Усадьба у Белого озера

СИЛУЭТ

Проснувшись от яркого луча солнечного света, Макс открыл глаза и осмотрелся: наспех заправленная кровать Егора была заставлена его сумками и вещами, среди которых, он видимо что-то пытался найти, а возможно уже нашел. На разложенном диване, стоящем по одной стене с его кроватью, сидел Олег и что-то читал в своем телефоне. На тумбочке возле дивана были в ряд разложены книги, лежал темно-синий блокнот и ручка.

– Привет, что читаешь? – сонным голосом протянул Макс, вставая с подушки, и сел на край кровати.

– Историю возникновения детского оздоровительного лагеря «Белозерье», – не отрываясь от чтения, монотонно ответил Олег.

– О, круто, расскажи, что прочел? Я вообще не в курсе был, что здесь есть лагерь.

– Его здесь и нет, – сухо произнес парень, глубоко вздохнув. Стало понятно, что он не очень любит, когда его отвлекают от дела.

– В каком плане нет, мы же видели табличку? – Макс и не думал сдаваться. Его живой интерес был сильнее терпения, которое требовалось для того, чтобы подождать, когда дочитает Олег или для того, чтобы прочесть самому.

Олег отложил телефон и посмотрел на Макса укоризненным взглядом, понимая, что тот не успокоится, пока не услышит всю историю целиком.

– Ладно, расскажу, что знаю… но лучше бы зайти в местную библиотеку и узнать из первоисточников, – начал Олег.

– Не будь таким занудой... сходишь еще в свою библиотеку. Давай, выкладывай, – сказал Макс, потянувшись, и наклонил корпус вперед ближе к товарищу.

– Во второй половине XVIII века известный архитектор Евгений Ниглинов лично взялся за проектирование дворянской усадьбы семьи графа Николая Федоровича Забельского. Это было огромное поместье для большой семьи: граф был богатым человеком, имел большое потомство: три сына и две дочери. Младший сын, Захар Николаевич унаследовал имение после смерти отца. Затем у него родилась единственная дочь, Ольга Захаровна, девочка росла болезненно замкнутой и немного странной...

– Что значит странной?

– Ну, понимаешь, ходили слухи, будто бы она обладала каким-то особым даром предвидеть будущее, читала оккультную литературу и даже разговаривала с духами усопших предков. Не удивительно, многие сторонились ее и называли ненормальной, родной отец всячески пытался исцелить этот недуг, а мать, помешавшись, водила ее по бабкам-целительницам. Я читал, что Захар Николаевич запирал дочь в колокольной башне и не разрешал никому приближаться к ней. Она жила взаперти несколько лет, пока однажды не пропала бесследно. В ту ночь вся семья внезапно умерла при загадочных обстоятельствах. Одни говорили, что это дело рук таинственного отравления, другие шептались о проклятиях и призраках. Вскоре слух распространился по округе, пугая местных жителей. Дом стоял пустым долгие годы, лишь редкие путники забредали сюда случайно.

– Вот это да! Прямо мистика какая-то! Это же такой крутой сюжет для моего видеоролика, где ты это все нашел? В интернете такого не было...

– Затем в середине XX века, власти решили восстановить здание и превратить его в краеведческий музей, – продолжил Олег, будто не заметив вопроса Макса, – Но проект быстро свернули из-за постоянных поломок оборудования и необъяснимых происшествий, происходящих там. Несколько строителей погибли от нападения диких хищников. Кто-то постоянно слышал странные звуки и видел призраков. Кстати, здание практически в идеальном состоянии сохранилось и по сей день несмотря на то, что стояло заброшенным десятилетия. Позже, уже в этом столетии, местные чиновники решили создать здесь детский лагерь для особо одаренных ребят. Лагерь проработал почти десять лет успешно, привлекая внимание педагогов и родителей своими инновационными методами воспитания и образования. Потом несколько лет лагерь не принимал детей, но при этом оставался действующим. Три года назад здесь сменилось название и все прежнее руководство. Лагерь снова открылся для посетителей, но к концу того же года все закрылось.

– Интересно, почему? – задумчиво произнес Макс.

– Такой информации я не нашел, – сказал Олег, и Максу показалось, будто произнес он это с большим сожалением. – Ходят разные слухи: одни утверждают, что администрация нашла нарушения санитарных норм, другие уверены, что все дело в странных звуках, которые пугали детей. На форуме я нашел обсуждение несчастного случая, который произошел с одним из ребят: якобы он бесследно пропал, а потом, спустя неделю его тело нашли в озере, хотя до этого там искали водолазы... Я не верю в слухи, привидений и считаю, что нужно все-таки дойти до сельской библиотеки.

– Можно еще местных поспрашивать, – воодушевленно ответил Макс, собирая с собой вещи.

– Местные такие же распространители слухов, не более того, – с той же монотонной интонацией, которая говорила о нежелании продолжать обсуждение, подметил Олег и снова начал читать что-то в своем телефоне.

Макс почувствовал, как мурашки пробежали где-то у него внутри и улыбнулся, подумав о предстоящих приключениях и о том, что наконец-то нашел невероятно интересный сюжет для своего видеоблога.

В небольшом деревенском буфете при магазине, расположенном по соседству с гостиницей, уже ждал своих учеников Павел Сергеевич. Каждое утро он начинал с кружки зеленого чая и чтения новостной ленты, но на этот раз он неподвижно сидел, смотря на высокие сосны за единственным окном буфета.

– Вам капусту или картошку?

– Что, простите?

– Пирог с капустой или с картошкой? Других со вчера не завозили, – громко произнесла крупная женщина в голубом переднике, надетым поверх спортивного костюма.

– Мне только чай, – ответил историк, всматриваясь в полное румяное лицо. – Вы здесь живете, в этой деревне?

– Живу, – с заученной улыбкой ответила женщина и начала невольно осматривать гостя. Солидный мужчина, подумала она. – Я Любовь Петровна, тетя Люба меня все зовут, у меня дом здесь по первой улице с зеленой крышей.

– Я Павел Сергеевич, учитель истории, приехал...

– Знаю, знаю, вы привезли учеников на экскурсию, – перебила она и улыбнулась еще более искусственно. – У нас в селе хорошо. Людей мало, зато гостям все рады, вы в любой дом зайдите, вас и накормят, и напоят. Очень хорошо. Вы походите, с ребятами, посмотрите. У нас тихо, спокойно...

– Да, спасибо, – произнес Павел Сергеевич. – Можно чай, пожалуйста?

– Конечно, конечно, – тетя Люба ускорила шаг в сторону прилавка и нажала на кнопку электрического чайника. Колокольчик звонко ударился об открывающуюся дверь, и в нее вошла почти вся компания учеников за исключением Олега.

За завтраком все стали обсуждать предстоящие планы на день. Было решено отправиться в первый день в усадьбу всем вместе, а уже потом каждому найти себе занятие по интересам.

– А где старичок из гостиницы? – с любопытством вдруг спросил присутствующих Егор.

– Я тоже не видел его с утра. Мне так и не удалось с ним расплатиться, документы наши он не проверял. Даже странно, – отозвался учитель. – Максим, позвони Олегу, пусть спускается к нам. С завтраком мы закончили, пора отправляться по делам.

При солнечном свете деревня выглядела куда более приветливой и дружелюбной. Группа юных исследователей направлялась по тропинке в сторону поместья. Все с нетерпением ожидали увидеть заветный памятник архитектуры, ради которого проделали такой долгий путь. Вдалеке на уровне лесного забора показалась невысокая каменная колонна – единственное, что осталось от ворот, когда-то наглухо защищающих хозяев таинственной усадьбы.

– Ребят, а крыса вчера здесь лежала? – настороженным голосом спросила Кира, остановившись у места, которое привлекло их внимание прошлой ночью.

– Вроде да, – отозвался Егор, осматриваясь по сторонам. – А где она?

Камешек, на котором лежала одна из двух голов, остался на прежнем месте, но был пустым. «Наверное, просто кто-то ее убрал», – спокойно ответил учитель и махнул ребятам рукой в знак того, что пора идти дальше.

Группа прошла по тропинке и завернула в лес возле колонны. Под ногами стала появляться каменная кладка, заросшая травой и мхом. Аллея из сосен и лип вела к величественному силуэту старинной усадьбы, окруженной вековыми деревьями и зарослями кустарника. Главный дом возвышался над окружающим ландшафтом, словно застывший свидетель давно минувших времен. Круговая колоннада соединяла графский дом с боковыми флигелями – каретной и оранжереей, создавая эффект замкнутого пространства, наполненного историей и тайнами прошлого.

Каретный двор находился слева от главного здания, представляя собой просторное высокое помещение с широкими пыльными окнами. Круглый внутренний двор, окруженный галереей с арочными проходами, зарастал травой и кустарниками. Здесь царила особая атмосфера тишины и покоя, лишь иногда нарушавшаяся шелестом листьев деревьев и эхом шагов.

Учитель остановился возле некогда действующего фонтана с высокой статуей посередине. Каменная плитка по его краям была практически полностью разрушена беспощадным временем, но белая мраморная фигура девушки, возвышающаяся в центре, казалась нетронутой.

– Видите эту фигуру? – произнес учитель. – Николай Федорович Забельский, хозяин поместья, в знак любви и уважения к своей жене Аксинье Петровне увековечил ее красоту в скульптуре своего сада. Доподлинно неизвестно, кто был автором этой работы. Говорят, и по сей день она охраняет покой своей усадьбы. Конечно, это просто легенды...

Ребята замерли, прислушиваясь к каждому слову учителя. Макс достал камеру и начал видеосъемку, чтобы запечатлеть рассказ историка о графской семье и заодно снять окрестности. Все говорило о высоком статусе бывших владельцев и несмотря на то, что после их резкого ухода, усадьба перешла в другие руки, здесь снова будто бы царила атмосфера тех старых времен.

– От детского лагеря ни следа, – подметил Макс, комментируя свою видеозапись.

– Соглашусь. Очень странно, неужели лагерь был прямо здесь? – неожиданно для всех заговорил Олег.

– В том доме как будто время остановилось еще в прошлом веке, – ответила Кира, указывая на самое высокое здание, расположенное между колоннами.

– Лагерь действительно здесь был и довольно продолжительное время... – продолжил Павел Сергеевич с интонацией будто сам лично его видел, а сейчас не может в это поверить. – Давайте пройдем внутрь главного дома, я заранее договорился с охраной, чтобы оставили для нас ключ около входа.

Группа последовала к белому двухэтажному зданию с бельведером на серой крыше. Несмотря на всю красоту и историческое значение, это место порождало легкое беспокойство, вызванное своей глухой тишиной. В этой тишине Соня услышала хруст. «Так обычно ломается палка, когда на нее наступаешь», – подумала она и резко повернулась в сторону звука.

– Там кто-то есть, – встревоженно прошептала она, не отрывая взгляда. Соня сказала эту фразу будто самой себе, чтоб никто не услышал.

Сама она не была уверена в том, что ей это не показалось. Соня не подавала вида, что напугана мрачной атмосферой заброшенного места в глухой деревне. Она улыбнулась и пошла к высокой двустворчатой двери, которую открыл учитель. Смешанные чувства интереса и нарастающего страха переплелись в ее голове и по ощущениям начали оседать где-то в районе живота. Чувство присутствия невидимых глаз, наблюдавших за ними откуда-то из глубины темного коридора и укромных уголков большого зала усиливалось с каждым шагом.

Просторный холл с мраморным полом и резными деревянными панелями стен озарился ярким светом, когда историк нажал на выключатель. Странным образом он был уверен, что здесь есть электричество. От центрального зала расходилось несколько коридоров, ведущих в разные части особняка, а по центру стояла широкая лестница, ведущая на второй этаж.

– Кто-то верит в привидения? – спросила Кира то ли серьезно, то ли желая разрядить повисшую в воздухе тишину.

– Кира, ты серьезно? – возмущенно произнес Олег.

Соня сделала неуверенный шаг вперед, стараясь отвлечь себя от странного ощущения, которое окутывало пространство вокруг нее. Ее взгляд задержался на стене слева от лестницы, украшенной портретами прошлых обитателей усадьбы. Глаза нарисованных мужчин и женщин смотрели на группу внимательно, почти осуждающе, словно защищая тайны этого старого дома.