Герменевтика активной эволюции субъекта

в) реальная или кажущаяся «воля к жизни», как способность непрерывно жить и действовать, постоянно модифицируя (или только обещая это делать) то, что представляется субъективным пространством, – в соответствии или в кажущемся соответствии с решаемыми субъектом задачами.

Оговорка «кажущаяся способность» здесь важна, так как на сегодняшний день не существует способа установить, является представляющееся произвольным действие субъекта именно и истинно произвольным, то есть зависящим только от него самого, как не связанного внутренними обстоятельствами индивидуума.

4. Психика: иногда этот концепт определяется, как вся сфера отражения, доступная субъекту. Однако такое определение представляется весьма туманным. Не исключается тавтология понятий психики и личности, психики и субъекта, вследствие чего обессмысливается содержание теории и практики активной эволюции человека. Так, совершенно непонятно, относится ли деятельность ретикулярной формации, регулирующая смену фаз «сон» – «бодрствование», к психике? В случае «медленного сна» субъекту эта форма жизнедеятельности организма, очевидно, – недоступна. Вместе с тем, человеку доступен результат медленного сна, и этот результат очень важен для субъекта. С другой стороны, безусловный «коленный» рефлекс организован вне участия субъекта; и хотя субъект может регистрировать этот рефлекс зрительно и кинестетически, как факт бытия и сознания, но изменить что-либо по существу этого рефлекса субъект не имеет возможностей.

Поэтому мы будем понимать под психикой любые, вне зависимости от уровня, функциональные механизмы мозга, которые в процессе или результате их срабатывания порождают НЕПОСРЕДСТВЕННО обнаруживаемые и/или активируемые субъектом эффекты. Таким образом, вырисовывается достаточно четкая граница сферы психического, как деятельности, в которой или по отношению к которой существует субъект, определяющий ее форму и в то же время ей не принадлежащий.

Например, яркий свет, влияющий на сетчатку, генерирующую электрохимический сигнал, который проводится в мозг, где срабатывает безусловный рефлекс сужения зрачка, попадает в сферу психического только тогда, когда он проходит зрительный анализатор и порождает субъективный эквивалент света или образа. Сужение зрачка и рефлекторная дуга этого процесса не относится к психическому. Вместе с тем, зрение, как анализатор обладает субъектным и внесубъек-тным планами, и эти два плана определяют внешнюю границу психики в случае зрительного восприятия.

Аналогично, совершение движения требует от субъекта создания специфического ощущения, служащего сигналом для моторной зоны головного мозга, далее самостоятельно координирующего соотношение тонуса, порядок и степень сокращения мышц, обеспечивающих то самое движение, идеальный эквивалент которого был создан субъектом. Этот эквивалент и выступает в данной ситуации конституиирующей движение проективной его формой. Мотори-ка, активируемая со стороны коры головного мозга, также выступает в данном случае непосредственной границей психики. Подобным образом, если некоторое воспоминание порождается в сфере субъективного, то, соответственно, генерирующие это воспоминание механизмы памяти, находятся за границей сферы психического, тогда как механизмы, хранящие это воспоминание и обеспечивающие его генерацию относятся к внесубъектному плану психики.

Таким образом, одни и те же механизмы способны, в зависимости от инициированной субъектом задачи, выдавать разные результаты. В целом, область психического и в пространстве, и во времени несколько обширнее пространства наличной субъективности, но меньше области церебрального и телесного, выступающих по отношению к субъекту в качестве периферических расширений.

Но, разумеется, более корректным является сопоставление психики, мото-рики и субъектности в динамике и диалектике взаимосвязи формы и содержания сопоставляемых процессов и механизмов и функций.

Так или иначе, важно отметить, что при указанном сопоставлении понятие психики включает в себя объективные механизмы самоактуализации субъекта, тогда как понятие субъекта выступает, скорее, как субъективная изнанка этих механизмов, по существу являясь формообразующим и регулирующим их началом, – подобно золотнику в его отношении к поршневому механизму двигателя.

5. Сознание: некая «часть» субъекта соотносима со сферой сознания, как областью, или концептом, проясняющим существо процессов рефлексии и самоотчета. Подразумевается, что элементы этой области субъективной реальности могут быть выделены вниманием, они могут быть осознаны и стать предметом и концептом мышления. Эти элементы в целом составляют набор субъективных переменных, используемых для конструирования ПРОИЗВОЛЬНОЙ внутренней жизни. При этом именно в сознании продуктивно регистрируются переживания и результаты восприятия, увязываемые с иными элементами субъективной реальности. В сознании создаются смыслы и абстракции и формируется сокровищница субъективного опыта. Благодаря сознанию, произвольно активируются эффекторные части психики, способные транслировать сигналы к мышцам тела человека.

С различной степенью эффективности сознание способно действовать даже в так называемых «измененных состояниях», включая фазы «быстрого сна» индивидуума. Следует заметить, что в измененных состояниях сознания часть его функций вполне сохранна, а поэтому представляется неправильной позиция некоторых авторов, предлагающих считать, что в этих состояниях сознание является «отсутствующим», – только на том основании, что люди подчас не запоминают содержание самих актов рефлексии.

6. Субъективно-бессознательное: лишенный непосредственности ясного сознания, но в принципе представляемый концепт, раскрываемый в отношении к самосознанию субъекта. Действительно, не каждый элемент субъективного пространства может быть абсолютно осознан, однако каждый из них не лишен того или иного отношения к сознанию субъекта. Любое впечатление человека присутствует в его осознанном переживании, даже находясь за порогом сознания. Например, так называемое «плохое настроение», основывается на реальных фактах психической и телесной жизни человека, также как на фактах его общественной жизни. Осознать эти факты удается не сразу и не одновременно, а тем более затруднительно осознать все без исключения элементы наличного настроения человека. Но при всей «рассеянности» компонентов настроения, все без исключения слабо осознаваемые и случайные впечатления, хотя и не становятся в центре нашего внимания, но составляют тот самый его фон, или контекст, наличие которого может кардинально изменять восприятие «текста» ситуации.

Что важно подчеркнуть, при определенных обстоятельствах сосредоточения, многие слабоосознаваемые элементы самосознания субъекта могут быть довольно детально актуализированы. Это заставляет нас предположить, что существующее разграничение сфер сознательного и бессознательного является не принципиальным. В противном случае следовало бы констатировать ограниченные возможности неких механизмов человеческой психики, ответственных за регистрацию и осознание фактов наличного бытия человека. На деле, человек постоянно демонстрирует практически безграничные возможности осознания прошлого и настоящего, и, благодаря этому, хотя и отчасти, -осознания будущего.

7. Подсознание, или индивидуально-психическое бессознательное: Этот концепт настолько трудно формулируем, насколько сложной является дифференциация содержания соответствующей области психической деятельности отдельно взятого человека. Поэтому данный концепт зачастую именуется как «подсознание» человека. Это еще один нечетко определенный концепт, хотя и необходимый для обозначения кумулятивно устроенных областей и механизмов психики, действующих относительно независимо от проявления реактивных ее свойств, по поводу наличных ситуаций человеческого бытия. Дляпримера можно сказать, что работа подсознания скорее может быть ассоциирована с общей индивидуальной и личностной тревожностью, в то время как субъективно-бессознательное состояние человека, а тем более, – его осознанное состояние, скорее всего определяются ситуативной или реактивной тревожностью.

Примечательно, что такого рода отношение подсознания и сознания не исключает направленного их «взаимодействия», в смысле инициирования субъектом, при участии сознания, специальных провоцирующих мнемических и мыслительных действий, оказывающихся весьма результативными, «вытаскивая» из глубин психики человека тот материал, который непроизвольно уже им синтезирован и крайне необходим для произвольно осуществляемого творческого познания действительности и для адекватного управления поведением. Именно с возможностями актуализации содержания бессознательного и подсознания увязываются ресурсы интуиции человека.

8. Личность: концептуально значительно более сложная категория, нежели все предыдущие, особенно имея в виду субъектность человека. Биологические особенности структуры и функциональные особенности тела, индивидуальные особенности мозга и связанные с ним биологические возможности, индивидуальный, запечатленный в памяти опыт, смыслы и ценности, а также многие другие компоненты представляют такие сложные структуры, которые в любой момент сосуществует как в субъективном, так и в объективном планах бытия человека. При этом именно качество личности определяет характер динамического взаимодействия субъекта с окружающей средой – примерно так же, как начатая шахматная партия создает и возможности, и ограничения для продолжающего эту партию шахматиста.

Таким образом, траекторию линии субъект-объектного взаимодействия человека с окружающим миром в течение его жизни с объективной точки зрения можно представить так:

мир (объект) – тело – мозг – тело – мир (объект)

При этом мир, тело и мозг представлены в единственном числе, обмен материальными компонентами меж ними биохимически прозаичен. Энергообмен регулируется по объективным физическим законам, а обмен информацией осуществляется по статистическим законам, «как байты легли». С объективной точки зрения, энергоинформационное взаимодействие человека с миром совершенно ординарно, как в пространственном плане трансфера причины (в форме энергии доминирующих факторов), так и во временном плане, представляющем более или менее нормальное распределение информации по вектору активности субъекта

Вместе с тем, та же траектория линии субъект-объектного взаимодействия человека с миром, если он выступает в качестве субъекта, инициирующего это взаимодействие, прежде всего конструируема «изнутри», благодаря планирующим и в этом смысле частным или «частичным» функциям сознания и самосознания, ибо тождество бытия и мышления не является абсолютным. При этом некое их несовпадение, также как некая частность, часть или доля каждого из компонентов указанного их взаимодействия может быть обозначена как «X»:

(X) мира (объект) – (X) тело – (X) мозг – (X) психика – (X) субъекта —

Самосознание – (X) психика – (X) мозг – (X) тело – (X) мира (объект)

При такой траектории взаимодействия в единственном и неповторимом качестве выступает одна только сознательная сфера субъекта. Причем, по отношению к субъектной самоактуализации человека связь психика-мозг – тело -мозг – психика может быть индифферентна к заменам биологических компонентов на любые функциональные аналоги, к примеру, – электронные средства (робот-процессор вместо тела и мозга).

С точки зрения субъекта, центральной частью реальности выступает преимущественно его самосознание, а все необходимые для субъективной жизни переменные в форме внешних и внутренних сигналов ему поставляет психика, – непосредственно или опосредованно, благодаря наличию избыточных, неосознаваемых компонентов ее активности. Та или иная ценность информации о реальности также определяется только самим субъектом.

При этом субъект и объективная реальность относятся к разным мирам. Их взаимодействие осуществляется на уровне субъекта к трансферу смыслов информации, что требует ничтожно малых количеств энергии, необходимой при функционировании линий связи для информационных потоков. Практически, такого рода взаимодействие несводимо к материальному обмену, а поэтому можно утверждать, что оно имеет энергоинформационную природу.

Существенно, что субъект никогда, по определению, не имеет дела непосредственно с объективной реальностью: среда существования субъекта ей трансцендентальна, являясь реальностью субъективной. Опосредствующим звеном взаимодействия субъекта с миром выступает его психика.

Несколько упрощая эту ситуацию взаимодействия, можно сказать, что, во-первых, виды энергии при обмене субъекта с миром многократно трансформируются, так что с точки зрения субъекта необходимая ему энергия привносится в виде смыслов или конструктов восприятия мира, то есть представлена для него в особой, ценностно-смысловой форме, и этот же самый, идеализированный вид энергии смыслов позволяет субъекту осмысленно и, поэтому, адекватно управлять психикой, передающей необходимые импульсы изменений в поведении еще далее, в сферу объективной реальности при помощи объективных же форм энергоинформационного взаимодействия.*)

*) Такой переход энергии «из мира, – через его осмысление субъектом, – в мир», то есть от реального к идеальному и обратно может представляться нарушением обычных законов энергообмена, в том числе и закона сохранения энергии. Но это на первый взгляд. На самом деле ценностно-смысловая форма самоакгуализации субъекта выработана эво люционным образом, в среде сугубо материального взаимодействия. Но при этом нужно иметь в виду, что любая форма активности в природе и в обществе не может быть определена как абсолютно идеальная и абсолютно самодостаточная. Идеальное существует постольку, поскольку существует материальное. Как уже было отмечено выше, более корректно объединение, а не отождествление и противопоставление материального, -как «вещи», – и идеального, – как формы этой «вещи». Понятно, что диалектика связи формы и содержания, активности и деятельности, управления и организации, процесса и результата, информации и энергии гораздо более продуктивна и конструктивна в понимании того, как ничтожно малое количество энергии может вызвать лавинообразный информационный поток, изменяющий объективные условия существования человека.

Во-вторых, распределение этого энергоинформационного потока, а, значит, и переносимая информация в результате ее преломления в активной среде субъекта, также изменяются, причем замечательно то, что в результате такого преломления информация в большей степени принимает субъектный, авторский характер, во многом не соответствуя оригиналу исходной информации. Информационный пакет не преобразуется полностью, но его элементы становятся материалом для трансформации знаков, как орудий для означения, – то есть для конструирования тех или иных смыслов и ценностей, позволяющих по-новому управлять энергетикой жизни человека.

Таким образом, характер энергоинформационного обмена субъекта с окружающей средой подчиняется не столько законам среды, сколько законам субъекта, и один и тот же сигнал в разное время может вызвать совершенно разные эффекты субъект-субъектного и субъект-объектного взаимодействия.

Следовательно, поставленный во введении вопрос о возможности дальнейшего энергоинформационного развития человека как РАЗУМНОЙ СУЩНОСТИ вполне уместно рассматривать с точки зрения именно субъекта, а, значит, и субъективно, и эгоистично.

При этом смыслы этих понятий не должны восприниматься как чреватые псевдонаучными спекуляциями, невольными заблуждениями и нравственной недостаточностью. Наоборот, постановка субъекта в центр нашего внимания предельно возвышает научные и нравственные требования к желаемому качеству исследования и к самому его объекту, – то есть к человеку. Вот почему предметом настоящего исследования становится субъект, свобода и ответственность которого и определяют то, что философско-научный анализ перспектив человека следует вести изнутри, основываясь на его общественно-исторически определенной сущности и на его активной личностной позиции.