоны. Они держат нас в постоянном напряжении и от них тоже надо отдыхать, хотя бы раз в месяц. На этот раз звонил наш домашний динозавр с диском посередине, висевший на стене.

Я наивно сняла трубку. И о чем я думала в тот момент?

– Глафира, ты мне нужна! – рявкнула трубка голосом Варвары.

– Здравствуй, Варя! А я как раз в магазин собиралась за молоком и хлебом, – проблеяла я, уже сомневаясь, что сегодня мне удастся купить еды. – Тебе что-нибудь нужно?

– Мне нужен айфон. Запиши марку и цвет, чтобы не перепутала. И восстанови мой старый номер.

– Варь, а как я куплю тебе телефон без твоего паспорта и денег у меня столько нет.

– Значит, тебе нужно быстренько прибежать ко мне, я тебе все выдам и дам список, что мне еще надо. Даже не думала, что потеря сумки это такая катастрофа. И поторопись, Глафира. У нас сегодня куча дел, не забывай через три недели моя свадьба.

– Варь, а ты жениху звонила? Может, он возьмет на себя часть забот? – робко пискнула я.

– Я не могу такое мероприятие доверить мужчине. Тут нужен ум, вкус, такт и деликатность.

Я уже было собиралась в гордости развернуть свои плечи, но Варвара добавила:

– Я одна обладаю всем этим набором. Но под моим чутким руководством и ты справишься. Не теряй время, Глафира, я тебя жду.

Я трусцой побежала по Гороховой. Сегодня светило яркое солнце, после ночного дождя улицы были чистые, асфальт блестел мелкими лужицами, воздух был пропитан влагой. Дышалось трудно. Прохожие в удивлении оглядывали меня, некоторые даже останавливались, провожая меня взглядом.

Я тоже остановилась как вкопанная. От Варвариных заданий я абсолютно забыла привести себя в надлежащий вид. Кажется, я даже не умылась. И так и шла по центру города в пижаме, бабушкином плаще, (сейчас явно не по погоде) и с всклокоченными волосами. Они у меня и так не особо послушные, а, уж, после сна…

Единственный способ, который мне был доступен, чтобы не обращать внимания на любопытные взгляды – это не смотреть на любопытствующих. Я опустила глаза вниз и еще быстрее припустила по тротуару.

Варька встретила меня в дверях в узеньких синих брючках, подчеркивающих длину и красоту ее ног и в белой широкой рубашке. Разбитые губы она подкрасила темной помадой, элегантные солнечные очки закрыли пол лица и синяк. Если бы я не знала, что лицо ее пострадало, то никогда бы и не подумала, что передо мной девица с фингалом под глазом.

– Варь, ты так хорошо выглядишь! Абсолютно ничего не заметно и тебе можно выходить из дома! – я была искренна в своем восторге. Почти.

– Не говори ерунды, Глафира. Мои синяки всегда долго заживают.

И Варвара слегка приподняла свои темные очки, демонстрируя мне то, что скрывалось под густым гримом.

– Я ничего не замечаю!

– А я замечаю, что ты не ночевала дома. Как ты вырядилась в такую жару? Свой плащ можешь оставить у меня. Обещаю его не примерять и фасончик не срисовывать.

Я распахнула макинтош, демонстрируя залитую молоком пижаму.

Варька даже не устояла на своих длинных ногах и плюхнулась на скамейку.

– Как можно так выходить из дома на улицу? – хлопала она своими большими глазищами. Один был явно больше.

– Я торопилась, – потупила я свой взор.

– Ну, ты бы объяснила, что еще не готова, я бы подождала часик. И сейчас ты собираешься так идти в Гостинку за телефоном? Боюсь, что тебе его не продадут в таком виде. – С сомнением произнесла Варвара. – И мои вещи на тебя явно не налезут. Хотя…