Проклятые: История братьев Блэйк

− Свою силу? – переспросила Амелия. – Для чего?

− Так нужно, − хитро ответил призрак, сверкнув кровавой улыбкой. – Мне это нужно.

− А где же души, о которых ты говорил? – Эми внимательно всматривалась в пустоту помещения, пытаясь поймать хотя бы отблеск движения.

− Пока я здесь, они стараются играть в другом месте, − ухмыльнулся мальчишка.

− Почему? – тихонько спросила Амелия, точно зная, что не хочет слышать ответ на этот вопрос.

Призрак неопределённо пожал плечами, продолжая быстро двигаться дальше.

− Подожди! – воскликнула Эми, замерев на месте.

− Ну, что ещё? – недовольно протянул мальчик.

− Если теперь мы с тобой друзья, − неуверенно начала девочка, − я хотела бы узнать твоё имя. У тебя же есть имя?

На секунду Эми показалось, что чёрные глаза призрака полыхнули лютой ненавистью, но он быстро взял себя в руки и произнёс:

− У каждого существа есть имя, − процедил мальчишка.

− И какое же твоё? – искренне поинтересовалась Амелия.

− Меня зовут Сургат, − злобно произнёс призрак, − и я надеюсь, на этом твои вопросы закончились.

* * *

С того дня жизнь Амелии приняла жестокую стабильность. Днём девочку пичкали лекарствами и проводили болезненные процедуры, убеждая её в том, что мир, в котором живёт Эми, нереален и она должна как можно скорее понять это. А по ночам к ней приходил Сургат, показывая свою реальность, убеждая её, что она должна уйти с ним на чёрные тропы. Но Амелия не хотела безоговорочно следовать за ним.

− Почему я должна уйти? – как-то раз спросила Эми, когда мальчишка в очередной раз устроил ей экскурсию по коридорам мрака. – Я ведь могу жить в обоих мирах.

− Не сможешь, − уверенно ответил Сургат, подойдя к высокой серой двери, покрытой щербинами. – Мир живых всегда будет считать тебя чужой. Люди никогда не примут того, что им непонятно. Ты угроза, Амелия. Ты угроза живым, потому что видишь мёртвых, и угроза мёртвым, потому что ты из мира живых.

− Что же мне тогда делать? – глаза Амелии стало пощипывать от невыплаканных слёз.

− Ты знаешь ответ, − хитро улыбнулся Сургат, потянув за каменную ручку серой двери. – Время пришло. Добро пожаловать на чёрные тропы, Амелия.

Стоило мальчишке открыть каменное полотно, как ледяной холод пронзил каждую клеточку детской души. За серой дверью ничего не было видно, но Эми почувствовала их…Сущности, которых пропитала тьма. Нет, не пропитала − они были той самой тьмой…

Девочка испуганно сделала шаг назад. Она не хотела идти в этот рассадник смерти.

− Пока ты со мной, тебе ничего не грозит, − Сургат протянул Эми руку. – Однако ты должна запомнить одно правило, Амелия, − прищурившись, проговорил мальчишка. – Как только ты ступишь на чёрные тропы, пути назад не будет. Твоя сила раскроет себя и в следующий раз, погрузившись в сон, ты можешь очнуться ни в одном из коридоров мрака, а прямиков в сердце одной из чёрных троп, − Сургат шагнул к девочке, продолжая протягивать ей руку. – Так вот, ты не должна этого допустить. Научись управлять своей мощью и тогда у нас всё получится.

Амелия неуверенно кивнула и протянула дрожащую ладонь к мальчишке. Сургат жадно схватил её своей ледяной рукой.

− Приготовься, − произнёс призрак, вновь обнажив кровавый оскал, − ощущения будут не из приятных.

Мальчишка шагнул в проход, и воздух в этом месте покрылся мелкой рябью. Амелия испуганно заозиралась по сторонам, но Сургат не дал ей шанса передумать. Дёрнув девочку за руку, он буквально втащил её в свой мир, пропитанный смертью…

Оказавшись за чертой, Амелия могла с уверенностью сказать, что не так представляла себе чёрные тропы. Собственно, если бы кто-то спросил её, как должно выглядеть это место, то, пожалуй, девочка не нашла бы что ответить.

Чем больше Сургат рассказывал ей о своём доме, тем сильнее в голове Эми билось одно единственное слово – тьма. Однако на самом деле, чёрные тропы были другими…

Первое о чём подумала Амелия, ступив на проклятые земли, – это место живое. Стоило девочке сделать шаг, как земля начинала колыхаться под её ступнями, меняя форму.

− Всё дело в тебе, − неожиданно громко произнёс Сургат, сильнее сжав её кисть. – Ты пока чужая в этом месте. Сущности чувствуют твою живую душу. Присматриваются к тебе. Каждая из них мечтает тебя заполучить.

Амелия испуганно обернулась через плечо и спросила:

− Заполучить меня?

− Да, − кивнул мальчишка, − но ты моя. Никто не посмеет посягнуть на мою собственность.

Девочка поёжилась, ей не нравилось, когда Сургат говорил о ней, как о вещи.

− Куда мы идём? – Эми наконец решилась задать мучавший её вопрос.

− Я хочу показать тебе свои владения, − сообщил Сургат и его чёрные глаза в мгновение стали ещё мрачнее.

− Что-то не так? – поинтересовалась Амелия. – Я сделала что-то не так?

− Сейчас дело не в тебе, − огрызнулся мальчишка. – Просто пока я ограничен в пространстве. Пока, − Сургат, прищурившись, взглянул на неё, и девочке вновь стало не по себе.

Дикий крик наполнил округу, и Эми едва сдержалась, чтобы не закрыть ладонями уши. Перед ними появилась красивая рыжеволосая женщина, яркие глаза которой изумрудами сверкали в темноте. Присмотревшись, Амелия заметила, что незнакомка привязана к столбу, а её голые ступни лижут чёрные языки пламени.

− Не обращай внимания, − равнодушно протянул Сургат, увидев испуганный взгляд Эми. – Здесь каждый развлекается, как может.

− Кто это? – тихонько спросила девочка, всё ещё не в силах отвести взгляд от прекрасной женщины.

− Это Сара Гуд, − просто ответил мальчишка. – Её, одну из первых, пуританский суд Салема обвинил в колдовстве.

− Так она ведьма? – Амелия не без страха, но уже с большим любопытством посмотрела на незнакомку.

− Нет, − усмехнулся Сургат. – Ни одна из обвинённых тогда женщин, не была ведьмой.

− Но тогда, как…

− Она оказалась на чёрных тропах? – перебил её призрак. – Всё просто. Отчаянье рождает боль. Боль перерастает в злость. Злость взрождает ненависть. Ненависть перерождается во тьму, а тьма разъедает душу подобно кислоте, от неё невозможно избавиться.

− А твоя душа тоже наполнена тьмой? – неловко спросила Амелия.

− У таких как я нет души, − улыбнулся Сургат. – Такие как я и есть тьма…

Очнувшись на утро, Амелия к своему удивлению увидела возле кровати свою мать. Женщина сконфуженно улыбнулась, заглянув в янтарные глаза дочери.

− Привет, − быстро произнесла миссис Лэнфорд. – Как ты себя чувствуешь?

− Нормально, − ответила Эми, присаживаясь на краешек кровати. – Если это слово вообще здесь уместно.

− У меня для тебя сюрприз, − проговорила женщина и нервно улыбнулась. – Мне разрешили забрать тебя домой.

Амелия недоверчиво посмотрела на мать, но промолчала.

− Завтра у тебя день рождения, − с той же нервной улыбкой продолжила миссис Лэнфорд.

− Мне всё равно, − сухо ответила Эми. – У психов все дни проходят одинаково.

− Милая, − женщина громко сглотнула, протянув дочери руку, но в последний момент передумала, сжав ладонь в кулак. – Нам пора, папа ждёт нас в машине. Переоденься, я привезла твои вещи.

− Не вижу смысла привыкать к обычной одежде, − Амелия поднялась на ноги и, отдёрнув хлопковую ночную рубашку, понуро поплелась к выходу из палаты.

Девочка шла низко склонив голову, ей было безразлично происходящее вокруг неё. Сегодняшняя ночь что-то надломила внутри. Вернувшись с чёрных троп, Амелия почувствовала – в ней что-то сломалось. Больше не было маленькой девочки, верящей в чудеса. Её больше не было…

В тот день её действительно ждал сюрприз. Оказалось, за то время, что она провела в больнице, отца вновь перевели по службе в маленький городок, который, казалось, находился на самом краю вселенной. Однако самой Амелии эти перемены принесли лишь боль.

Вначале родители пытались делать вид, что всё в порядке и они самая обычная семья. Но совсем скоро стало ясно – эта иллюзия далека от идеала.

Эми больше не встречала Сургата и это её очень расстраивало. Не смотря на его угрозы и кровавый оскал, мёртвый мальчик стал для неё родственной душой. Каждую ночь Амелия бродила по коридорам мрака в надежде найти путь на чёрные тропы и вновь увидеть его, но всё было напрасно. Сургат пропал из жизни девочки, так же как и вошёл в неё – внезапно. Тогда как другие призраки были не так стеснительны…

Духи стали приходить к девочке не только во снах. Куда бы ни отправилась Амелия, её одолевали призраки. Так не могло долго продолжаться, и родители вновь поместили её в клинику.

Оказалось, в маленьких провинциальных городках тоже есть психушки. Обычно они представляли собой серые двухэтажные здания, обнесённые по всему периметру колючей проволокой. Это место не стало исключением.

Здесь всем заведовал доктор Фэлпс. Тощий мужчина с нездоровым цветом лица и впалыми бесцветными глазами. Когда его длинные пальцы стучали по деревянной крышке дубового стола, девочке казалось, что к ней подкрадывались огромные белые пауки.

Амелии никогда не нравился доктор Милс, но этот человек внушал ей просто животный страх. Ему нравилось, то чем он занимался, и Эми никогда бы не взялась в точности сказать, кто из них двоих был более сумасшедшим.

В четырнадцать лет Амелия узнала, что мама беременна и в тот момент девочка ощутила, что между ней и родителями выросла очередная стена. В их глазах она увидела страх. Страх за будущее ещё не родившегося дитя.

Прошло ещё пять лет. Амелия из милой девочки превратилась в красивую девушку, а жизнь текла по уже сложившемуся принципу и процедуры в больнице с каждым годом становились всё беспощадней.

Доктор смерть, а именно так Эми провозгласила Фэлпса, перепробовал на ней все возможные способы лечения: её били током, закрывали в комнате полной других психов, вкалывали лекарства, полностью подавляющие её волю, но всё было напрасно. С каждым днём заблудших душ в жизни Эми становилось только больше.

Однажды доктор Фэлпс решился провести эксперимент, навсегда изменивший жизнь Амелии…

Потуже затягивая запястья девушки кожаными ремнями, доктор смерть тихо смеялся себе под нос и будто мантру повторял одно и тоже:

− Ты должна зарубить на своём курносом носу, что призраки нереальны. Всё это нереально, − хихикнул Фэлпс, приударив девушку по запястью. – Хотя это даже весело. Таких строптивых пациентов у меня ещё не было. Ты мой любимый трофей.

Амелия сверкнула янтарными глазами в сторону сумасшедшего врача.

− Жизнь в маленьком городке слишком скучна и однообразна, − тем временем продолжил скулить доктор смерть, затягивая уже ремни на её лодыжках. – Когда-то я был на практике и могу с уверенностью сказать, что это были самые счастливые годы в моей жизни. Столько свихнувшихся шизофреников я отродясь не видел, − уже громче рассмеялся Фэлпс. – Но даже там не было таких как ты. Признаюсь тебе честно, Амелия, – люди по своей натуре крайне трусливы и обычно я могу сломать человека за считанные дни, но только не тебя…

− Это мне льстит, − безразлично улыбнулась Эми. – Можете записать меня в свой список поражений.

− Скажу без ложной скромности, − усмехнулся доктор смерть, − он мне не понадобится. Сколько мы знакомы с тобой, Амелия?

− Почти семь лет, − на автомате ответила Эми, смотря на свои голые ступни.

− Бог мой! Семь лет! – воскликнул Фэлпс. – Семь лет, а ты всё ещё продолжаешь бороться за свою душу. Это так похвально. Порой я и сам начинаю верить в то, что ты видишь призраков, − психиатр негромко хихикнул, проверяя ремни на тугость, − но я, наконец, нашёл способ избавить тебя от этой навязчивой идеи.

Амелия подняла на него равнодушный взгляд. За эти долгие годы она пережила слишком много мучений и сомневалась, что её можно чем-то удивить.

− Просмотрев множество работ своих коллег, я нашёл довольно интересное лечение одного пациента. Ваши случаи очень схожи, Амелия. Тот молодой человек тоже утверждал, что видит призраков, но после этой процедуры голоса ушли из его головы, − доктор Фэлпс подошёл к электрическому щиту, находившемуся подле обшарпанной двери. – Ты говоришь, призраки приходят к тебе из темноты? – с ухмылкой спросил он. – Тогда ты должна остаться в ней. Приготовься, Амелия, на следующие несколько часов, твоим домом станет мрак.

Эми испуганно дёрнулась, но её тело было накрепко привязано к потёртому креслу. Доктор смерть растянул свои резиновые губы в тонкой улыбке и шагнул к двери.

− Надеюсь в следующую нашу встречу ты станешь человеком, − после этих слов врач потянул за рубильник, и комната погрузилась во тьму. – Счастливо оставаться, Амелия. Тишина, смешавшись с тьмой, поможет тебе разобраться со своими демонами.

− А кто тебе поможет разобраться с собой, чёртов псих! Твои демоны не идут ни в какое сравнение с моими! – выкрикнула девушка, но Фэлпс уже закрыл за собой дверь.

Амелия глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Это было не самое страшное, что случалось с ней за последние годы, однако этот псих был прав – Эми боялась тьмы, точнее того, что может за ней последовать…

Девушку окружила мёртвая тишина. Порой, проснувшись глубокой ночью, Эми ощущала её рядом, она словно взывала её к себе, обещая указать путь в некогда забытые места. В такие моменты, Амелия старалась как можно скорее включить потрёпанную настольную лампу, стоящую на прикроватной тумбочке. Однако сейчас всё было по-другому… Свет был ей не доступен, сейчас её домом был мрак.

Это началось внезапно. Вначале Амелия почувствовала лёгкое прикосновение ледяных пальцев. Они словно дразнили её, ведь знали – девушка не может пошевелиться.

Затем послышался тихий шёпот. Вначале это был один голос, но вскоре к нему присоединился ещё один, а следом ещё и ещё один. Не прошло и мгновения, как комнату наполнил хор мёртвых голосов. Амелия не могла разобрать ни единого слова. Складывалось впечатление, что в помещение разом заползло больше тысячи змей и каждая из них жаждала пронзить девушку ядовитыми клыками.

Эми крепко сжала зубы, стараясь отогнать нахлынувший ужас, но с каждой секундой призраков становилось всё больше и больше. Она не могла видеть их, но могла чувствовать каждой клеточкой своего тела.

Зажмурив глаза, Амелия прерывисто задышала. Сердце в юной груди трепыхалось, будто раненая птица. Девушка из-за всех сил старалась взять себя в руки, но страх набросился на неё подобно раненому зверю – резко и беспощадно.

Ледяные руки схватили Амелию за горло и, словно со стороны, она услышала свой собственный хрип. Пальцы всё сильнее сжимали её шею, и Эми не смогла сдержать усмешку, представив лицо Фэлпса, когда он найдёт с утра её остывшее тело. Может это пойдёт ему на пользу и следующему пациенту, оказавшемуся в этом кресле, повезёт больше чем ей.

И вот, когда Амелия попрощалась с жизнью, случилось необъяснимое. Она словно провалилась в глубокую яму и спустя мгновение больно ударилась о землю.

Первой мыслью Эми было то, что она умерла. Земля разверзлась под ногами и её измученная душа отправилась прямиком в ад, но, открыв глаза, Амелия поняла как ошиблась.

Когда-то давно она уже была в этих местах со своим маленьким другом, а потом долго искала вход, чтобы вернуться обратно, пока однажды не поняла, какое зло обитает за чертой. Тогда Амелия дала себе слово, что больше никогда не вернётся сюда, и вот, благодаря усилиям своего психиатра, Эми не сдержала обещание. Она вновь оказалось в сердце чёрной тропы.

Амелия не сразу поняла, как ей удалось обойти коридор мрака, но тут в её голове словно пламя, вспыхнули слова Сургата: «В следующий раз, погрузившись в сон, ты можешь очнуться ни в одном из коридоров мрака, а прямиков в сердце одной из чёрных троп».

Эми медленно поднялась на ноги и боязливо огляделась вокруг. Место, рядом с которым она оказалась, походило на заброшенную фабрику. В чёрных потёртых камнях расползались длинные трещины, наполненные тьмой, пыльные окна были разбиты, а тяжелая дверь угольного цвета, протяжно скрипела на невидимом ветру.

Амелия огляделась в поисках выхода. В прошлый раз Сургат провёл её через потёртую дверь, а это означало одно – ей нужно зайти в заброшенное здание. Эми внимательно оглядела старую фабрику тьмы. На первый взгляд это место было пустынно, но кто знает, что поджидало в бесконечных лабиринтах этого здания.

За спиной раздался тихий скрежет. Быстро обернувшись через плечо, Эми сосредоточенно взглянула в темноту, но не увидела ничего, кроме клубящейся серой дымки.

Амелия поняла – ей придётся сделать выбор. Заброшенное здание, возможно кишащее духами, или чёрные тропы с тёмными сущностями, стерегущими на каждом шагу. Глубоко вдохнув, девушка несмело отправилась к зданию.

Зайдя в здание, Эми увидела, что весь пол был покрыт чёрными кусками отвалившейся штукатурки, из-за которой каждый её шаг отдавался лёгким хрустом. В воздухе разносилась лёгкая мелодия, словно кто-то, не размыкая губ, напевал любимый мотивчик. Эти звуки до дрожи пугали Амелию, но она не могла понять откуда они доносятся. Казалось, будто само это место состояло из них.

Дойдя до конца коридора, Эми повернула налево. По обе стороны от девушки тянулась глухая чёрная стена, но в самом конце виднелась перекошенная деревянная дверь, протяжно скрипевшая на проржавевших петлях.

Мелодия становилась всё громче, наполняя душу Амелии чем-то липким. С каждым её шагом дверь в конце коридора приоткрывалась на несколько сантиметров, и когда Эми наконец дошла до неё, то уже без труда могла заглянуть в помещение.

Её взору открылась комната, где по всему полу валялись детские куклы разных мастей и размеров. Некоторые были собраны из соломы, другие пошиты из потёртой ткани, но было в них и нечто общее – рот каждой куклы был накрепко зашит грязной нитью. Засмотревшись на жуткие игрушки, Эми не сразу заметила, что внутри есть кое-кто ещё…

Существо сидело на деревянном стуле, стоящем немного левее от входа. Амелия не могла толком разглядеть его, видела лишь сгорбленную спину бледно-серого цвета. Существо было настолько истощенно, что каждый позвонок в его хребте торчал подобно острому камню. Сущность тихо напевала ту самую мелодию и была полностью поглощена в свою работу − в его руке то и дело мелькали игла с нитью.

Девушка бесшумно выдохнула и сделала осторожный шаг назад. Нужно было бежать из этого места и чем скорее, тем лучше. Амелия тихо отступала во тьму дома, когда судьба вновь повернулась к ней спиной…

Сущность протяжно потянула носом, внюхиваясь в пустоту комнаты. Медленно поднявшись с табуретки, существо стало неспешно оборачиваться, словно каждое движение отдавалось в его теле жгучей болью.

Амелия прошмыгнула за открытую дверь, и посильнее вжалась в стену. Через щель в косяке она с ужасом наблюдала за происходящим. Существо с зашитыми губами сжимало в руке соломенную куклу, из-за рта которой торчала игла со свисающей нитью. Сущность продолжала втягивать воздух, только теперь делала это маленькими резкими глотками.

− У меня давно не было гостей, − вдруг раздался скрипучий голос в голове Эми. – Это хорошо, что ты заглянула ко мне.

Амелия зажмурилась, пытаясь унять свой страх, а когда она вновь решилась открыть глаза, в дверную щель на неё смотрело существо с зашитым ртом.

Девушка закричала и стремглав рванула вперёд, но уже через мгновение была схвачена ледяными пальцами, больше походившими на лапы пауков.

− Не бойся меня, − проговорил зашиторотый. – Боль длится лишь мгновение. Следом за ней следует свобода.

Существо развернуло Эми к себе лицом. В его чёрных глазах пылал огонь предвкушения.

− Всего мгновение, и ты пополнишь мою коллекцию, − за его спиной стали появляться души. Они смотрели на Амелию пустыми глазницами, стараясь открыть рты, крепко зашитые грязной нитью.

Сущность поднесла к губам Эми ржавую кривую иглу и сделала быстрый стежок. Боль пронзила тело девушки. Собрав остатки смелости, она отпихнула от себя монстра и в тот же миг слева от Амелии засияла дверь. Не раздумывая и секунды, девушка бросилась к выходу.

Она ощущала дыхание сущности за своей спиной. Знала, что если промедлит – умрёт. Эми буквально запрыгнула в проход и, уже когда её душа почти вернулась в тело, она почувствовала ледяное касание на своём плече…

Распахнув глаза, Амелия увидела перед собой бледное лицо доктора Фэлпса и облегчённо выдохнула. Она не могла и подумать, что будет рада видеть этого психопата.

− У тебя был очередной припадок, − злобно прошипел врач. – Ты даже поранила себя. Я тоже хорош, надо было завязать твой рот.

Эми провела языком по нижней губе, и ощутила во рту медный привкус.

− Ты просто ходячая неприятность, − продолжал возмущаться доктор смерть, − ни один способ…

Но остальных слов Фэлпса Амелия не расслышала. Её взгляд приковала одинокая бледно-серая фигура, притаившаяся за спиной врача.

Чёрные глаза сущности жадно осматривали комнату, а его зашитый рот перекосился в уродливом подобии улыбки. Монстр взглянул на Амелию и будто

ребёнок захлопал в ладоши.

− Так ты медиум, девочка, − раздался радостный голос в её голове, − и ты привела меня в мир живых. Теперь-то мы повеселимся…

В руках сущности появилась погнутая ржавая игла, и комнату заполнил его мёртвый смех.

* * *

Монотонный стук капель, разбивающихся о медную раковину, эхом разносился в каждом уголке комнаты. Казалось, кто-то нарочно не закрыл ржавый кран и оставил этот надоедливый звук, точно зная, что единственный пациент, находящийся в палате, был накрепко привязан и не мог пошевелить даже пальцем.

Амелия с трудом подняла окаменевшие веки. Пару раз моргнув, девушка из-за всех сил постаралась сфокусировать взгляд. Перед глазами всё упорно расплывалось, не желая собираться в одну точку.

− Твоя кровь на вкус просто божественная амброзия, − раздался скрипучий голос справа от неё. – В видящих есть что-то, особенно внутри. Я до сих пор не разобрался, что именно…

Амелия почувствовала, как ледяные пальцы расстёгивают её кожаные ремни.

− Я устала, − тихо произнесла Эми и закрыла глаза. Слёзы солёными дорожками стали стекать по вискам девушки. – Я очень устала.

− Я знаю, Амелия, − тихий голос сущности прозвучал над её ухом. – Освободи себя. Только тебе это подвластно.

Эми медленно кивнула и, опустив босые ноги на бетонный пол, уверенно прошлёпала к раковине. На мгновение её взгляд замер на отражение в мутном зеркале: белая как у трупа кожа, впалые глаза, цвет которых давно растворился в её слезах, оставив на своём месте лишь серую тень и чёрные круги под глазами, которые, пожалуй, были самым ярким пятном на её лице.

За те два месяца, что зашиторотый стал её тенью, Амелия потеряла себя. Сегодня она сбежала из клиники в надежде, что за её стенами она будет в безопасности. Эми думала, он не сможет последовать за ней в большой мир, как когда-то Сургат, но она ошиблась… Эта тварь никуда не ушла. Теперь она принадлежала ему и даже смерть не могла положить этому конец, но Амелия устала… Она устала жить. Жить в двух мирах.

За её спиной появилось бледно-серое лицо с порепаной кожей. В чёрных глазах сущности светился триумф. Он победил и знал об этом.

Амелия сжала ладонь в кулак и с размаху ударила по зеркалу. Стекло треснуло и несколько осколков со звоном упали в раковину, расколовшись ещё надвое. Онемевшими руками Амелия стала развязывать бинты, стягивающие запястья. Повязки белыми лентами упали к ногам девушки, и она увидела две рваные раны, наспех зашитые врачами.

− Я предлагал им свою помощь, − рассмеялся зашиторотый, сверкнув ржавой иглой, − но они и слушать меня не хотели.

Амелия не обратила на него внимания. Протянув дрожащую руку к раковине, она взяла самый крупный осколок и вновь перевела взгляд на свои запястья.

− Молодец, − прошептала сущность, − тебе понравится у меня. Тебе понравится.

Амелия крепче сжала кусок зеркала и с устрашающим спокойствием принялась распарывать швы на своих руках. Кровь хлынула на холодный пол и девушка не смогла сдержать счастливую улыбку.

Да, Эми знала, что после смерти попадёт в коллекцию к зашиторотому, но пока душа не покинула тело, у неё будет несколько минут. Несколько минут тишины, принадлежащие только ей…

− Я забираю её домой! – прокричал сквозь туман до боли знакомый голос.

− У твоей дочери, Самара, параноидальная шизофрения, − грубо ответил второй голос. – Ей необходимо квалифицированное лечение.

− И это ты называешь квалифицированным лечением? – огрызнулась женщина. – Моей дочери нужна любовь. Жаль я только сейчас поняла это. Едва не потеряв.

Амелия попыталась открыть глаза, чтобы понять кто это говорит, но веки, наполненные свинцом, не желали её слушать.

− Если ты не понимаешь научный язык, − прошипел мужской голос, − то скажу проще – Амелия законченная психопатка, а у вас дома, маленький ребёнок.

Комнату разорвал громкий звук пощёчины.