- -
- 100%
- +
Пролог: Жатва в Айове.
Жара стояла такая, что даже воздух над асфальтом плавился, струился прозрачным дрожащим маревом. Старый «Шевроле-Импала» 78-го года пылил по проселочной дороге, разрезая бескрайние, уходящие за горизонт кукурузные поля штата Айова. Внутри пахло бензином, перегретой пластмассой и давно угасшими сигаретами.
– Я же говорила, Билл, говорила! Сверни на заправке, стрелка уже полчаса на нуле!
Мэри скрестила руки на груди, смотря в боковое стекло. Её лицо было раскрасневшимся от злости и духоты. Седые волосы прилипли к вискам.
Билл молча сжимал баранку потными руками. Его загорелая, в морщинах шея была напряжена.
– Успокойся, Мэри. До дома двадцать минут. Дотянем.
– Дотянем? Ты мне сейчас про «дотянем»? Мы посреди поля, солнце палит, а ты снова все знаешь лучше всех! Как тогда с забором, который сгнил, потому что «еще годик простоит»!
Он вздохнул. Этот спор был старым, как и их брак, выгоревшим и потрескавшимся, как асфальт под колесами. Тридцать лет вместе, и последние десять казались вечностью в этой раскаленной металлической коробке.
Из динамика старенького радио, встроенного в торпедо, хрипло неслось:
«…повторяем экстренный выпуск. ФБР продолжает расследование серии загадочных исчезновений в штатах Среднего Запада. За последнюю неделю пропали без вести более двадцати человек. Свидетели сообщают о необъяснимых огнях в небе… Местные власти призывают граждан сохранять бдительность…»
– О, опять эти сказки! – фыркнула Мэри. – Непонятные огни, зеленые человечки! У людей от жары крышу сносит. Выключи эту чушь.
Её рука резко дернулась, и эфир захлебнулся шипением помех, а затем умер вовсе.
Тишина в салоне стала оглушительной, нарушаемая лишь скрипом ремней ГРМ и гулом перегретого мотора. Билл смотрел на дорогу, но видел не её, а пустоту. Эти новости тревожили его глубже, чем он готов был признаться. Не огни, не сказки. Пропажи. Реальные люди. Фермер Джэнсен с соседнего графства. Исчез неделю назад. Нашли только его пикап, с работающим двигателем и открытой дверью. Билл почувствовал холодок под сердцем, несмотря на сорокаградусную жару.
И в этот момент тень накрыла их.
Не медленная, ползучая от облака, а мгновенная и густая, как пролитая тушь. Солнце исчезло. В салоне стало темно и холодно.
– Что за…? – начала Мэри, и её голос дрогнул.
Билл инстинктивно ударил по тормозам. «Импала» замерла посреди дороги, вибрируя всем своим уставшим телом.
Оно парило над кукурузным полем справа, метров за пятьсот. Не самолет. Не вертолет. Ничего из того, что Билл видел за свои шестьдесят лет. Металлический диск, плоский снизу и куполообразный сверху, размером с добрый амбар. Поверхность его была матово-серой, без стыков и заклепок, словно вылитой из единого куска тусклого металла. Он не издавал ни гула, ни рева, ни свиста. Абсолютная, зловещая тишина. Он просто висел, нарушая все законы физики, безмолвный и чужой, как нож, воткнутый в голубое полотно неба.
– Боже мой… – прошептала Мэри, вжимаясь в сиденье. Её пальцы впились в потрескавшуюся кожу торпедо. Все её сварливость испарилась, сменившись животным, первобытным страхом.
Билл не мог оторвать глаз. Сердце колотилось где-то в горле. Он читал про НЛО в бульварных газетенках, смеялся над ними. Но это… Это было реально. Слишком реально. Оно дышало холодной, нечеловеческой мощью.
И тогда от нижней части объекта отделился шар чистого, ослепительно-зеленого света. Он плавно опустился в гущу зеленой кукурузы, которая заколыхалась, будто от сильного ветра, хотя воздух был неподвижен.
– Билл… Билл, поехали. Поехали отсюда! – её голос сорвался на визг.
Но что-то в Билле щелкнуло. Любопытство? Глупость? Или древний инстинкт мужчины – защитить свою территорию, свою землю от непрошеного гостя? Он уже не думал о пустом баке, о ссоре, о жаре. Его мир сузился до этого объекта и тайны, которую он принес.
– Надо посмотреть, – глухо сказал он, толкая дверь.
– Ты с ума сошел?! Сядь в машину! БИЛЛ!
Но он уже шел. Ноги были ватными, но он шел, отталкиваясь от раскаленного асфальта, потом от пыльной обочины, и вот он уже продирался через колючие стебли кукурузы, выше человеческого роста. Они хлестали его по лицу, оставляя тонкие порезы. Он слышал, как за его спиной захлопнулась дверь машины, и Мэри кричала что-то, но ее слова тонули в густом шелесте листьев.
Он вышел на небольшую поляну. Воздух здесь пах озоном и чем-то едким, химическим, словно после грозы и короткого замыкания одновременно. Трава на поляне была примята по идеальному кругу. В центре, не касаясь земли, парил тот самый металлический светящийся шар – посадочный модуль. А рядом с ним, отбрасывая невероятно длинные и тонкие тени в свете пробивавшегося сквозь кукурузу солнца, стояли Они.
Их было трое. Невысоких, не больше подростка. Кожа – серо-зеленая, влажная, мерзкая на вид, как у лягушки. Головы – непропорционально большие, голые, с огромными черными глазами-маслинами, в которых не читалось ничего, кроме холодного, бездушного любопытства. Они были худыми до истощения, одеты в серые комбинезоны со странными блестящими узлами на груди. Один из них держал в тонких, длиннопалых руках устройство, похожее на какой-то пистолет, но сделанный не из металла, а из полированного темного вещества, отливающего синевой.
Один из них повернул свою большую голову в сторону Билла. Черные глаза, не моргая, уставились на него. Билл замер. Весь его гнев, любопытство, отвага – испарились, уступив место чистому, леденящему душу ужасу. Это было страшнее всего, что он мог представить. Это был взгляд насекомого, хищника, существа с другой планеты.
Он хотел закричать, но из горла вырвался лишь хрип.
Пришелец поднял свое оружие. Раздался не звук, а скорее ощущение – высокочастотный визг, который впивался прямо в мозг. Билл почувствовал, как его тело перестало его слушаться. Ноги подкосились, мир поплыл перед глазами.
Последнее, что он увидел, прежде чем тьма поглотила его, – это светящийся зеленый луч, ударивший из «пистолета» ему в грудь. Он не обжигал, не причинял боли. Он просто… забирал. Отключал.
Он не видел, как из шара открылся люк, и безжизненное тело Билла поднялось, втянутое внутрь. Не слышал, как наконец завелся двигатель «Импалы», и Мэри, рыдая от ужаса, давила на газ, уезжая прочь, не оглядываясь, понимая, что ее муж, ее скучная, надоевшая жизнь – все это осталось там, в кукурузном поле, навсегда.
Объект бесшумно поднялся, слился с матовой поверхностью корабля-матки. Корабль дрогнул и рванул вверх с невообразимой скоростью, исчезнув в синеве за секунду.
В кукурузном поле снова было тихо и жарко. Шелестели листья. Только примятой травы да двух глубоких борозд от чьих-то ног, обрывающихся на середине поляны, было достаточно, чтобы понять – здесь случилось нечто необъяснимое.
Начиналась жатва. Но собирали урожай не люди.
Часть 1. ПРЕДВЕСТНИКИ БУРИ.
Глава 1: Полковник. Semper Fidelis.
Полковник Алан Торн откинулся на спинку кожаного кресла, уставшего от тридцати лет службы. Пятьдесят два года на плечах, но они всё ещё были прямыми, а взгляд – острым, как скальпель, под густыми, проседь уже тронувшими брови. Короткие седые щетинки волос, шрам через левую бровь – память о Фаллудже. Он потягивал виски со льдом, наслаждаясь тишиной субботнего вечера. Дети играли на втором этаже, слышны были их приглушенные возгласы и топот. На экране плазменного телевизора симпатичная ведущая с застывшей улыбкой брала интервью.
– …и вы утверждаете, миссис Доббс, что видели… инопланетян? – голос ведущей был сладким, как сироп, но в нем явно звучала снисходительность.
Камера крупно показала лицо женщины. Мэри. Она выглядела на десять лет старше своих лет. Глаза запавшие, испуганные, пальцы бессознательно мяли край кофты.
– Они… они были серые. С большими глазами. Совсем черными. И… и луч. Зеленый луч. Он просто… забрал его. Билла забрал… – её голос сорвался, она замолчала, беспомощно глядя перед собой.
– Что за ерунду несут, – хрипло проворчал Торн. Он ненавидел эту истерию. Каждый раз, когда случалось что-то необъяснимое, тут же находились «очевидцы» с историями про пришельцев. Людям не хватало драмы в жизни. Он потянулся за пультом. – Пора бы уже…
Его рука замерла в воздухе, когда в кадре мелькнула фотография пропавшего. Билл Доббс. Обычный фермер. Уставшее, доброе лицо. Такие не сбегают от жен и не инсценируют похищения.
Телефон на тумбочке взорвался пронзительным, казенным трезвоном. Не его личный, а служебный, спутниковый. Кирпич, который всегда лежал на заряде.
Этот звонок никогда не сулил ничего хорошего. Особенно в субботу.
Он снял трубку.
– Торн.
– Алан, – голос в трубке был низким, без эмоций, как чтение инструкции по эксплуатации. Генерал-лейтенант Маркус «Марк» Крейвен, его непосредственный командир и человек, с которым они прошли три горячих точки. – Включи телек. Новости.
– Я смотрю, сэр. Какой-то бред про…
– Это не бред, – Крейвен перебил его. Резко. Для него это было несвойственно. – За тобой уже вылетели. Будет «Ястреб». Десять минут. Полная экипировка, парадная форма в кофре. Уровень угрозы «Кобра». Вопросы?
Торн почувствовал, как по спине пробежал холодок. «Кобра». Код высочайшей готовности. «Ястреб» – армейский «Блэк Хок» из ближайшего гарнизона.
– Никак нет, сэр. Цель?
– Вашингтон. Всё остальное – по прибытии. Конец связи.
Алан опустил трубку. Мир в гостиной, еще секунду назад такой уютный и знакомый, вдруг стал чужим. Он увидел свое отражение в черном экране телевизора – усталое лицо солдата, которого снова зовут на войну. Войну, о которой он ничего не знал.
– Кто это был, дорогой? – из кухни вышла Сьюзен, его жена. В руках она держала полотенце, на губах – улыбку, которая начала таять, когда она увидела его лицо. – Алан? Что случилось?
– Сью… – он поднялся. – Меня вызывают. Срочно.
– Что? Сейчас? Но у нас… завтра барбекю с детьми, ты обещал Майку помочь с проектом, мы… – её голос стал выше, в нем зазвенела знакомая нота обиды и разочарования. Они проходили это десятки раз. Но не с кодом «Кобра». Не с «Ястребом» у дома.
– Я знаю. Прости. – Он уже двигался наверх, в спальню, действуя на автопилоте. Ключ от гардеробной, армейский вещмешок, парадная форма в пластиковом кофре. Он слышал, как Сьюзен шла за ним, её молчание было громче любых криков.
– Надолго? – спросила она уже у двери спальни, голос сдавленный.
– Не знаю. Искренне не знаю, – он повернулся к ней, взял за руки. Они были холодными. – Придется обо всем договориться без меня.
Сверху, услышав шум, сбежались дети. Пятилетняя Эмми обняла его за ногу.
– Пап, ты уезжаешь?
Майкл, его пятнадцатилетний сын, смотрел с неподдельным интересом – военная романтика ещё не была выжжена из него реальностью.
– Это по работе, да, пап? Круто!
За спиной Сьюзен стояли близняшки, Лиза и Лаура, с куклами в руках, но уже с пониманием в глазах. Они выросли в этой реальности.
Гул вертолета нарастал снаружи, превращаясь в оглушительный рев. За окном закрутилась пыль, забились кусты роз, которые Сьюзен так лелеяла. Тень «Блэк Хока» легла на идеально подстриженный газон.
Алан обнял жену, поцеловал в макушку, чувствуя знакомый запах её шампуня.
– Люблю вас всех. Береги себя.
– И ты, – прошептала она, и он увидел в её глазах не обиду, а страх. Настоящий страх. Новости из телевизора вдруг обрели жуткую конкретность.
Он выбежал под несущиеся лопасти, пригнувшись. Десантник открыл ему дверь. Последний взгляд на дом, на фигурку жены в дверном проеме, на испуганные лица детей в окне. Дверь захлопнулась. «Ястреб» рванул в набирающие сумеречные краски небо.
***
Вашингтон встретил его проливным дождем. У трапа на засекреченной площадки его ждал черный Ford Expedition с тонированными стеклами. Молчаливый водитель в гражданском. Дорога заняла меньше часа. Они въехали в ничем не примечательный тоннель, который привел их в огромный подземный ангар. Лифт, сканер сетчатки глаза, ДНК-тест по капле крови. Двери открылись.
Он оказался в операционном центре, по сравнению с которым Зал ситуаций в Пентагоне казался школьным классом. Полукруглая комната, погруженная в тусклый синий свет. Десятки мониторов, карты мира с мигающими метками. В центре – гигантский голографический глобус. Вокруг стола из матового черного стекла сидели человек двадцать. И Алан Торн, прошедший огонь и воду, почувствовал себя юнцом.
Он узнал лица. Глава ЦРУ. Директор ФБР. Начальник Генштаба. Но были и другие. Сухопарый мужчина с бесстрастным лицом и пронзительными глазами – из российской СВР. Худощавая, подтянутая женщина – представительница китайского МГБ. Смуглый бразилец в форме генерала. Японец в безупречном костюме. Все – сливки мирового разведывательного и военного сообщества. И все они смотрели на него, когда генерал Крейвен поднялся.
– Полковник Торн. Мы вас ждем. Садитесь.
На огромном основном экране замерла картинка – тот самый серый диск над кукурузным полем в Айове, снятый с высоты, возможно, со спутника-шпиона.
– То, что вы видели по телевизору, – не истерия, – начал Крейвен. Его голос звучал на фоне тихого гула техники. – Это тридцать девятый подтвержденный случай похищения за этот месяц. Не считая двух сотен наблюдений НЛО, тринадцати атак на военные объекты и… – он сделал паузу, – полного уничтожения научной станции в Антарктиде. Никто не выжил.
Экран ожил. Кадры, от которых кровь стыла в жилах. Запись с камер наблюдения авиабазы «Неллис»: три истребителя F-16, поднятые на перехват, бесследно испаряются в лучах зеленой энергии. Спутниковые снимки: обугленные руины в снегах Антарктиды. Размытая, но жуткая запись с мобильного телефона в Бразилии: существо с серой кожей и черными глазами стреляет в толпу лучом плазмы, люди падают без звука, превращаясь в пепел.
– Земля, полковник, находится в состоянии необъявленной войны, – сказал русский представитель. Его английский был безупречным, с легким акцентом. – Войны на уничтожение и порабощение. Они ведут себя не как завоеватели, а как… сборщики урожая.
– Наши правительства приняли решение, – взяла слово китаянка. – Единое решение. Обычные армии бесполезны. Дипломатия невозможна. Нам нужна единая структура. Международная. Сверхсекретная. Для быстрого реагирования, анализа угрозы и контратаки. «Копье Земли». Проект «Ксенос».
Крейвен повернулся к Торну.
– Вам предлагают возглавить силовое крыло. Отряд быстрого реагирования. Вы будете подбирать команду. Лучших из лучших. Из SAS, «Альфы», «Дельта Форс», из любого спецназа любой страны. Вам будут предоставлены все ресурсы. Ученые уже работают над технологиями на основе… образцов, что нам удалось добыть.
– Где? – спросил Торн, и его собственный голос показался ему чужим.
– База уже строится, – на экране возникла трехмерная модель огромного подземного комплекса, уходящего вглубь скального основания. – В самом сердце Сахары. Место выбрано не случайно. Изоляция, маскировка, пространство.
– Почему я? – спросил Алан. Вопрос витал в воздухе.
– Потому что вы не верите в пришельцев, полковник, – сказала китаянка из МГБ. – Вы верите в факты. И вы умеете убивать то, что угрожает вашим людям. Для этой работы нужен не фанатик, а солдат. Хладнокровный, прагматичный и безжалостный.
Торн посмотрел на экран. На застывшее изображение серого существа с бездонными черными глазами. Он думал о Билле Доббсе. О его испуганной жене. О Сьюзен и детях, оставшихся в доме с вытоптанным вертолетом газоном. Он думал о долге. Не перед страной, а перед всем человечеством.
– Когда вылет? – спросил он тихо.
***
V-22 «Оспрей» летел над бескрайним морем песка, который под лунным светом казался мертвым и инопланетным. Торн молчал, глядя в иллюминатор. Внутри него всё было пусто. Принятое решение было слишком огромным, чтобы осознать его сразу.
Пилот что-то сказал по внутренней связи. «Оспрей» начал снижаться, завис над, казалось бы, абсолютно пустой скалой. И тогда часть пустыни пришла в движение. Гигантская платформа, замаскированная под песок и камни, бесшумно поползла в сторону, открывая вход в освещенную голубым светом шахту.
Конвертоплан плавно опустился вниз. Загудели двигатели. Дверь открылась.
Его встретил прохладный, кондиционированный воздух и гул мощных генераторов. Перед ним был ангар, полный техники, которую он видел лишь в чертежах – экспериментальные шасси, беспилотники. Десятки людей в униформе без опознавательных знаков поспешно сновали по периметру.
К нему подошел молодой офицер с планшетом.
– Полковник Торн? Добро пожаловать. База «Ксенос-1». Позвольте проводить вас в командный центр.
Алан шагнул вперед. Глубоко под песками Сахары, в сердце нового мира, началась его война.
Глава 2: Сержант. Кровавая драма в джунглях.
Влажность была стопроцентной. Воздух в джунглях Французской Гвианы был густым, как бульон, и таким же горячим. Он обжигал легкие, лип к коже, смешивался с потом под камуфляжем и краской на лицах. Каждый вдох был усилий.
Сержант Юсуф «Йети» Шмидт присел на корточки, подняв сжатый кулак. Позади него, бесшумные как тени, замерли пятеро бойцов его команды. Немецкая педантичность от матери, выносливость от отца-турка и служба в спецназе GSG 9 сделали его идеальным солдатом для такой грязной работы. Высокий, широкоплечий, с черной бородой, скрывающей шрам на щеке, он был похож на могучего богатыря, застрявшего в камуфляже.
– «Паук», статус? – тихо, почти беззвучно, произнес он в микрофон гарнитуры.
– Вижу лагерь. Метров триста вперед, за ручьем. Трое на периметре с АК. Внутри палатка, похоже, лаборатория. Ничего необычного, – донесся голос снайпера, засевшего где-то на скале выше.
Ничего необычного. Слова «Паука» повисли в липком воздухе. Эта мысль тревожила Юсуфа с самого утра. Разведка настаивала на срочности: картель «Сомбра» организовал здесь новую лабораторию по производству какого-то синтетического наркотика. Но данные были удивительно скудными. Ни патрулей в глубине джунглей, ни следов мулов. Слишком… тихо.
– Понял. Двигаемся. Тише воды, ниже травы.
Они двинулись, как единый организм. Юсуф шел первым, его автомат HK G36 с прицелом ночного видения скользил по зарослям, следуя за движением глаз. За ним – «Медведь», пулеметчик, несущий «МГ5», и «Призрак», специалист по взрывчатке. Замыкали «Шменди» и «Лис» – молодой, но талантливый боец.
Они перешли ручей, холодная вода на мгновение освежила сапоги. Запах гниющих листьев и влажной земли сменился чем-то… другим. Сладковатым, химическим. Как хлорка, смешанная с тухлым мясом.
– Что за черт? – прошептал «Медведь», морща нос.
Юсуф снова поднял кулак. Они вышли на опушку. Лагерь. Но это была не просто застава наркоторговцев.
Палатка была разорвана в клочья. Тела охранников валялись в неестественных позах. Кровь на листьях и земле была не просто красной. Она отливала фиолетовым и зеленым, пузырилась, как кислота. Воздух дрожал от тихого, прерывистого шипения.
– «Паук», что тут произошло? Ты видишь это? – Юсуф прижался к стволу гигантского дерева, сердце бешено заколотилось.
– Вижу… но не понимаю. Похоже на нападение диких животных, но… – голос снайпера дрогнул. – Осторожно, «Йети». Здесь что-то не так.
В этот момент из-за развороченной палатки выползло Оно.
Существо было ростом с человека, но на этом сходство заканчивалось. Длинное, змеевидное тело, покрытое не чешуей, а грубой, серо-зеленой кожей, похожей на резину. Конечности были короткими, с цепкими когтистыми лапами. Голова – сплюснутая, без носа, с вертикальными зрачками, как у кошки, но желтыми и холодными. Его пасть была раскрыта в беззвучном шипении, обнажая ряды игловидных зубов.
– Твою мать… – начал «Медведь», но не закончил.
Из джунглей, из-за деревьев, из-под свисающих лиан, появились другие. Их было штук десять. Они двигались не как люди, а как рептилии, извиваясь и перебирая лапами, невероятно быстрые.
– КОНТАКТ! ПЕРВЫЙ! ОГОНЬ! – заорал Юсуф, вжимая приклад в плечо.
Грохот выстрелов разорвал тишину джунглей. Трассирующие пули прошили листву, ударили в ближайшее существо. Оно дернулось, из ран брызнула липкая желтая жидкость, но не упало. С шипением, полное ярости, оно рванулось вперед.
– Они не падают! – закричал «Шменди», стреляя очередями. Пули, казалось, лишь раздражали тварей.
Один из змеелюдей внезапно извергла из пасти сгусток зеленой слизи. Он с шипением пролетел над головами бойцов и впился в дерево. Кора и древесина начали дымиться и пузыриться, разъедаемые за секунды.
– КИСЛОТА! УКРЫТИЕ!
Хаос. Ужас. Бойцы GSG 9, лучшие из лучших, оказались беспомощны. Их броня была бесполезна против кислоты. Их пули не могли остановить нечеловеческую ярость.
«Призрак» бросил светошумовую гранату. Вспышка ослепила тварей на секунду, но не больше. Одна из них, воспользовавшись моментом, прыгнула на «Медведя». Пулемет умолк. Раздался короткий, душераздирающий крик, заглушаемый ужасным чавканьем и хрустом.
– Отход! Отход к точке эвакуации! – Юсуф отступал, стреляя короткими, прицельными очередями в головы тварей. Одна из них, наконец, рухнула, судорожно извиваясь.
«Лис» и «Шменди» прикрывали его, отступая задом. «Лис» крикнул что-то, развернулся, чтобы бросить гранату, и в этот момент струя кислоты попала ему прямо в лицо. Его крик был самым страшным звуком, который Юсуф слышал в жизни. Он упал, катаясь по земле, хватая руками воздух.
– Нет! – закричал «Шменди», пытаясь помочь товарищу. Из джунглей выскочила еще одна тварь и впилась ему когтями в горло. Кровь фонтаном хлынула на лианы.
Юсуф остался один. Он бежал, спотыкаясь о корни, слыша за спиной мерзкое шипение и шуршание преследующих его тварей. В ушах стоял оглушительный звон, смешанный с хрипением рации.
– «Йети»… это… «Паук»… – голос снайпера был прерывистым, с кровавым хрипом. – Они… забрались на скалу… Я ранен… Отходи… Вызывай… «Гром»…
Потом связь оборвалась.
Юсуф добежал до небольшой поляны, где должен был приземлиться вертолет поддержки. Он обернулся, стреляя из последнего магазина. Он видел, как тени рептилий мелькают в зелени. Они не спешили. Они знали, что добыча у них в лапах.
И тут в небе появился спасительный гул. «Тигр», вертолет поддержки Евросоюза, спикировал к поляне. Бортстрелок открыл огонь из пушки по джунглям, отсекая преследователей.
Юсуф увидел, как из кустов выползла окровавленная фигура. Это был «Шменди». Каким-то чудом он был жив. Его броня была разорвана, на шее зияла ужасная рана.
Юсуф, забыв про опасность, бросился к нему, подхватил на плечо и побежал к уже приземляющемуся вертолету. Люк открылся, десантник протянул руку. Они ввалились внутрь. «Тигр» рванул вверх, уходя от смертоносных струй кислоты, которые теперь били из джунглей.
– Держись, старик! Держись! – Юсуф пытался зажать рану на шее «Шменди», но кровь хлестала сквозь пальцы, горячая и липкая.
«Шменди» смотрел на него мутными глазами. Его губы шевельнулись.
– Йети… что это было? – прошептал он. – Это не люди…
– Молчи, береги силы, – рычал Юсуф, но было уже поздно.
«Шменди» вздохнул, и его тело обмякло. Смотревшие в никуда глаза остекленели.
Юсуф откинулся на борт вертолета, закрыв лицо окровавленными руками. В ушах стоял гул мотора, а перед глазами – желтые, холодные зрачки и пасть, полная игл. Не люди. Совсем не люди.
***
Его не отправили в Германию. После допроса в штабе спецназа Евросоюза, где его отчету сначала не поверили, списав на галлюцинации отравленного ядами бойца, за ним пришли другие. Люди в штатском. Они показали ему документы. Фотографии. То же существо. Только снятое в Антарктиде.
Теперь он стоял на том же самом посадочной палубе под Сахарой, где несколькими днями ранее ступал полковник Торн. Тот же молодой офицер с планшетом встретил его.
– Сержант Шмидт? Добро пожаловать на базу «Ксенос-1». Полковник Торн ждет вас в тире. Он просил передать: «Хочу посмотреть, как стреляет человек, который видел их вблизи и выжил».
Юсуф молча кивнул. В его глазах не было страха. Не было даже горя. Был только холодный, стальной огонь. Огонь мести. Он видел лицо врага. И он поклялся, что следующая встреча закончится иначе.
Глава 3: Профессор. Чужой кристалл.
Доктор Цзинь Ливей, в тридцать лет ставшая самым молодым профессором в Шанхайском университете, считала, что секреты мироздания скрыты в атомарной решетке. Её мир был миром кристаллических структур, квантовых колебаний и пределов прочности. Но сейчас в её стерильной лаборатории, пахнущей озоном и свежей пластмассой, лежал объект, ставивший под сомнение все её академические догмы.