Треск Цепей III: Расправив крылья

Глава 4. Старый союзник

Обугленный столб в центре деревни, занятой южанами, служил резервуаром силы. Здесь прибывающие слуги песчаного трона могли пополнить запасы энергии и провести сложные, энергоёмкие ритуалы. Но после нападения стихийной охоты это место стало пустым.

Иномирные существа опустошили резервуар и что-то сломали в нём. Теперь тут не было ничего кроме пепла, костей и смотрящего в небо самого обычного, заострённого и заваленного снегом столба.

Ведьму подобный поворот разозлил и от её былой болтовни не осталось и следа. Встречные мертвецы падали один за другим убиваемые уже знакомым мне заклятьем. Нескольких она зарубила, как мне показалось – чтобы выпустить пар. Причём зарубила довольно неуклюже, а в реке её мыслей проскочило что-то похожее на сожаление об отсутствии какого-то лёгкого, серповидного оружия. Но я не успел как следует разглядеть возникший образ, ибо мысли ведьмы были рекой, в которой постоянно что-то менялось, а отдельные фрагменты уносились прочь подобно попавшему в горный ручей сору.

На краю деревни мы наткнулись на целый участок странного, зелёного снега. Тут воняло химией и остались широкие следы больших саней, что уходили прочь от деревни. В мыслях южанки появился образ толстяка и имя, которое, впрочем, скрылось от меня прежде, чем я сумел его «ухватить».

Иви решила идти по лыжне, оставшейся от саней. Несмотря на притороченные к одному из мешков снегоступы, ведьма не спешила их надевать. А идти по свежевыпавшему снегу проваливаясь то по щиколотку, то по колено – удовольствие для редкого любителя.

Лыжня в этом плане была лучшим выбором.

Я понятия не имел куда мы идём и зачем. Существо, севшее мне на шею, не спешило делиться своими планами. Лишь бурчало себе под нос время от времени ругательства на южном языке, сетуя на судьбу, засунувшую её в грубое мужское тело и ругая холод, кусающий мои конечности.

Ковыляющий позади упырь исправно тянул мою силу. Я чувствовал нашу связь и понимал, что контролировать армию таких существ – очень сложно. Часть ведьминых мыслей постоянно была обращена к мертвецу, контролировала его голод и ярость. А что было бы будь таких монстров за нашей спиной десяток? На сколько бы хватило моих сил и её концентрации?

– Ты ошибаешься мой друг. Я не поводырь и никогда не испытывала тяги к слугам вашего павшего бога, как и к бездне. К тому же тут, в империи – тёмное искусство под запретом, не то, что на юге. Песчаный трон собрал под своё крыло множество последователей, среди них есть те, что ведут за собою мёртвых. Так что единственной преградой в этом вопросе являются знания и желание эти знание применить. У меня – просто нет желания.

Ведьма снова ко мне «прислушивалась» следи за теми картинами что возникали в моём сознании. Её ответ прозвучал как горделивая похвальба что заставило меня хмыкнуть. Удивительно, но я и вправду хмыкнул, выпустил носом воздух и замер, ожидая реакции.

– Не бойся меня мой друг. Тут холодно и скучно, самое время отвлечься разговором.

Ступив в редкий, заснеженный подлесок по которому проехали сани, мы шли больше часа. Но всё равно для меня стала неожиданностью эта внезапная «доброта». Захватчица чуть-чуть ослабила путы позволяя мне разговаривать с ней на равных. А я не нашёл ничего лучше, как задать давно интересующий меня вопрос:

– Кто вы такие? Песчаный трон… юг… всё это мне мало о чём говорит.

Язык ворочался во рту непривычно тяжело, а мой голос отдавал хрипотцой, но ведьме он понравился.

– Юг склонился перед служителями трона. Был объединён почти тридцать зим назад под властью тех, кто не поклоняется местным богам. Люди заключают договора с нами, теми, кто когда-то давно ходил по этому миру во плоти, а затем был изгнан за завесу. Но теперь мы лишь тени полные полустёртых знаний, падкие на человеческие эмоции и чувства.

Я улыбнулся и ответил:

– Твои объяснения слишком запутанны.

Моя фраза вызвала у южанки раздражение, но она не отбросила меня во тьму, а лишь закатила глаза и цокнула словно разговаривала с каким-то глупым мальчишкой:

– Что тебе не понятно? Раньше, до вас паразитов, по этой земле ходили наши предки. Потом по сохранившимся приданиям сюда вломились древние боги на своей чёрной пирамиде и переиначили всё на свой лад. Мы были заперты в созданной ими клетке, а вы безволосые обезьяны унаследовали целый мир. Но тех древних давно нет, а вы суёте своё нос куда не попадя. Клетку нельзя открыть изнутри, зато снаружи – запросто.

Этот разговор был странным во всех смыслах. Холодный ветер выл среди деревьев, позади ухал упырь, а мы, два существа в одном теле шли и разговаривали, используя одни и те же уста. Наверное, в этот момент я был похож на сумасшедшего, что говорит сам с собой от лица женщины и мужчины старательно коверкая интонации.

– И теперь вы заключаете сделки с южанами? Вы демоны?

Иви рассмеялась. Мой вопрос её позабавил.

– Оооо! Кем нас только не считают! Но нет, мы не демоны. Жители бездны используют души как пищу. Оскверняют их и коверкают на свой лад создавая себе подобных чудовищ или пожирают и истязают, питаясь силой. Мы же сливаемся с чужой душой, становимся ею, берём её со всем хорошим и плохим что в ней есть. Хотя и среди нас есть те, кто пользуется силой бездны. Ветэрис, Мастер боли что пленил тебя, частенько обращается к истязаниям, влекомый собственными уродливыми желаниями и силой эмоций, которая неизбежно сопровождает такие ритуалы. Он бы сломал твой разум, напитался извлечённой силой, а затем перекованный сосуд отдал песчаному трону, чтобы заслужить его уважение и подняться выше по иерархии.

Ведьма будто пыталась меня убедить в том, что она лучше Ветэриса… к чему бы это?

– А ты нет? Ты не такая?

В ответ мои губы изогнулись и прошептали чистым, женским голосом:

– Нет никаких «ты» или «мы», есть только я. Ты… Мы… всё это только Я. – Ведьма откровенно забавлялась. – Вскоре наши голоса переплетутся в твоей голове, как и мысли. Ты будешь помнить, как стал таким, но не увидишь в этом ничего плохого.

– Я бы на твоём месте не надеялся на лёгкую победу.

Эта фраза стала последним что мне довелось сказать. Ведьма забрала контроль обратно и с толикой раздражения оборвала наш разговор, напоследок проговорив:

– Один из источников концентрации был уничтожен. Нам нужно создать новый чтобы саранча песчаного трона услышала зов и пришла.

В разуме Иви проскочило изображение чёрного, обугленного столба из деревни. Того самого под которым мы с Соней в своё время нашли детские кости. Этот столб и был «Источником концентрации» о котором говорила ведьма.

К полудню мы остановились. Действие бодрящего эликсира давно закончилось, и я буквально валился с ног. Ведьме пришлось снять с упыря-носильщика мешок и достать оттуда походные принадлежности.

Разводить костёр она не стала, этого просто не потребовалось. Разогрела воду в котелке ткнув в неё серебряным, покрытым письменами стержнем с камешком резервуаром силы на широком конце. Помешивая воду узким концом стержня, насыпала в миску нарезанных кусочков сушёной оленины и кореньев. Через десяток минут у нас в руках была обжигающе горячая чаша вполне сносного супа.

Ещё через десять минут, после сытой еды мы оба просто перестали соображать. Привязанные к одному, порядком измотанному телу, мы засыпали прямо на ходу и отрубились сразу же как-только ведьма заставила моё тело, залезть в нечто напоминающее обычный спальный мешок.

***

Аварийная перезагрузка системы завершена…

Анализ критической ошибки завершён…

Выявлено вредоносное программное обеспечение…

За мной гнался гуль.

Его отросшие ногти скребли по доскам пола и ломались. Я бежал так быстро как мог, но не мог сдвинуться с места. Проклятые надписи порхали перед глазами, и я отмахивался от них как от назойливых мух.

Запросы к носителю проигнорированы…

Запускаю протокол допустимого контроля ввиду критически опасной ситуации…

Изолирую вредоносное ПО в карантинной зоне. ..

С помощью аппаратных команд блокирую работу нейронной сети…

Провожу консервацию биологических участков нейронной сети с помощью подконтрольных биотических клеток…

Нереально длинный коридор деревенской избы неожиданно закончился чёрной бездной. Я понял это слишком поздно и не сумел остановиться. Ухнул во тьму, на лету разворачиваясь и сталкиваясь лицом к лицу с мертвецом, что в прыжке настиг меня и вцепился в одежду длинными, нечеловеческим пальцами.

– Харррр!!!

В лицо дыхнуло холодом и гнилью. Вставленный промеж массивных челюстей наруч, скрипел под давлением острых, ломающихся об металл зубов нежити, но со своей задачей справлялся.

Я не сразу понял, что больше не во сне. Какие-то секунды тупил, не предпринимая никаких действий. Лишь упирался в наваливающуюся тварь и прикрывал лицо наручем.

Вышедший из-под контроля мертвец, который совсем недавно подпитывался крохами моей силы, разорвал лапами спальник и теперь терзал кольчугу, с маниакальным упорством сокращая челюсти и пытаясь перебороть металл.

Его сила ни в какое сравнение не шла с силой тех иссушённых стихийной охотой мертвецов, что остались в деревне. Скребущие по моей груди и плечам лапы оставляли царапины на металле и украшали мои рёбра синяками. Изменённая челюсть и короткая шея гуля позволяли ему совершать короткие рывки всем телом, которые едва не выдирали мою руку из локтевого сустава.

В какой-то мере эта тварь была подобна питбулю, который однажды сомкнув челюсть не останавливается, пока до смерти не задавит жертву.

Увидев ночное, полное звёзд небо над головой, в обрамлении разлапистых, покрытых инеем крон и вздохнув морозный воздух, я наконец вынырнул из омута сна и понял, где нахожусь и что мне делать.

Тяжёлая борьба на снегу обернулась калейдоскопом пинков, рывков, треска рвущейся ткани спальника, глухих и жутко жалобных подвываний нежити. Уперев свободную руку куда-то в верхнюю часть грудной клетки противника, я воззвал к собственной нейронной сети пытаясь смести тварь направленным выбросом сырой силы, но не добился успеха.

Мой дар просто не отзывался.

Жалобный скулёж усилился, тварь выволокла меня из спальника и рывками потащила по снегу, каждый раз умудряясь сдвинуть нас обоих на добрую половину метра. Упираясь ногами в задние лапы монстра, я не давал ему забраться на меня целиком и наносил гряд беспорядочных ударов свободной рукой.

Впрочем, нежити было на них плевать.

О лежащем у спальника мече я вспомнил слишком поздно. Не дотянуться… Зато на поясе в ножнах болтался трофейный нож. Им и воспользовался.

Когда лезвие входит в основание шеи, без труда скользя по мышцам и рассекая жилы, чтобы, задев позвонки отдать ощущение удара направляющей руке… Когда оружие повторно жалит врага пробивая его череп словно он состоит из десятка слоёв пергамента… ожидаешь хоть какого-то эффекта. Но его не было.

Мотнув башкой, гуль вырвал нож из моей руки. Оружие застряло в его черепе намертво, а последовавший за этим укус едва не сместился за пределы наруча.

Зарычав, на пределе своих сил я подтянулся, и сумел обхватить существо из кошмаров ногами. Схватившись за рукоять ножа и используя свою согнутую, зажатую в челюстях руку как рычаг, я прижался к нему ближе и резким рывком сумел перекатиться.

Шейные позвонки мертвеца затрещали, мышцы вывернулись под неестественным углом, но потусторонний свет в глазах не ослаб не на йоту.

Теперь у меня появилось преимущество.

Оказавшись сверху, я давил всем своим весом на согнутую в локте руку и это принесло свои плоды. Нижняя челюсть урода хрустнула, ломаясь сразу с двух сторон, обломки зубов застряли в посиневшей коже губ, но и это не принесло победы.

Привыкнув сражаться с немёртвыми с помощью магии и попавшего ко мне в руки волшебного клинка, и я думать забыл какие это неудобные и опасные противники. Вырвав застрявший нож из синюшного, покрытого остатками волос черепа я рассёк уроду горло, с хрустом перепилил позвоночник в месте стыка позвонков и полностью отделил голову от туловища отбросив её прочь…

Из огромной раны скупыми, чёрными кусками, вывалилась давно свернувшаяся кровь. Мертвец трепыхался подо мной ещё добрую минуту, а свет медленно таял в глазах отсечённой головы.

Когда всё закончилось, я без сил перекатился на спину и несколько минут просто лежал. Но как оказалось – я рано расслабился.

– Приветствую носителя. Красный протокол требует немедленного решения.

Застонав, я положил руку на рёбра, а затем опираясь на вторую приподнялся и сел, одновременно отвечая ИскИну:

– Где ты пропадал Ис?

Ответ ИИ, как всегда, был в должной степени лаконичен.

– Критическая ошибка, вызванная проникновением вредоносного программного обеспечения, заставила прекратить синхронизацию во избежание вреда организму. Восстановление и анализ ситуации требовали задействовать непоражённые вредоносным ПО участки мозга, поэтому пришлось ждать, когда носитель обеспечит себе сеанс отдыха.

Вредоносное ПО это он про Иви что ли? Хех, наверное, в глазах искусственного интеллекта она и была чем-то подходящим под это определение. С сеансом отдыха (сном) всё в принципе тоже понятно. Когда биотическому блоку требовалось провести объёмную работу, он задействовал в качестве основной вычислительной мощности мозг носителя. Естественно, самому носителю в это время нельзя было бодрствовать.

– Где она сейчас? Куда делась?

– Вредоносное ПО изолированно в карантинной зоне. Карантинная зона создана в совокупности поражённых участков нейронной сети. Мной обеспечено их отключение от общей системы и изоляция.

Поднявшись со снега, я осмотрелся и прихрамывая пошёл к мечу:

– Варианты?

– Изоляция значительно сужает функционал нейронной сети. Резервуар энергии недоступен. Манипуляции с энергией недоступны. Глубокий анализ проблемы недоступен до следующего сеанса отдыха носителя. Есть возможность связи с карантинной зоной через системные фильтры биотического блока. Вредоносное ПО проявляет повышенную активность. Вывожу текстовый набор рекомендаций.

У ИскИна слова не расходились с делом. Интерфейс пестрил аккуратными графиками и понятными схемами. Даже изображения нейронной сети, которая и в самом деле была похожа на дерево нашли себе место.

Самое большой объём созданных с помощью биотических клеток нейронных связей был в мозгу. Дальше он спускался по позвоночнику нитями-дублёрами нервной системы и расходился по всему организму.

Отдельный пучок биотических нервных волокон уходил в руку, через которую я привык бить выбросом сырой силы. Со стороны нейронная сеть и в самом деле смотрелось перевёрнутым, кривым деревом.

Дополнив картинки текстом, Ис вывел набор рекомендаций:

1. Найти убежище и обеспечить условно безопасный сеанс отдыха.

2. Не реагировать на повышенную активность вредоносного ПО.

– В чём проявляется активность? И, собственно, почему я не должен на неё реагировать?

Небо ещё даже не начинало светлеть. Ещё минимум час до рассвета. Подняв с разорванного спальника меч, я прицепил его к ножнам и перешагнув дранное тряпьё поднял с земли рюкзак.

– Несмотря на изоляцию заражённых участков вредоносное ПО постоянно создаёт локальные возмущения в доступных для неё зонах. Возможны дополнительные осложнения в виде сбоев биотического блога и функциональных ошибок. Кроме того, я могу обеспечить связь с сознанием той, кого носитель называет Иви. Но рекомендую воздержаться от подобного.

Стоя посреди зимнего леса, я понятия не имел куда мне идти. В половине дня пути остались полные мертвецов дома деревни, пленник в подвале и сокровищница Ветэриса. Но стоит ли туда возвращаться? Я не видел в этом особого смысла.

– Если я решу выйти с ней на связь, как это будет выглядеть?

В голове царил полнейший сумбур. Стихийная охота в мире-зеркале, уж кого-кого, а иномирных тварей я тут встретить не ожидал. Хотя это событие и не было чем-то из ряда вон.

Раз уж я смог сюда проникнуть, то нечего удивляться и другим «гостям» знакомым по Первоисточнику. Главное, чтобы собиратели плоти дорожку не протоптали или предатели культисты.

– За сеанс отдыха я проанализировал всю активность ПО захватчика и воспроизвёл систему защиты, основанную на его действиях. Другими словами, против

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.