- -
- 100%
- +
Мы обернулись. На нас смотрело угрюмое, сморщенное лицо со шрамом. Его кожа была бледная, словно у призрака. Андрей хотел было убежать, но завидев злых собак, передумал. Бледный мужчина басистым голосом сделал звучание, похожее на рык собаки: «А ну прочь отсюда! Уходите!» Собаки покорно послушались своего хозяина. От такого рыка и самому можно ненароком вздрогнуть.
– Так, а теперь вы мне скажете, кто вы такие и что тут забыли, либо я вас запру в кладовке и оставлю там до прихода милиции.
– Не надо, пожалуйста! Мы просто шли сюда взять несколько радиодеталей, только и всего.-мы показали содержимое мешка.
– Вы знаете, что эта территория охраняется? Раньше здесь работали люди, а теперь вы обворовываете это место-он тяжело вздохнул.-Ох, ребята. Что же мне с вами делать.. Я, смотрю, вы, судя по форме, пионеры. А пионерам так не подобает себя вести.
– Простите нас, пожалуйста. Мы так больше не будем.
Он посмотрел на нас укоризненным взглядом и сказал.
– Ладно, идите за мной! Сейчас вам дам форму.
Мы собрали за ним в сторону сторожки. Он протянул нам две дырявые рубахи. Они были старые и обветшалые Такое ощущение, что эта одежда сгорела при пожаре.
– Надевайте. Возвращать необязательно. Но чтобы больше я вас здесь никогда не видел!
– Хорошо!
Обратно мы шли молча через лес. Время приближалось к полднику. Стоило нам направиться в столовую, как тут же мы встретились лицом к лицу с нашей вожатой. Ее взгляд был грозным и свирепым, как у быка, загнанного в корриду, дразнимого красной тряпкой.
– Уж не хотите ли вы объясниться, где вы были??
– Елена Михайловна-начал я.-Разве Вова вам не говорил? Мне нужно было отлучиться в туалет по нужде. Видимо, что-то не то съел сегодня.
– И ты действительно думаешь, что я в это поверю? Не было тебя там! Мы проверяли. И что это тряпье вы надели на себя? Значит так! Если вы мне сейчас же не признаетесь, всю оставшуюся смену будете сидеть в своих комнатах и выполнять общественные работы. А если будете нарушать дисциплину, то мы добавим вам ещё больше работ.
– Но мы же не в армии, чтобы за малейшую провинность нам ужесточали наказание!
– Через несколько лет, вы пополните рядом нашей армии. И там вы познаете все прелести воинской дисциплины на целых два года.
Андрей вскрикнул: «Это не моя вина! Это все он! Он заставил меня пойти туда! Я этого не хотел!» И тут же побежал наутёк. Такой подставы от него я никак не ожидал. В этот момент я был озлоблен настолько, что хотелось догнать и навесить ему тумаков. Однако из транса злобы меня вывел голос вожатой.
– Может, ты мне объяснишь, что случилось?
– Да что тут объяснять-то? Мы пошли с ним на заброшенный завод взять радиодеталей для его проектов. Мы прошли туда через темную пещеру, отбивались от летучих мышей. Потом, отбивались от собак, используя наши рубашки и галстуки. Нас встретил сторож и дал нам эти рубахи.
– Я надеюсь, это вся правда.-сказала с недовольным и сердитым взглядом вожатая.-а теперь скажи, как и где вы прошли через эту пещеру?
– Она спрятана за кустами ежевики возле исписанного забора.
– Ясно.-она вздохнула.-Так, завтра утром подойдёте к моему домику с зелёной крышей и верандой с виноградной лозой. Вас не покусали? Может, вас в медпункт провести?
– Всё с нами в порядке. Просто Андрей перепугался до жути в той пещере.
– Вот и славно. А наказние я вам обоим ещё придумаю. Если не явитесь, будет только хуже.-с ядовитой усмешкой сказала она. Это усмешка не предвещала ничего хорошего.
– А теперь-свободен!
Весь остаток дня я провел в смятении. Что произошло с Андреем? Почему он так поступил? Надо бы с ним разобраться. Но позже.
13 июля 1984 года
Утро и мое настроение, несмотря на солнечный день были прискверные. Я подошёл к домику вожатой, но Андрея там не было. Видимо торчит в своем клубе с ранья. Я постучал в окно. На крыльцо вышла вожатая.
– Так так! А второй виновник торжества не вышел? Ну что ж. Начнем без него. Ты пока иди в столовую. Будешь помогать Илье разгружать сахар.
Мы пошли с ней в сторону столовой. К заднему входу уже подъехал грузовик с кучей мешков сахара.
– А зачем нам столько, Елена Михайловна?
– Как зачем? У нас тут ярмарка профессий на носу! Надо будет подготовить сладостей для приезжих детишек! Это ещё не всё. Нужна будет ещё глазурь, мука, творог и многое другое. Но это всё приедет потом. Сейчас пока что только сахар. Где этот негодник Андрей? Я сейчас его прибью!
Мы с Ильёй начали разгружать мешки. Благо, они были не слишком тяжёлые. Весили максимум тридцать килограмм. Однако их количество было настолько велико, что создавалось ощущение, будто к нам приедет батальон из тысячи человек. Где-то через полчаса подошла Елена Михайловна.
– Странно, Андрея нет ни в комнате, ни в клубе. Фёдора тоже нет на месте-он разбирается с аппаратурой в кинозале. Я спросила у него, где Андрей. Тот сказал, что куда-то пошел.
– Вот как! Может, от стыда сквозь землю провалился.
– Ладно, ты пока отдохни, я его поищу. Если через час не найду, пришлю тебе помощника.
Я вышел на улицу, присел на лавку. Солнце било мне в лицо тёплыми лучами сквозь кроны деревьев. Ко мне подсел Илья, достал сигарету и закурил.
– Что-то случилось?
– Долго рассказывать-я рассказал ему все произошедшее за вчерашний день.-Знаешь, после этого для него даже хорошо, что он не пришёл. Потому что иначе, при встрече я бы сломал ему нос за такое.
– Да, конечно он нехорошо поступил. Но прежде чем ты начнёшь вымещать на нём злость и обиду, думаю, тебе стоит выслушать его. Может, у него найдётся объяснение своему поступку.
– Думаю, ты прав.-раздалься звук открытия входной двери. В столовой неожиданно оказался Андрей.
– Вот он! Лёгок на помине! Ну и где тебя носило?
– Послушай. Мне так неловко… Насчёт вчерашнего. Ты попал под раздачу, а я тут… Ну, в общем…
– Да не мямли ты! Говори, как есть.
– Прости меня, Серёга! Мне правда очень стыдно за вчерашнее. Я сам не знаю, что на меня нашло тогда. Это все из-за той пещеры.
– Извинения приняты.-равнодушно ответил я. Хотя в душе я его не простил. Я такой человек. Когда дело касается провинности, то надо доказывать свое исправление поступками.
– Послушай меня. Там, в пещере, я действительно очень сильно напугался. Затем паника прошла и вернулась, когда нас уличила вожатая. Я не мог взять себя в руки.
– Не хочу слышать твои оправдания! Если хочешь исправиться-помогай мне разгружать груз и сеять сахар.
Он послушно выполнял мои поручения. Было так приятно, когда часть обязанностей взвалили на кого-то другого. Всё, чего мне не хватало-это лечь на шезлонге со стаканом вишнёвого сока с трубочкой. Я решил взять небольшой перерыв и прошёлся по улочкам. Пусть Андрей не расслабляется. Я присел на скамейку и тут же ко мне подошла Макото.
– Привет. Ты сейчас свободен?
– Привет. Вообще-то, мне уже скоро пора идти дежурить. Ты что-то хотела?
– Да. Мне не хватает человека для репетиции в честь парад профессий. Я была бы рада, если ты придёшь со мной на репетицию.
– Но ведь вожатая будет против. Да и наказан я.
– Вот как! А за что ты наказан? А, впрочем, не важно. Айда за мной! Вожатой я скажу, что ты мне помогаешь. Она тебе это зачтёт.
Невольно согласившись, я пошёл за Макото. Она вошла внутрь, я обратил свой взор на стоящих на подоконнике пару пышных букетов с лилиями, перевязанные лентами.
– Вижу, у тебя есть свои поклонники.
– Что есть, то есть. Вот, бери тот стул и присаживайся.
Я присел на стул.
– А ты на каком инструменте играешь?
– Могу только на гитаре.
– Здорово. Можешь сыграть не песню, которую ты хорошо знаешь? Любую! Я с удовольствием послушаю.-она взяла из подставки гитару и подала ее аккуратно мне.
Перебирая струны, я крутил колки, пытаясь настроить струны на нужный лад.
Сжав пальцы посильнее, я начал исполнять аккорды боем. Мелодия приобрела мотив.
– А у этой мелодии есть песня? Можешь её исполнить?
– Чтож, постараюсь.-я продолжить бить по струнам.
«Я не люблю фатального исхода
От жизни никогда не устаю
Я не люблю любое время года
Когда веселых песен не пою
Я не люблю холодного цинизма
В восторженность не верю, и еще
Когда чужой мои читает письма
Заглядывая мне через плечо
Я не люблю, когда наполовину
Или когда прервали разговор
Я не люблю, когда стреляют в спину
Я также против выстрелов в упор
Я ненавижу сплетни в виде версий
Червей сомненья, почестей иглу
Или когда все время против шерсти
Или когда железом по стеклу
Я не люблю уверенности сытой
Уж лучше пусть откажут тормоза!
Досадно мне, что слово честь забыто
И что в чести наветы за глаза
Когда я вижу сломанные крылья
Нет жалости во мне и неспроста —
Я не люблю насилье и бессилье
Вот только жаль распятого Христа
Я не люблю себя, когда я трушу
Досадно мне, когда невинных бьют
Я не люблю, когда мне лезут в душу
Тем более, когда в нее плюют
Я не люблю манежи и арены
На них миллион меняют по рублю
Пусть впереди большие перемены
Я это никогда не полюблю»
Тут я, закончив, обратил внимание на глаза Макото. Они пылали зелёненькими искорками. Было видно, что она была в восторге.
– Довольно глубокая песня. Видно холерическое и, в какой-то степени, циничное отношение автора к реальности.
– Это Высоцкий. Хороший был музыкант. Жаль, умер рано. У меня дома лежат видеокассеты с его песнями. Если хочешь, я их привезу в следующую смену.
– Очень приятно познакомится с творчеством ваших музыкантов. У вас много выдающихся писателей, музыкантов и творцов. А давай я теперь исполню свою песню.
Она развернулась к роялю, поправила гортань и начала исполнять песню.
«Раздаются эхом волны, сгущаются черные тучи.
Мы должны были с тобой играть на пляжу.
Я уверен, что кто-то разбитый любовью
Ради сплетен нас разлучит.
Твое тело ещё не усохло
И не время ему усыхать
Когда чувствуется в груди тепло рассвета
Капли воды танцуют на песке
Мы знаем без лишних слов, что это-уходящее лето.
Дорогая, разве ты не видишь
Что я пытаюсь заставить его сиять?
Дорогая, будь со мной
Давай с тобою вместе радоваться его мгновеньям.
Шумный бриз морской-предвестник дождя
Я и моя девушка идём в отель.
Она с тоскою смотрит на пляж сквозь окно.
И я не увижу её больше в купальнике вплоть до разлуки.
Мы выпьем горячий чай и примем душ.
Но моя любовь по прежнему тоскует по уходящему лету.
Дорогая, разве ты не видишь
Что я пытаюсь заставить его сиять?
Дорогая, будь со мной
Давай с тобою вместе радоваться его мгновеньям.»
Она закончила играть и повернулась ко мне. Пока она играла, могу поклясться, что её игру на рояле и бархатистый голос слышали далеко далеко, в отдельных уголках вселенной. Никогда я не слышал голоса столь проникновенного и изящного. Даже ангелы бы восхитились её красотой.
– Я не очень хороша в составлении рифм, так что я перевела дословно.
– Всё равно, вышло замечательно.-я искренне улыбнулся и похлопал в ладоши.-Вообще, я считаю, что умение грамотно перевести и переделать перевод на стихотворный лад-это два отдельных вида искусства.
– Спасибо. Я рада, что тебе понравилась. Это была Наоко Кен. Она очень популярна у нас в Японии.
– Здорово. Было бы не плохо, если бы ты смогла привезти что-нибудь оттуда. Просто мне всегда была интересна восточная культура. И ты тоже очень интересная.
– Спасибо за комплимент. Насчёт сувениров, будь уверен, не к следующему, так через лето, я обязательно что-нибудь тебе привезу. В этом можешь даже не сомневаться.
– В прошлый раз я не успел с тобой толком поговорить. Ты-японка и очень хорошо знаешь русский. Твои родители, наверное, русские?
– Мои дедушка с бабушкой эмигрировали с моим отцом из Японии в СССР во время Второй мировой войны. Они поселились в небольшой деревеньке на Дальнем востоке. В этой деревеньке была своя отдельная община, состоящая из японцев. Там они занимались своим ремеслом. Они кое-как выучили ваш язык. Когда отец вырос, он стал моряком и отправился в дальнее плаванье. Вернувшись после очередного плаванья в деревню, он встретил мою маму. Она была русской. Он описывал её, как красавицу, снизошедшей с небес. Они начали встречаться, несмотря на дальнейшие командировки отца. Потом, они поженились и родилась я. Для мамы это было неожиданностью, потому что она сама была ещё студенткой, но оставить меня она не могла и не хотела. Да и папа говорил, что ребенку нужен полноценный родитель, который всегда будет за ним приглядывать и растить. Когда отец возвращался, мама забирала нас много раз в путешествие. Показывала ваши города и края. Нам очень понравилась Россия. Хотя, ваш язык был очень сложным и непонятным для меня. Ещё, отец опробовал ваши блюда и добавил их в свой список рецептов: борщи, рассольник, вареники, оливье стали для него новым увлечением. Потом, он решил вернуться на родину и открыла свой ресторан русской кухни, и знаете что? Ваша кухня оказалась очень популярна у нас. По крайней мере, в нашем городе. Мать занималась со мной уроками русского языка. Честно говоря, мне он давался с большим трудом. Несколько лет я проучилась в русской школе. Но у меня была неважная успеваемость. Однажды летом, года два тому назад, мама отправила меня в этот лагерь. Она считала, что, пообщавшись с местными ребятами, я смогу подтянуть свои знания русского языка. И мне здесь очень понравилось. Столько всего нового для меня. Это просто неповторимый опыт и ощущения. С тех пор, я каждое лето сюда приезжаю. В этом году, правда ребятишек стало меньше, чем обычно. Но это-ничего. Мне не важно сколько людей соберутся, главное, чтобы рядом были самые близкие.
Сделав небольшую паузу, она продолжила.
– Знаешь, я думаю, что нам стоит включить эти песни в наше мероприятие. Пусть все проникнутся лирикой наших музыкантов. Можно туда добавить ещё несколько других.
– Я бы добавил туда Булата Окуджаву.
– А я бы добавила туда ещё Одзаки Киёхико. Он у нас, своего рода, местный Элвис Прэстли. Такая же распущенная прическа, бакенбарды по бокам лица. Да и поведение на сцене соответствующее-открытое. Но сначала, думаю нам стоит ещё немного поработать над нашими первоначальными песнями. Итак, берись за гитару и повторяй свою песню. А я затем, повторю свою.
Так мы отрепетировали примерно минут 30. Закончив перебирать струны, я ощутил небольшое покалывание в области подушечек пальцев. Всё-таки, давно не брал в руки гитару. Но с каждым разом я ловил себя на мысли, что мне хотелось всё больше и больше слушать приятный, бархатистый голос Макото.
Отворилась дверь и к нам вошла вожатая.
– Ах, вот ты где! Пока Андрей трудится в поте лица, а ты тут сидишь, прохлаждаешься!
– Не ругайте его, Елена Михайловна! Он помогал мне с репетицией к ярмарке профессий. Мы с ним разучивали свои выступления.
– Марина! Я же говорила тебе, с тобой будет выступать другой мальчик.
– Но он сейчас заболел и не сможет прийти. Да и желания выступать у него особо и не было. А тут появился Серёжа и тут же сыграл душевную песню. Забыла только фамилию музыканта… По-моему, Высоцкий.
– Надо же! И как проходит ваша репетиция? Уже заучили ваши песни?
– Да. Пока что у нас только по одной песне на каждого. Мы ещё пару выучим.
– Но это уже отложим на другой день. Ладно, Сергей. Раз ты помогаешь Марине, ты освобождён от наказания. Уже час дня, собирайтесь на обед.
– Ладно. Пора идти.-Макото немного замешкалась-Слушай, а давай вечером с тобой встретимся, погуляем. Ты как раз мне больше про себя расскажешь.
– Давай. Где и во сколько?
– Давай часов в 8 вечера. Встречаемся здесь же, возле музыкального клуба.
– Хорошо.
Время прошло непринужденно быстро. В ожидании Макото, я снова начал записывать в свою книжку свои мысли и описывать произошедшие вокруг меня события. До сих пор я не могу простить поступок Андрея, хоть он уже и извинился и помог мне с работами в столовой. Возможно, со временем, я остыну к нему. Ну а пока что, мне больше не хотелось бы его видеть. Ко мне подошла Макото.
– Ты что-то записываешь?
– Да, тут мои наброски мыслей. Решил немного написать про мои приключения в этом лагере, чтобы потом было, что вспомнить. Хоть, я здесь ещё меньше 2х недель, мне уже нравится это место. Здесь все такое-тёплое, уютное. Без приключений не обошлось.
– А можно мне, пожалуйста, посмотреть на твои работы? Мне было бы это очень интересно.
– Конечно.-я протянул ей книжку с потрёпанным кожанным переплётом. Она, перелистывая страницу за страницей, сохраняла сосредоточенность, а её изумрудные глаза разбегались, оставляя за собой искорки любопытства. Закончив, она протянула мне её обратно.
– Да у тебя талант к писательству. Это у тебя такое хобби?
– Можно и так сказать. Просто иногда меня к подобному тянет. У меня есть ещё несколько рассказов, которые остались дома.
– А что вдохновляет тебя на писательство?
– Знаешь, мысль написать что-либо наступает внезапно. Словно внутренний голос подсказывает мне, что сейчас самый подходящий момент для написания новой истории. Как например с этой книжкой. Я записываю все события и всё окружающее. Вдохновляюсь этим, людьми, с которыми общаюсь и запечатлеваю в этих записях свои мысли, ощущения, эмоции.
– Это так интересно.-она мило улыбнулась.-Тебе обязательно нужно дописать эту книгу до конца! Ты же отбываешь последний день смены в конце июля?
– Да.
– Если есть желание, можешь остаться на дополнительную смену. Лично я останусь, потому что мать сможет забрать меня не раньше конца августа, а с твоей компанией было бы веселее.
– Я подумаю об этом и дам тебе знать. Ну, так что? Куда пойдём с тобой?
– Давай пройдёмся по лесу. Мне очень нравится здешняя природа. Она даёт мне особое вдохновение для творчества.
Вечером лес выглядел по-особенному чарующим. Тёмное небо, осыпанное звёздными хлопьями и тонкой дымкой облаков, накрывало кроны высоких, величественных деревьев. Тропинка леса и аллея деревьев, приветствовали нас, как своих гостей. На земле груздьями лежали сосновые шишки, а под некоторыми деревьями можно было найти множество разнообразных грибов, как съедобных, как и не очень. Я вспомнил, как ходил с отцом по грибы. Мы ходили в начале сентября каждые выходные. Выезжали из поселка рано утром в лес, где росли опята, рыжики, дождевики, подосиновики и многое другое. Мы всегда старались подбирать дни после дождя или резкой смены температуры, когда почва была максимально влажной, чтобы попасть на плодородный сбор.
– Я смотрю тут очень плодовитая почва на грибы. Помню, как мы их с отцом собирали. Потом отварили из них суп. Было очень вкусно. Надо будет такой попробовать сделать. Можно было бы и сейчас, но у меня нет с собой ножа. А без него трудно определить-ядовит ли гриб, или нет.
– Ничего, в следующий раз сходим. Ой, смотри! Там ёжик пробежал с грибочком на спине. Это так мило.
– Говорят, ежи-всеядные. У них очень богатый рацион. Если бы у них разум работал, как у нас, возможно, они бы стали профессиональными гурманами.
Макото засмеялась.
– Да уж. Я представляю себе ёжика с поварской шапочкой, перемешивающий свое блюдо своими коротенькими лапками и режущим ножом овощи и мясо.
– А белочка с кроликом, занимаются вторыми блюдами и десертами. А лисица выступает в роли шеф-повара. И о чем мы только с тобой думаем.
– А что? Это довольно забавно.
– Да уж. Ты посмотри, какое здесь красивое небо. Эти звёзды, тысячи галактик-так далеко от нас. И возможно, в этих бесчисленных множествах галактик проживают такие как мы с тобой.
– Ты тоже веришь в эту теорию существования параллельных миров?
– Да просто мы разговаривали с ребятами на эту тему не так давно. Фёдор объяснял это какой-то заумной теорией квантовой механики. Я не так много из этого понял. Но в целом, согласен с его рассуждениями. Бывало, что я и сам задумывался об этом. Размышлял о том, как бы выглядели мы из другой вселенной и чем занимались. Мысли эти, хоть и глупые, но довольно занимательные.
– И вовсе они у тебя не глупые. Может, пока что это невозможно доказать, но я уверена, что в будущем, когда мы глубже изучим космос, то сможем исследовать другие галактики и узнать, что там. Было бы интересно посмотреть на саму себя из другого мира.
– Рад, что ты меня понимаешь. Думаю, нам уже пора расходиться.
На часах было без 10 минут 10 вечера. Я провел Макото до её домика.
– Когда мы с тобой встретимся ещё раз по грибы?
– Знаешь. Сегодня ты уже предлагала. Давай теперь я проявлю инициативу. С завтрашнего дня пойдут дожди. Так что после него вечером должны прорасти хорошие грибы. Давай через два дня встретимся у твоего домика в 8 часов.
– Хорошо. Спокойной ночи. Не забывай, у нас ещё репетиция. А ярмарка будет через неделю 20 числа.
– Спокойной.
Я побрел в сторону своего домика. Вдруг, краем глаза, я заметил подозрительный силуэт. Поначалу, я не обратил на него внимания, когда он прятался позади деревьев, но теперь он почти не думал скрываться. Думал, стоит ли его окликнуть? А может, не стоит. Он просто стоял и ничего не делал. Решил все-таки окликнуть.
– Я знаю, что ты прячешься! Выходи!
Тёмная фигура вышла из тени. Под светом фонаря из под капюшона можно была зглядеть только озлобленное выражение лица. Он кивнул головой, подозвав к себе. Я невольно пошёл за ним. Внезапно, он прижал меня к дереву, достал нож и угрожающе сказал.
– Слушай сюда, пока я добрый. Не лезь к Макото!
– Эээй, парень! Успокойся! Не нужно доставать нож! Ты кто вообще такой?
– Тебе незачем об этом знать… -угрожающе произнёс незнакомец.
– Да успокойся! Мы же просто репетировали выступление к ярмарке. Ничего более.
И чего это я вообще перед ним оправдываюсь. Правду говорят, когда твой жизни угрожают, язык сам развязывается.
– Ага! Вот только репетировать с ней должен был я. Но мне угораздило искупаться в этой речке и заболеть. А тут ты припёрся.
Так вот, о ком она говорила. Я, конечно, был в курсе того, что у неё были поклонники. Но чтобы они караулили. Да и ещё и с ножом. Это было слишком.
– Ладно, можешь репетировать с ней сколько влезет. Но не более того. И в лес с ней больше не ходи. И вообще, не пытайся к ней подкатить! Она-моя!
– Да понял я тебя! У меня и в мыслях не было ей понравиться! Я сделаю, как ты скажешь. Только, прошу, нож от горла убери, а то мне становится дурно от одной мысли, что ты можешь им со мной сделать.
Незнакомец убрал нож, сунул его в карман спортивных штанов с полосками вдоль бедер и скрылся в темноте.
Я был обескуражен и обездвижен от происходящего. Потерев шею на наличие в ней порезов, я убедился, что все с ней в порядке и пошел спешным шагом к себе в домик.
– Что с тобой, братишка? Ты весь какой бледный, как мел.
– Ничего не случилось. Все нормально.
– Точно? Может, все-таки расскажешь?
– Нет. Давай в другой раз. А сейчас-отбой! -я поднялся и щёлкнул выключатель у двери.
15 июля 1984 года
– Ребята! Сегодня вечером, мы всем отрядом отправимся в поход по грибы.
Слова вожатой на линейке стали для меня спасением. Ведь я обещал Макото пойти по грибы с ней. А если нас и увидит вместе этот чудак, то вряд ли он будет настолько сумасшедшим, чтобы напасть в открытую при всех. А вот ночью, когда я буду один-запросто. Нужно что-то придумать, заручиться чьей-то поддержкой. Вожатой мне хотелось жаловаться в самую последнюю очередь, девчонки вряд ли смогут помочь. Остаётся только дядя Фёдор и Андрей.
Обед у нас был скудный. На первое суп с хлебом, а на второе небольшая порция пюре с котлетой. Оказалось, кто-то украл почти весь картофель и чай с сахаром. Это была крайне неприятная новость для всех, из-за чего многие вожатые задержались в столовой для выяснения обстоятельств.
– Итак! Сегодня у нас вышел неприятный день. В нашем лагере завелись воры и мне, как вашему руководителю, нужно вас проверить, прежде чем отправимся в поход.-наша вожатая построила нас в ряд и начала обыскивать сначала наши карманы, затем и наши комнаты.-Чтож, теперь мне нужно отыскать ваши комнаты. Тихого часа не будет. В столовую сейчас не заходить! Вечером сообщу вам новости.