ПадУ, или Одна весенняя история

Мой сын, мой взрослый и такой красивый сын первый раз проходил процедуру наказания, и мы оба очень сильно волновались…

Под огромным куполом имени "Свода Законов" нашей страны, мы стояли перед судом и исполнителями. У нас это строго и быстро. И хоть наказание могло продлиться всего несколько минут, сам процесс получения его был ужасен, с первого взгляда!..

Как я сказала – под куполом находился суд, как и сам закон одновременно. Закон был написан выпуклыми прозрачными буквами на самом куполе и любой желающий мог его прочитать. Для этого просто выдавали летающий скутер на солнечных батареях, их у нас повсюду используют, но только здесь они с креслом и ремнями безопасности, а обычно только с рулём или вообще сенсорные!

На трибуне перед всеми собравшимися стояли трое. И среди них мой сын, всего-то пойманный за курение в общественном месте, но тоже несущий наказание.

У нас очень строгий, но справедливый закон. Не нами установленный закон – самой природой. Чтобы понести любое наказание, надо положить голову в пасть ПадУ и только твой ПадУ может решить на какое именно время тебя надо усыпить – укус его клыка в шею и даёт тот самый сон, когда ты выпадаешь из реальности, и доза яда у каждого своя. Я бы даже сказала, что наказание это определяет слияние крови виновного и яда во время укуса…

Но мой сын оказался не готов и когда двое уже глубоко спали, он всё ещё не мог набраться мужества и поклониться…

Его ПадУ ждал, терпеливо, как это свойственно только им, но процедуру нельзя затягивать…

Нас отвели в маленькую комнату всех троих , пока не пройдёт всё время наказания они неразлучны…

Раньше всё происходило сразу, на месте, мы думали, что это дикие звери лишают нас воли, и люди впадают в спячку, даже были случаи обезглавливания по неосторожности и тогда находили трупы зверя рядом с человеком – симбиоты не могут жить без человека. Сейчас же всё происходит прилюдно, и ПадУ ждут разрешения, но тянуть время нельзя! Тогда продлевается и время наказания…

– Кит, что ты творишь?!..– шёпотом спросила я у сына.

–Мама, ты видела его клыки? Он мне голову запросто откусит! – Никита сдерживался, но ломающийся подростковый голос выдал всё – он просто боится…

– Ты кого-то убил? Или может ты задумал убийство – тогда да, откусит и погибнет рядом с тобой! – печально произнесла я.

Сын помотал головой и сжал кулаки.

–Я ему не доверяю!

– Смотри, сынок… – я подошла к его ПадУ и тот заурчал, довольно подставляя лобастую голову в пятнах разноцветного меха под ласкающую руку – Они как кошки, но это твой ПадУ, когда ты получишь наказание, и оно кончится, он уйдёт и появится, только если ты опять нахулиганишь! От того что ты тянешь время, может получиться очень долго, я не хочу так долго скучать по тебе. И та девушка, с которой ты гулял вчера, тоже не захочет ждать…

Сын погладил ПадУ. Я знала, что у моего мальчика чистое сердце и нажала кнопку на стене… В полу открылась решётка. Какой страшный хищник придёт сейчас я не знала, только могла молиться, чтобы это была не львица или тигр…

Сегодня пришёл гепард, он был голоден и умён, а ПадУ молод, как и мой сын, но мудр не по годам.

Он замер. И даже не убрал голову из-под ладони моего сына, замершего от ужаса. Только глаза нашего защитника выдавали благодарность, а уши повернулись на зверя… схватка была быстрой – гепард присел, пытаясь слиться с землёй, и через мгновение уполз обратно за решётку с раной на боку, даже рука сына не успела опуститься – зато сразу захлопнулась решётка!

– Он будет защищать тебя всю жизнь и умрёт вместе с тобой, неужели ты не дашь ему выполнить его долг? – я обняла сына, уже год как мне для этого приходилось тянуться вверх, чтобы обнять его за плечи – как быстро растут дети!

ПадУ направился к залу, и мне пришлось отпустить сына – я ещё успела увидеть улыбку на его лице, когда его уносили на носилках из зала "свода законов", зверь шёл за носилками и вылизывал его руку. Уж он будет заботиться о нём лучше, чем я – от этого зависит жизнь их обоих!

– Я буду приходить каждый день, меня не пустят к тебе, но я буду приходить обязательно! – руки ещё помнили его тепло, а сердце уже сжалось от тоски и разлуки, и на глаза навернулись непрошенные, горькие слёзы.

Домой меня, практически силой, привел сосед. Я всю дорогу вспоминала, как получилось, что в нашем благополучном мире мы остались с сыном одни, без отца и родных…

___________________________

У нас нет перенаселения, но ресурсы, как природные, так и остальные были на пределе, и рождаемость была взята на контроль для блага общества. Заодно и распределение средств, специалитет, направления обучения и прочее – то есть нельзя было придумать себе работу или жить творчеством, тебе распределялась специальность практически в день совершеннолетия и сменить род занятий, потом было весьма сложно.

Я была молодой и глупой, и, как многие, была увлечена идеей сохранения живой природы!

Это казалось важнее, чем сама жизнь! Наша жизнь…

Он тоже был молод и красив – приехал издалека, по программе обмена. Тогда ещё были возможны контакты с другими государствами.

Митра, как приехал, так и уехал – а у меня остались воспоминания о наших с ним поздних разговорах о спасении природы. Романтика ночных свиданий под звёздами и маленького сердца у меня внутри, растущего и ждущего своего часа.

_____________________________________

Во сне мы с сыном провели всего несколько месяцев. Я пошла на это наказание лишь потому, что хотела видеть своего ребёнка, а не проспать потом всю его жизнь! Из-за наказания я провела беременной около двух лет… как слон! Но это были счастливые два года, не смотря на то, что во время сна в организме всё замедляется, но на то и наказание, чтобы было время осознать и исправиться… Мой организм справился, а вот ребёнок нет – на развитие ему понадобилось немного больше времени, чем его сверстникам. С рождения мой сын отличался от них – никогда не интересовался детскими играми, всегда тянулся к старшим. Но когда ушли дедушки и бабушки он изменился, проснулся испуганный и капризный ребёнок, да ещё так не вовремя, в самый период взросления, когда на детские шалости уже смотрят по-другому!

_________________________________

Мне казалось, что наказание длилось бесконечно. Сначала я перестала замечать дни, потом недели, а после даже времена года стали одним единым циклом. Смотреть на сына я могла бесконечно, ПадУ его вылизывал, это что-то вроде массажа и ухаживал. Меня единственную всегда можно было найти у стены печали, если я была не на работе…

Я даже не заметила, что началась война.

Кто и что не поделил, кому понадобилось наша страна, я не могла разобраться. Как обычно, сделав свою работу, я отправилась к сыну, и не могла к нему дойти. Все куда-то бежали, а я не могла понять зачем?..

Наша страна очень красива! Она окружена водой со всех сторон – этакий горный массив, покрытый активной растительностью и площадками плодородной земли для земледелия окружённый океаном и пересекаемый рекой спускающейся с центральной горы. Но скутеры над водой не летают. Кораблями владеют лишь торговцы и военные – плавать мы конечно все умеем, но не океан ведь переплывать. Живут жители в основном сельским хозяйством, сбором фруктов, чайных листьев и рыбной ловлей.

И вот, вместо того, чтобы защищаться, все жители, которые попадались мне навстречу, обезумев от ужаса, бежали, сами не зная куда, и гибли тысячами… Как лемминги! И только я пыталась сквозь толпу пробраться к сыну… Оглянувшись по сторонам, я только сейчас обратила внимание, что стоит поздняя весна и цветение фруктовых деревьев скоро закончится. Почва усыпана опавшими лепестками, как снегом, белая, как высоко в горах!

Меня спихнули с дороги прямо сквозь кусты, растущие вместо ограды, в какой-то двор: под тентом, пока ещё не увитым виноградом стоял длинный стол и лавки по сторонам, за столом сидели двое странных людей… Торговцы?.. Скорее нет, но они очень странные, как будто люди из моего прошлого.

Толстый мужчина в синей шляпе махнул мне рукой приглашая присесть, а второй, безостановочно затягиваясь трубкой сказал:

– Добро пожаловать, Мать воина! – и выпустил облако сизого дыма. – Сейчас подойдут остальные. Мы пока можем познакомиться. Присядь с нами, передохни. На столе есть напитки, они просто прохладительные, ничего алкогольного. Не сегодня!

– Буч, когда придут остальные? – следующее облако дыма полетело в сторону шляпы.

Буч крякнул, синяя шляпа была снята им с головы, и я чуть не заорала от ужаса: из нароста на его голове торчала пружина с ложкой внутри! Вытянув ложку из пружины, Буч аккуратно почесал нарост и заправил ложку обратно – причём я была уверенна, что пружина металлическая, но живая, потому что она обвила черенок ложки как спираль!

Буч сказал, закатив при этом глаза до белков:

– Ещё трое идут с севера, но надо спешить! Законников скоро будут бомбить. Надо вывести всех воинов! – зрачки вернулись на место, и Буч неприятно засопел, налил себе из розового кувшина целый стакан тягучей жидкости, он залпом выпил её.

– Я не понимаю как он всё узнаёт, но нам это должно помочь, Мать воина. – хриплый голос второго мужчины вернул меня в реальность.

– Полина, меня зовут Полина. Предсказателя Буч, а Вас?..

– Меня зовут Варфоломей – Вилли, а его Бартоломей- Буч, родитель голову долго не ломали, как нас назвать, мы близнецы, со способностями. Буч читает мысли, если ему разрешают, предсказывает то, что нас прямо касается…

– А вы…

– А я сам всех способностей своих не знаю. Контакты, удовлетворение желаний, могу успокоить или наоборот, но не толпу . – Вилли покачал головой на мой кивок в сторону улицы…

– Этот нарост у Буча на голове – он вроде антенны? Я не хочу обидеть, я просто спросила. – извиняющим тоном спросила я.

– Можно и без неё, но так нас не трогают, и Бучу нравится проверять людей на прочность. Вот ты хотела закричать, но сдержалась. Эта штука съёмная. Не переживай. – успокоил меня Вилли.

– Почему Вы сказали про воинов?… – обратилась я к Бучу.

– А ты думаешь, что переговоры кто будет вести? Без помощи ПадУ нас никто слушать не будет, уничтожат, как букашек! – Ответил мне Вилли и выдохнул дым прямо мне в лицо – Да, я знаю куда идти и с кем разговаривать, но говорить буду не я, а твой сын! Он наш предводитель и только от него сейчас зависит жить нам или умирать!

Я стушевалась и с расспросами больше не лезла. Некогда стало.

Во двор вошли ещё люди, но за своими мыслями я их даже не рассмотрела, зато рядом шевельнулась знакомая фигура…

– Мой ПадУ?..– у меня перехватило дыхание, но он как кошка ластился ко мне, будто просто соскучился – Как ты не вовремя! – огорчённо гладила я разноцветную шёрстку.

– Р- вов-р-время – проворчал ПадУ, а близнецы переглянулись.

– Мы конечно подозревали, но наверняка знать не могли, Мать, ты что, с ними общаешься? Колдунья! – восхищённо проворчал Вилли.

Я пожала плечами, у меня даже домашняя кошка в доме хозяйка больше, чем я, и всегда покажет, что ей надо.

– Это они со мной. Я не против, вот и всё! – пыталась объяснить я… – как же мы будем всех будить, ведь никогда ещё не могли разбудить в наказании?

– Р-вр-будили-или! – ПадУ почти взлаял последние звуки.

Я подняла глаза на близнецов. Нас собралась странная компания: два старика – крепких и с особенностями, я и мой ПадУ, и трое разновозрастных мужчин со своими ПадУ(это я только сейчас заметила!) у самого младшего за спиной пряталась маленькая девочка, как обезьянка цепляющаяся за мать, тут она цеплялась за брата.

– Нам пора. – сказал Вилли.

Кряхтя близнецы поднялись, и направились прямо к ограде… зелень расступилась, повинуясь неведомой мне силе, и я увидела, что мы стоим в десяти шагах от купола!

Я даже разглядела, что все ПадУ возле своих подопечных не сводят с нас глаз!

– Мать, прикрой нас! – близнецы шустро, для их возраста, шагнули мне за спину.

Резкий свист, удар, взрыв и хрустальный купол Свода Законов разлетелся вдребезги! Я бы и хотела смотреть, но мой ПадУ взъерошил шерсть и стал, как будто шире себя в разы – или это крылья? – прикрыв нас всех. Я оглянулась и увидела, что все ПадУ встали щитом между людьми и взрывом. Над куполом поднимался восхитительный в своём ужасе гриб атомного взрыва.

– Я знала, что мы все когда-нибудь умрём, но надеялась, что потрепыхаться успеем. – больше для себя произнесла я, и вдруг поняла, что меня все услышали.

Это мой ПадУ передал мысль через своих, а мне пришли одобрительные ответы и кряхтение близнецов:

– Потрепыхаемся, не баись! Ты ещё не всё знаешь, Мать, но уже близко подошла к пониманию. – мысленно произнёс Вилли.

Волна огня и жара пронеслась над головой, не задев ни волосинки. Я благодарно мысленно улыбалась своему ПадУ и он громко замурчал.

– Ждём ещё немного и потом двигаемся очень быстро. Звери впереди для зачистки. – и это мысленно сказал Вилли, у Буча другая интонация.

Мы осторожно двигались в развалины купола и среди битого стекла нашли спящих абсолютно целых мужчин и их ПадУ.

– Мать, ты знаешь, что делать. – Вилли жестом показал на ложе моего сына.

А я не знаю! Мне страшно, потому что мы сейчас должны умирать в агонии после атомного взрыва, а не будить спящих преступников. Паника, любовь, обречённость и уверенность в том, что я точно хочу продолжать жить, не смотря и вопреки, волной поднялась внутри меня и толкнула меня к сыну.

– Сынок! Кит! Никита! Ты нужен мне и нам всем! – склонилась я над ним и поцеловала в лоб. Тёплый, слегка влажный лоб без видимых повреждений.

– Мам? Ты что здесь делаешь? Тебе нельзя тут… – сын сел и осёкся, оглянувшись по сторонам, – Что происходит? Где купол? Где охрана?

– Ты вырос. Я оставляла здесь мальчика, а проснулся воин и вождь! У нас война. И именно тебе придётся вести этих воинов на защиту страны, мой сын. – я говорила и в то же время видела его недоумённый взгляд.

– И на каком языке ты это сейчас сказала, а главное – как я понял тебя? – Никита смотрел на меня, а я обернулась к своему ПадУ.

– Телепатия? – я погладила густой мех зверя и услышала благодарный рокот мурчания.

– Так, волшебница мать – разговаривающая со зверьми, война, что ещё? – мой сын быстро одевался и остальные проснувшиеся мужчины тоже.

– ПадУ как-то собирают и чистят радиацию. Они наша защита, оружие, сила и друзья.

– Хорошо. А это кто? – Кит кивнул в сторону близнецов.

Я познакомила его с Вилли и Бучем, вкратце пересказав события дня.

Мужчины пожали руки – Вилли долго пожимал, практически завладел рукой моего сына на время.

ПадУ возле каждого мужчины присели в странной позе, изменяя спину, как будто кресло для седока. Некоторые мужчины и юноши, ничего не понимая, пристально смотрели на нашу разношёрстную компанию.

И тут я услышала знакомый, но очень далёкий голос. Мне так не хотелось его вспоминать, что я отмахнулась, как от назойливого насекомого. ПадУ заворчал на меня и потянул за руку к проёму в стене.

– Мама, ты сходи в женский зал, пожалуйста! – сын как-то быстро втянулся в происходящее.

– Уж с вами не поеду. – ответила я и вспомнила про девочку за спиной парня.

– Оставь её со мной. Я постараюсь найти для неё заботливую женщину, пока ты не вернёшься. – обратилась я к парню и Вилли кивнул ему.

Малышка тут же перелезла на меня и так же крепко обхватила руками за шею.

– Зря ты не идёшь с ними, ну да время покажет. Не отмахивайся от зова, слушай себя.– обронил Буч, посасывая палец, как делают маленькие дети.

Я обернулась, чтобы уточнить, но только увидела, как красиво взлетали ПадУ с всадниками из развалин, окружённых стеной печали.

Женский зал был меньше мужского, более закрытый и совсем не пострадал от взрыва – что было странно, но логично. Кто-то должен продолжать род, если мужчины погибнут.

Женщины не спали вообще – несколько были с новорожденными и кормили грудью. Малышка-обезьянка с визгом радости кинулась к женщине средних лет с младенцем на руках. Ну, хоть тут всё хорошо.

Я всплеснула руками, разглядев девчушку, которую заприметила гуляющую с сыном, накануне его проступка. А за курение ли его поймали?

– Ты беременна? – обняла я девушку и быстро осмотрела на повреждения – цела и невредима.

– Видимо да. Только не ругайтесь, мама Полина!

– Ох, дети, ведь можно было получить благословение, и ничего бы не было! – я снова крепко обняла её.

Близнецы смешно зашли за мной, закрыв руками глаза.

– Не балуйтесь, они все одеты. Вам что-то надо? – спросила я у моих малахольных помощников.

– Мы умираем. Не перебивай. Долго жили, ПадУ уже сотню лет нет с нами, поэтому помочь ничем не сможем, но должны отдать свой дар.

– Кому? – удивилась я. – Вот наказание!

– Дар! Твоим внукам, Мать воина! Эта женщина носит двоих детей и нас тоже двое. Одному дар не по силам, а вот так вместе можно многое успеть. Пока они не родились, даром будут пользоваться оба родителя. Дар предсказаний женщине. Дар передвигать предметы и повелевать умами мужчине. – Вилли наклонился и поцеловал руку моей невестке, а Буч пошевелил рукой шляпу и взялся за другую руку брата.

Они смешно осели, как будто из тел выпустили воздух, трубка выпала и закатилась под лежанку.

– Не реви! – я потянула невестку за локоть в сторону её ПадУ и усадила в седло – а по ней и не скажешь, что беременна, зато мне многое стало понятно, в том числе и наказание сына – ха, курение, как же! Двойню зачал…

– Я не реву. А вы давно их знаете? Я чувствую, что надо срочно лететь к Киту. Что со мной?

– Несколько минут я их знаю. Полетели, раз надо. – и оседлала своего мурчащего от восторга зверя.

В голове снова звучал настойчивый зов – примерно в ту сторону мы летели, поэтому я и не стала отвечать.

Очень красивая кавалькада морских военных скутеров зависла над бывшим императорским дворцом – сейчас это были дымящиеся развалины. К ним подлетала стая ПадУ с всадниками во главе с моим мальчиком – эх, придётся ведь привыкать его называть генералом или правителем.

И мы, красота во плоти, нежность, надёжность и ярость – женщина за своего мужчину может и убить – неслись, как фурии на радужных зверях навстречу опасности.

ПадУ очень красиво меняли тело – на спине сиденье настолько удобное, что не надо никаких ремней, как на скутерах, лапы становились шире и ловили с прыжка потоки ветра не хуже крыльев, длинные пушистые хвосты позволяли маневрировать в воздухе.

Я залюбовалась всеми – обрыв, слегка прикрытый дымом, поднимающимся от разрушенного дворца императора, покрыт отцветающими плодовыми деревьями, живописно цепляющимися корнями за кручи усыпанные лепестками цветов, на фоне его мощная, но небольшая армия наших защитников смотрелась настолько органично, что захватило дух!

И враг.

Враги…

Снова этот голос, но уже не внутри головы, а я слышу, как он что-то говорит Киту.

– Стой! Ты кто? – я постаралась тихо отправить мысленное сообщение, но ПадУ отправил его всем.

– Полина? Ты где? – это точно Митра ответил мне.

Главный, самый главный этого вражеского войска, который разбомбил купол закона, когда там спал мой сын, оказался его отцом!!! Оказывается, ПадУ прекрасно читает мои мысли – потому что он не только подлетел к головному военному скутеру, но и фыркнул в его сторону чем-то таким, что мне показалось бомбой.

– Не вздумай больше стрелять в сторону моих детей! – рычала я непонятно на каком языке и, кажется, начинала сходить с ума.

– Полина! Я люблю тебя, Полька! Я за тобой приехал… – донеслось до меня уже снизу – видимо заряд моей ярости, переданный через зверя, подбил военную технику.

Теперь мне его ещё и спасать? ПадУ, откуда такая энергия?

– Собр-рал и фыркнул. – пролаял мой зверь.

– Умница. Но больше так не делай. Я была очень сильно не права. Испугалась. Понял? – погладила я своего спасителя по гриве, за которую так удобно было держаться во время манёвров в воздухе.

Всех спас и успокоил Никита, поймав своего отца в полёте и слегка воспользовался даром, сдерживая воинов со всех сторон от лишних действий.

Потом, когда я уже рыдала в объятиях своего возлюбленного, когда уже было назначено перемирие и всё непонятное стало понятным, Митра рассказал, что прилетел с миссией забрать меня к себе, а ему не только отказали от лица нашего правителя, но и оскорбили во всех лучших чувствах.

– Знаешь, Поля, я ведь свататься приехал. А мне сказали, что негоже игнорировать дочь императора из-за девки с конвейера. – осторожно обнимая меня проговорил Митра.

– Так я и есть, девка с конвейера. Вся моя карьера пошла под хвост ПадУ, когда ты уехал, а я осталась тут одна и беременная. – вздохнула я и снова потрогала его, опасаясь, что это всё последствие атомного взрыва и я таки умерла или мне всё снится.

– Нет, моя дорогая – ты теперь мать правителя этой страны и моя будущая супруга. Никита, отдашь свою маму за меня? Правителя соседней страны, полноправного императора по главной линии. Обещаю привозить её в отпуск повидаться с внуками. – он коварно подмигнул моему сыну.

– Мирный договор и обмен ресурсами в силе? Тогда благословляю вас! – Кит очень быстро вжился в новую роль.

– А я благословляю вас, дети мои! – обняла я сына и его невесту, – может ты, все же, познакомишь нас, девушек, пока я не уехала? Мужчины без нас познакомились, а я как-то не успела узнать твою избранницу.

И вот тут эта милая малышка, уже и правда с животиком, закатила глаза и выдала нам, что она дочка императора, погибшего так скоропостижно, её скрывали, чтобы сохранить в тайне от вражеских шпионов.

–Ах, ты мой сын!!! – возмутилась я, глядя на Кита.

На что он только развёл руками – типа, я же не знал!

– И что, много у нас шпионов, Тая? – спросила я у принцессы.

Она улыбнулась и пожала плечами, прижавшись к Никите.

– Ладно, значит раз я мать правителя и принцессы, могу стать королевой. – улыбнулась я своему будущему мужу.

Все рассмеялись.

– Поможешь мне добраться до моей армии? ПадУ выдержит двоих? – Митра очень мило склонился передо мной.

– А я починил ваш летающий аппарат. Там просто трубки топливного бака оторвало. ПадУ не причиняют смертельного вреда сознательно. – улыбнулся Кит.

________________

Людей, упавших в воду и пострадавших в давке, удалось спасти, но не всех. Это я постоянно напоминала своему любимому, что мог бы и помягче, можно же было посмотреть хотя бы на дочку императора.

Купол законов мой сын восстановил своим новым даром – даже лучше стало, потому что и законы новые прописались. ПадУ не пропали, но прятаться перестали и никого не удивляли больше.

А потом родились близнецы – но это совсем другая история.