Найти и потерять …
- -
- 100%
- +
– Спасибо.
Я подбежала к столу, еду почти заглатывала.
– Вкусно, – мурчала, как котёнок.
Мне казалось, что вкуснее этой еды я в жизни не ела. В последнее время, наверное, так и было. Свою еду отдавала братьям, потому что я взрослая и могу немного потерпеть. Ничего со мной не станет, если лягу спать голодная.
За работой день прошёл быстро, я очень старалась. Даяна одобрительно качала головой. Натёртые полы блестели, кухонная утварь начищена. Огорчало лишь то, что некоторые из прислуги смотрели на меня с явным недовольством.
– Держись от них подальше, они завидуют, – сказала Даяна.
– Завидуют? Чему завидовать? У меня нет ни образования, ни дома … ничего нет.
– У тебя есть чуткое сердце, доброта, которая отражается в глазах, и проявляется в поступках. Почему же у тебя ничего нет?
– Спасибо вам за эти слова.
– Иди, отдыхай, Тиона, завтра тяжелый день.
– Доброй ночи, Даяна.
Спать совершенно не хотелось. Мысли о маме, о малышах не давали покоя. Как они? Сердце сжималось от тоски. Днём я забывалась, работала, а вот ночью страдала от невыносимого отчаянья. Рассматривала медальон, какая же мамочка красивая. Её фотография была на одной стороне, а на второй видна только часть мужского лица, не разобрать, кто там был изображён. Да это и не важно. Как заснула, не заметила. На рассвете по моей двери несколько раз постучали, это значит надо идти на работу.
– Доброе утро, – вошла я на кухню.
Все разговоры прекратились. Неприятно, но я должна это принять.
– Тиона быстро завтракай, у нас много дел, хозяин собирается на охоту, – сказала главная по кухне.
Почувствовала какую-то нервозность в её голосе. Чуть позже я поняла, почему она так нервничала. Началась неразбериха: все бегают, кричат, толкаются. Собаки снуют под ногами, испачкали пол, … я его только натёрла. Они для хозяина, почти священные животные, им можно всё. Он с лёгкостью обменивает людей из прислуги на породистых щенков, без сожаления, если посчитает, это хорошим вариантом. Даже его жена не вправе возразить. О любви Рагнара к собакам и о способах их воспитания ходили легенды. Он сам подбирал их по окрасу и путём селекции пытался вывести особый тип собак, самых лучших, самых выносливых. Некоторые его друзья, такое отношение к животным считали безрассудством и за спиной насмехались над ним. Он сам давал собакам клички, и всегда точные, они полностью соответствовали характеру их носителя. Даже лошади его так не интересовали, хотя он имел большую конюшню. Однажды случилось так, что заболела любимая собака хозяина. Это самое страшное, что вообще могло произойти. Псаря, слугу, который ухаживает на псарне за собаками и участвует в охоте, высекли так, что он бедный пролежал две недели. Собаку выходили, а вот псаря заменили, так как он уже не соответствовал физическим требованиям. Проще говоря, от сильных побоев он стал хромать. Никакого сожаления, сочувствия по отношению к этому человеку, хозяин не проявил. Это же просто, какой-то человечишка, ничего из себя не представляющий, другое дело собака.
Оказывается, охотники услышали вой волков. Для уточнения места логова они на вечерней заре подошли к месту предполагаемого логова на расстоянии хорошей слышимости голоса и провыли голосом взрослого волка. Когда взрослые волки отозвались воем, а молодые визгливым полаиванием, охотники точно запомнили это место. Волк опасный, умный, хитрый и проницательный хищник. Он обладает прекрасно развитыми органами чувств: обонянием, зрением, слухом. Умеет выжидать и просчитывать действия своего противника. Взрослые волки, обычно бывают у логова на утренней и вечерней заре, к логову они подходят очень осторожно, поэтому подкарауливать их сложно. На снегу проще обнаружить следы волка и выследить его. Напасть на логово было решено на утренней заре.
Рагнар вышел быстрым шагом во двор, к нему начали сходиться участники охоты. Псовую охоту всегда считали забавой богатых. Но помимо состоятельных и знатных владельцев псов, в охоте участвовали и простые мужики: ловчие, конюхи, псари. Своеобразная красота травли одинаково волновала, как богатых, так и бедных. Собак было немерено. Я никогда не видела в одном месте такое их количество. Оседлали лошадей и уехали. Насколько я понимаю, времени у них было мало.
– Хакан, я уже в предвкушении от этой охоты, – сказал Рагнар своему помощнику. Он, если так можно выразиться, «правая рука» хозяина, много лет. В его преданности нет никаких сомнений. Это был жёсткий, холодный, совершенно бездушный человек, точь-в-точь, как хозяин.
Собаки занервничали, обнюхивали, скребли землю. Спустили пока лишь часть собак.
– Убить всех, и волчат, никого не оставлять, – приказал Рагнар. – Хочу крови.
Рагнар отличался своей безжалостностью по отношению ко всем, кроме собак, поэтому никто не удивился его приказу. И тут собаки взяли след, начали преследование. Все охотники насторожились. В любой момент может выбежать волк, надо успеть среагировать, успеть выстрелить первым. Мужское самолюбие ещё никто не отменял, особенно на охоте.
– Хозяин, вы слышите, волки встревожились?
– Меня это возбуждает, – Рагнар находился в какой-то эйфории, в такие моменты казалось, что разум его покидает.
– Спустить всех собак, – крикнул Хакан.
Собаки завизжали…. Послышался рык волков …
– Не понял, …– Хакан сидел верхом на лошади с ошарашенным лицом.
Хищников оказалось намного больше, чем ожидали охотники, что-то пошло не так. Огромные, чёрные матёрые волки давили собак, рвали их. Напуганные лошади пытались сбросить всадников, брыкались. Ржание, визг, звуки перемешались.
– Что происходит? – растерянно спросил Рагнар. – Стреляйте же.
– Вот и кровь, – почти одними губами, неслышно проговорил Хакан.
Недавнее белое поле стало жгуче красного цвета, просветов не было. Собаки, которые не успели разбежаться лежали с разорванным горлом. Зрелище было ужасное, как будто прошел невероятной силы смерч. На охоту это не похоже. Хотя …с какой стороны посмотреть.
– Хозяин, нам надо убираться отсюда, немедленно, – почти прося, Хакан обратился к хозяину.
Он уже понимал, что всё может закончиться очень плохо для них.
– Нет …
– Хозяин, да очнитесь же, наконец. Вы, не видите, что мы можем погибнуть?
И тут глаза Рагнара встретились с янтарно – жёлтыми глазами вожака, его нельзя было ни с кем спутать. Этот взгляд замораживал кровь, она прекращала течь по венам. Жизнь останавливалась. Время замирало. Волк медленно, шаг … ещё шаг, … приближался, глаза не отрывал. Ещё мгновение … ещё частичка времени и он наброситься на «вожака» людей, на Рагнара. Что-то невидимое, очень тонкое, почти прозрачное сдерживало его от нападения. Пелена азарта сошла с глаз Рагнара. Страх и отвага, сила и слабость, месть и расплата – эти запахи смешались в гремучий коктейль. Никто не пожелал бы его испить. Рагнар не выдержал этого взгляда.
– Уходим, – крикнул он, развернул лошадь и перешёл на галоп.
Он гнал коня, не жалея. Стыд, злость и месть, шлейфом донеслись до вожака. Он удовлетворённо втянул ноздрями этот аромат. Волки не преследовали людей. Сейчас в этом не было необходимости, они насытились.
Хозяин вернулся скоро. Злой. Собак, что сами вернулись домой, было мало, … горстка. Мы сразу догадались, что всё очень плохо, все замерли на месте. В доме воцарилась тишина, даже пол нигде не скрипнул. На данный момент, не дайте боги заступники, попасть на глаза хозяину.
– Водки мне, быстро.
Даяна поставила на разнос стаканы, бутылку и дала мне, чтобы я отнесла хозяину. Пока шла мне ещё доложили тонко нарезанное сало и хлеб. Я тихонько вошла в комнату, поставила всё на стол, и собиралась уйти.
– Тебя, что, дура, не учили, как надо обслужить хозяина? Налей в стакан…, – он готов был наброситься на меня.
Ярость его раздирала, её надо было выплеснуть. Хакан сделал знак, чтобы я ушла, а сам налил в стаканы себе и хозяину.
– Что это было? – обратился Рагнар к помощнику и залпом выпил содержимое стакана.
– Не знаю, хозяин. Это магия, ничего не понимаю.
– Этот взгляд я уже где-то видел, – задумчиво произнёс Рагнар и снова налил в стакан.
Глава 3
– Доброе утро! Я могу увидеть вашу дочь? – моё сердце выскакивало от волнения, от предстоящей встречи с любимой.
Мечтал, как обниму, как вдохну запах её волос, что мне ещё нужно для счастья … ничего, у меня всё есть.
– Она умерла. Её больше нет.
Кровь начала пульсировать в голове, не могу сосредоточиться. Меня словно выбили из реальности, дезориентировали.
– Простите, я говорю о Яре. Вы, возможно, не поняли меня?
– Она умерла.
– Как это произошло? – заикаясь, спросил я.
– Молодой человек, уходите, – я придержал дверь.
Жгучая боль пронзила насквозь, она рвала меня на части. Отсутствовал всего лишь неделю. Как же я спешил к ней, … опоздал.
– Простите, на каком кладбище она похоронена?
– Убирайтесь, – громко хлопнули дверью.
Я не понимаю!? Как же так? Это известие сломало меня, вырвало с корнем душу. Хотя раньше я думал, что это сделать никому не под силу. Как в бреду поплёлся на ближайшее кладбище.
– Я найду тебя, Яра. Как же мы были счастливы! Я помню все наши закаты, и рассветы … я всё помню, Яра.
День бродил, от могилки к могилке … её нет. Уже темно, ничего не видно.
– Молодой человек, кладбище закрывается, – окликнул меня смотритель.
– Да … да, я уже ухожу.
Ноги ватные, еле передвигаю ими, голова хмельная. Я же не пил…. Почему бы и нет. Может алкоголь, затуманит мой разум, поможет забыться? В ближайшей таверне заливал своё горе каким-то пойлом. Напивался каждый день, легче мне не становилось. В конце концов, начал превращаться в животное. Мерзко. Отсутствие сна, а ради кого просыпаться? Жизнь без неё стала бессмысленна. Пытка …. Как же мне хотелось быть с ней, касаться её кожи, целовать, прижиматься, вдыхать её запах … до мурашек, до яростной дрожи.
– Опять колючий? – спросит она улыбаясь.
– Зато твой!
– Мой, … самый лучший!
Чёрт! Как жить? Цепляюсь за прошлое. Пробовал подавить свои чувства доступными девицами. Ни одна не могла дать мне того, что давала моя Яра. Они меня раздражали, бесили, не было той искренности, тепла. Я обошёл все ближайшие кладбища. Смотрители провожали меня жалкими взглядами, Яры не было нигде. Моя любовь к ней – убивает меня. Мне пора учиться двигаться вперёд … одному. Нет, не хочу.
– Зачем ты забрала её у меня, Смерть? Я всё равно продолжаю любить. И меня забери, – кричал я возле последнего кладбища от бессилия и боли, стоя на коленях.
Да, я плакал, впервые в жизни. Мой разум был неадекватен, я просил у Смерти, чтобы Яра прожила ещё день. Лишь один лишний день, неужели я так много просил? Всё так нелепо. У кого я прошу? У Смерти! Да она смеётся надо мной. Агония меня разъедала. Не услышу больше её смеха, её запах больше не останется на моей коже, моей девочки больше нет, а у меня – целая вечность. Я начал искать свою смерть… Ночами ходил тёмными переулками, ввязывался в драки, дрался как зверь, который сидит у меня внутри. Убивал. Забыл, что значит гордость и боль. Валялся в бессознательном состоянии. Оживал. Кожа на руках не успевала затягиваться от ран, рубцы по всему телу. Мне мало. Агрессия только усиливалась. В моей жизни больше никого не было, чтобы хотя бы выслушать меня, да просто посидеть рядом. Бой с самим собой – я проиграл. Моё сердце закрылось, как и глаза …. Смерть меня не забирала. Пока однажды, ко мне не подошла старая женщина, лица я не увидел, из-за капюшона и предложила обмен. Я с радостью согласился, отдал, что просила. Это было как раз то, что искал. После это обмена три дня бился в лихорадке, бредил. Колдунья чем-то отпаивала меня, выхаживала. Очнулся в маленьком домике, увешенном сухими травами, листьями, корешками. В нём было тесно, низкий потолок, старый стол, заставленный всевозможными баночками. Я лежал совершенно голым, укрыт волчьими шкурами.
– Выспался? – спросила женщина, увидев, что я проснулся.
– Где моя одежда? – грубо спросил я.
– Твои братья сейчас её принесут.
– Братья? Старуха, ты спятила?
– Если бы не они, то спятил бы ты, – огрызнулась она.
– У меня нет братьев.
– Теперь есть, – ответила уверенно.
В дверь постучали, и кто-то тихо вошёл. Это был красивый высокий мужчина, он оставил одежду на краю кровати.
– Мы ждём тебя на улице, – сказал он и вышел.
Меня встретили два человека. Что-то было в них необычное, нечеловеческое, не могу объяснить. Что-то притягательное, завораживающее, то, что сразу располагало.
– Пойдём брат, стая собралась.
– Что? Стая? – я посмотрел вопросительно.
– Да. Ты один из нас.
– Я человек.
– Уже нет, … ты ликан, брат.
В теле ощущалась какая-то слабость, мои движения не уверенные. Качало из стороны в сторону, как будто накануне меня накачали спиртным.
– Не переживай, это только в первые дни, потом всё пройдёт, – словно читали мои мысли.
Мы вошли в лес. Где же ещё может собраться стая, подумал я. Страшно не было. Это чувство у меня полностью притупилось. Плохо понимал, что вообще со мной произошло. Провалы в памяти. Алкоголь. Старуха. Обмен. К чёрту всё!
Туман. Густой, тягучий. Всё время хотелось помочь рукой, открыть занавес, чтобы стало светлее.
– Иди просто прямо, – услышал я голос.
Шёл, ничего не видя, вдруг туман рассеялся. Мы остановились напротив замка, величественного, старинного, он возвышался над лесом и прятался в небе. Откуда он здесь, подумал я. Странно.
– Он станет и твоим домом. Обычный человек замок не увидит, пройдёт мимо. Его находим только мы. Заходи, – сказал один из мужчин, сопровождавших меня.
Нас встречали. В холле собралось много людей. Первым подошёл мужчина в возрасте и протянул руку.
– Приветствуем тебя, Стейн.
– Добрый день. Я не называл своего имени, – протянул руку в ответ.
– Ты уже давно под нашим покровительством, хоть и не знаешь об этом.
– Кто все эти люди?
– Не спеши, мальчик. Мы удовлетворим твоё любопытство, – сказал мужчина. – Немного позже.
Мужчина указал рукой, чтобы я прошёл вперёд, в указанную комнату. Пока шёл, пытался рассмотреть замок изнутри. Мраморные полы, стены выложены каким-то красивым декоративным камнем, очень много света, замок не казался мрачным. Много картин, которые рассмотреть не успел.
– Присаживайся, Стейн. Меня зовут, Ринд. Я здесь главный … вожак. Для тебя это звучит непонятно, привыкнешь.
– Почему я здесь?
– Ты стал ликаном. Этот выбор ты сделал сам, осознанно. Мы только наблюдали за тобой и не допускали, чтобы ты умер в уличной драке, лечили тебя, проверяли предел твоих возможностей, эмоций, сил, – сказал мужчина.
– И как, проверили? Я вас не разочаровал? Мне пора. Прощайте, – сказал я грубо и поднялся, чтобы уйти.
Ринд выслушал, а потом поднял на меня свои огненно-жёлтые глаза, и меня отбросило обратно в кресло, туда, где я только что сидел.
– Ты сможешь встать и уйти, только тогда, когда я разрешу это сделать. Сегодня я прощу твою дерзость, в следующий раз, накажу, – тихим голосом без эмоций сказал Ринд.
– А если я не намерен здесь оставаться? Если я захочу уйти?
– Поздно. Без нас ты не проживёшь. Среди людей ты жить уже не сможешь.
– И что мне делать? – обречённо спросил я.
– Присоединиться к семье, – чуть улыбнулся Ринд.
Какое-то странное ощущение закралось внутри, хотелось бежать отсюда, не оглядываясь и в то же время, хотелось остаться.
– Сейчас тебе покажут твою комнату, замок и расскажут о наших правилах. Помни, за любое нарушение – наказание, – сказал Ринд и ушёл.
Тут же вошёл мужчина, который приносил мне одежду.
– Я Линк. Пошли, … проведу тебе экскурсию.
Вечером все собрались за одним столом, поужинать, обсудить возникшие вопросы. В стае были только лучшие: самые выносливые, самые сильные, самые опытные воины. Я должен стать таким же, должен научиться жить их жизнью. Но, прежде мне необходимо пройти ритуал – посвящение кровью…. Это произойдёт сегодня ночью. Полнолуние…
Клятва, данная на крови, действовала на протяжении всей жизни и не могла быть отменена. Обратного действия она не имела.
– Ты готов? – спросил меня вожак.
– Всё так быстро, – я не знал, что ответить.
– Мои воины всегда чётко знают, чего хотят. Слабым, здесь не место, – это было сказано жёстко.
– Брат, пройди этот путь до конца. Будь достойным воином, – сказал Рон, смотря мне в глаза.
– Готов, – уверенно ответил я.
В ритуальном зале всё было приготовлено. Я произнёс клятву, которая должна соединить меня со стаей. Дальше, в знак подтверждения своих намерений, надо сделать разрез на ладони. Разрезается ладонь правой руки специальным ножом. Не мешкая, … я это сделал. Вслед за мной, так же сделали и другие мужчины. Кровь тут же была собрана в специальную ритуальную чашу, это символ смешение крови. Колдунья, та женщина, которая отпаивала меня травами, прошептала какой-то заговор и перемешала кровь. Подошла к каждому и дала испить из этой чаши. А вот потом, … потом раскалённым железом мне была поставлена печать на левой груди, там, где бьётся сердце. Печать – голова волка, указывает на то, что теперь я принадлежу стае. Запах жжёной кожи, резкая боль, я не проронил ни звука, лишь до скрипа сжал зубы. Прокушенная губа кровоточила, но я этого не заметил.
– Наречённый брат, – подходили ко мне мужчины, жали руку.
– Нет большей чести для воина, чем быть верным клятве, и нет большего позора, чем её нарушить, – сказал вожак и обнял меня.
Нарушение клятвы рассматривается как нечто большее, чем смерть.
Больше нет влюблённого мальчишки, … есть взрослый, чёрствый, без чувств и эмоций Стейн. Появились обострённые: слух, зрение, обоняние, осязание. Хорошо понимаю, когда мне лгут, меня сложно обмануть. Прошлая жизнь – закрыта. Я её отпустил, даже воспоминаний нет, ничего не осталось.
Прошло семнадцать лет. Сейчас я – вожак стаи. За мою кандидатуру проголосовали – единогласно, меня уважали, боялись. Никто не мог со мной соперничать. Мою силу и умения никто не ставил под сомнение, все доверяли мне.
– Я ухожу спокойно, стая в надёжных руках, – сказал Ринд, уходя на покой, уступая место молодому вожаку.
Он видел, что воины пойдут за мной и не ошибся.
Глава 4
– Линк, отправь кого-нибудь, чтобы повыли. Эти глупые охотники опять решили поохотиться, зачастили.
– Стейн, они вчера тоже были здесь, … завывали, – сказал Линк. – Скоро они предпримут попытку напасть на нас, – улыбнулся он.
– Ну что братья, повеселимся? – засмеялся я.
– Кто готов сегодня погонять собак, сбивая со следа?
– Давайте я! – сказал самый молодой волк, Ден. – Давно не бегал.
– Стейн, собаки уже здесь.
– Ден, … твой выход, – приподняв бровь, улыбаясь, сказал я.
– Глупцы, … пришедшие за смертью, – задумчиво произнёс Линк.
– А теперь, пора и нам выйти.
Главного среди людей я заметил сразу. Он важно восседал на лошади, раздавал команды, деловито махал руками. От него исходил запах удовольствия, наслаждения. Да, кто он вообще такой? Кто дал ему право распоряжаться чужими жизнями? Хочешь поиграть? Давай, поиграем! Я вышел вперёд, меня он не сразу заметил. А вот когда наши глаза встретились, я остро почувствовал запах страха, трусости. Ну, что ж ты не нападаешь на меня? Тебе страшно? Не отвожу от него глаз, смотрю в упор. Где же твой охотничий азарт? Как он ещё не свалился с седла. Очень медленно сокращаю расстояние между нами, подхожу. Ну, сделай ошибку, чтобы я набросился на тебя. Дай мне повод. Он не выдержал, страх пересилил, лошадь перешла на галоп.
– Люди разбежались? – запыхавшись, спросил Ден. – Так быстро?
– Уходим, – крикнул я.
– Стейн, разреши догнать? Я успею, – спросил Ден.
– На сегодня охота закончена. Домой.
– Почему ты не захотел их догнать?
– Они ещё вернутся. Запах мести, я знаю хорошо.
Глава 5
Я уже понемногу привыкла к жизни в доме Рагнара. Да, тяжело. Какой у меня выбор? Единственной моей радостью было погулять по лесу, Даяна меня отпускала. Столько снега, там, где я жила – никогда не было. Поэтому, когда у меня появлялась свободная минутка, я сбегала.
Чарующая тишина, мне так нравилось в ней тонуть, вся моя усталость куда–то уходила. Здесь же я прятала и свою боль. Обнимала деревья, а они забирали всё плохое, что у меня накопилось. Иногда солнышко пробивалось своим лучиком на замёрзшие веточки деревьев, и они начинали переливаться разными цветами. Это так красиво.
Я бродила по зимнему лесу и представляла, как добрый волшебник одевает деревья в белоснежные шубки, а землю укрывает воздушным покрывалом. Глупая девочка, которая до сих пор живёт сказками. Мне казалось, что деревья переговариваются между собой, здороваются со мной. Я им отвечала, даже жаловалась. И они качали макушками, создавая звуки, сочувствуя мне. Птички сбрасывали для меня угощение – красные ягодки, а иногда обсыпали снегом, прыгая по веткам, играя со мной. Мне не хотелось уходить. Если бы только волшебник мог превратить меня в птичку, я бы здесь осталась, но это только мечты. Моя реальность совсем другая.
– Ти, давай шевелись. Хозяин обедать будет, – скомандовала Даяна.
– Я сейчас, – и мы вдвоём метались по кухне.
– Ты сегодня задержалась. Всё хорошо?
– Да. Замечталась.
– Горе моё, подавай на стол.
Рагнар сидел за столом. Напротив, в кресле сидел Хакан.
– Ты должен придумать, как мы сможем отомстить, истребить их всех. Не успокоюсь, такого унижения я никогда не испытывал.
– Поговорю с мужиками. Не переживайте, хозяин.
– Огонь. Я вытравлю их огнём, завтра же, – что-то страшное появилось в голосе Рагнара.
– Но, это опасно, сгорит весь лес, – Хакан пытался переубедить хозяина.
– Плевать.
– Это необдуманно.
– Давай обедать, спалю всё до тла, – сказал Рагнар своему помощнику и довольно погладил свой живот.
– Не спешите, хозяин. Есть у меня мыслишки, вам понравиться. Надо всё продумать, дайте время.
– Думай быстрее, не люблю ждать.
Я стояла и невольно слушала разговор. Мой лес. Надо что-то делать. А что я могу? Ничего. Тихонько вышла за дверь, на кухне Даяна была одна.
– Даяна, … хозяин хочет спалить лес, чтобы убить всех волков. Это же неправильно? Да?
Она молчала. Потом села на стул, обтёрла руки полотенцем, поправила платок на голове.
– Будет беда, … большая беда.
– Что ты имеешь в виду? – спросила я.
– Волков нельзя трогать. Хозяин забыл, что было десять лет назад. Мы их сильно разозлили. Половину деревни похоронили. От горя люди долго не могли восстановиться. Кровью и слезами была пропитана наша земля, от поминальных песен болело сердце.
– Что произошло?
– Отец нашего хозяина собрал две деревни мужиков и пошёл уничтожать волков. Очень уж тогда ценились волчьи шкуры. Он рассчитывал получить большие деньги. Мужикам задаток дал, обещал ещё столько же. Никто не вернулся, – Даяна замолчала.
– Расскажи, что дальше.
– Только, вот, это были не обычные волки. Раньше мне бабушка рассказывала о них, я думала, что это сказки. Оказалось, нет. Это были … ликаны. Они ворвались в деревню, и убивали всех, кого видели. Было очень страшно.
– Кто это?
– У них невероятная физическая сила, чутьё. В облике человека они очень красивы. Глаза у них огненные, возможно, это, на первый взгляд, отличает их от обычных людей.
– Ты сказала глаза? – Я уже видела такие, – сказала я и быстро запнулась.
– Где ты могла их видеть? – спросила Даяна.
– Я не могу сказать, Рагнар убьёт меня.
– Мне ты можешь говорить, Тиона.
– В таверне, когда ехали сюда. Рагнар проиграл меня в карты, а он … он спас, выкупил.
– Ты уверена, что это был волк?
– Сейчас, … да.
– Молчи об этом, девочка. А лучше забудь.
– Хорошо.
– Через пару дней я собираюсь на рынок. Хочешь поехать со мной?
– Правда? Хочу, очень хочу.
– Так, а чего это мы расселись? Давай поднимайся, работа ждёт, – Даяна улыбнулась, только улыбка получилась грустная.
День пробежал незаметно. Уставшая после тяжелой работы, вернулась в свою коморку, зажгла свечу. Доела кусок пирога, который Даяна всунула в руку, когда я уходила. В сон провалилась быстро.
Все дни были похожи друг на друга. Они пролетали, как птицы … стремительно. И моя жизнь пролетала … незаметно, работа, оскорбления, смешки за спиной. Поговорить я могла только с Даяной. Если бы не она … у меня не хватило бы сил бороться.
Проснулась от того, что дверь в мою комнату резко открылась. Вошёл Хакан, Кая и ещё несколько слуг.
– Что случилось? – непонимающе спросила я, ещё не отошедшая от сна.
– Говори, куда спрятала хозяйское серебро, – Хакан грозно перекинул кнут из одной руки в другую.