Бард и его сны
- -
- 100%
- +
Авторитет среди местной детворы был практически завоёван, но ведь дело не ждёт – надо было торопиться.
– Научу, но сейчас мне совсем некогда. В следующий раз, хорошо? – аудитория разочарованно вздохнула, но всё-таки выразила своё согласие.
– Скажите, а чего-то странного не происходило в последнее время?
– Да, как сказать… вчера вечером была большая драка в таверне, а потом стражники кого-то увели в темницу.
Маркус внимательно поглядел на них и спокойно произнёс:
– А там был пожилой человек с маленькой арфой? С такой аккуратной каштановой бородкой, потёртый коричневый камзол…
– Ага, видели! Хозяин ещё возмущался, что всякие драчуны обижают уважаемых путешественников, но его никто не послушал. Больше ничего не знаем.
– Спасибо! – вежливо поблагодарил Маркус и быстрым шагом отправился в таверну. Ситуация прояснялась. Бард в темнице. Но за что? Причина? Это нужно было срочно выяснить.
Нужное здание представляло собой большой двухэтажный дом с несколькими маленькими окнами. Над входом висела вывеска с изображением кружки с чем-то пенящимся. «Кружка эля», – прочитал паренёк. Зайдя в увеселительное заведение, Маркус сразу увидел мрачного хозяина за длинной деревянной стойкой, а ещё пару сомнительного вида посетителей, сидевших в дальнем углу и увлечённо беседовавших друг с другом. Подойдя к стойке, Маркус тихонько поздоровался:
– День добрый и хорошего прибытка вашему заведению!
– Благодарствую, парень! Вот только отныне мне о прибыли только мечтать приходиться: многие будут опасаться приходить сюда. – Круглолицый владелец от досады хлопнул ладонью по стойке.
– Что же случилось, дорогой хозяин? – Маркус улыбнулся, протягивая ему серебряную монету.
Тот недоверчиво посмотрел на юношу, но явно был благодарен за вопрос, а ещё больше за деньги. В свою очередь он налил кружку эля и протянул её Маркусу.
– Вчера днём было полно народу. Разные люди, но все – порядочные горожане, торговцы, ремесленники. Пришёл и один пожилой музыкант, с красивой такой арфой, одет прилично, весёлый. Рассказывал забавные истории – все гости радовались. «Ну, как удачно!» – подумал я. Тут редко такие захаживают. А потом, значит, приходят трое таких здоровенных мужланов, одетых в длинные серые одежды, с капюшонами по самые глаза, и ну требовать, чтобы он пел для них. Да только им песня не нужна была – это сразу ясно! Музыкант им ответил: «Для вас я петь не стану!» Они ему вначале посулили денег, потом угрозы посыпались, а он упёрся и ни в какую. Тут «серые» на него и набросились. Все вокруг испугались и, как тараканы, кто куда, врассыпную. Кто-то, ясень пень, за стражей отправился. Короче, музыканта связали, поволокли в темницу, а тех «серых» даже не тронули. Они сами по-тихому, как-то незаметно, убрались отсюда. И что это, скажите на милость, будет, а? Если честных гостей хватают почём зря, да за решётку? Вот сегодня посетителей, почитай, и не было.
Хозяин обиженно выдохнул. В углу зала «подозрительные» сидели тихо, как будто пытаясь расслышать, о чём говорят за стойкой.
– А где находится эта темница? – спросил Маркус.
– Как где? – удивился круглолицый. – Известно где: у дальней городской стены, там ещё башня высокая – для особо важных «гостей». Кумекаю, что музыканта там держат, ну или в подвале. Стражник, если захочет, так скажет. А ты что это? Никак туда собрался?
– Ага, этот человек мой близкий друг. Даже больше. Хочу узнать, что да как.
Хозяин бросил косой взгляд на двух людей за дальним столиком:
– Ты это, парень, будь осторожен. Много не говори и не спрашивай, а то и в беду попасть недолго. В нашем городе не всё так хорошо, как было, к примеру, год назад. Подозреваю, что и «серые» тоже не просто так сюда наведывались.
– Благодарю! – сказал Маркус, поворачиваясь к выходу.
– Парень, знаешь, что… у темницы расспрашивай только стражника по имени Кадан, это честный воин. С другими не связывайся, понял?
– Спасибо, – весело ответил юный артист. Быстро покинув таверну, он метнулся в конец улицы и встал за дерево, пристально наблюдая за дверью, из которой только что вышел. Почему он так сделал? Инстинкт самосохранения сработал или простое мальчишеское любопытство – Маркус не знал и сам. Так надо! И всё. Внутренний приказ. Не прошло и минуты, как на улицу из таверны выбежали те самые «подозрительные». Они возбуждённо осматривали улицу и перекрёсток, явно решая, куда же двинулся парнишка. Так и не придя к одному мнению, они разделились и понеслись по разным направлениям – один прямо, а другой налево, в противоположную сторону от своей цели.
«Значит, нужно быть очень осторожным!» – подумал Маркус, шагая к дальней городской стене. Домов здесь было немало, а улицы то и дело петляли, разобраться оказалось не так просто, как ему думалось вначале. К высокой башне юноша добирался целый час.
У крепких дверей он заметил скучающего стражника. Солнце висело высоко, и было видно, что стоять под палящими лучами этому сторожу совсем непросто. Очевидно, что и настроение у него было не очень-то подходящее для общения. Маркус призадумался: «Как же мне расположить его к расспросам?» Посмотрев на другую сторону улицы, паренёк заметил колодец. Подойдя к нему, Маркус набрал ведро воды, затем наполнил этой водой маленький глиняный кувшинчик, который иногда таскал в своей сумке. Через пару минут он подошёл к стражнику с самой озабоченной и сочувствующей физиономией.
– Господин стражник, как вам тяжело нести свою службу на этом солнцепёке… может, изволите испить холодной воды из того колодца?
Удивлённый стражник недоверчиво посмотрел на паренька. Но, молча протянув руку, взял сосуд, понюхал его и сделал большой глоток.
– А ты сегодня всех водой угощаешь, а? Чего-то я тебя раньше не видел в нашем городе. Как тебя звать?
– Маркус.
– И что ты здесь делаешь, возле городской темницы? Тут детям играть не разрешается.
– Дело у меня, – твёрдым голосом проговорил Маркус (он не хотел, чтобы его принимали за ребёнка). – Мне необходимо поговорить с Каданом.
– Да-а… Но ведь Кадан тебя знать не знает, не правда ли? – стражник хитро прищурился, но смотрел скорее весело, чем сурово.
– Ваша правда, господин, у меня к нему важное дело. Вы бы не сказали мне, где он?
– Я вижу, ты хороший парнишка, – медленно ответил стражник и добавил: – поэтому я готов выслушать твоё важное дело. Я – Кадан.
Маркус приветственно поклонился.
– Мне подсказали обратиться к вам, господин.
– Кто подсказал?
– Уважаемый хозяин таверны. Мне очень нужно кое-что узнать у вас.
– Ну что ж, этот человек мне известен – зря бы ко мне не послал. Спрашивай, что тебе нужно?
Маркус внимательно посмотрел на стражника и негромко сказал:
– Вчера был схвачен пожилой музыкант, зовут Бардом…
– Та-ак, ясно… – медленно протянул Кадан, – и ты, наверное, хочешь принести ему воды?
Маркус непонимающе взглянул на него, а тот и не думал ничего объяснять – продолжая спокойно стоять и наблюдать за пареньком. Затем подмигнул и едва заметно кивнул в сторону колодца. Маркус мгновенно сообразил. Сбегав до колодца и обратно, он, улыбаясь, предстал перед стражником, держа полный сосуд.
Кадан шагнул в сторону и приоткрыл дубовую дверь.
– Он внизу, в подвале. У тебя мало времени, парень, скоро меня сменит другой стражник, и ему сильно не понравится, если тут окажется посторонний.
Маркус благодарно кивнул Кадану, тут же метнувшись в открытый проём, очутившись в небольшой прибранной комнате с несколькими лавками вдоль стен и с большим столом у зарешёченного окна. В комнате были ещё две двери. Открыв правую, Маркус увидел лестницу, ведущую в подвал. Быстро спустившись, он оказался в коридоре, скудно освещаемом тремя факелами. По левую сторону находились пять камер с крепкими решётками. В первой же из них был заключён его наставник и друг. Музыкант лежал на сваленной в центре комнаты соломе.
– Дядюшка! Это я – Маркус! – паренёк был так рад видеть своего учителя живым, что даже прослезился от нахлынувших чувств.
Бард поднял голову, посмотрел на зовущего его человека.
– Маркус? Как ты здесь… Ты чего это удумал, а? Мало мне неприятностей, сейчас ещё и тебя выручать придётся.
Маркус обиженно посмотрел на него, а Бард улыбнулся, но тут же скорчился от боли. – Шучу я, шучу… не обижайся, пожалуйста. Рад тебя видеть! Я тут в небольшой переделке побывал, так теперь отдыхаю, вот, лежу в этом гостеприимном доме.
– Я воды принёс, – Маркус протянул кувшин сквозь прутья решётки. – Попей…
Его наставник взял протянутый сосуд, поднёс ко рту. Пил долго, небольшими глотками. Паренёк успел заметить засохшую кровь на камзоле, порванный рукав, синяк на подбородке, ссадину на щеке. Он поклялся себе, что сделает всё, чтобы вытащить своего учителя отсюда.
– Маркус, дружок, возьми-ка вот это… – Бард сунул руку за пазуху и вынул маленький свиток. – Это разрешение на наше выступление…
– Как?! Ты всё же смог его получить! Здорово!
– Ну, так я же не зря с самого утра около замка ходил, ха-ха… – Бард рассмеялся. – Мне повезло, правитель выехал на прогулку и услышал, как я играю на арфе. Недолго думая, он выдал мне разрешение на выступление в его городе. Спасибо ему.
– Хозяин таверны мне рассказал о том, что случилось. Но кто были те «серые» люди?
– Об этом поговорим потом. – Бард нахмурился, но затем продолжил: – Самое главное, они будут уверены, что я нахожусь здесь – в этом прекрасном, уютном подвале. Боюсь, что сегодня вам лучше выступить без меня, иначе у всех нас может появиться много неприятностей. Однако и ночевать здесь мне не стоит. Принеси вечером кувшинчик вина для стражника, хорошо? – Он подмигнул пареньку и опять засмеялся. – Думаю, ему очень захочется выпить вечером.
Маркус кивнул, бросив прощальный взгляд на своего наставника, и быстро зашагал к выходу. Поблагодарив Кадана, юноша побежал по улицам. Скоро он достиг уже хорошо ему известной таверны «Кружка эля». Оглянувшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, паренёк зашел внутрь, сразу направившись к хозяину.
Тот, всё ещё находясь в подавленном состоянии после вчерашнего происшествия, угрюмо протирал очередную кружку. Увидев Маркуса, он недоуменно посмотрел на паренька.
– Э-ээ… не ждал, что ты снова придёшь! Я видел, как те двое негодяев бросились за тобой. Это может быть очень опасно находиться здесь! Что я могу для тебя сделать?
– Не переживайте, достопочтенный хозяин, я только на минутку и сразу испарюсь, как роса при дневном солнце. – Маркус снова надел маску беззаботности. – Не могли бы вы сегодня вечером доставить кувшинчик вина господину тюремщику? Такой нескромный кувшинчик с достаточно крепким вином? – Маркус подкинул серебряную монету на ладони, подхватил ловким движением и затем протянул её круглолицему.
Широкое лицо добродушного хозяина расплылось в улыбке.
– Всё будет сделано в лучшем виде! Приятно иметь с тобой дело, парень.
Через десять минут Маркус подошёл к городским воротам. Двое скучающих стражников признали его и засмеялись:
– Ну что? Как тебе вино в нашем городе да добрый эль? Голова не побаливает? До вечера силёнок не хватило? Ха, ха…
Юный артист отвесил вежливый поклон и, посмотрев на двух здоровенных воинов, со смирением произнёс:
– Вы были правы – это заведение действительно не для меня! Если вы не возражаете, то вечером я вернусь в ваш прекрасный город, приведу несколько друзей.
– Таких же разбойников, как и ты сам? – прервав смех, проговорил второй стражник.
– Ну что вы, мы не разбойники! Мы лишь веселим людей, – полным достоинства голосом сказал Маркус. – Мы артисты!
Стражники переглянулись, а после спросили:
– А разрешение у вас имеется?
– Конечно, – с гордым видом Маркус извлёк свиток с разрешением и показал его страже.
– А-а, ну тогда хорошо, можете приходить, – сказал первый воин. – Мы скоро закончим смену и обязательно придём на площадь, посмотрим, чего вы стоите.
Маркус отвесил ещё поклон (спина не переломится, а людям приятно) и побежал по дороге к своим друзьям.
Глава 4. Вечернее представление
Играйте, пойте, веселитесь!
Когда все артисты узнали о том, что произошло с Бардом, последовала целая буря возмущения. Мазуин грозно шлёпал огромным кулаком по ладони и ворчал:
– Э-эх… не я… это… там был! Уж я… эх… задал бы этим… э… наглецам в капюшонах!
– Да уж, мы бы тоже не спустили бы им такого обращения! – Ход и Ули просто кипели от переполнявших их эмоций. – Нет, ну как вам это? Пришли, потребовали, накинулись… и главное, им-то ничего, а его – в темницу. Это что такое, а?
Абиагил тоже гневалась. Её красивый и сладкий голос теперь был похож на шипение самой ядовитой змеи: – Я так полагаю, что им захотелось развлечений? Ох, попадись они мне, у меня бы нашлась для них пара трюков!
Только Нис с Эльзой сидели около своего «домика» и молчали. Они с нетерпением ждали, когда взрослые наконец-то успокоятся и соблаговолят отпустить их товарища, который уже битый час рассказывал им про свою разведку в Талаве. Однако им пришлось отложить свои расспросы до более подходящего случая, так как Мазу сказал всем сворачиваться, чтобы как можно быстрее попасть в город. Уставший Маркус только и успел схватить кусок куропатки, оставшейся после обеда, припасённой специально для него мамой Эльзы. Ещё через час они уже въезжали в знакомые Маркусу ворота. Стражники внимательно оглядели проезжающие мимо них фургончики артистов. Юноша приветливо махнул им рукой, а те в ответ, хмыкнув, продолжали с любопытством наблюдать за ними. «Поглядим, что за артисты…» – говорили они друг другу.
Достигнув главной городской площади, друзья оставили свои фургоны чуть в стороне и активно занялись подготовкой и размещением своего реквизита. В принципе, вещей было не так уж много: натянули канат, соорудили небольшую разрисованную ширму, выставили факелы… Близился вечер, поэтому им приходилось торопиться. Многие люди, узнав, что приехали артисты, окончили в этот день свою работу пораньше, чтобы прийти на площадь. Маркусу поручили самое важное: освободить и привести сюда Барда (план освобождения всё-таки принадлежал юноше, поэтому и реализовать его должен был именно он – хотя этому сильно противился Мазуин). К тому же пареньку, по давней традиции, полагалось завершать выступление всей труппы.
Ход и Ули начинали первыми. Они встали на ходули, на которые сверху были натянуты длинные штаны. Ловко жонглируя цветными шарами, они ходили по периметру площади, громко шутя друг над другом, что неизменно вызывало смех зрителей. Из окон двухэтажных домов, стоящих рядом, высовывались любопытные физиономии горожан, шумно выражающих одобрение криками и аплодисментами. Множество людей радостно наблюдали за работой артистов. Маркус заметил среди этой толпы знакомых стражников, а также банду снующих туда-сюда мальчишек и девчонок. Он улыбнулся, узнав того самого мальчугана с друзьями, которым он сегодня показывал своё умение в метании ножа. Тут в центр круга вышел силач Мазу. Обнажённый до пояса, он мастерски играл своими мускулами, демонстрируя неподдельную мощь. Некоторые дамы, наблюдая за ним, издали невольный вздох. Мазу подозвал четверых мальчишек из окружающей толпы. Затем взяв длинный толстый шест, сказал мальчишкам встать по двое с каждой стороны и крепко схватиться за него. Когда они это сделали, силач поднял шест выше и под улюлюканье толпы начал вращаться. Это была самая настоящая карусель! Через пару минут Мазуин опустил ребят и пригласил следующих. Такого удовольствия местная детвора никогда не испытывала. Для них это оказался настоящий праздник!
Маркус тем временем, ускользнув с площади, отправился к месту заточения Барда. У башни на посту никого не оказалось. «Наверняка хозяин таверны принёс вино не вечером, как я его просил, а сразу после моего ухода. Ну, тем лучше!» – подумал юноша. Дверь в служебное помещение была приоткрыта. Заглянув в комнату, он обнаружил лежащего на скамье стражника, а на столе среди разной снеди большой кувшин. «Ага, это сменщик Кадана», – мелькнула у него мысль. Тут раздался такой сильный храп, что Маркус невольно вздрогнул, но быстро взяв себя в руки, проследовал дальше. По ходу паренёк из чистого любопытства заглянул в кувшин. «Та-ак, половины нет… Хороший охранник! Не зря, значит, я на тебя деньги потратил!» – подумал он. Подойдя к отдыхающему от дел праведных стражу, юный хитрец отстегнул связку ключей. «Надеюсь, тебе не сильно достанется», – пробормотал он. Если честно, то ему было чуточку жаль охранника, однако имелось веское оправдание такого преступления. Дальше всё прошло быстро и аккуратно. Ключ открыл то, что надо. Кто должен быть освобождён – был освобождён. И неунывающие актёры поспешили присоединиться к своим товарищам на площади. Бард незаметно нырнул в фургон, а Маркус пошёл посмотреть, что и как – ведь скоро ему предстояло показывать свой номер.
На импровизированной арене расстелили большой ковёр. Сильно потёртый, но довольно крепкий. Когда-то актёрам посчастливилось получить его в награду за отлично проведённое выступление в доме одного торговца, и Мазу ни за что бы не расстался с этой вещью. Очевидно, силач уже бросил клич в народ, желая провести зрелищный поединок – так как на ковре, яростно сцепившись друг с другом, пыхтели две горы мышц. Присмотревшись получше, Маркус неожиданно для себя узнал второго борющегося – это был Кадан! Зрителей прибыло ещё больше. Богатые горожане в разнообразных цветных камзолах, дамы в длинных шёлковых платьях, закрывающих всё тело, кроме лица и кистей рук, и тут же бедные крестьяне, ремесленники, слуги, одетые в залатанные рубахи и прочую бесхитростную одежду, – все веселились, кричали, подбадривая то одного, то другого борца. За Мазуина паренёк был спокоен, тот никогда не заканчивал поединок быстро, давая публике получить настоящее удовольствие. Наоборот, силач был очень рад, что встретил крепкого противника: с этим ему везло далеко не всегда. В это же время Ход и Ули, спустившись с небес на землю, сопровождали представление музыкой: один отбивал ритм на небольшом зелёном барабане, а второй играл на длинной трубе. Эльза и Нис веселили зрителей тем, что корчили всевозможные рожи, выпрашивая у них монеты. «Довольный человек всегда охотнее заплатит за ваш труд, – так наставлял детей Дядюшка Бард. – Будьте искусны в том, чтобы дарить людям радость!» И действительно, звонкие монеты то и дело попадали в протянутые шляпы. Получая оплату, ребята совершали обязательный поклон благодарности (этому они тоже научились у пожилого музыканта).
Тут зрители охнули особенно сильно. Маркус настороженно поглядел в их сторону и от неожиданности даже вытаращил глаза: Кадан подхватил Мазу, подняв того в воздух, а силач лишь смешно болтал ногами. Такого ещё не случалось. Слёзы выступили на лице юноши, так сильно он засмеялся над этой сценой. Смеялись все. Дети и взрослые показывали пальцами в «неудачливого» силача и от души приветствовали «своего» здоровенного борца. Все ожидали, что вот-вот Кадан одержит победу, бросив тело побеждённого соперника оземь. Но… Как и подозревал Маркус, это была лишь игра: Мазуин протиснул руки внутрь захвата противника и, подобно воде, «перелился» вниз, выскользнув из мощных объятий. Кадан недоумённо схватил воздух, а Мазу подхватил его за ноги, оторвал от земли, и аккуратно уронил. Тело с громким шлепком оказалось на ковре. Толпа взвыла. Рукоплесканья победившему герою долго не утихали. Силач же раскланялся публике и протянул руку теперь уже бывшему сопернику, который всё ещё сидел на ковре, явно обескураженный подобным исходом. Мазу хитро посмотрел на него, подмигнул и, махнув рукой, позвал в сторону фургончика. Там находился маленький столик, на котором стояли несколько кружек с элем. «Через пару минут эти двое станут лучшими друзьями!» – подумал Маркус, усмехаясь.
Внезапно музыка стихла. Внимание публики вновь оказалось приковано к центру. Только теперь все смотрели наверх. На высоте в два перча5, между крышами двух самых высоких домов, стоящих по разные стороны площади, был натянут канат. Поскольку наступили сумерки, на каждом доме хозяева зажгли фонари, а свет из окон и от зажжённых факелов ярко освещал центральную часть. Наступила очередь грациозной акробатки. Аби стояла на самой кромке крыши, держа в руках шест для баланса. Обтягивающий наряд подчёркивал её сильную и гибкую фигуру. Множество людей замерли. Никогда ещё они не были свидетелями ничего подобного. Некоторые дамы не без зависти смотрели на акробатку, в которой угадывалось что-то кошачье. Что уж говорить о мужчинах – те испытывали целую гамму разнообразных чувств: от почитания, восхищения и до откровенного страха за жизнь этой прекрасной женщины. Абиагил слегка улыбнулась – она прекрасно знала, какое впечатление может производить. Предельно сконцентрировавшись на задаче, она сделала первые шаги по канату… Минуту назад шумевшие люди – затихли. Никто не смел заговорить. Всем казалось, что если они вымолвят хоть слово, то может случиться несчастье. А она шла… слегка покачиваясь, балансируя, шла… Для Аби это было нечто большее, чем даже победа на ковре для того же Мазу. Она каждый раз одерживала победу не над кем-нибудь, а над собой. Здесь ошибка могла закончиться смертью. С малых лет Абиагил росла в такой же сплочённой, дружной актёрской семье. У неё была своя наставница – смуглая Жасмин, рабыня, привезённая из далёкой южной страны. В одном из нередких в то время сражений её хозяина убили, а ей удалось бежать. После она нашла приют у бродячих трубадуров, где и познакомилась с юной Аби. Именно она и научила маленькую девочку великолепным трюкам, превратив её в настоящую акробатку. Абиагил с любовью вспоминала свою наставницу перед каждым выступлением. Она мысленно обращалась к ней и благодарила. Да, смуглая Жас давно умерла, но для Аби она оставалась всегда рядом. И теперь, идя по «нити жизни», на головокружительной высоте, над головами самых знатных господ и дам, она – простая девочка, без всяких благородных родословных, была выше их всех! Свободней их всех!
Маркус, как и все, смотрел на «идущую в небе». Не восхищаться смелостью и красотой Эльзиной мамы было невозможно. Потом он перевёл взгляд на силача. Мазуин тихонько стоял в тени фургончика, возле лошади Ларсы, и с тревогой смотрел на выступление Аби. Маркус знал, что добродушный силач чуть ли не плачет от переживания за эту женщину. Ох уж эти взрослые! Паренёк немного скривился. «Любовь – такая штука, которая связывает самые разные сердца в единый, крепкий канат, несмотря на расстояние и условности! – так порой говорил Бард. – Не торопитесь отдавать свои сердца этому великому, но порой опасному чувству». Маркус считал, что ему, как и Нису с Эльзой, ещё очень рано об этом думать. Однако паренёк радовался за Мазу и Аби абсолютно искренне, поскольку они были его друзьями, его семьёй.
Наконец Абиагил перешла на другую сторону. Зрители зашлись в восторге. Хлопки, одобряющие возгласы, слова восхищения не смолкали. Грациозная женщина спустилась вниз и, проходя перед публикой, скромно улыбалась. Мазу дождался, пока она подошла к фургончику, подбежал к ней и обнял, а потом протянул ей неизвестно где добытую розу. Их дальнейший разговор Маркус уже не слышал, поскольку наступило его время. Ход взялся за принесённый барабан, задавая новый ритм: «бу, бу, бум, бу, бу, бум…»
«Уважаемые жители великолепного и гостеприимного города Талав! Теперь очередь особенного выступления! Поприветствуйте юного укротителя огня!» – так прокричал Ули и, громко хлопнув в ладоши, повернулся в сторону входящего в круг Маркуса. Одетый в плотно прилегающую к телу одежду, разукрашенную красно-сине-белыми треугольниками, юноша выглядел очень красиво. В руках он держал две цепи, на конце каждой из них находился горящий шар. Вначале он показал публике вращение огненных цепей в одном направлении. Медленно, но постепенно ускоряясь, юноша образовал по обе стороны от себя два вращающихся кольца огня. Толпа безотрывно глядела на это священное действие. Огонь, издавна почитавшийся в их стране, представлял особую силу и вызывал глубокие, почти мистические чувства. Недаром кузнец, работающий с огнём и создающий красивые и нужные вещи, всегда был очень уважаем не только простолюдинами, но и любым правителем. Что же говорить о юноше, который перед ними вращал «горящие шары» то попеременно в одну и в другую сторону, то за собой, то перед собой… Когда же Маркус продемонстрировал «огненную спираль», накручивая цепи почти до конца на руки, а затем раскручивая их – то не осталось никого, кто бы не аплодировал ему. Особенно старались мальчишки и девчонки. Узнав в выступающем недавнего знакомого, удивившего их на улице, девятилетний мальчуган гордо выпячивал грудь и всем твердил: «Это мой друг! Видели бы вы, как он учил меня кидать нож…» Наверняка остальные ему не очень-то верили, но его это нисколько не смущало, главное, что он сам считал это правдой, пусть и слегка преувеличенной.