Иммигранты. Сборник рассказов

© Наталия Тимченко, 2020

ISBN 978-5-4498-3634-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Аннотация

В книги рассказывается о моих современниках. События, описанные в рассказах, происходили со мной и моими знакомыми. Имена и места событий изменены. Автор выказывает своё личное отношение к происходящему. В описании деталей и подробностей имеет место художественный вымысел.

Герои повести «Иммигранты» – молодая семейная пара талантливых физиков, которые после окончания МФТИ получили приглашение в Америку преподавать в университете. Вслед за ними поехали их родители и некоторые родственники. Как сложились их судьбы? Кто из них стал счастливым, а кто просто выживал?

«Бумеранг» – рассказ о судьбе молодой женщины, которая увлеклась личной жизнью и мало времени уделяла воспитанию дочери. Когда девочка выросла, сработал закон бумеранга и все проблемы вернулись к ней в троекратном размере.

Книга публикуется в авторской орфографии и пунктуации.

Об авторе

Родилась в 1952 году. Живу в Самаре. Окончила Куйбышевский политехнический институт. Работала инженером на оборонном предприятии. После закрытия завода во времена перестройки стала преподавать математику.

Пишу прозу, основной жанр – мемуары. Именно с создания книги мемуаров начала свой путь в литературе. Позже появился ещё один любимый жанр – рассказы. Пишу реалистические заметки из жизни учителя математики, рассказы о моих современниках.

Публиковалась в альманахах Российского союза писателей. Номинант национальной литературной премии «Писатель года» 2017, 2018, 2019 г. И литературной премии «Наследие». Член Российского союза писателей.

Иммигранты

Февраль 2019 г. Чикаго

Глава 1.

Знакомство. 1979 г. Россия

Глава 2.

Учёба в МФТИ

Глава 3.

1998 г Переезд в Америку. Чикаго

Глава 4.

1999 г. Переезд в Техас

Глава 5.

Художница

Глава 6.

Чёрные кварталы

Глава 7.

Разногласия в семье

Глава 8.

Служба в армии США

Каждое утро Маришка, младшая дочь Лидии, вывозила её на прогулку в коляске подышать свежим воздухом. Маршрут у них всё время был один и тот же. Они гуляли по бетонной набережной вдоль озера Мичиган. Первое впечатление при виде этого гигантского озера – это морской берег, с отличными песочными пляжами и гаванями. За горизонтом не видно конца, а волны в плохую погоду не меньше, чем на море.

В этом году зима была снежная и морозная. Чикаго – город ветров и снегопадов. Зимой достаточно холодно и зябко из-за ветра, приносящего влажный воздух с озера Мичиган.

Маришка поправила плед, в который была укутана мать и приветливо ей улыбнулась.

– Ты не замёрзла? – Спросила она её ласковым голосом.

– Нет, – ответила Лида.

Она заболела несколько лет назад болезнью Альцгеймера. Началось всё с потери памяти на недавние события. Она прекрасно помнила, что с ней была двадцать лет назад, но при этом совсем не могла вспомнить то, что делала утром или вечером.

Потом у Лиды возникло стремление прятать вещи. Нарушение ориентации, проблемы со счётом и речью, с трудом подбирала слова. Появились галлюцинации, она утверждала, что к ней каждый день приходят обедать Путин и Медведев. Говорила, что понимает, что это президент и премьер-министр, что этого быть не может, но они приходят. Временами перестала узнавать знакомые лица и стала плохо двигаться.

Марина взяла на себя заботу о матери и получала за это компенсацию от государства США. Оплата за уход была приличной. Если человек старше шестидесяти пяти лет не в состоянии самостоятельно вести хозяйство, заботится о себе и о своём жилье и не имеет денег, чтобы оплатить эти услуги, то такой уход оплачивается государством.

С Лидой и Виктором я познакомилась в мебельном магазине. В то время я жила в небольшом городке в тридцати километрах от Волги. Эта пара показалась мне очень симпатичной. У них было две дочери. Старшую девочку шести лет звали Лера, а младшей Маришке было два с половиной года.

Они выглядели очень счастливыми. Недавно получили двухкомнатную квартиру от предприятия, на котором работал Виктор. Лида – невысокая стройная блондинка с прямыми волосами, постриженными до плеч и приятным мелодичным голосом. Она шла, улыбаясь и открытым, доверчивым взглядом с восторгом смотрела на своего мужа.

Виктор – высокого роста, худощавый, с тёмно-русыми волосами, приветливым лицом, чуть старше её. Лида взяла мужа под руку и прижалась к его крепкому плечу, чувствуя в нём надёжную опору, а он другой рукой ласково гладил её ладонь.

Соседка по квартире сказала мне, что в мебельный магазин на улице Репина привезли паласы. Времена были тяжёлые. В магазинах почти ничего не было, а если что и появлялось, то приходилось стоять в жутких очередях.

К тому моменту, когда я прибежала в магазин, там уже образовалась огромная очередь толщиной в четыре человека. Я побежала искать её окончание и увидела Лиду и Виктора. Они оказались последними в этой огромной цепочке.

– Вы крайние? – спросила я их, запыхавшись.

– Да, мы, – со счастливой улыбкой на лице ответили они одновременно.

Мы разговорились. Оказалось, что они живут со мной в одном дворе.

Очередь была огромная. Проведя в ней несколько часов, все поняли, что стоять придётся не один день. Кто-то придумал всех переписать. Получив номера, мы с Лидой отправились домой, а Виктор остался до вечера. Так и стояли несколько дней, чередуясь друг с другом.

За это время мы очень подружились. К моменту покупки долгожданных паласов, мы уже были как родные и знали друг о друге почти всё с самого рождения. Оказалось, что Виктор окончил строительный институт и работал начальником строительно-монтажного управления. А у Лиды было всего десять классов. Она очень молоденькой вышла замуж и занималась воспитанием дочерей, которые родились одна за другой.

Жили мы в одном дворе и пути наши часто пересекались. Мы останавливались, беседовали, узнавали новости друг о друге. Чем больше я была знакома с Лидой, тем больше она меня удивляла. Мы встретились с ней в тот год, когда Лера пошла в первый класс. Одновременно девочку отдали в музыкальную школу учиться игре на фортепиано.

Стояла дождливая затяжная осень. Небо всё время было тёмное, земля была похожа на густой кисель от избытка влаги. Лида быстрым шагом шла навстречу мне, неся в руках чёрно-белый клетчатый зонт, с которого стекали крупные капли дождевой воды. На ногах у неё были чёрные резиновые сапоги, запачканные кое-где тёмно-серой грязью. Взгляд её был сосредоточен на какой-то мысли. Волосы выбились из-под платка и растрепались. Она как всегда спешила.

– Ты куда-то торопишься? – Спросила я, дотронувшись рукой до её локтя, и этим слегка притормозила её стремительное движение. Она остановилась. – Что-нибудь случилось?

– Да нет. Просто я очень переживаю за Леру. Мне кажется, что ей будет очень трудно учиться музыке. Я, – она слегка замялась, потом выпустила дух и выпалила, – я сама поступила в вечернюю музыкальную школу, чтобы всему научится и помогать дочке.

Сказать, что я была удивлена – это ничего не сказать. Я была просто потрясена. Раньше я никогда не слышала про такие истории, где мама поступила бы в музыкальную школу только для того, чтобы помочь своему ребёнку учиться.

Лида обладала величайшим трудолюбием и упорством. Эти два качества позволяли ей всегда добиваться своей цели. Со стороны казалось, что она просто везучая и ей всё легко даётся, но на самом деле доставалось ей это колоссальным трудом.

Но это ещё не всё. Забегая вперёд, хочу сказать, что окончив музыкальную школу, она решила получить высшее образование. Поступив в плановый институт на заочное отделение выучилась и получила диплом.

Прошло семь лет.

– Давай зайдём к нам домой, – сказала Лида, встретив меня на улице возле торгового центра. Я шла с полной сумкой продуктов, которые были куплены на ужин, и спешила, так как дома меня ждали сыновья. Она так упрашивала меня, что я всё же согласилась.

– Понимаешь, Лера в этом году окончила музыкальную школу, – радостно сообщила она мне, – я очень хочу, чтобы ты послушала, как она играет. Педагог по фортепиано очень хвалит её. Говорит, что она талантливая и надо поступать в музыкальное училище. А она только закончила седьмой класс в обычной школе. Чтобы поступать после восьмого класса, надо ещё год заниматься с педагогом по музыке, чтобы поддерживать себя в форме.

Мы вошли в подъезд и поднялись на лифте на третий этаж. Вкусно пахло борщом, наверное, кто-то готовил обед. Из соседней квартиры вышла девочка, держа на поводке маленькую белую собачку. Увидев Лиду, она узнала её, ласково завиляла хвостом и радостно взвизгнула.

– Привет, Белочка, – доброжелательно произнесла Лидия и погладила пёсика по спине.

Дверь открыла Лера. В квартире было чисто. На полу в большой комнате лежал серый палас в бежевую полоску, такой же, как у меня дома. Ведь мы покупали их вместе, простояв несколько суток в очереди.

– Лера, сыграй, пожалуйста, нам что-нибудь, а мы послушаем.

– С удовольствием, – кокетливо сказала девочка и радостно, без всякого ломания, села за инструмент и виртуозно заиграла.

Она исполнила несколько вальсов Шопена, «Подснежник» из сборника «Времёна года» Чайковского и ещё несколько незнакомых произведений.

– А хотите, я вам спою весёлую песенку?

Мы не успели ответить, как она чистым звонким голосом шаловливо запела:

Мелодия у этой песенки была весёлая и озорная. Лида стояла и смотрела на дочь влюблёнными глазами, она тихонько подпевала.

Лера родилась маленькая и лысая и долго оставалась такой. Ей давали витамин «А», чтобы она лучше росла. Личико у неё было миловидное, она была очень похожа на мать, только на голове рос белый пушок.

Лера росла очень болезненной девочкой, и Лида вкладывала в неё все свои силы. Может быть, она была способная от рождения, а может быть, с ней так много занимались, что в какой-то момент вдруг обнаружилось, что она необыкновенно талантливая.

Учительница музыки требовала, чтобы Лера поступила в музыкальное училище, а потом в консерваторию. Она твердила, что из неё выйдет первоклассная пианистка. А учителя физики и математики стали передёргивать одеяло на себя. Они в один голос твердили, что девочке надо ехать в Москву и поступать в самый престижный ВУЗ. Их было две, и они победили. Окончив школу, Лера ринулась покорять столицу. И выбрала она немного немало, а МФТИ (Московский физико-технический институт), входящий в сотню лучших вузов мира.

Трудно ли поступить в ФИЗТЕХ? Кто-то месяцами не отрывался от книг и тренировался решать вступительные задачи. Другим в силу мощной школьной подготовки или вмешательству высших сил удалось пробить вступительный барьер. Однако и те и другие говорят, что по сравнению с дальнейшей учёбой, поступить нетрудно.

Для Леры покинуть родной город стало одной из самых больших авантюр в жизни. Пришлось бросить домашний очаг и уехать в огромный незнакомый город, где её никто не ждал.

Она поступила на ФАКИ – (факультет аэрофизики и космических исследований), который часто называют последним пристанищем физиков-романтиков и эксцентричных математиков.

В день собеседования, в коридоре столпилось множество абитуриентов, некоторые были с родителями. Почти все, волнуясь перед дверью приёмной комиссии, теребили в руках грамоты и дипломы, полученные на всевозможных олимпиадах. Там Лера познакомилась с некоторыми будущими однокурсниками, среди которых был и её будущий муж Гриша.

Очередь двигалась быстро. Войдя в комнату приёмной комиссии, её удивило обилие народу, сидящего полукругом. Ей предложили место в центре.

– И что Вас привлекает у нас? – Спросил симпатичный мужчина средних лет, одетый в элегантный серый костюм и белоснежную рубашку. Он сидел напротив неё.

– Мне здесь нравится. – Другого ответа в тот момент на ум ей не пришло.

– А что нравиться? Декан нравится?

Народ, сидевший полукругом, вполголоса засмеялся. В то время она не знала, что с ней разговаривает декан её факультета. Потом, во время учёбы, старшекурсники любили рассказывать истории об искромётном юморе декана.

Комиссия могла задать неожиданные, странные и курьёзные вопросы. Реакция на них должна была быть мгновенной и адекватной. Один из членов приёмной комиссии спросил Леру, какая сторона графина с водой, стоящего на окне, нагрета сильнее. Она ответила:

– Та, которая повёрнута к солнцу.

– Ну, идите и потрогайте.

Лера подошла, погладила рукой стенку графина и убедилась, что это не так, а он улыбнулся и сказал: «Просто графин перед собеседованием перевернули на сто восемьдесят градусов». Это была шутка в виде небольшого розыгрыша.

Студенческий городок находился через дорогу от корпуса института. Всё рядом, у каждого факультета своё общежитие. На этаже была кухня и комната для умывания, а внизу душ, и помещение, в котором были установлены стиральные машины. Лера, почему-то любила стирать сама, руками. Комната, в которую вселилась она, была на четырёх человек. В ней стоял холодильник, шкаф и две двухъярусные кровати. Она предпочла занять второй ярус.

Ещё во время экзаменов на неё произвела сильное впечатление здешняя атмосфера смелости, свободы мысли, оригинальности юмора и дружеского быта студентов.

Заниматься приходилось очень много. Вечера в общежитии проводились над книгами и тетрадями, плавно переходя в ночь. Здесь у студентов не было выходных, были только дни для самостоятельной работы.

Лера так и осталась маленького роста, блёклая, невзрачная, худенькая. Лида переживала, что никто из парней не обратит на неё внимания, она никогда не выйдет замуж и, следовательно, у неё никогда не будет семьи. Зациклившись на этой мысли, мать периодически вдалбливала старшей дочери:

– Как только встретится в Москве приличный парень, времени не теряй и сразу, при удобном случае, выходи замуж. Это надо делать во время учёбы, потом будет сложнее.

Ещё во время собеседования, когда все абитуриенты столпились около двери, Лера заметила симпатичного мальчика с чёрными волнистыми волосами. На его лице, от которого она не могла оторвать глаз, красовались очки в круглой чёрной оправе. Он тоже разглядывал её с интересом. Парень нисколько не волновался. По его лицу было видно, что он один из вундеркиндов, присутствующих здесь в большом количестве. Он был спокоен и уверен в себе.

После собеседования Лера вышла на улицу, радостно сбежала по ступенькам крыльца около входа в корпус и тут же увидела Гришу, который уже более получаса поджидал её, облокотившись о перила. Они взялись за руки, пальцы их переплелись, и они уверенной походкой пошли навстречу своей судьбе. Так иногда бывает, если любовь возникает с первого взгляда. Не нужно ничего говорить, достаточно посмотреть в глаза друг другу, чтобы всё понять.

Родители Гриши были учителями, папа преподавал физику, а мама математику. Старший брат закончил Физтех. Родители считали, что заниматься в жизни можно чем угодно, но для начала нужно получить хорошее образование. По их определению, хорошее образование – либо физика, либо математика.

В детстве Гриша мечтал заниматься театром. Ходил в детскую театральную студию, играл в спектаклях, даже получал какие-то призы. Долгое время совсем не интересовался физикой, даже активно боролся с родителями, которые пытались приобщить его к этой науке. Повзрослев, стал задумываться, что делать дальше. Именно в этот момент умные родители уговорили его порешать задачки, и ему очень понравилось. Последние два года он стал упорно готовиться к поступлению в Физтех.

Лера и Гриша подружились с первой минуты пребывания в МФТИ. Они были неразлучны. Лида как будто в воду глядела или наколдовала. После первого курса они поженились. А летом, после второго курса, когда Лера приехала с мужем в свой родной город на Волге, у них родился сын Данила.

– Поезжай в Москву и доучивайся, – сказала Лида дочери, – а мальчика пока оставьте у нас.

Так Данила остался жить у бабушки и дедушки. Им помогала воспитывать внука младшая дочь Марина и прабабушка Анна Степановна, мать Лиды. Последняя занималась малышом больше всех, так как не работала и была ещё в силе. Данила очень любил Лиду, пытался звать её мамой, но она считала, что это неправильно. Тогда они приучили его называть её Лидочкой. Так её всё время называл муж Виктор, а мальчик слышал и повторял.

Учились Лера и Гриша отлично. После окончания МФТИ, а потом аспирантуры, их пригласили работать в США, преподавать физику в университете.

Они подумали и приняли твёрдое решение эмигрировать в Америку.

Их пригласили преподавать в университет города Чикаго LUC is private university (тут учатся способные студенты). Этот университет является одним из крупных учебных заведений Чикаго и расположен на берегу гигантского озера Мичиган. Он включает в себя десять зданий необыкновенной красоты.

Гриша мечтал читать курс повышенной трудности по физике, но им предложили читать курс по астрономии и математике, а своё resume оставить на всякий случай заведующему кафедрой физики. Эти предметы они знали очень хорошо, поэтому согласились. Одновременно они отправили запрос на факультет физики и астрономии в университет Техас A&M в город Колледж Стейшн.

– Астрономия даёт полное представление о нашей Вселенной, – рассказывал Гриша студентам, – её невероятных размерах, этапах её развития, различных объектах: чёрных дырах и нейтронных звёздах. Во Вселенной имеются невидимая тёмная материя и тёмная энергия. Это объясняет, почему галактики разбегаются с ускорением.

Он с восхищением рассказывал студентам, как закон Хаббла даёт возможность найти возраст Вселенной (около четырнадцати миллиардов лет) путём исследования разбегания галактик и что число звёзд во вселенной сравнимо с числом песчинок на всех пляжах Земли.

В Америке лекционные классы компьютеризированы, там же имеется большой демонстрационный экран. Он мог легко выбрать соответствующий сайт и показать то, с чем необходимо ознакомить студентов.

Но не сразу всё было так хорошо. Гриша вошёл в класс для проведения первой лекции. В нём находилась группа из двадцати пяти человек. Накануне он очень волновался. Его беспокоил не предмет, а умение на чужом языке хорошо изложить материал. Он был скован, не мог говорить всего, что хотел и был разочарован собой. Это был тот случай, когда в народе говорят, что «первый блин комом».

Студенты вели себя очень достойно: с уважением, поддержкой, пониманием, что английский не его родной язык. Главное, они увидели, что он хорошо знает предмет и понимает то, о чём говорит.

Его впечатления об американских студентах через несколько лет были следующие: сдержаны, уважительны, нет проблем с дисциплиной, мотивированы, очень внимательно относятся к его лекциям и интересуются тем, что он им преподаёт.

От известия, что Лера и Гриша решили эмигрировать в США, всполошилась вся семья. Особенно расстроились Лида и Виктор, ведь Данила столько лет жил с ними. Он должен был уже пойти в школу. Бабушка и дедушка так к нему привязались, так его полюбили, что не мыслили жизни без него. Когда они поняли, что дочь и зять приняли твёрдое решение уехать, то сначала растерялись, а потом стали думать, как правильно поступить им самим.

Дня не проходило, чтобы они не вели разговоры на эту тему. Бурно спорили, и кончалось всё это одним и тем же – скандалом.

Младшая дочь Марина ушла к подруге, захватив с собой тубус с чертежами. Родители остались одни дома. Самое время опять поговорить. Лида, отложив приготовление ужина, раздражённо посмотрела на Виктора. Они села за стол, стоящий в большой комнате, для того, чтобы в очередной раз обсудить тему о переезде в Америку.

– Вить, ну что нам дальше делать, как жить? – Измученным голосом проговорила Лида. – Надо решать вопрос: ехать вслед за детьми или не ехать?

– Что тут решать? Куда мы поедем? В чужую страну? Кто нас там ждёт? А Лера с Гришей сами ещё окончательно не устроены, – уверенным тоном произнёс Виктор, – ты сама подумай, что нам здесь, плохо? У меня здесь отличная работа, я начальник строительно-монтажного управления, мне прилично платят. Ты – главный бухгалтер фирмы. У тебя тоже всё стабильно.

– Вить, ну ты тоже пойми. Мы не можем отговорить детей, они уже твёрдо решили жить там, значит, наша семья разрушится? А что будет с Данилой? Он так привык к нам, а я без него вообще не мыслю дальнейшего существования.

– А ты о Маришке подумала? Она учится на третьем курсе Строительной Академии, на архитектурном факультете, ей нравится, у неё талант к этой профессии.

Младшая дочь Марина была копией своего отца: высокая, худая, немного сутулая, с вытянутым лицом и носом с небольшой горбинкой, но все недостатки внешности скрадывала чудесная миловидная улыбка и приветливое выражение лица. Она не была такой талантливой, как Лера. Марина училась неплохо. Единственное, в чём она превзошла свою старшую сестру – это в умении рисовать.

– К тому же она дружит с хорошим парнем, возможно, что они поженятся. Ты что не понимаешь, что мы можем разрушить ей всю жизнь? – продолжал убеждать Виктор жену.

– Она и там закончит учёбу и получит образование.

– Что там нас ждёт, ещё неизвестно. А здесь всё понятно. Мы недавно получили прекрасную трёхкомнатную квартиру, сделали ремонт, купили хорошую мебель. А родственники? У тебя здесь мать, а у меня сестра. Здесь у нас есть друзья. А там? Там нас никто не ждёт.

Лида слушала его и горестно вздыхала, слишком трудное решение они должны были принять. Потом она всхлипнула и прошептала в который раз одни и те же слова:

– Ну а как же мы без Данилы?

– Будем ездить к ним в гости.

– О-о-о. Господи! – завопила Лида, – если ты не уедешь, я поеду одна, – выкрикнула она в сердцах.

– А язык? Мы же в школе учили немецкий язык и не знаем по-английски ни одного слова.

– Пойдём на курсы и выучим.

– Думаешь это так просто?

Они приехали в Америку на постоянное место жительства через год после дочери. До сих пор они считают их переезд самой большой авантюрой – оказаться в большом городе, где все говорят на другом языке. Первые дни было очень трудно привыкать. Лида просыпалась рано и выходила на улицу, бегала и изучала город. Ей очень нравилось наблюдать, как просыпаются незнакомые до этого шумы, запахи, люди, потоки машин, велосипедистов, любителей домашних животных, прибирающих за своими питомцами.

Лида не могла налюбоваться красотой этого города. Она читала, что во второй половине девятнадцатого века город сгорел дотла во время пожара. Но благодаря этому самому пожару, Чикаго стал одним из самых прекрасных городов США и третьим по величине в стране. Всё очень просто, когда город появился, он не спеша застраивался небольшими, неказистыми, деревянными домами. После пожара город начал жизнь с чистого листа. Именно здесь появился первый в мире небоскрёб. И сейчас Чикаго славится своими строениями и архитектурой.

Это многонациональный город. В нём много разных кварталов: греческий город, украинская деревня, польский район, мексиканский квартал, китайский город, еврейский квартал и так далее. Каждые выходные в каком-то одном из них обязательно проходит культурный фестиваль.

Первые недели прошли в эйфории от новых впечатлений. Всё было интересно – природа, люди, дороги и парки, небоскрёбы и одноэтажные дома пригородов.

Абсолютный стресс вызывали магазины. На фоне пустых торговых точек в их городе, они выглядели как что-то нереальное. Они могли ходить часами, разглядывая товары. Везде их встречали улыбками, желали хорошего настроения.

Пришлось начать всё с нуля. Жили в дешёвых апартаментах, продукты покупали по возможности уценённые.

Таких, как Лида и Виктор называют поздними иммигрантами – это люди, которые приезжают в США после пятидесяти лет. Они не всегда успевают заново реализовать себя в новой стране. Образовательный, культурный и языковой разрыв между ними и окружающей средой порой оказывается слишком большим.

Неожиданно обнаружилось, что они оказались абсолютно неспособны выучить язык. В школе и в институте учили немецкий, который давался им с трудом. А теперь английский оказался для них непосильной задачей. Высказать какую-нибудь простую мысль они ещё могли, но не понимали ни слова, что им говорят.

С вождением автомобиля тоже оказалось всё не так гладко. Лида никогда не умела водить автомобиль, а Виктору, чтобы сдать экзамены на водительские права, надо было понимать, что написано в вопросниках. Что говорит полицейский, который сидя на соседнем сиденье, даёт команды, куда ехать и какой манёвр выполнить.