Печать Индиго. Владыко Миров

До порта оставалось еще немного, когда тихая пустынная улица наполнилась грохотом копыт многочисленных лошадей со зловещими всадниками в черных одеждах. Владимир резко остановился, понимая, что им не уйти от Темных и бросил отчаянный взор на Славу.

– Беги, я задержу их! – скомандовал он.

– Нет, я не оставлю тебя, ты ранен!

– Беги, я сказал! – выпалил он грозно. – Хоть ты спасешься.

– Мы погибнем оба или вместе спасемся, – возразила твердо Слава и встала рядом с ним.

– Непослушная девица, – пророкотал Владимир и быстро поставил Славу за спину.

Всадники уже приблизились к молодым людям и резко остановились от них в десяти шагах. Капюшоны полностью скрывали лица двух дюжин Темных монахов. Владимир лишь побледнел, окидывая грозным взглядом эту темную кавалькаду. Взмыленные лошади переминались с ноги на ногу.

– Отойди, фон Ремберг! – проскрежетал ледяным голосом один из всадников по-немецки. – Нам нужна Светлая девка!

Владимир напрягся. Окинул соколиным взором первую шеренгу всадников, желая узнать, кто говорит с ним, чтобы его первого ударить энергетическим лучом. Но монахи, замерев, словно изваяния, не шевелились. Темная ткань скрывала их лица, оттого было невозможно определить, кто именно из них говорил.

– Убирайтесь! – жестко произнес Владимир. Он чуть пошатнулся и глубоко вздохнул. Болезненное состояние давало о себе знать.

– Если ты отдашь нам ее, мы не тронем тебя, предатель. Она принадлежит нам! – продолжил все тот же ледяной могильный голос.

– Убирайтесь! – процедил непокорно Владимир, наконец по звуковой волне определив, откуда идет звук. Он отчетливо узнал голос жреца Генриха, хромого брата Ордена, который также был учеником Лионеля и, несмотря на свои пятьдесят лет, слыл самым лучшим воином Темных после Владимира. Именно Генриха он первого вырубил энергетическим лучом на кровавой мессе. И молодой человек думал, что силы его луча было достаточно, чтобы убить Генриха, но, видимо, жрец имел сильное жизненное существо, раз смог уцелеть после убивающего луча Владимира, который по энергетическому воздействию был равен шаровой молнии.

Молодой человек попытался выставить защиту, но его тело было еще слабо, и кокон не получился, ибо для этого требовалось больше жизненной энергии. Зная, что лучшая защита – нападение, Владимир в следующий миг выкинул руку вперед и вонзил сильный энергетический удар в Генриха. Однако увидел, как его фиолетовый убивающий луч разбился о невидимую защиту жреца, молодой человек нахмурился, понимая, что Генрих – сильный противник. Да, он не достиг такого совершенства, как Владимир, но все же обладал некоторыми колдовскими знаниями, например, мог выставить энергетическую защиту от его смертоносного луча. На той мессе Генрих просто не ожидал нападения, и поэтому Владимиру удалась быстро вырубить его. И неудивительно, что Лионель послал возглавлять погоню именно его. Владимир также знал, что остальные монахи вряд ли могли бы сравниться с ним по силе и умениям, оттого прищурился и сосредоточился.

– Ты намерен помешать нам забрать ее, сопляк? – произнес Генрих угрожающе.

Вместо ответа Владимир выкинул вторую руку вперед и с силой ударил энергетическими лучами по трем другим всадникам. Один из них выпал из седла, а два других схватились за глубокие кровавые раны на плечах, которые нанес им молодой человек. Генрих тут же выехал вперед, и Владимир лишь на миг увидел в его руке длинный кнут. Темный стремительно описал им кольцо в воздухе, и через мгновение толстая кожаная веревка обвилась вокруг шеи Владимира. Видя, что, как и раньше, защитный кокон окутывает тело Генриха, молодой человек быстро схватился рукой за кнут и с силой дернул его. От рывка Генрих вылетел из седла и свалился с лошади на землю. Владимир же, сдернув кнут со своей шеи, энергетическим лучом свалил еще одного всадника.

– Так ты и дальше намерен препятствовать нам? – уже прошипел Генрих, вставая на ноги и делая знак своим людям. Четверо всадников молниеносно приблизились к ним, вытягивая правые руки, на которых были надеты темные перстни. В следующий миг Владимир, прочитав последнюю мысль одного их Темных, громко прохрипел:

– Назад, Слава!

Он неистово оттолкнул девушку от себя, и та невольно отбежала на несколько шагов. Но Владимир не смог отпрянуть вовремя, и Темные всадники окружили молодого человека. Внутренним видением девушка отметила, как от ладоней монахов образовалась невидимая сеть, крепящаяся концами к перстням на их руках. Монахи повернули камни, и энергетическая сеть упала на Владимира, тут же уронив его на землю. Слава вскрикнула, отметив, что это какие-то невидимые энергетические волокна, от которых молодой человек на миг потерял сознание.

– Владимир! – дико закричала она и бросилась к нему.

Но едва прикоснулась к невидимой сети, ее ударила сильная энергия, и Слава отдернула руку. Она осознала, что по сетке проходит некий сильный заряд энергии, который проникает в молодого человека и убивает его. Спустя минуту Владимир пришел в себя и попытался встать, но снова рухнул от энергетического капкана, который бил его сильнейшей энергией по всему телу. Он захрипел и, сцепив зубы, поднялся на колени, из последних сил схватился за сетку, попытался ее разорвать.

Слава в ужасе увидела, как руки Владимира обагрились кровью, так как энергетическая сеть, словно острые ножи, ранила его кожу. В следующий момент какая-то сила откинула Славу от молодого человека. Она упала на землю, сильно ударившись головой. Едва очнувшись, она быстро села на земле и обернулась к молодому человеку. Она видела, что Владимир из последних сил пытался разорвать сеть, которая убивала его, кровь уже текла по его рукам, а на висках лопнули вены от напряжения. Она стоял на коленях и, рыча, пытался бороться. Рядом с ним стоял Темный и жутким голосом насмехался над ним.

– Тебе не выбраться, фон Ремберг, ты слаб. И твоя энергия на исходе. Ты сдохнешь, – проскрежетал Генрих. В следующий миг он поднял кнут и со всей силы ударил им Владимира. От мощи энергетического удара молодой человек упал на землю и безжизненно распластался, потеряв сознание. – Какую усмиряющую сеть дал нам Верховный, – хищно протянул Генрих и, повернувшись к монахам-всадникам, приказал: – Довольно. – Монахи послушно повернули камни на перстнях, и сеть исчезала. – Заберите кристаллы, – бросил очередной приказ Генрих, смотря безразличным взором на поверженного Владимира, который так и не шевелился. Один из монахов послушно спешился и наклонился над Владимиром.

– Нет! – вскрикнула Слава, которая уже пришла в себя и, вскочив на ноги, бросилась к ним, видя, как второй Темный стягивает с плеч Владимира суму, где лежали древние камни.

Обратив на девушку недовольный взгляд, Генрих сделал несколько стремительных шагов к Славе и, схватив ее за плечо, не позволил приблизиться к Владимиру.

– А ты идешь с нами! – приказал Генрих.

– Нет! – выпалила она и попыталась вырваться.

Она напрягала взор и хотела пронзить его огненным потоком, но Темный, вмиг ощутив ее воздействие, ударил ее кулаком в лицо. От этого в глазах девушки потемнело, и она едва не упала. Темный поволок ее за плечо за собой. Слава видела, как второй монах уже с сумой Владимира вскочил в седло и, пришпорив лошадь, в сопровождении еще дюжины монахов устремился прочь. На улице остались только пятеро Темных и четверо убитых, которые неподвижно лежали на земле, сраженные энергетическим лучом Владимира.

Слава вновь начала вырываться, и Генрих, разозлившись, схватил ее за шею ладонью и жестко сдавил. Он упер в ее подбородок перстень с черным камнем, и она ощутила, как от него прямо в сознание вклинился угнетающий луч. Этот темный энергетический поток бил в ее голову, причиняя адскую боль.

– Верховный велел привезти тебя, как и камни, так что пошли, – выплюнул Генрих.

Продолжая жестоко удерживать девушку, Темный тащил ее к своей лошади. Слава же, схватившись руками за его неумолимую руку, захрипела. Она смотрела обезумившими от боли глазами на Темного, который неумолимо сжимал ее горло своей железной хваткой. Она видела жуткие белесые глаза Темного, на лице которого не отражалось ни одного чувства. Сухие губы девушки искривились в мольбе, и она в отчаянии прохрипела:

– Матушка! Родные Боги помогите!

Генрих уже подтащил ее к коню, когда девушка услышала над головой необычное жужжание, словно пчелиное. Вдруг Темный, обернувшись, невольно отпустил ее горло и попятился к лошади. Остальные пятеро всадников что-то испуганно проскрежетали и тоже потянулись назад.

– Оставьте мою дочь, слуги тьмы! – раздался громоподобный женский голос сверху.

Слава в испуге обернулась. Позади над неподвижным телом Владимира прямо в темном небе стояли три огромные фигуры со строгими ликами, которые заполоняли собой почти все звездное небо: старец в белых длинных одеждах, прекрасная женщина и мужчина с суровым лицом. Поразившись видению, Слава тотчас узнала в женщине свою мать, второй же мужчина и старец были ей незнакомы.

В следующий миг она увидела, как небесный старец, который находился в небе посередине, поднял руку. Мгновенно поднялся сильный ветер и ураган стал сметать Темных всадников с улицы, их кони начали пятиться, не в силах удержатся на месте. Удивительно, но Слава, стоявшая от них в трех шагах, не ощущала воздушного потока, ибо ветер начинался только в месте, где были Темные.

Не прошло и минуты, как Темный, который до этого удерживал Славу, стремительно вскочил в седло и, развернув своего коня, поскакал прочь. Остальные монахи, гонимые ветром, посылая проклятья, бросились вслед за ним.

Проводив напряженным взглядом последнего Темного всадника, девушка вновь посмотрела на видение и, печально улыбнувшись, громко сказала:

– Благодарю, матушка…

Она увидела, как мать улыбнулась ей в ответ, а суровый мужчина кивнул. Их фигуры начали исчезать и уже через минуту стали невидимы на ночном небе. Фигура же старца быстро уменьшилась и опустилась на землю. Вскоре старец в белых одеждах достиг обычного человеческого роста и, встав на дорогу, медленно направился к ней. Она же стремительно подбежала к лежащему на земле Владимиру. От пережитого страха и боли, которую причинил ей Темный, девушка в изнеможении упала на колени рядом с неподвижным молодым человеком.

Седой старец уже достиг их, и Слава, повернув к нему лицо, пораженно спросила:

– Кто вы, батюшка?

– Братья кличут меня Лучезаром…

– О! – выдохнула радостно и устало Слава и протянула к нему дрожащую руку. – Я так долго стремилась к встрече с вами… Мы так долго искали вас, батюшка.

– Ты очень храбрая и отважная девочка, – ответил ласково ведун Лучезар. – Роман воспитал сильную духом и мудрую дочь… истинную дочь Света… я рад видеть тебя, дитя…

– Мы шли к вам, батюшка, – сказала она тихо и горестно добавила: – Но Темные забрали почти все камни…

– Это печально… но главное, вы с Владимиром живы.

– Вы знаете нас? – удивилась Слава.

– Я ждал вас… – вымолвил Лучезар и, внимательно посмотрев на девушку, добавил: – Однако Индиговая Звезда и Великий Владыко остались у тебя, внученька. Я чувствую их силу.

– Да, это единственные камни, которые я зашила в свой корсет.

– Вот и славно, – улыбнулся ей старец и склонился над молодым человеком. Он внимательно посмотрел на неподвижного Владимира.

– Вы сможете ему помочь? Он ранен, – взмолилась она.

– Он очень слаб, но мы спасем его, – кивнул Лучезар и, встав на одно колено, провел рукой по неподвижному телу Владимира, не касаясь его. – Ты должна мне помочь, доченька. Скорее, он умирает.

– Да, я готова! – воскликнула порывисто Слава.

– Положи его голову на свои колени и обхвати ладонями, – велел старец. Слава быстро сделала, как он сказал. – А теперь перемести ладони на его виски и твори свою живительную энергию прямо в его голове.

Девушка удивленно посмотрела на Лучезара и, сосредоточившись, начала создавать энергию жизни внутри головы Владимира.

– Откуда вы знаете, что я могу это? – недоуменно спросила она.

Лучезар же положил руки на сердце Владимира и, чуть прикрыв глаза, направил голубой поток в грудную клетку молодого человека. Слава увидела, как голубая энергия, вытекающая из рук Лучезара, и зеленая, исходившая из ее собственных ладоней, сливались воедино и, переплетаясь, начали окутывать все тело молодого человека.

– Ты уникальна, Светослава. У тебя золотые глаза и яркая солнечная аура. Такие, как ты, могут исцелять людей и не только, – объяснил ей старец.

Не прошло и пяти минут, как Владимир застонал и пошевелился.

– Все, достаточно, – велел старец и отстранился от молодого человека.

Слава так же опустила руки и облегченно выдохнула, чувствуя усталость во всем теле. Наклонившись над Владимиром, Лучезар провел над ним рукой. Молодой человек открыл глаза и уставился на седого волхва напряженным взглядом. Лицо Владимира неожиданно просветлело, и он промолвил:

– Это вы, учитель?!

– Да, сынок, – ответил ласково Лучезар.

Владимир сглотнул ком в горле и несколько раз моргнул, словно осознавая, кто он и что с ним. Вдруг его взор наполнился печалью и болью.

– Вы обещали вернуться за мной… Я так боялся той жуткой тьмы подземелья, в которой вы оставили меня им…– прошептал Владимир, как маленький мальчик, вспомнив тот ужас, который охватил его душу в шесть лет.

– Я не мог иначе, – глухо вымолвил волхв, и на его глазах заблестели слезы. – Если бы я не отдал тебя Темным… ты бы погиб, они убили бы тебя еще тогда, ежели бы увидели меня рядом с тобой… именно это написано в древней книге… мы лишь ненадолго расстались, пойми…

– Я так ждал вас… так плакал, – замогильным голосом выдохнул Владимир, вспоминая те страшные дни, когда много лет назад он более суток был один в кромешной тьме подземелья, пока Темные не нашли его.

– Вот мы снова свиделись, как я и обещал тебе, – кивнул Лучезар и быстро поднял Владимира на руки, удерживая молодого человека энергетической силой и почти не ощущая его веса. – Ты пока поспи, сынок… ты весь изранен, тебе нужен покой… спи…

Старец настойчиво посмотрел на Владимира, и молодой человек послушно закрыл глаза, мгновенно уснув под воздействием гипнотического успокаивающего света, исходившего из голубых очей Лучезара. Так же с легкостью держа мощное тело Владимира в дряхлых руках, старец обернулся к девушке и, ласково улыбнувшись Славе, велел:

– Пойдем, доченька, нам надо вернуться домой… Нас давно уже ждут…