- -
- 100%
- +
1. Начало пути
Все персонажи и события вымышлены,
любое совпадение с реальными людьми случайно.
На дворе зима 2014-ого года, заканчивается январь. Новые люминесцентные лампы ярко освещают старенький боксерский зал, который давненько нуждается в серьезном ремонте.
Войдя в сию обитель спорта, случайный посетитель сходу уловит взглядом полустертую координационную лесенку на дощатом полу, чуть перекошенный, скрипящий под весом бойцов ринг, и обшарпанные стены с парой набивных «подушек» для отработки ударов. Прямо напротив входной двери блестит отражением широкое, потрескавшееся в нескольких местах зеркало. Разбилось оно еще пару лет назад. И, кстати, не в результате удалой схватки, а по более банальной причине, – из-за суровых зимних морозов и внезапно отключенного отопления.
Таким этот зал Макс – молодой, подающий большие надежды боксер, которому на днях стукнуло двадцать два года, – помнил с самого детства. Лишь парочка ярких синих боксерских мешков, которые недавно вручили тренеру благодетели-спонсоры, выделялась на привычном фоне. Но и эти, еще относительно новенькие, снаряды от ударных комбинаций быстро истрепались, из-за чего сейчас были плотно замотаны скотчем. Клейкая лента изо всех сил старалась поддерживать бюджетный инвентарь в форме, не позволяя наполнителю высыпаться.
– Приветствую, Юр Михалыч! Степка, здорова, малой! Пацаны-боксерчики, всем приветики! – громогласно прокричал Максим, входя в родной спортзал.
– Привет, Макс! – живо откликнулся Степа, работавший в этот момент с напарником в ринге.
– А-а-а, Максимка, проходи-проходи, – не сводя глаз с боксирующих пацанов, отвечал тренер. – Бинтуйся сразу, сегодня разминку сделаем и будешь с Денькой в паре оттачивать технику. Под конец еще спарринганете несколько раундов. Надо бы тебе раскидаться хорошенько перед соревнованиями, чтобы в бою ручки легко летели, зажатости не было.
– Да я ж, итак, жалю как пчела! Крепатуры в мышцах нет, с утра пробежался налегке, чувствую себя заряженным к бою на все сто процентов!
– На то ведь и пахали весь в месяц, чтоб ты себя сейчас хорошо чувствовал. Смотри, чтоб не перегорел мне до срока! Действуем в бою как?
– Быстро, точно и экономично, Юр Михалыч! – намеренно комично выпалил Максим заученную назубок фразу.
– Вот, вот, амиго. Давай, меньше разговоров, больше дела: дуй в раздевалку и готовься к тренировке. А ты левой, левой ручкой активнее работай, держи ее всегда на сопернике, не давай ему расслабляться, – хрипло прокричал тренер Степке, еще пока неуклюжему, но старательному пареньку тринадцати лет.
На секцию этого мальчонку Юрий Михайлович привел сам примерно полгода назад. Однажды летним вечером тренер столкнулся на улице с хамоватым беспризорником, и после легкой разговорной перепалки твердо решил последнего перевоспитать. Малолетний забияка поначалу с боем сопротивлялся опеке, но опытный наставник умел находить подход и не к таким «крепким орешкам».
***Тренер высшей категории Юрий Михайлович Степницкий заработал корочку мастера спорта международного класса по боксу в далеком тысяча девятьсот восьмидесятом году. Путь к такому серьезному достижению был долгим и непростым, но парень стремился к успеху, не жалея сил и не взирая на преграды. Тем удивительнее для боксерских кругов было то, что вскоре после получения звучного звания перспективный спортсмен поспешно завершил карьеру. Правда, без любимого дела не остался.
Официально повесив перчатки на гвоздь, амбициозный молодой человек стал тренировать юнцов. По первости новоиспеченный тренер работал под присмотром старшего товарища в одной из государственных секций. Позднее, когда экономика страны перешла на коммерческие рельсы, и многие госучреждения попросту канули в лету, предприимчивый Степницкий организовал собственный боксерский клуб, который назвал «Факел».
С первых занятий в качестве наставника Юрий искренне стремился передать полученные знания, отточенные навыки и умения каждому последующему поколению боксеров. За годы работы увлеченный своим делом тренер обучил сотни, да что там, пожалуй, уже тысячи ребят и девчонок.
Не то чтобы Михалыч поощрял увлечение дам столь суровым видом спорта, но все же рационально полагал, что умение постоять за себя прекрасному полу не помешает. Тем более что в первую очередь бокс формирует характер и мышление: в ринге соображать приходится постоянно, а кулаками махать лишь от случая к случаю. Хотя многие неискушенные зрители боев ошибочно думают иначе.
Обучение воспитанников не всегда давалось легко, но и на этой стезе успех не заставил себя ждать. В числе выпускников «Факела» оказались профессиональные боксеры, чемпионы города и области, мастера спорта. Правда, на получение ребятами звучных регалий Юрий Михайлович внимания обращал немного. Безусловно, за достижения подготовленных спортсменов тренера берет гордость, на глаза наворачиваются слезы, а по душе разливается приятное тепло. Только вот…
Спортивные награды и звания Степницкий не признавал основным результатом тренерской работы. Понятное дело, что обучить новичка умелым действиям в ринге – это многолетний кропотливый труд. А сформировать бойцовский спортивный характер без природных задатков у подопечного скорее всего и вовсе не получится. Но главной, и по совместительству самой сложной, задачей Михалыч считал правильное воспитание. Потому результаты своего труда тренер мерил не единицами-чемпионами, а общим количеством достойных людей, которые выросли у него на глазах.
***Подающий большие спортивные надежды Максим Ланских относился к тому виду учеников, что всеми силами стремятся к лидерству. В боксерскую секцию мальчишку привела мама, когда тому едва исполнилось десять лет. Невысокого рассудительного паренька с серьезным взглядом серых глаз тренер запомнил с первого занятия. Физически мальчонка был развит слабо, но стойкость характера уже тогда отчетливо проявлялась в его поведении.
За время тренерства у Степницкого сложился своеобразный приветственный ритуал: он проверял новичков заведомо невыполнимой миссией. Для первой тренерской оценки важно было не достижение поставленной цели, а сам процесс выполнения задания.
Если подопечный старался справиться с задачей, это был хороший знак, – с такого бойца толк наверняка будет. Но, когда ребенок тут же отвечал «я не могу, не умею, не хочу», и, вдобавок, еще заводил плач Ярославны на весь зал, – наставник сразу понимал, что дело неладно. Нет, тренер не отказывал никому в посещении секции: врожденный гуманизм и азартный спортивный характер не позволяли лишать людей предоставленных жизнью шансов. Поэтому даже ленивых, капризных и слабовольных товарищей Юрий Михайлович от боксерского клуба «Факел» не отлучал.
«Пусть посещают занятия, авось на других поглядят, да сами подтянутся», – отметая лишние эмоции, размышлял Михалыч, отчасти приучая и себя к терпению, выдержке, доброте. Все же большая часть подобной публики отсеивалась сама собой спустя месяц-другой тренировок. Но были и обнадеживающие примеры перевоспитания, когда в глазах детворы появлялась искра страсти к спорту, к боксу, к совершенствованию своих навыков.
Парочкой выпускников «Факела» Степницкий особенно горячо гордился. Причем как за их успехи, так и за самого себя тоже: что не озлобился, не струсил, выдержал неприятные трудности, воспользовался шансом стать лучше и предоставил такую возможность ученикам.
«Вот что самое важное в тренерской работе – не упускать возможностей и не дать слабину, не пойти на попятную, если уж взялся за гуж. А там жизнь рассудит, как оно должно все правильно сложиться», – так наставлял сам себя Юрий Михайлович, и такой тактики действий старался неукоснительно придерживаться.
Получается, ритуал «отбора» в секцию был испытанием скорее символичным. Но все же это мероприятие служило показательным моментом, как лакмусовая бумажка.
Взглянув на не по годам серьезного мальчонку хилого телосложения, Михалыч с нарочитой строгостью в голосе наказал Максиму Ланских отжаться от пола двадцать раз, не вставая. Еле-еле сгибая руки и тяжело дыша, мальчишка выполнил первую десятку отжиманий. Однако, сдаваться упорный пацаненок не стал: слабо было тело, но крепок боевой дух. Из последних сил стоял упрямый малец в упоре лежа, продолжая отжиматься по одному разу до тех пор, пока не достиг выполнения заветной двадцатки отжиманий.
За продемонстрированную стойкость Юрий Михайлович отметил новобранца добрым словом и с почетом принял в ряды спортсменов. В последствии завидное упорство, усердие, силу воли и непоколебимое желание стать чемпионом Максим демонстрировал почти на каждой тренировке. Неспроста к своим годам парень стал общепризнанным лидером спортзала: соклубники уважали Макса, считая его самым сильным и умелым, а тренер относился к нему с отеческой теплотой, заботой и порой очень нелишней строгостью.
***Предсоревновательная тренировка в зале прошла бодро, хотя дни спаррингов Макс не очень любил. Вроде бы бой идет, но серьезно в удары никто не вкладывается, ведь напротив тебя товарищ по клубу.
Еще и не всегда получается встать в пару с бойцом своего уровня. Увы, бокс нынче не самый популярный вид спорта. Далеко не все те, кто приходят в боксерский зал, стремятся овладеть техникой и навыками, познать искусство боя в полной мере. Большинству достаточно абы как разучить стоечку и побить на мешке знаменитую «двойку». А уж о виртуозности маневров, отточенности движений и молниеносном принятии решений в бою, едва ли кто задумывается.
Но сегодня Максим работал в ринге с Дэном, и потому остался доволен тренировкой сполна. Бой они закатили что надо, с драйвом и куражом!
Денис Крылов, если бы захотел, мог бы стать профессиональным спортсменом, – все возможности для достижения успеха у парня имелись. Но он предпочел отучиться на экономиста, а бокс оставить как приятное и полезное хобби. Сразу после окончания института Дэн получил престижную должность в крупной компании, где успел хорошо зарекомендовать себя при прохождении студенческой практики. Недавно этому молодому человеку исполнилось двадцать пять лет и, по заверениям начальства, перспективного сотрудника вот-вот ждало новое повышение по карьерной лестнице.
Макс был младше Дениса на три года. После девяти классов школы он поступил в колледж, успешно окончил его, а вот в ВУЗ не пошел – устроился работать продавцом в магазин бытовой техники на гибкий график: два рабочих дня и два выходных. Но нередко Максиму приходилось настойчиво уговаривать коллег поменяться сменами, чтобы боксер мог и на соревнованиях выступать, и сохранять за собой уже привычное рабочее место. Работа позволяла получать какую-никакую «копеечку», но все надежды достичь в этой жизни высот и благополучия парень возлагал на спорт.
– Огонь, Дэн, неплохо у тебя снизу удар прошел! Я и не заметил, как ты на ближнюю ко мне подобрался, – еще задыхаясь от энергичной схватки, выпалил после сигнала окончания боя Макс.
– Да ладно, Максон, а то я не видел, что ты мне чуть поддавался. Но апперкот ты и правда прозевал, слишком увлекаешься своей атакой. Не забывай про защиту, Тайсон! – с иронической усмешкой и с неменьшей отдышкой отвечал Денис.
– Ха, спасибо тебе за урок, Али! Но сам-то хорош тоже, сенсей, еще чуть-чуть и без печени бы остался.
– Не преувеличивай, салага! Я может все видел, но специально не среагировал. Должен же ты технику отточить, комбинации покидать, почувствовать, что у тебя намеченная работа получается…
– Ладно-ладно, гуру. Спасибо за тренировку!
– Взаимно, братишка! – ответил Денис и легко похлопал Макса по плечу.
– Что ж, да-а-а… На классе отработали, ребятки, – после небольшого раздумья вынес свой вердикт бою тренер. – Денис, молодчага, держишь форму! А ты, Максим, и сам уже сообразил, что внимательнее надо быть. Умен, умен, чертяка… Но думать-то надо наперед, а не опосля! Помни, что контроль над собой терять нельзя. Получилось достать соперника или, наоборот, не складывается бой, ни в коем случае не поддавайся ни куражу, ни слабости. Боксеру голова на то и дана, чтобы ей думать, а не удары лбом отбивать!
– Юрий Михайлович, да осознал я уже, каюсь, зря бдительность потерял. Но зато весь бой-то как вел?!
– Как вел бой? Дык вот, амиго, как раз так и вел, чтоб в концовке под самый подбородок схватить! Сокол, просто, что сказать!
– Орел! – с добродушной улыбкой поддакнул тренеру Денис.
– Понятно… – разочарованно протянул Макс.
– Ну, ладно-ладно. Это на самом деле и к лучшему, что так вышло. Предупрежден – значит вооружен. Ты эту свою ошибку обдумай еще основательно, и не раз. Чтобы на подкорке она у тебя засела, понял меня?! В реальном бою за пропущенный удар цена велика. Ну, тебе ли самому не знать, чай не в первый раз в ринг выходишь… Мы ж тут не в игрушки играем, Максим. Боксеру ошибки редко прощаются, так что будь осторожен. Порой победа не главное.
– Ага, а главное участие?! – с неожиданным возмущением и резким повышением голоса отвечал Максим. – Я с десяти лет в боксе, Юр Михалыч! И я точно знаю, что пришел в этот зал не просто так. Я должен достигнуть вершины. Сейчас возьмем областные соревнования, потом чемпионат Северо-западного округа и Россию, а там уже и до Олимпиады рукой подать. Я уверен – да будет так!
– Ох-ох-ох, какой тут король ринга выискался, – снижая градус беседы, нарочито спокойным тоном отвечал тренер. – Максик, ты, конечно, боец здравый, но в спорте не все так просто, как тебе представляется. Чемпионство, титулы, признание и слава…
– Да, Юр Михалыч! – перебил Максим, не дожидаясь окончания речи тренера. – Вот стану признанным чемпионом и наконец-то зал наш в человеческий вид приведем! Это я Вам обещаю.
– Вот за это спасибо! Это дело нужное, конечно. Но ты все же поумерь пыл и сосредоточься на самоконтроле. Поверь, без дисциплины и холодной головы победителями не становятся, чемп.
– Понял-понял, тренер. Будет сделано, не сомневайтесь! – снова повеселев, отвечал Макс.
– Ладно, ребятки, отдыхайте. Денька, заходи обязательно, как по работе сможешь время уделить. Мы всегда тебя ждем, двери открыты. Макс, завтра день отдыха, а послезавтра в десять утра взвешивание и, возможно, первый бой. Еще жеребьевка будет. Поэтому смотри мне, чтобы в вес уложился и при этом свеженьким был.
– Есть, мой капитан! – отсалютовал Максим.
– Спасибо, Юрий Михайлович, Вы же знаете, как только выдается свободная минутка – я у вас. Ручки раскидать – святое дело, да и чемпиончиков самоуверенных погонять тоже довольно занятно, – не без удовольствия поддел своего спарринг-партнера Денис.
– Эй! – уязвленно воскликнул Макс.
– Идите уже с Богом, парни. Ей-богу, устаешь от ваших перебранок. Два задиры, как были с детства, так и остались. Хотя вон уже какие здоровые бугаи. Все, до скорых встреч! Адьос!
– Спасибо за тренировку, Юр Михалыч, до скорого! – в один голос прогорланили бойцы, выходя из спортзала и аккуратно прикрывая за собой двери. Еще с первых занятий в секции, по науке тренера, все пацаны приучались к тому, что клуб «Факел» – он как второй дом. Потому пренебрежительного отношения к залу никто себе не позволял даже в мелочах.
***Улица встретила парней холодным ветром и мокрым снегом, падающим на землю крупными мягкими хлопьями. Максим жил с матерью в типовой советской пятиэтажке, расположенной в паре кварталов от спортзала. Можно было быстренько пройтись до дома дворами, но Макс предпочел прокатиться на машине с Денисом. Тем более что друг сам радушно предложил подвезти и никаких отказов слышать не хотел. Вот еще не хватало перспективному бойцу так глупо простудиться перед боем!
– Макс, а ты помнишь Леха тренировался раньше с нами? – спросил, заводя мотор своей «Ауди» Денис. – Ну, такой блондинчик с перчатками Venom, цепочку еще постоянно носил длинную, типа под золото.
– А-а-а, этот Леха! Да такого понтярщика разве забудешь? Я ему всегда с удовольствием боковые прописывал, чтобы по носу щелкнуть! Михалыч только замечал, конечно, тормозил. Поэтому особо по заслугам этому Лехе не доставалось. Но парень ведь действительно гниловат, что такого защищать? – возмущенно пробубнел Макс.
– Ну, любит парниша себя королем стиля выставить, так что ж теперь? Нам с ним не жить же. Никогда не понимал причин твоей неприязни к нему… – задумчиво протянул Денис.
– К чему ты вообще его вспомнил? Он уж вроде пару лет, как не появлялся в «Факеле». Дай Бог и дальше так будет.
– Да я случайно встретил его на днях, когда по работе на одном мероприятии был. Как оказалось, Леха тоже в деловой сфере занят, представляет интересы крупной известной фирмы.
– И что?
– Да ты дослушай до конца. В общем, слово за слово, разговорились мы, и он первый тебя упомянул. Помнит твои тумаки, чемп, но зла не держит! Говорит, что был бы рад тебя к себе охранником взять. Сперва просто в службу, а там, глядишь и старшим бы в отделе стал. Зарплата даже поначалу вполне себе неплохая. А если сравнить с тем, что ты сейчас зарабатываешь, так вообще…
– Это ты сейчас пошутил так, да? – перебивая и едва сдерживая злость, процедил сквозь зубы Максим.
– Нет, почему? – искренне удивился Денис. – Макс, что плохого в работе охранником? Или денег тебе, может, больше не надо, чем у тебя есть? Ты подумай, предложение интересное.
Максим ошалело смотрел на товарища и не мог поверить своим ушам. «Нет, он серьезно думает, что я пойду охранять этого выпендрежника Леху и тушки ему подобных?», – размышлял про себя Макс. Чем дольше он раздумывал, тем сильнее закипало внутри возмущение. Наконец, не выдержав психологического давления, парень сорвался на крик:
– Дэн, ты слышишь себя вообще?! Я еще на побегушках у деловых блондинчиков не бегал! Леха этот твой мной командовать будет, а я слушаться и повиноваться! Ага!
– Макс, Макс, успокойся! Ничего такого и в мыслях у него нет, он просто предложил работу. По старому знакомству. Тем более все знают, что в спорте на городском или областном уровне денег приличных не заработаешь.
– Ха, по знакомству… С такими знакомыми и врагов не надо. Даже речи об этом быть не может, Дэнчик, – сказал, как отрезал, Максим.
– Максон, дружище, ну оглянись вокруг. Ты уже пару лет в своем магазине работаешь? И сколько еще проработаешь! А толку-то? Живешь с матерью, Инку небось даже в хороший ресторан пригласить не можешь себе позволить. А тут появился неплохой вариант заработать более-менее приличные деньги.
– А, так вот оно что! У нас же теперь человек меряется толщиной кошелька. Всегда забываю об этом, извини, дружище, – язвительно-скептически, с нотками железа в голосе отчеканил Максим. – Ты не переживай, Дэн. Живем мы с мамой дружно-мирно, уютно, опять же, по углам не теснимся. А с Инной так мне, вообще, повезло – кафе и рестораны для нее не показатель отношений.
– Это да, с милым ведь и рай в шалаше, тут все понятно. Но Макс, ты мужчина, и должен нормально обеспечивать свою семью: и маму, и Инну, и себя. Одни расходы на турниры чего только стоят.
– Угу, угу, а то я без тебя не знаю всего этого. Но Дэн, бизнес – твой путь, а моя дорога ведет меня по спорту. Я же сказал, сейчас выиграем соревнования областные и по региону, потом «возьмем страну», а там уже дорога к Олимпу открыта. На серьезных турнирах платят призовые. Суммы не заоблачные, но все же неплохое подспорье для жизни. Я много лет боксу отдал, понимаешь? И для меня слово «Чемпион» – не пустой звук…
– Это все замечательно, Максик. Только надо, чтобы еще и желудок пустым не был. Выиграем, выиграем… А то ты не знаешь, как у нас соревнования честно судят. Нельзя ставить все только на одну карту, Макс, даже если она и козырная. Я верю в твои силы, искренне, от души желаю тебе добиться всех целей! Это классно, что ты такой упертый, сильный и смелый – ну, настоящий спортсмен! Но меня, как твоего старого друга, немного пугает то, как ты рискуешь. С той работой, что предлагает Леха, ты сможешь делать все то же самое. Только при этом еще будешь иметь гораздо больший заработок, а с ним и какую-никакую уверенность в завтрашнем дне.
– Нет, я не смогу там работать, Дэн. Разменять себя, свои взгляды и принципы, – это даже хуже, чем по договорняку слить кому-нибудь бой вчистую. Что ни говори, не по пути сейчас мне с Лехой твоим, да и никогда не было по пути. Так что спасибо, конечно, за предложение, но нет. Не бывать этому.
– Чем тебе вообще так этот Леха поперек горла встал?! – вспылил Денис. – Хотя… Ладно, Бог с ним, не хочешь к Лехе, давай тогда, иди ко мне работать. Я поговорю с начальником, найдем тебе какое-нибудь неплохое местечко в охране тоже. Или, если хочешь, на менеджера обучим, простого офисного работника. Не такая уж и сложная работа, тем более я тебе постараюсь помогать по началу.
– Ха, Дэн, хорош, братишка! Ну какой из меня менеджер, шутишь что ли? Смотри, у меня есть моя работа в магазине и мой бокс. И я точно добьюсь того, что задумал. Или ты в меня не веришь?
– Да ну, Макс, что ты мелешь. Конечно, верю! Бог даст, ты точно всего добьешься. Но ведь…, –отчаявшись сладить с товарищем, Денис решил сменить тон беседы: – Эй, да ладно, боксерчик, не хмурься! Не сложился у нас сегодня разговор, стало быть, пока еще не время. Слушай, я завтра постараюсь подскочить на соревы, проконтролировать же тебя надо, чтобы не ударил в ринг лицом, – с усмешкой произнес Дэн, лихо заруливая в окруженный пятиэтажками двор.
– Ой, ой, куда же без контроллеров! Покедова, бизнесмен. По возможности приходи завтра пораньше, с разминкой поможешь. Заодно и по носу своему любопытному пару раз получишь.
– Побереги силы для вершины, чемп!
– Этого добра у меня на всех хватит, не переживай! – ответил Макс, выходя и захлопывая дверцу машины.
***За короткое время поездки пушистый мокрый снег успел превратиться в искрящиеся морозом колючие крупинки, быстро усеивающие собой все пространство вокруг.
Ветер, метель и мороз – явно не лучшие спутники для уличных прогулок. Однако же во дворе, несмотря на непогоду, с удовольствием тусовалась местная гоп-компания. Районное хулиганье знало Макса в лицо и естественно никаких агрессивных действий в отношении парня-здоровяка не предпринимало. Напротив, все приветливо улыбались и хором здоровались, а Штырь – заводила всей банды, каждый раз при встрече уважительно пожимал Максиму руку.
– Привет спортсменам! – улыбаясь во все свои местами сохранившиеся, местами восстановленные не лучшим стоматологом, тридцать два зуба, прогундосил Штырь, приближаясь к Максу развалистой походочкой. Ростом главарь не вышел, и телосложения был худощавого, а вот поди ж ты, – стал значимым авторитетом в среде местного хулиганья.
Из своих тридцати с небольшим лет восемь годков Штырь, он же Владимир Петрович Штырев, провел за колючей проволокой, где узнал много чего интересного о людях и жизни в обществе. Вернуться в те места он особо не желал, но в целом полученный опыт оценивал положительно. Если учесть налаженные связи и заслуженную репутацию, то и вовсе можно сказать, что за годы отсутствия на воле Штырь сколотил себе неплохой капитал для дальнейшего ведения дел в определенных узких кругах.
– Здарова, коль не шутишь, Штырь! – поддерживая беседу отвечал боксер. – Не мерзнете вы тут, парни?
– Да мы люди простые, к суровым условиям привыкшие, – вальяжно, но с показным уважением разглагольствовал бандюган. – Зато глянь, свежо-то как на улице, хорошо! А, боец?!
– Ну, есть такое, морозный воздух бодрит.
– А то ж! Может тогда с нами подышишь-постоишь, да за жизнь покалякаем? Ты парень вон какой здравый, нашему обществу такие кадры нужны.
– Э-э-э, нет, Штырь. За приглашение спасибо, но я, во-первых, сам по себе, и даже в спортивных обществах не состою. А во-вторых, мне дома в тепле и уюте гораздо приятнее находиться, чем тут с вами стоять морозиться. Тем более соревнования на носу, не дай Бог что…
– А, это дело мы уважаем. К выступлениям надо готовиться, о чем речь! – поспешил согласиться с Максом Штырь. – Ты береги себя, спортсмен. И смотри там, не подведи: район и город достойно представь. Пожелаем нашему пацану удачи в боях, да, хлопчики?
Шпана одобрительно загудела, выражая поддержку словам главаря и на все лады желая Максиму победы. Боксер сдержанно покивал в знак благодарности, обменялся рукопожатием со Штырем и, наконец, зашел в подъезд. Толпа хулиганья еще продолжала шуметь под дверями, но Макс поспешил подняться на свой этаж и к выкрикам с улицы больше не прислушивался.
Со Штырем Максим познакомился с полгода назад. После выхода из колонии бандит решил сменить место жительства и переехал в другой город. Волей случая квартирой Штырь обзавелся как раз в той пятиэтажке, где проживала семья Максима.
Вернувшись из армии прошлым летом, Макс сходу повстречал во дворе нового странного соседа, окруженного толпой местной шантрапы. На эмоциях от долгой разлуки с домом боксер радостно поприветствовал знакомых пацанов, и ими же был представлен таинственному незнакомцу. С тех пор Штырь был бы рад развить шапочное знакомство, но Максим на контакт шел неохотно, предпочитая ограничиваться дежурным приветствием.