Отшельники. Клан Заката
- -
- 100%
- +
Что эти двое боевых магов могут сделать против менталиста, пусть и седьмого класса? Ничего… По справедливости – ничего. Абсолютно. Умереть, не успев понять, что произошло… Но… Как назло, сегодня этим двоим несказанно повезло… Сегодня хороший день, чтобы умереть. Но не для них…
Герой… Только вместо наград и похвалы – застенки Секретной службы Гильдии магов. Но эти хотя бы не пытали… Пабло просто сидел в одиночной камере и ждал дня своей казни… Он смирился. Бежать больше было некуда. Там, дальше на западе, лишь кочевники. Возможно, у них можно найти убежище, но для этого необходимо пересечь всю страну. От восточного Дуная до Рифейских гор…
Русский союз, это вам не маленькая Европа… С плохим знанием языка, практически не зная местности, пересечь страну насквозь, имея на хвосте магических ищеек… Нет. Пабло устал бегать, он просто ждал… Когда в один прекрасный день, тяжелый замок на двери его камеры откроется в последний раз и конвой отведет его на площадь, где огонь, под радостные завывания толпы очистит мир от еще одного человека, вся вина которого лишь в том, что он родился со способностями ментального мага…
Он дождался, когда камера откроется. Через месяц, после того памятного боя у переправы. Вот только, вместо конвоя на пороге стоял Глеб Георгиевич собственной персоной…
Порывом ветра в кабинет занесло снежинки. Одна из них, медленно спланировав приземляется на ладонь Павла Егоровича, чтобы через мгновение превратиться в капельку воды, завершив свою короткую жизнь. Прямо как человека, которого несет обстоятельствами, будто ураганом, туда, где его жизнь растает, так же, как снежинка… Оставив о себе лишь память.
Дверь в аудиторию рухнула, не выдержав двойного удара боевыми заклинаниями. Кажется, те, кто так стремился добраться до ментального мага, перестают церемониться… С их стороны, было полнейшим безумством вот так бросаться на менталиста с открытым забралом…
Будь другая ситуация, и два боевых мага, третьего класса, не меньше, если судить по тому, что заклинание огненного смерча, выжегшего защиту двери и водяного тарана, могли себе позволить только очень сильные одаренные…
Пабло Аппеннинец погиб при попытке к бегству, во время конвоирования к месту казни… А в Тьмутараканьское княжество, из далекой северной Колы, перебрался на постоянное место жительство нетитулованный дворянин, отставник, Павел Егорович Новгородцев… Глеб Георгиевич оценил действия бойца выше, чем те, кто проморгал начало войны с латинянами… Тот бой был первым, но не последним в разгоревшемся конфликте, длившемся больше двух лет…
Семьей Павел Егорович так и не обзавелся, опасаясь, что его возможные дети, повторят судьбу отца, унаследовав его дар. Не такой судьбы он мог бы пожелать своим наследникам. Или наследницам… История не терпит сослагательного наклонения…
Павел Егорович завел виноградники на теплом побережье Русского моря и просто жил… Наслаждаясь долгожданным покоем… Ровно до того момента, пока в его имение не прилетело письмо, от того, кто спас его от костра. Письмо с просьбой о помощи… Отказать Глебу Георгиевичу, менталист не смог. Да и не хотел…
В письме о причинах, по которым целый князь, к тому же имеющий место в Совете клана, возглавляемого правящей в Союзе династией, ничего не говорилось…
А когда Павел Егорович прибыл в Белецк, то был ошарашен известием, что приемный сын князя, которого тот подобрал на лесной дороге – ментальный маг. Причем в силу возраста, класс мальчика определить было невозможно…
Был разработан целый план на десятилетия вперед, как не допустить распространения информации о том, что Марк, наследник Рода Рифейских, ментальный маг… Глеб Георгиевич, потерявший жену и сына, прикипел к мальцу всей душой, поэтому на нарушение законов союза пошел вполне осознанно и не колеблясь…
Было решено, что начальное образование парень получит дома, во избежание ненужных контактов с теми, кто мог его вычислить. Ну а потом, когда Марк сможет понять, что свои способности нужно скрывать, поступит в Белецкий лицей.
Павел Егорович, чтобы его никак не могли связать с князем, после того, как все планы были не раз оговорены, отправился на три года в Радославь, где экстерном закончил Педагогическое училище и, получив, диплом, вернулся в Белецк. В лицее появился новый учитель арифметики, а у Марка еще один защитник…
Сколько раз за три с половиной года обучения пришлось прикрывать парня, не перечесть… Павел Егорович, выводя сегодня оценку за экзамен, даже подумал, что все закончится благополучно. Уж полгода-то… До выпуска…
После того, как Марк получил бы диплом, Павел Егорович, по договоренности с Глебом Георгиевичем, должен был уволиться со службы и заняться подготовкой парня лично. В том числе и в магии.
А там… Номинально, Марк имел права на престол Великого Княжества Московского и Русского и как следствие, всего Русского союза. Правда в очереди он был далеко не первым. Даже не в первой сотне. Но… Чем дьявол не шутит, когда бог спит… Возможно в будущем, у менталистов бы появился шанс, что хоть в одной стране огромного мира, они перестанут быть изгоями…
Не срослось…
Когда Павел Егорович, услышал шум в коридоре и выскочил, чтобы разобраться, было уже поздно. Марк сидел сверху на герцогском сыне и монотонно превращал его лицо в кровавую кашу. Вокруг парочки сцепившихся заклятых врагов прыгала Лили… Старшая дочка герцога.
Мгновением раньше, и непоправимое бы не можно было избежать… Но Павел Егорович опоздал. Эта дура, назвать по-другому, язык не поворачивается, вздумала применить против Марка заклинание «Огненного дождя», которое стекло по самопроизвольно активировавшемуся ментальному щиту, не причинив тому вреда.
И даже тогда еще можно было все исправить. Внушить девушке, что она ничего такого не происходило. И вообще, она просто стояла в стороне… Павел Егорович, до этого ни разу, не видевший применения силы Марком, замешкался, пораженный произошедшим…
Понятно, что парень применил способности на чистых инстинктах. Но сила… Сила поражала… даже в таком, неуправляемом виде, не ниже второго класса…
Марк отмахнулся, и фаербол, который девушка собиралась бросить в спину парню, просто исчез… Дура… Как есть дура. Тем огненным снарядом, который создала девушка, она бы прошила тщедушного, в общем-то паренька насквозь, заодно отправив на тот свет собственного брата…
Для девушки схлопывание заклинания не прошло бесследно. Ее просто впечатало в стену… Она так и сидела, все то время, пока Павел Егорович оттаскивал Марка и организовывал помощь пострадавшему Эрику… коридор быстро заполнялся свидетелями и проводит сеанс по внушению дочке герцога воспоминаний, которые бы могли обеспечить алиби парню, стало поздно…
Марк, пусть и неосознанно, в гневе, подписал себе приговор…
Хотя… Павел Егорович знал, как можно было отвести от парня подозрение. Скрыть работу ментального мага уже не получится. Но кто сказал, что таким магом может быть именно Марк?
– Удачи, тебе парень… – почти беззвучно в темноту, прошептал бывший воришка, бывший солдат, бывший винодел и… теперь уже бывший учитель.
Долги принято отдавать… Пабло задолжал старому князю жизнь…
Последняя затяжка сигарой, перенесший его на короткий срок, и то лишь мысленно, домой… Аккуратно затушить и положить на подоконник.
Поворот. Два мага, разойдясь в стороны от выбитой двери, застыли, выжидая. Одного вида на них хватало понять, что они не вчерашние выпускники академии, а опытные бойцы, прошедшие через горнило битв. Возможно, что кто-то из них, а может и оба, были участниками битвы при Десницах. Той самой, что началась с боя у переправы…
Павел Егорович улыбнулся. Хороший день, чтобы умереть… Для все троицы. Он может выиграть. Даже у этих опытных ребят, но сегодня звезды сошлись иначе… После этих, будут другие. И им всем нужен будет менталист…
Стилет, ставший за годы продолжением руки, привычно скользнул в руку…
«Сегодня, мой друг, я напою тебя кровью магов…»
Глава 4
Да, елки-палки… Блин…
После темного потайного хода, легкий полумрак внутри какого-то сарая, куда он вывел, кажется ярким солнечным днем. Свет, ударивший по глазам, едва я сдвинул в сторону закрывающую выход панель, заставляет зажмуриться. И пару шагов, по инерции, делаю с закрытыми глазами за что немедленно расплачиваюсь. Споткнувшись о какую-то палку, теряю равновесие и с размаху падаю на пол, больно приложившись лбом еще обо что-то. Судя по ощущениям, деревянное…
И, кажется, порвал куртку… Везет же, блин…
Кое-как, постоянно натыкаясь голыми ладонями на мусор и рискуя сослепу снова вписаться во что-нибудь головой, принимаю сидячее положение… Глаза слезятся, в носу свербит после пыльного коридора, а на лбу медленно набухает приличная шишка…
Блин, да что за невезуха такая! От обиды и злости, готов расплакаться как ребенок, не в силах изменить ситуацию… Вот только слез нет. И вообще, я последний раз ревел, лет в семь, наверное, когда сдуру и по неопытности залез в улей без защиты…
Как меня изжалили пчелы… Ни словами не сказать, ни пером описаться… Две недели ходил весь опухший, несмотря на срочно принятые отцом меры по лечению многочисленных укусов пчел. Да знаю я, что пчелы не кусаются, а жалят… Как тогда правильно будет говорить – многочисленных ужалов что ли? Не… Ерунда какая-то…
Во избежание новых столкновений с твердыми предметами, просто сижу на месте пару минут, дожидаясь, пока пройдет злость и глаза адаптируются к освещению. Шишка на голове немного поднывает, но не то чтобы сильно. Гораздо сильнее беспокоит пыль в носу… Апчхи! Апчхи! Апчхи!
Уф, полегчало… да и осмотреться могу теперь. Вроде не режет уже так глаза. Куда интересно, вывел меня потайной ход. Кручу головой по сторонам.
Судя по всему, какой-то сарай, в котором складывают разные инструменты. Лопаты, ведра, носилки всякие… Быстро прокручиваю, в каком именно месте на заднем дворе у нас в лицее стоят сараи. Хм… Практически у самой ограды, в дальнем конце.
Так… Если последовать совету Пал Егорыча, тут как раз удобно покинуть территорию лицея. Хозяйственные постройки, используемые в качестве складов для различного инвентаря, стоят аккурат у внешней ограды. Нужно только забраться на крышу. Там зазор в полметра до стены, перелезть не составит труда. Ну и спрыгнуть на землю тоже…
Я уже было собрался поискать возможность забраться на крышу изнутри, когда рядом со стеной сарая, кто-то громко выругался и грохнул чем-то металлическим на землю. Лопаты, наверно. Снег же валит. Да и голос, хоть и не сразу, но узнаю. Правда, легче от этого не становится.
Приходится замереть, и ждать, пока дворник, по совместительству являющийся вахтером в мужской части общежития, громыхая инструментами и дверью соседнего сарая, не уберет их и не уйдет обратно.
В принципе, даже если меня и обнаружат тут, ничего страшного. Очередной выговор получу, и в наказание могут отправить чистить двор от снега. Но… Что-то не хочется, если честно… Да и, Пал Егорыч… Какое-то внутренне беспокойство, подсказывает мне, что светится не стоит. И вообще, стоит наверно, поскорее уже свалить из лицея.
Гаврилыч, елки-палки… Чего ты там копаешься-то? Не май месяц на улице, вообще-то… Холодно же в одной форменной куртке. Сидеть в неотапливаемом сарае, совсем не то же самое, что перебежать из одного здания в другое. Из общежития, в учебный корпус… Х-холодно, черт побери…
Ветер, прорывающийся внутрь хлипкой сараюшки, заставляет пересмотреть свои планы. Поначалу, я хотел, как и советовал Пал Егорыч, сразу рвануть в город, нанять извозчика и рвануть в поместье. Вот только дрожь по всему телу и иней, начинающий скапливаться на ресницах, показывает всю глубину моей неправоты. Даже если удастся быстро найти извозчика, и уговорить его ехать до поместья, что с приближением вечера не самое простое дело, то… шанс, что я помру по дороге от холода, приближается к ста процентам…
Все же, придется в комнату в общежитии заскочить. Переодеться. Да и деньги взять. У меня там немного, с десяток серебряных рублей. Но в качестве аванса хватит, надеюсь… если честно, понятия не имею, сколько стоит нанять извозчика до поместья.
За мной всегда приезжает дядька Аким. Поэтому никаких проблем не бывает. Не бывало… До сегодняшнего дня…
Чем сильнее я замерзаю, тем больше осознаю, во что я действительно вляпался… Герцог, точно не оставит без ответа избиение Эрика и удар, который я нанес Лили… И ему глубоко все равно, что Эрик провоцировал меня сам, а девчонка просто попала под руку.
При воспоминании о девушке, в груди разлилось странное тепло, а сердце пропустило удар… чего это со мной? Какая-то пигалица, а я тут о ней еще и думаю… Фи… Ерунда какая.
Гаврилыч… Если ты сейчас не уйдешь, то проблема с герцогом решится сама собой… Я просто замерзну насмерть…
Вспоминая мысленно все слова, которые запрещалось произносить в приличном обществе и в стенах лицея в особенности, адресую их нашему дворнику-вахтеру. До сих пор чем-то гремит в соседнем сарае.
Осторожно, чтобы не задеть сваленный повсюду инструмент, и не зашуметь, пытаюсь подвигаться, чтобы согреться. Реально уже не до смеха… Из носа сопли в два ручья, а голые кисти рук и вовсе почти не чувствую.
Сую руки под мышки и начинаю прыгать на одном месте. Взгляд начинает шарить по помещению, в поисках чего-нибудь тяжелого. Подойти к Гаврилычу и стукнуть сзади по голове…
Нет, я не кровожадный, просто холодно очень…
Наконец, будто решив больше не испытывать судьбу и мое терпение, которым я никогда не славился, за стеной громыхнула дверь, лязгнул замок и послышался скрип шагов по снегу. Уф… Ура!
Вообще, как я говорил, ничего страшного бы не произошло, выйди я из сарая при Гаврилыче. Просто, обострилась паранойя. Да и… Отношения у меня с дворником не очень хорошие. Ага… Я вечно нарушаю дисциплину и правила проживания в общежитии.
То вечеринку после отбоя устрою, то по водосточной трубе лазаю к девчонкам в гости… Ага, тоже после отбоя. Не, ну а чего мне делать еще, если я днем высыпаюсь? Все равно половину уроков прогуливаю.
В общем, на этой почве, с вахтером мы не очень дружим… Поэтому, помимо трудотерапии, от Гаврилыча я могу и чего хлеще дождаться… Например, поход к директору. А туда мне сейчас, точно не надо…
Немного выждав, почти наощупь иду в сторону двери. Негнущейся рукой толкая створку и… Так и есть… Закрыто. И на что я надеялся, собственно говоря… Но проблему-то решать как-то надо.
Едва двигаясь от холода, обследую стены, в слабой надежде найти мало-мальски подходящую дыру, через которую получится вылезти. Какой там… Как назло, именно в этом сарае, даже намеков на окна нет. Что такое не везет, и как с этим бороться, называется…
Но ведь должна же быть возможность выбраться изнутри? Иначе, весь смысл потайного хода теряется напрочь… Зубы стучат так, что слышно, наверно, на рынке, который на другой стороне города находится. Лицо и руки начинают гореть и чесаться от холода… Похоже, обморожения мне не избежать…
Пытаюсь вспомнить, что там нам на занятиях рассказывали про обморожения. Я ведь даже готовился немного к экзамену по медицине… Как назло, вспомнить так и не получается.
Зато, я, кажется, понял в каком именно сарае оказался… В самом дальнем. В том месте, где две стороны внешней ограды, образуют угол. Только в нем нет окон. И вообще, он построен всего два года назад… Ага… Помню, мы еще доски таскали, чтоб на чердаке общежития тайник оборудовать…
Вот только это понимание, настроения не добавляет. Толку-то? Если выйти не могу… В очередной раз обходя помещение по периметру, спотыкаюсь о что-то твердое и чуть не падаю.
Прямо мизинцем, едва прикрытым легкими ботинками, в которых я по лицею обычно хожу… Фуф… Да еще и ноги, замерзшие… Больно так, что, аж злость берет… Обо что я такое долбанулся? В порыве злобы наклоняюсь и хватаю негнущимися пальцами кувалду… Угу, именно об нее и ударился…
Я уже собирался выкинуть кувалду куда подальше, когда мою голову посещает гениальнейшая идея! Учитывая, что от мороза, даже мысли в голове едва движутся, то на премию «Князя Гагарина», выдаваемую за выдающиеся достижения лучшему студенту академий, точно номинироваться можно… Угу… В разделе – как сдохнуть от холода в двух шагах от теплого помещения…
С детства ненавижу мерзнуть… Наверно, где-то в глубине души, воспоминания, о том, как практически умер от холода в лесу, не дают мне спокойно относится к морозу и зиме в целом… Не люблю, да-с…
Удар! Еще удар! Хрясь! Бумс!
Крепкая, сантиметров в пять толщиной доска ломается, под ударами тяжелой кувалды. Обломки повисают на гвоздях, торча острыми сколами на месте разлома… То, что шум может кого-нибудь привлечь, ерунда… Еще немного, и я замерзну так, что даже двигаться не смогу…
По сравнению с этим, встреча с директором, не стоит внимания… Я даже к двери не пошел. Выбил доску в стене. Откидываю уже ненужную кувалду в сторону, и руками выламываю доску до конца. В ладони впиваются занозы, но я даже толком не чувствую боли… Быстрее выбраться из этого промороженного склепа и добраться до теплого помещения…
А ведь поначалу, едва я выбрался из потайного хода, холод и не чувствовался почти… Это все из-за Гаврилыча… Вредный дядька. Из-за него все…
Не из-за моей горячности и принципов, вбитых в мозг, а из-за него, ага… Сарказм, если что, черт побери!
А, елки-палки! Протискиваясь в узкую щель, за что-то цепляюсь… Этого еще не хватало… Изогнувшись, чтобы упереться ногой в стену, резко толкаю тело вперед… Треск рвущейся ткани, оповещает о том, что моя форма больше непригодна для ношения в лицее…
Равновесие удержать не удается, поэтому с размаху падаю в рыхлый, только выпавший снег, едва успев подставить исколотые занозами руки, чтобы спасти лицо…
В дыру в форме, тут же задувает холодный ветер, отбирая последние остатки тепла… Быстрее, еще быстрее… Даже не осматриваясь, с низкого старта, начинаю разбег в сторону калитки, ведущей во внутренний двор. Оттуда уже можно будет попасть и в здание лицея и в мужское крыло общежития…
Чаще, конечно, все заходят со стороны главного входа, через небольшой сад, разбитый перед лицеем, но для этого мне нужно выбраться на улицу для начала. А уж потом, через пост охраны и главные ворота, добраться до общежития. Ничего, я и с черного входа… Не гордый.
То, что меня могут увидеть, остается где-то за гранью восприятия… Слишком замерз… Хотя быстрое движение и разогнало немного кровь, но все же недостаточно, чтобы я согрелся.
Как назло, калитка закрыта. Педантичный дворник, покинув задний двор, всегда за собой все закрывает. И кувалду оставил в сарае… Хотя… калитка, пусть и не большая, но сделана на совесть. Из тяжелых дубовых досок, обитых толстым железом. Так что, выбить ее не получится, при всем моем желании… Особенно сейчас, когда и сил уже почти нет… Гребанная зима, гребанный мороз…
Лицей строился еще в те времена, когда в окрестностях Белецка шалили кочевники из западных степей, раскинувшихся за хребтами Рифейских гор. Поэтому, в отличие от всяких там хозяйственных сараюшек, стены и ворота, сделаны на совесть. Чтоб, в случае чего, можно было пересидеть внутри лицея осаду…
С досады долбанув кулаком по ледяному железу, поворачиваю налево и иду вдоль стены. Задержка злит и раздражает… Черт… Быстрее… Но, надежда на открытую калитку не оправдалась. Придется воспользоваться собственным путем с заднего двора.
Угу… А как еще незаметно покинуть территорию лицея? У меня был свой маршрут. Правда пользовался я им только ночью, чтобы никто не смог заметить… Но выбора не остается.
Если только вернуться в потайной ход… Скептически поворачиваю голову в сторону сарая, из которого только что выбрался… Сильно сомневаюсь, что у меня это получится… Панель, скрывающая выход, закрылась сам, через пару минут, после того, как я покинул ход. И, сильно сомневаюсь, что даже с помощью кувалды, мне удастся ее открыть…
Там явно какое-то заклинание использовано. Или вовсе, артефакт… Ага, знаю, такие делают сильные маги.
Пока носился туда-сюда, немного согрелся. По крайней мере, тело немного слушаться начало. Правда руки почти не чувствуются, и изранены, а ведь они мне сейчас очень понадобятся…
Угу… Мой тайный путь на волю из цитадели лицея, и, соответственно обратно, проходит по отвесной стене. Каждый раз чувствую себя великим покорителем вершин, когда спускаюсь и поднимаюсь, цепляясь за торчащие кирпичи, из которых сложена стена общежития и ограда, отсекающая задний двор от внутреннего.
Подняться можно тут, в углу, образованном стыком забора и стены женского корпуса общежития. В любом другом месте, шансов вообще никаких. Если только по водосточным трубам, но они хорошо видны из окна директора. Такая себе затея, если честно… Даже для меня, было бы чересчур так наглеть.
Хм… Что-то мне прям не по себе становится, едва я, добравшись до нужного места, поднимаю голову вверх, чтобы осмотреть предстоящий подъем… Раньше я ни разу не пользовался этим путем при свете дня, и… В темноте это выглядит не так впечатляюще…
Может крикнуть кого, наплевав на то, что мне желательно покинуть территорию лицея незаметно? Пару минут на полном серьезе обдумываю эту мысль. Не… Точно ведь отчислят. Да еще и охранники Эрика меня будут ожидать у ворот, когда же я с документами выйду за ворота…. А может и вовсе, внутрь лицея зайдут, горя желанием наказать меня за то, что я сделал с герцогским сыночком…
То, что мне сойдет с рук все, не верю вот совсем, хоть и пытаюсь прокрутить в голове возможные варианты…
Эх, ладно… Кинув на всякий случай взгляд в сторону калитки, проверяя не идет ли кто, взяв небольшой разбег, прыгаю на стену, дотягиваясь до первого кирпича, за который можно зацепиться…
Сказать, что восхождение, иначе и не назовешь мое карабканье, дается мне очень тяжело, не сказать ничего… К концу подъема, до этого замерзший до состояния сосульки, я вспотел будто в жаркий летний полдень…
С трудом перевалившись через невысокий бордюр, идущий по краю крыши, заваливаюсь на спину, и лежу… Отдышаться. Воздуха категорически не хватает, в глазах круги, а в висках бьют молоточки… Обычно, как-то легче мне этот маршрут дается…
На выстуженной черепице крыши, долго не полежишь… Особенно, когда со всех сторон открыт холодным ветрам, да еще и раздетый практически. На ветру, одежда, пропитанная потом за время подъема по стене, тут же схватывается жесткой корочкой. И, хоть я и вымотанный, но надо двигаться.
Причем, вот именно сейчас, передвигаться придется ползком. Иначе точно заметят… До ближайшего чердачного окна, метров пятьдесят по скользкой, покрытой корочкой льда крыше… Причем по той стороне, которая смотрит на здание учебного корпуса. Мда… Весело…
Приподнявшись на локтях, начинаю ползти. Движение жизнь.
Проползти по обледенелой крыше, рискуя в любой момент сорваться вниз и рухнуть с высоты четвертого этажа, оказывается ни разу не легче, чем до этого подняться по отвесной стене. Но, мне наконец везет…
Чердачное окно оказывается открыто. Буквально на последнем издыхании, затягиваю свою тело внутрь проема и смачно шлепаюсь на пыльный пол. Хорошо хоть не высоко. С полметра всего, поэтому не больно… Подниматься не тороплюсь.
Ветер на чердак не проникает, поэтому тут гораздо теплее, чем на открытом воздухе… Хоть немного набраться сил…
Кха-кха, кху… Ни с того, ни с сего, меня скручивает приступ кашля. Видимо из-за пыли, которой я надышался. Но если я продолжу медлить, то можно ведь и заболеть. А я хочу болеть? Не-а… Вот совсем не хочется. Даже маленькой капельки.
Кряхтя и стоная, как старый дед, взгромождаю свое измученное и замороженное тело на ноги. Дальше будет проще. Чердак для мужского и женского крыла, один. Сквозной. Конечно, он тоже закрывается, но там запор, так себе. Обычный засов. Открыть его сверху, проблем не составит. Давно уже все отработано. И даже штырь специально для этого лежит у спуска на этаж.
Уже собираюсь идти, когда какое-то странное предчувствие, заставляет меня подойти к окну, через которое я буквально минуту назад проник на чердак.
Хм… И что тут интересного? С места, на котором я стою, просматривается только учебный корпус. Да и то, первый этаж только верхняя половина.
Кстати, а вот и окна кабинета арифметики. Хм… Это получается я нехилую петлю заложил, почти в пять раз длиннее, чем если бы напрямую через двор прошел…
Что-то Пал Егорыч перемудрил… И я, как дурак повё…
Окна кабинета Пал Егорыча, на которые я в этот момент смотрю, внезапно вспухают, вылетая обломками наружу, вместе с солидным куском кирпичной кладки стены… Огненный вихрь, вырвавшийся следом, бьет метров на пять вперед… И лишь через секунду, по ушам бьет хлесткий звук мощного взрыва…А мое сердце неприятно екает и замирает, пропуская удар…
Глава 5
Шок. Думаю, мое нынешние состояние, похоже именно на шок. Стою, в ступоре, не в силах отвести взгляд от черного столба дыма, в разрывах которого мелькают языки пламени, медленно поднимающегося к серым облакам…