Гипотеза о полной предметной субъект-центрированной модели в изучении психического мира человека

Образ возникает в субъективном в соответствии с законами функционирования неапперцептабельной\внесубъективной части психики, поддерживается ей и изглаживается в соответствии с ее законами, являясь «что» субъективного мира: тем, «с чем» мышление производит доступные ему операции, «материей» и «вещью» субъективной реальности.

При этом очевидно, что хотя субъект может взаимодействовать с образом и направлять взаимодействие с ним, разделять образ и усложнять его, но в то же время даже и этим процессов он не способен управлять в полной мере.

Инерционность образа, сохранение его в «кратковременной памяти», (а точнее, в виде наличного апперцептабельного содержания представления), как будет показано позднее, является важным свойством образа, критически необходимым для организации процесса мышления.

Другой важной особенностью образа является то, что он, будучи удерживаемым и воспроизводимым психикой, как бы является «декорацией», или, если угодно, «интерфейсом», все составные субъективные части которого являются наличной репрезентацией работы создающих его внесубъективных процессов, и одновременно не теряют с этими процессами физической связи в коннектоме.

Это изоморфное свойство образов не очевидно на первый взгляд, но при внимательном рассмотрении оказывается неизбежным, и существует по той причине, что у мозга нет других способов переживать, к примеру, ощущение красного цвета, кроме как посредством активации создающих его нейронных структур. В этом отношении воспоминание является буквально повторным переживанием, вовлекающим в свою актуализацию те же структуры мозга. В частности, благодаря такому положению дел возникает прекрасно документированный многочисленными исследователями, в том числе И. Павловым и М. Сеченовым, идеомоторный эффект кинестетического представления, когда представленное движение непроизвольно отображается реальными микродвижениями (что в том числе демонстрирует, что определенные смыслы при отражении в представлении инициируют движение).

Сказанное естественным образом распространяется и на связи образа, активация которых фактически означает не только чувственное соединение двух образов, но и информационное объединение подлежащих им механизмов психики посредством возбуждения нейронной сети.

На этом основаны научение, выработка навыка и рефлекса, ряд психотерапевтических методов, метод биологической обратной связи, и в целом функционирование психики.

Вследствие вышеописанного образ, во-первых, не постоянен «в пропорциях» своих воспроизведенных представлением перцептивных составных частей, во-вторых, трансформируем в процессе мышления, в третьих, не утрачивает связи с подлежащими себе нейрофизиологическими процессами, в четвертых, объединен смыслом и смыслами своих частей, за счет чего может быть вспомнен и при определенных обстоятельствах «развернут в представление», а также «расширен» и «углублен».

Важное следствие из этих свойств образа состоит в том, что образ, комплексно состоящий из объединенных смыслом различных элементов различных модальностей, является не просто «субъективной вещью», но и первичным аналитическим элементом для сознания. Он одновременно представляет собой результат аналитической работы внесубъективных механизмов восприятия, готовым первичным анализом самого себя, индексированной библиотекой своих обобщенных свойств и ключом доступа к механизмам дальнейшего анализа, например ассоциативным.

Общие свойства образа – поддержание природы и рода его «материи представления» (например, ощущение кислого вкуса) различными психическими процессами, непроизвольность возникновения и существования, а также инерционность исчезновения, которую можно ускорить отвлечением внимания на другие образы, либо, что то же самое, сильным раздражителем – заставляют предположить за ним информационный процесс нейрохимической природы: возбуждение, охватывающее минимум одну функциональную единицу коры или распределенное между многими единицами, поддерживающееся положительными обратными связями, в том числе за счет «инерции существования» ранее упомянутой целостности\смысла, и подверженное конкурентному торможению.

Необходимо учитывать, что в психике отсутствуют адресные зоны, наподобие архива свойств образа «кирпич» или «булка», соответственно любой образ будет фактически сконструирован восприятием, памятью, представлением или воображением как сумма элементарных апперцептабельных единиц, собственно «квантов ощущений», охватываемых одним информационным процессом и становящихся за счет этого качественно единым переживанием.

Соответственно, инвариантный образу «информационный предмет» можно себе представить как сложный граф возбуждения: сеть актуально взаимодействующих связей, задействующую переменное количество (за счет этого образ может иметь различное «разрешение», подробность) таких «перцептивных точек» из одного или многих создающих модальности нейронных комплексов, причем некоторые из этих «точек» могут быть одновременно вовлечены в поддержание нескольких «информационных предметов». Например, непосредственно воспринимаемая черная точка и представление об этой черной точке, либо черная точка в составе двух образов «картинки-перевертыша» одновременно вовлекают ее «материю» в состав различных образов с различными связями, и за этим процессом легко можно наблюдать интроспективно.