«Дом которого не стало»

Скайлар сделала шаг к двери. Потом ещё один. Она была на пороге, когда одна из фигур сделала шаг вперёд. Всего один шаг, но этого было достаточно, чтобы Скайлар отпрянула назад с криком.

- Они не пускают, - прошептала она, пятясь. - Они не пускают...

Эбби захлопнула дверь. Звук эхом прокатился по дому. Теперь они были заперты. Полностью.

Часть вторая: Последняя надежда

Они сидели в вестибюле, прижавшись друг к другу. Свет снаружи постепенно угасал - солнце садилось, или это дом поглощал свет. Никто не знал, который сейчас час. Телефоны не работали, фонарики погасли. Оставался только слабый, сумеречный свет из окон.

- Мы умрём здесь, - сказала Скайлар. Она больше не плакала. Её глаза были сухими, но пустыми. - Мы все умрём.

- Не говори так, - возразила Мэй, но в её голосе не было уверенности.

- Это правда, - продолжала Скайлар. - Мы пришли сюда, и теперь мы часть этого места. Как все те, кто был до нас.

- Откуда ты знаешь, что были другие? - спросил Тео.

- Посмотри вокруг. Посуда на столе. Застеленные кровати. Книги на полках. Люди жили здесь. Они не ушли. Они исчезли.

Тишина повисла в воздухе. Все понимали, что она права.

- Лив знала, - тихо сказала Эбби. - Она чувствовала.

- И что нам это даёт? - горько усмехнулся Ноа. - Она знала и всё равно пошла с нами.

- Она не могла нас оставить, - сказала Мэй.

- А теперь она... где? - спросила Скайлар. - Она всё ещё там, наверху? Мы бросили её!

- Мы не бросили, - возразила Эбби. - Она... она не пошла с нами.

- Она не могла, - поправил Ноа. - То, что было в зеркале, забрало её.

Снова тишина. Где-то в глубине дома скрипнула дверь. Потом ещё одна. И ещё. Дом оживал.

- Нам нужно что-то делать, - сказала Эбби, вставая. - Сидеть и ждать смерти - не вариант.

- А что ты предлагаешь? - спросил Тео.

- Искать другой выход. Дом большой. Должны быть чердак, подвал, может, потайные ходы.

- И что? Даже если найдём выход, снаружи эти твари.

- Может, они исчезают ночью. Или в другое время. Мы не знаем.

- А может, их становится больше, - мрачно добавила Скайлар.

Эбби не ответила. Она знала, что спорить бесполезно. Но и сдаваться она не собиралась.

- Я пойду искать, - сказала она. - Кто со мной?

Тео встал. Потом Ноа. Потом Мэй. Скайлар осталась сидеть.

- Я не пойду, - сказала она. - Я останусь здесь. У двери. Если они войдут... я хочу быть первой, кого они заберут.

- Скайлар... - начала Мэй.

- Идите! - резко оборвала её Скайлар. - Идите и найдите выход. А я подожду здесь.

Они ушли. Скайлар осталась одна в темнеющем вестибюле. Она слышала, как удаляются шаги друзей, как стихает их дыхание. А потом наступила тишина.

Она не боялась. Странно, но страх исчез. Осталась только пустота. И усталость. И странное чувство, что всё это должно было случиться.

Где-то наверху скрипнула половица. Скайлар подняла голову.

- Я знаю, что ты там, - тихо сказала она. - Выходи. Я не боюсь.

Тьма в углу вестибюля шевельнулась. И оттуда медленно вышла фигура.

Часть третья: Что случилось снаружи

Тем временем в городе начиналась паника. Родители ждали детей к ужину. Тео должен был быть дома к семи. Эбби - к восьми. Ноа обещал матери помочь с продуктами. Никто не пришёл.

Телефоны не отвечали. Сначала родители думали, что дети просто загулялись. Потом начали звонить друг другу. Потом - в полицию.

К десяти вечера город был охвачен тревогой. Шесть подростков исчезли одновременно. Это не было случайностью. Это не было похоже на побег.

Полиция начала поиски. Патрульные машины прочёсывали улицы, парки, окрестности. Добровольцы с фонариками вышли на улицы. Собаки взяли след - и потеряли его на окраине города, у кромки леса.

- Они пошли туда, - сказал кинолог, указывая в темноту между деревьями.

- Куда? - спросил шериф.

- В лес. На Орлиный холм.

Шериф посмотрел на лес. Он знал это место. Знал его дурную славу. Знал, что туда не ходят даже охотники.

- Будем ждать до утра, - решил он. - Ночью в лесу искать бесполезно.

- Но дети... - начал один из родителей.

- Утром начнём поиски, - твёрдо сказал шериф. - С первыми лучами.

Родители не спали всю ночь. Они стояли на окраине, всматриваясь в темноту, молясь, чтобы их дети нашлись. Где-то в глубине леса, на вершине невидимого холма, стоял дом, которого не было на картах. И в этом доме, в темноте, в страхе и отчаянии, шестеро подростков боролись за свои жизни.

А дом... дом ждал.

Эпизод 6. «Ночь в доме»

Часть первая: Разделение

Эбби, Тео, Ноа и Мэй шли по тёмному коридору первого этажа. Они двигались медленно, держась за стены, потому что фонарики давно погасли, а спичек и зажигалок ни у кого не было. Тео нашёл где-то старый канделябр с огарками свечей, и теперь он нёс его, освещая путь дрожащим, ненадёжным пламенем.

Свечи горели странным, синеватым пламенем. Оно почти не давало тепла, но свет был достаточно ярким, чтобы видеть на несколько шагов вперёд. Тени на стенах плясали, искажались, принимали формы, которых не было в реальности.

- Мы уже проходили здесь, - сказал Ноа, указывая на обломки стула у стены.

- Может, здесь много таких, - предположила Мэй.

- Нет, - покачал головой Ноа. - Я запомнил. Это тот же самый.

Они шли по кругу. Дом не просто держал их - он водил их, как хозяин водит гостей по своему жилищу, показывая самые страшные уголки.

- Нам нужно найти подвал, - сказала Эбби. - Если есть подвал, есть и выход через него. Может, окна, может, дренаж.

- Подвал в таком доме - последнее место, куда я хочу идти, - пробормотал Тео.

- А у тебя есть идея получше?

Идей не было. Они продолжили путь. Коридор привёл их к двери, которой они раньше не видели. Она была железная, с тяжёлыми засовами, покрытая ржавчиной. От неё веяло холодом.

- Подвал, - сказала Эбби.

- Или темница, - добавил Ноа.

Тео потянул засов. Тот не поддался. Ноа помог ему, и вдвоём они отодвинули тяжёлую железную пластину. Дверь заскрипела и открылась.

Из темноты внизу пахнуло сыростью, гнилью и чем-то сладковатым, тошнотворным. Как разлагающаяся плоть, смешанная с ладаном.

- Я не пойду туда, - сказала Мэй, отступая.

- Тебе придётся, - сказала Эбби. - Мы должны держаться вместе.

- Почему? - голос Мэй сорвался. - Почему мы должны держаться вместе? Скайлар осталась! Лив пропала! Мы уже не вместе!

- Именно поэтому мы не можем разделяться, - твёрдо сказала Эбби. - Потеряем ещё кого-нибудь - и всё.

Мэй сжала губы, но спорить не стала. Они начали спускаться.

Часть вторая: Подвал

Ступени были скользкими от влаги. Стены покрыты плесенью и чем-то, что напоминало засохшую слизь. Воздух становился всё холоднее, всё тяжелее. Свеча Тео мигала, но не гасла, словно что-то удерживало её пламя.

Они спустились в широкое помещение с низким потолком. Вдоль стен стояли стеллажи с бутылками, банками, старыми инструментами. Пол был земляной, неровный, покрытый лужами тёмной жидкости.

- Это винный погреб, - сказал Ноа, оглядываясь. - Типичный для таких домов.

- А это? - Мэй указала на дальний угол.

Там, в полумраке, виднелась дверь. Небольшая, деревянная, с вырезанными на ней символами - теми же, что и на стене у входа. Глаз с треугольным зрачком.

- Не открывайте её, - прошептала Мэй. - Пожалуйста.

- Мэй, успокойся, - сказала Эбби.

- Я чувствую, что оттуда идёт зло, - продолжала Мэй. - Настоящее зло. Оно живое.

- Мы просто посмотрим, - сказал Тео. - Не открывая.

Они подошли ближе. Символы на двери, казалось, светились в темноте - слабым, пульсирующим светом. От двери исходил холод, пробирающий до костей. И звук - тихий, едва уловимый, как далёкий плач.

- Слышите? - спросила Эбби.

- Да, - ответил Ноа. - Это ветер.

- Ветра здесь нет, - возразила Лив... но Лив здесь не было.

Эбби вздрогнула. Она только что услышала голос Лив. Но Лив была наверху. Или уже нет.

- Вы слышали? - спросила она.

- Что? - не понял Тео.

- Голос. Лив.

Все переглянулись. Никто ничего не слышал.

- Тебе показалось, - сказал Ноа.

- Может быть, - согласилась Эбби, но в душе знала, что не показалось.

Дверь в подвале вдруг задрожала. Легко, едва заметно, как будто кто-то с другой стороны приложил ладонь. Потом ещё раз. Сильнее.

- Оно там, - прошептала Мэй. - Оно нас зовёт.

- Мы не пойдём, - сказала Эбби, пятясь. - Не пойдём.

Они начали отступать к лестнице. Дверь дрожала всё сильнее. Из-под неё сочилась тьма - густая, как дым, стелющаяся по полу. Эта тьма двигалась, извивалась, тянулась к ним щупальцами.

- Бежим! - крикнул Тео.

Они бросились вверх по лестнице. Тьма следовала за ними, заливала ступени, поднималась всё выше. Но у самой двери остановилась, словно не могла пересечь невидимую границу.

- Она не может выйти из подвала, - сказал Ноа, тяжело дыша. - Что-то её держит.

- Пока держит, - ответила Эбби. - Идём отсюда.

Они захлопнули железную дверь и задвинули засов. Тьма с другой стороны глухо ударила в металл. Один раз. Два. Потом затихла.

---

Часть третья: Пропавшие

Они вернулись в вестибюль. Скайлар там не было.

- Скайлар! - позвала Эбби.

Тишина.

- Скайлар, мы вернулись!

Никто не ответил.

Они обыскали вестибюль, заглянули в гостиную, в коридор. Скайлар исчезла. Как и Лив.

- Она ушла, - сказал Тео. - Или её забрали.

- Мы не должны были оставлять её, - Эбби опустилась на пол, обхватив голову руками. - Это моя вина.

- Нет, - возразила Мэй. - Это не твоя вина. Мы все решили сюда прийти.

- Но это была моя идея.

- Мы все виноваты, - сказал Ноа. - А теперь нам нужно выжить. Для неё. Для Лив. Мы должны выбраться.

- Как? - спросил Тео. - Двери заблокированы. Окна не бьются. Снаружи - толпа теней. Дом водит нас кругами. Как, чёрт возьми?

- Не знаю, - честно ответил Ноа. - Но что-то должно быть. Что-то, что держит этот дом. Если мы найдём и уничтожим это - может, мы освободимся.

- Уничтожим? - Эбби подняла голову. - Что, например?

- Зеркало, - тихо сказала Мэй. - Всё началось с зеркала.

Они переглянулись.

- Лив стояла перед зеркалом, когда... - продолжила Мэй. - И Скайлар видела что-то в отражении. Может, зеркало - это источник. Или врата.

- Если разбить зеркало, может, всё закончится, - сказал Тео.

- Или станет хуже, - возразил Ноа.

- Хуже уже некуда, - сказала Эбби, вставая. - Идём.

Они поднялись наверх. В этот раз лестница была на месте. Дом, казалось, хотел, чтобы они дошли до зеркала. Или проверял их.

Коридор был длиннее, чем раньше. Двери по обе стороны были закрыты. Из-за них доносились звуки - шёпот, плач, смех, скрежет. Но они шли, не останавливаясь.

Дверь в комнату с зеркалом была открыта. Внутри горел свет - тот самый, серебристый, нереальный. Зеркало висело на стене, и в нём отражалась пустая комната. Только пустая. Без них.

- Мы не отражаемся, - прошептала Мэй.

- Значит, мы уже не здесь, - сказала Эбби. - Мы между.

Она подошла к зеркалу. Его поверхность была гладкой, но не холодной, как стекло, а тёплой, как кожа. Оно пульсировало. Дышало.

- Разбей его, - сказал Тео.

Эбби подняла руку. Сжала кулак. Ударила.

Стекло не разбилось. Оно прогнулось, как резина, и оттолкнуло её руку. На поверхности появились концентрические круги, как на воде, и в них отразилось что-то. Не комната. Не они. Что-то другое.

Эбби увидела лестницу. Огромную, бесконечную лестницу, уходящую в темноту. И по этой лестнице спускались фигуры. Сотни, тысячи фигур.

И среди них - Лив. И Скайлар.

- Они там! - крикнула Эбби. - Они внутри!

- Мы можем их достать? - спросил Ноа.

- Не знаю.

Эбби снова ударила по зеркалу. Ещё раз. Ещё. Стекло гнулось, но не ломалось. Фигуры в отражении приближались. Лив и Скайлар шли среди них, не глядя, не сопротивляясь.

- Лив! - закричала Эбби. - Лив, посмотри на меня!

Лив подняла голову. Её глаза были пусты. Она не видела Эбби. Или видела, но не могла ответить.

- Мы не можем их спасти, - сказал Ноа. - Мы должны спасаться сами.

- Как?! - Эбби повернулась к нему. - Как, чёрт возьми?!

- Не знаю. Но если мы останемся, мы станем такими же.

Отражение в зеркале изменилось. Теперь Эбби видела не лестницу, а вестибюль. Тот самый, в котором они были. И в этом вестибюле стояли они - Эбби, Тео, Ноа, Мэй. Но не как отражение. Как будто они уже там.

- Оно показывает будущее, - прошептала Мэй. - Или другую реальность.

- Или конец, - добавил Тео.

Эпизод 7. «Дом исчезает»

Часть первая: Последняя ночь

Они не спали. Никто не мог спать в этом доме - ни из-за страха, ни из-за звуков, которые становились всё громче и настойчивее. В доме кто-то ходил. Шаги раздавались то наверху, то внизу, то прямо за стеной. Двери открывались и закрывались. Шёпот стал громче, превратился в многоголосый хор, который не смолкал ни на минуту.

- Рассвет, - сказал Тео, глядя в окно. - Если дожить до рассвета, может, что-то изменится.

- А если нет? - спросила Мэй.

- Тогда мы узнаем это очень скоро.

Они сидели в гостиной первого этажа, той самой, где впервые увидели зеркало. Зеркало всё ещё висело там. Или снова висело. Дом играл с ними, перемещая предметы, стирая границы между комнатами.

- Что, если мы больше никогда не увидим солнце? - тихо спросила Мэй. - Что, если этот дом - всё, что у нас осталось?

- Не говори так, - сказала Эбби.

- А что, если это правда? Я просто... я просто хочу знать, к чему готовиться.

Эбби не ответила. Она сама не знала, к чему готовиться. Она чувствовала, что дом не просто держит их. Он поглощает их. Медленно, но неотвратимо. Она уже не помнила, как выглядит их город. Не помнила лица родителей. Всё стиралось, как фотографии, выцветающие на солнце.

- Я помню, как мы пришли сюда, - сказал Ноа. - Я помню лес. Помню тропу. Но не помню, зачем мы это сделали.

- Мы скучали, - усмехнулся Тео. - Скука - двигатель безумия.

- Теперь мы здесь, - продолжил Ноа. - И, кажется, скука - последнее, что нам грозит.

Где-то в доме раздался крик. Высокий, пронзительный, полный ужаса. Это был голос Скайлар.

- Она жива! - воскликнула Эбби, вскакивая.

- Или это дом дразнит нас, - возразил Тео.

- Мы должны проверить!

- Куда? - он схватил её за руку. - Ты знаешь, где она? Ты знаешь, куда идти?

Крик повторился. Теперь он звучал ближе. Или это только казалось.

- Скайлар! - закричала Эбби. - Мы здесь! Идём к нам!

Крик оборвался. Тишина. Потом - тихий, едва слышный шёпот:

- Не идите сюда. Оно здесь. Оно повсюду.

Это была Скайлар. Её голос. Но он звучал иначе - глухо, как будто из-под воды.

- Скайлар, где ты?! - крикнула Мэй.

- Я в зеркале, - ответил шёпот. - Я стала частью дома.

- Это не она, - сказал Ноа. - Дом говорит её голосом.

- А если она? - спросила Эбби.

- Тогда мы ничего не можем сделать. Разве что разбить зеркало.

- Мы уже пробовали, - напомнил Тео.

- Не то зеркало, - сказала Мэй. - Их тут много. Может, есть главное. То, из которого всё началось.

Они переглянулись.

- Где оно? - спросила Эбби.

- Наверное, там, где дом самый... живой. В башне.

Часть вторая: Башня

Винтовая лестница, ведущая в башню, была узкой и крутой. Ступени её были стёрты, скользки, и приходилось держаться за холодные каменные стены. Свеча Тео почти догорела, и они поднимались в почти полной темноте, ощупью находя дорогу.

Воздух здесь был другим. Он был наполнен чем-то, что невозможно описать словами - как будто само пространство вибрировало, пульсировало, жило. Чем выше они поднимались, тем сильнее становилось это чувство.

- Я слышу сердце, - прошептала Мэй. - Как будто у дома есть сердце.

- Это не сердце, - ответил Ноа. - Это... что-то другое.

Они добрались до верха. Перед ними была дверь - маленькая, круглая, с вырезанным на ней глазом. Тем самым глазом с треугольным зрачком. Он смотрел на них, не мигая.

- Это оно, - сказала Эбби. - Здесь.

Она толкнула дверь. Та открылась беззвучно.

Внутри была комната. Круглая, с низким потолком и окнами, выходящими на все стороны. В центре комнаты стояло зеркало. Огромное, в полный рост, в раме из тёмного дерева, покрытого резьбой. Вокруг зеркала - свечи. Сотни свечей, оплывших, но всё ещё горящих.

- Свечи горят, - заметил Тео. - Но мы не зажигали их.

- Дом зажёг, - сказала Лив.

Все обернулись. В дверях стояла Лив. Она была бледна, но спокойна. Её глаза смотрели ясно, осмысленно.

- Лив! - Эбби бросилась к ней. - Ты жива!

- Жива, - подтвердила Лив. - Но это ненадолго.

- Что ты имеешь в виду?

- Дом не отпускает. Скайлар уже... она часть его теперь. И я скоро стану.

- Нет! - Эбби схватила её за плечи. - Мы вытащим тебя!

- Не вытащите, - Лив покачала головой. - Но вы можете остановить это. Разбейте зеркало.

- Мы пробовали. Оно не бьётся.

- Не руками, - сказала Лив. - Свечой. Чёрной свечой, которая горит в центре.

Она указала на пол. Вокруг зеркала был выложен круг из свечей, и в центре этого круга, на маленьком столике, горела одна свеча. Чёрная, тонкая, с огнём, который не колебался, не мигал, а стоял ровно, как нарисованный.

- Если погасить её, зеркало потеряет силу, - продолжала Лив. - Но вы должны сделать это вместе. Все трое.

- Нас четверо, - сказал Ноа.

- Нет, - Лив улыбнулась грустно. - Меня не считайте. Я слишком глубоко. Я уже не ваша.

- Лив... - начал Тео.

- Делайте, - перебила она. - Пока дом не понял.

Эбби, Тео, Ноа и Мэй подошли к зеркалу. Свечи вокруг него горели ровным, белым пламенем. Зеркало отражало их - но не так, как должно. В отражении они выглядели старыми, измождёнными, с пустыми глазами. Как будто уже умерли.

- Готовы? - спросила Эбби.

Все кивнули.

Они протянули руки к чёрной свече. Одновременно. Четыре ладони сомкнулись вокруг неё.

Огонь дрогнул.

Дом вздрогнул.

Стены застонали. Пол заходил ходуном. Зеркало задрожало, и по его поверхности пошли трещины - настоящие трещины, не иллюзия.

- Сейчас! - крикнула Эбби.

Они задули свечу.

Часть третья: Исчезновение

Мир взорвался.

Свет. Тьма. Звук. Тишина. Всё смешалось в единый вихрь, который подхватил их и понёс. Они не чувствовали тел, не видели друг друга. Только падение - бесконечное, головокружительное, в никуда.

А потом - тишина.

Эбби открыла глаза.

Она лежала на земле. Сверху было небо - серое, утреннее. Вокруг - лес. Обычный лес. Пахло травой, росой, хвоей.

Она села. Голова кружилась, перед глазами плавали тёмные пятна. Рядом лежали Тео, Ноа, Мэй. Они шевелились, стонали, приходили в себя.

- Мы... выбрались? - прошептала Мэй.

- Похоже на то, - ответил Тео, оглядываясь.

Они были на поляне. Той самой поляне, где стоял дом. Но дом исчез. Не было ни стен, ни башни, ни крыльца. Только заросшая лужайка, обломки камней, и в центре - ничего.

- А где дом? - спросил Ноа.

- Его нет, - ответила Эбби. - Совсем нет.

Они встали, отряхнулись. Одежда была порвана, грязная, пропитанная пылью и чем-то ещё. Лица - бледные, измождённые. Но они были живы.

- А Лив? - спросила Мэй. - И Скайлар?

Тишина.

- Они не выбрались, - тихо сказал Тео.

- Или выбрались, но не сюда, - добавил Ноа.

Эбби оглядела поляну. Где-то внутри неё была пустота - глубокая, не заполняемая. Она знала, что потеряла двух подруг. И знала, что эта потеря будет преследовать её всю оставшуюся жизнь.

- Нам нужно идти, - сказала она. - Пока светло.

Они пошли через лес. Тропа нашлась быстро - как будто ждала их. Они шли молча, погружённые в свои мысли, и каждый из них знал, что изменился навсегда.

Когда они вышли на окраину города, их встретили полицейские, волонтёры, родители. Крики, объятия, слёзы. Вопросы, на которые они не могли ответить.

- Где остальные? - спрашивали родители Лив и Скайлар. - Где наши девочки?

Эбби смотрела в их глаза и не знала, что сказать. Правда была слишком странной, слишком страшной. Но молчать было нельзя.

- Они в доме, - наконец произнесла она. - В доме, которого больше нет.

Никто не понял. Никто не поверил. Полиция снова пошла в лес, но не нашла ни дома, ни холма, ни следов. Только пустую поляну, заросшую травой.

Дом исчез. С карт. Из памяти. Из реальности.

Вместе с теми, кто остался внутри.

Эпилог первой главы

Прошло три недели. Эбби сидела у окна своей комнаты и смотрела на улицу. Всё было как раньше. Люди ходили на работу, дети играли во дворе, солнце светило. Но для неё мир изменился навсегда.

Она не ходила в школу. Не отвечала на звонки. Родители водили её к психологу, но она не рассказывала и половины. Потому что знала: ей не поверят.

Ноа уехал из города с семьёй. Тео замкнулся в себе. Мэй начала писать дневник - чтобы не забыть. Чтобы помнить.

Однажды ночью Эбби проснулась от странного чувства. Она подошла к окну и выглянула на улицу. В конце улицы, у кромки леса, стояла фигура. Тёмная, размытая, без лица. Она стояла и смотрела на дом Эбби.

Эбби застыла.

Фигура подняла руку и помахала. Медленно, плавно. Как тогда, в зеркале.

А потом исчезла.

Эбби долго стояла у окна, не в силах пошевелиться. Она знала: дом не отпустил её. Он просто дал ей передышку. И однажды он позовёт снова.

Она ждала этого зова.

В глубине души она знала, что однажды ответит.

Конец первой главы.

Продолжение следует...

Примечание: текст написан в жанре мистического хоррора с элементами психологического триллера. Все персонажи вымышлены, совпадения с реальными людьми случайны.

Глава 2 «Зов из пустоты»

Глава 2.

Зов из пустоты.

Эпизод 1.

«Город, который делает вид, что жив»

Часть первая: Утро Эбигейл

Эбигейл Хартман открыла глаза в шесть часов утра, хотя будильник был выставлен на девять. Она лежала в кровати, глядя в потолок, и считала трещины на побелке. Три недели назад она не знала, сколько их. Теперь знала точно: двадцать семь. Одна из них, самая длинная, тянулась от угла к люстре и напоминала русло пересохшей реки. Ещё две расходились от неё под острым углом, как ветви дерева. Эбби выучила эти трещины лучше, чем карту города. Лучше, чем собственное лицо в зеркале.

Зеркало.

При этой мысли она вздрогнула и повернулась на бок. На тумбочке стоял стакан с водой, к которому она не притронулась за ночь. Вода была тёплой, противной. Эбби не пила. Она просто лежала и слушала, как просыпается дом.

За стеной мать гремела посудой на кухне. Звук был резким, неправильным - ложка звякнула о тарелку сильнее, чем нужно, дверца шкафа хлопнула. Эбби знала: мать не просто готовит завтрак. Она пытается заполнить тишину, заглушить то, что висит в воздухе между ними. То, о чём они не говорят.

Отец ушёл на работу в седьмом часу, как всегда. Он теперь уходил раньше и возвращался позже. Эбби понимала почему: дома было невыносимо. В доме было невыносимо. Но она не винила отца. Она сама хотела бы уйти из этого дома, из этого города, из собственной кожи. Но бежать было некуда.

Она села на кровати, свесила босые ноги на пол. Доски были холодными, хотя за окном обещали жару. Эбби сидела так несколько минут, глядя на свои ступни, на бледную кожу, на синеватые вены под ней. Её тело казалось ей чужим. Как будто за те несколько часов, что они провели в доме, что-то успело проникнуть внутрь и теперь жило там, под кожей, ожидая своего часа.