Хроники Дистопии. Том 1. Часть 1

– Почему ты это делаешь? – спросил однажды Михаил, когда они сидели в бараке, прижавшись друг к другу, чтобы согреться. – Зачем ты им помогаешь? Ты ведь сам едва держишься.

Тимур усмехнулся, глядя на свои разбитые в кровь руки.

– Знаешь, Миша… в этом мире слишком много серьезных рож. Если я перестану улыбаться, я просто рассыплюсь в пыль. А так – я вроде как еще здесь. Шоу должно продолжаться, даже если зрители – это вши и трупы.

Через месяц Тимур придвинулся к Михаилу во время короткого перерыва на воду.

– Слушай, напарник. Мне надоел этот курорт. Сервис тут паршивый, а вид на статую приелся. Пора сваливать.

Михаил поднял на него свой единственный глаз.

– Как? Везде охрана. Кандалы. Ворота заперты.

– У каждого замка есть свой ключ, – Тимур подмигнул. – Я присмотрел за кузнецом. Он ленив и любит поспать после обеда. Я стащил у него обломок напильника. Понемногу подпиливаю наши цепи по ночам. Еду я припрятал – сухари и немного вяленого мяса крыс. Хватит на пару дней бега.

– А ворота? – прошептал Михаил.

– Ворота – это самое веселое. Завтра будет праздник – День Первого Луча. Фанатики будут молиться у подножия статуи. Охрана на воротах будет минимальной. Мы пройдем через сточные канавы. Там воняет, как в заднице у того быка, но это единственный путь.

Весь следующий день Михаил работал как заведенный, несмотря на лихорадку. Ненависть давала ему силы. Он представлял, как эта кирка вонзается в грудь надзирателя, как он ломает кости Дмитрию.

Побег начался в сумерках. Когда фанатики затянули свой монотонный гимн, прославляющий Лорда Солнца, Тимур резким движением сбросил подпиленные кандалы.

– Твой выход, одноглазый, – прошептал он.

Они скользнули в тень бараков. Тимур двигался с невероятной грацией – бесшумно, словно тень. Михаил едва поспевал за ним. Возле сточного коллектора их ждал охранник. Он отвернулся, поправляя пояс.

Тимур оказался рядом с ним в одно мгновение. Михаил даже не успел моргнуть. Парень обхватил голову фанатика, резкий хруст – и тело обмякло. Тимур аккуратно опустил его на землю, на его лице не дрогнул ни один мускул.

– Чистая работа, – прошептал он, вытирая руки о рясу убитого. – Лорд Солнца, прими его душу, или что там у него осталось.

Они ползли по узкой трубе, задыхаясь от испарений и нечистот. Михаил чувствовал, как грязь забивается в его раны, но он не останавливался. Когда они наконец выбрались наружу, за пределы стен карьера, ночной воздух пустыни показался им божественным нектаром.

Они пробежали несколько километров, пока огни карьера не превратились в крошечные точки на горизонте. Возле разрушенной эстакады Тимур остановился.

– Ну вот и всё, Миша. Мы на свободе. Относительной, конечно.

Тимур достал из-за пазухи небольшой сверток с остатками еды и протянул его Михаилу.

– Тебе туда, – он указал на север. – Там, за тремя холмами, есть поселение «Ржавый Крюк». Там не любят фанатиков, так что тебя не выдадут. Если повезет, найдешь там врача.

Михаил посмотрел на него с недоумением.

– А ты? Разве ты не со мной?

Тимур поправил свой рыжий хвост и снова надел свою маску шута. Его мертвые карие глаза на мгновение встретились с глазом Михаила.

– Не-а. У меня свои дела, напарник. Я не командный игрок. Да и со мной тебе будет опаснее. Я притягиваю неприятности, как магнит – ржавчину.

Тимур развернулся и пошел в сторону восходящего солнца, насвистывая какой-то веселый мотив.

– Эй! – крикнул Михаил ему в спину. – Почему ты мне помог?

Тимур остановился, не оборачиваясь.

– Просто… мне понравился твой взгляд, одноглазый. В нем столько злобы, что можно осветить целый город. Не растеряй её. В Дистопии это единственное топливо, которое никогда не кончается.

И он ушел, растворяясь в утреннем мареве, оставив Михаила одного посреди бесконечной, безжалостной пустыни. Михаил сжал в руке сверток с едой. Он был жив. Он был свободен. И теперь у него была цель.