Великие свершения и скрытые мотивы

– Выглядите хорошо, – одобрительно окинула Дана гостью взглядом, – но поговорить лучше в более теплом месте.

– Надеюсь, у вас, как и у короля Стефана, можно приходить на бал без украшений?

– Можно, но лишь немногие так делают. Вот, здесь нам будет уютно, – завела она Елену в небольшую гостиную. – Сейчас подойдут остальные.

– Простите, если это покажется странным. Я сама сказала, что хочу быть вашей подругой, а не знаю, что должна делать в подобных ситуациях.

– В школе у вас были друзья? Друг к другу в гости ходили? Это то же самое, только с вежливыми фразами.

В дверь постучали и вошли другие гости. Это были Милуна, жена Леонида, наследного принца Чальгенуса и Полеля, жена Гордей, наследного принца Боралиса. Елена сразу их узнала и поклонилась. Дана радостно сообщила им, что Елена стала ее подругой. Как и договаривались, она рассказала только часть с иллюзией, а о раскрытии заговора умолчала.

Слуги принесли чай и какую-то затейливую выпечку. Дамы неспешно обсуждали политику и экономику, наряды и погоду. Казалось, что нет темы, в которой они не разбирались бы. Елена старалась сидеть тихо, только на вопросы отвечала. Наконец, набравшись храбрости, она попросила:

– Позвольте мне отойти в уголок. Я беспокоюсь, как там школа без меня.

– Нам тоже любопытно, – сразу же заинтересовалась Милуна. – Делайте, что нужно, а мы просто посмотрим.

Остальные лишь кивнули. Елена повернулась к стене, чтобы всем было видно изображение. Она использовала чары наблюдения и проверила каждый класс. Все было в порядке. С уроками волшебства тоже. Она так увлеклась, что почти забыла, где находится, и по привычке проверила знакомых костоправов. Она сразу вылечила тех нескольких пациентов, которые нуждались в ее помощи, но сильно ускоряться не пришлось.

– А на новый рынок сверху можно посмотреть? – спросила Полеля.

– Вот, пожалуйста. Там пока водосточные канавы роют и мосты через них строят, так что на рынок это мало похоже.

– Зачем вы делаете такие широкие дороги? – удивилась Милуна, – там же еще ряд лавок можно поставить.

– Здесь у лавок будут останавливаться не только люди, но и целые караваны, а другим надо будет пройти мимо, – пояснила Дана.

Они еще немного поговорили о новых дорогах и новом рынке, затем в дверь снова постучали. На этот раз вошли незнакомые парни в красивых одеждах. Очевидно, очень знатные, а за ними шел принц Гордей, которого Елена уже видела в Гальвасе. Дана, как хозяйка, представила каждого.

Незнакомые парни оказались принцами Чальгенуса. Леонид подошел к Милуне, Гордей – к Полеле, Ярослав, второй принц Чальгенуса, к Дане, а Святослав, третий принц, к Елене. Они расселись парами вокруг чайного стола. Только теперь Елена поняла, зачем ей надо было приехать на три дня, и покраснела от смущения. Принц начал разговор первым:

– Отец рекомендовал мне понаблюдать за вами и вашей школой для мальчиков. Я был поражен тем, что увидел.

– Надеюсь, вам понравились результаты детей? – тихо спросила Елена, все еще не поднимая глаз.

– Как раз это и странно. Я изучаю теорию волшебства с детства. Я создал стройную теорию, которой можно объяснить все, что я нашел в книгах. Но когда я увидел ваш урок, вы несколькими движениями разрушили все мои теории. Можете сказать, по какой книге вы их учите?

– Моя учительница запретила мне читать любые книги по волшебству. Я знаю только то, чему научила меня она, и еще немного, что показала другая ее ученица.

– И при этом большинство волшебников Малбатиса – ваши ученики, многие из которых не только волшебные книги, а вообще читать не умеют. Не представляю, как вам удалось их научить без теории волшебства.

– Позвольте и мне спросить, ваше высочество. Сколько книг великого Даробора вы читали?

– Ни одной. А разве он писал книги? Я даже не слышал о таком, – сразу заинтересовался принц.

– Так я и думала. Это по его совету мне запретили читать волшебные книги.

– Я могу притвориться крестьянином из Малбатиса и поучиться до выпуска с крестьянским классом? Может быть, тогда я лучше пойму, что происходит.

– Могу я взглянуть на вашу руку? – сильнее повернулась к нему Елена.

– Прошу, – с недоумением протянул принц руку.

– Почему у вас такая красивая и нежная кожа?

– Странный вопрос. Я же принц.

– В вашей деревне прошло много дождей этой весной? Всходы хорошие?

– Если вы пытаетесь спросить, есть ли у меня земли, то нет. Я вырос во дворце и лишь иногда покидал его.

– Простите, ваше высочество, – Елена подняла на него глаза и посмотрела очень серьезно. – Эти вопросы крестьяне зададут при знакомстве одними из первых. Есть еще множество других, которые сразу покажут, что вы понятия не имеете о сельской жизни.

– Теперь ясно, к чему вы клоните. А если сказать, что я работал слугой у какого-то дворянина, который обучил меня грамоте, волшебству и послал в школу?

– Они, наверное, попросят вас рассказать о жизни слуг. Здесь, даже если вы ошибетесь, они могут ничего не заметить. А что, если они предложат продемонстрировать? Вы сможете поклониться крестьянину, как будто слуга дворянину?

– Ну, знаете, спрашивать такое у принца… – Святослав покраснел, но старался сдержать гнев.

– Вот вы и ответили на свой вопрос. Допустим, что ученики вам поверят. Крестьян мы называем на «ты», они спят на соломе и могут стукнуть друг друга просто так, чтобы привлечь внимание… – Елена строго посмотрела прямо ему в глаза и добавила: – Мне не хотелось бы случайно вызвать еще один международный конфликт.

– Еще один? – переспросил Святослав.

– Был несколько лет назад случай… – Елена замялась, пытаясь подобрать слова, а потом продолжила: – В общем, из-за моих действий чуть не началась война. Только ваш отец смог все исправить.

– Так вы уже тогда были знакомы с моим отцом?

– Нет, тогда я была без сознания. Впервые я увидела его величество только недавно, когда переговоры чуть не сорвала… – она снова на мгновение остановилась и быстро добавила: – Но это тоже случайно.

– Дорогой принц, – вмешалась в разговор Дана, – у нашей Елены есть поразительный талант создавать неловкие ситуации, но я не возражаю. Именно благодаря таким ситуациям она делает жизнь в моей стране намного лучше. Сам великий Даробор иногда разговаривает с ней, хотя, насколько мне известно, не сделал ее своей ученицей.

– Это правда? Он даже моему отцу отказал, когда тот попросил поговорить со мной! Можно узнать, о чем вы говорили в последний раз? – глаза принца заискрились любопытством. Остальные пары тоже притихли и посмотрели на Елену.

– Это не секрет. Он объяснил мене, какой должна быть женщина, чтобы жители Чальгенуса ее уважали.

– Не о волшебстве? – разочарование и удивление смешались на лице принца.

– Это будет проще показать, если есть свободные комнаты, – она взмахнула палочкой. Перед ними появилось изображение прихожей гостиницы, где Элеонора как раз вышла, чтобы помочь посетителю, который не мог стать на одну ногу. Елена быстро сказала: – Прошу простить. Мне надо вас ненадолго покинуть.

Святослав встал, чтобы подать руку даме, но она уже достала вторую волшебную палочку. От ее быстрых движений поднялся ветер, так что Дана едва успела придержать выпечку, чтобы не улетела. Замелькали изображения, которые никто не успел разглядеть. Через несколько мгновений они услышали только приказ: «Элеонора, посади его, я вылечу». Снова быстрые движения, ветер и мелькание изображений, а через несколько секунд уже спокойное объяснение:

– Он потерял сознание от боли, но скоро очнется. У вас какая комната свободна, чтобы я могла посмотреть, никого не беспокоя?

– Вторая и девятая, госпожа.

– Вот посмотрите, что скажете об этой комнате? – обратилась Елена к окружающим. – Ой, а почему вы встали, ваше высочество? Мы что, куда-то идем?

Кто-то из дам сдержанно хихикнул, мужчины удивленно переглянулись, Святослав снова покраснел и убрал руку, которую перед этим галантно протянул, чтобы помочь Елене встать.

– Простите, принц, – снова вмешалась Дана. – Именно о таких ситуациях я и предупреждала. Говоря: «Покинуть», – Елена имела в виду не уйти, а уделить внимание больному. Она все-таки врач.

– Я уже понял, – сконфуженно сел на место Святослав, – но что это был за ветер?

– Это из-за ускорения. Я не могу убрать боль, но хотя бы делаю ее короткой благодаря ускорению, – пояснила Елена. – Однако после того случая в школе госпожи Ясмины я стараюсь ускоряться в присутствии посторонних не больше, чем в восемь раз.

– Вы хотели нам что-то показать в этой комнате? – спросила Милуна, чтобы вернуться к теме разговора.

– Да, эта комната – самая дешевая в моей гостинице. Элеонора смогла сделать даже ее уютной и красивой, чтобы там было приятно находиться. А вот для сравнения, – она снова взмахнула палочкой и показала рядом другое изображение.

– Конечно, эта комната хоть и просторная, но в ней совсем нет уюта. Я бы предпочел остановиться в первой, – сказал Леонид. – Я во многих постоялых дворах бывал, но такое вижу впервые.

– Я не совсем уверен. Посмотрите на угол кровати, – попросил Гордей. – Не похоже, что это комната постоялого двора. Да, мне не показалось. Здесь доски вместо матраца.

– Я не ошибаюсь, что уже видела эту комнату? – серьезно посмотрела Дана на подругу.

– Да, это моя комната в школе. Я просто пыталась объяснить, почему великий Даробор решил говорить со мной о женских добродетелях, а не о волшебстве. Элеонора создает домашний уют, а я – лишь место, где ничего не отвлекает от работы.

– Пожалуй, я соглашусь, – встала на ее сторону Милуна. – Мягкая кровать работе сильно мешает. Для работы волшебника в комнате не должно быть ничего лишнего, а стены должны быть пустыми, особенно при таком ветре.

– Но почему доски? Могли бы солому взять, как у ваших школьников, – Святослав не скрывал своего удивления.

– Когда-то из-за мягкой постели я поленилась встать, а в это время умер человек, которому я могла бы помочь. Я не хочу снова пережить то, что пережила тогда, – Елена сдерживалась, но на глаза навернулись слезы.

– Он был вашим другом или родственником? – осторожно спросила Милуна.

– Нет, просто слуга незнакомого дворянина. Дело ведь не в этом. Можем мы поговорить о чем-нибудь другом?

– Принц Святослав, – сразу сменил тему Гордей, – можно узнать, почему простого наблюдения за школьниками вам недостаточно? Вы ведь вполне могли дома повторять все то, что делают они.

– Я два раза пытался и оба раза через несколько часов падал от усталости. Мой учитель волшебства сказал, что в школе должен быть какой-то секрет. Поэтому отец разрешил мне притвориться крестьянином, если я хочу этот секрет раскрыть.

– Всего-то? – Елена уже взяла себя в руки и улыбнулась. – Могли бы просто спросить.

– Вы не понимаете. Я учился больше десяти лет у лучших волшебников, а тут вы… Даже дворяне, которые в школе госпожи Ясмины учились четыре года, после нескольких ваших уроков становятся намного сильнее, как на том балу в Лиширисе. Мало того. За полгода из нищих детей, которые едва держатся на ногах, вы делаете волшебников намного сильнее меня.

– Хорошо, если вы хотите не учиться у меня, а именно жить вместе с крестьянами, будет несколько условий. Во-первых, вы простите любые оскорбления от кого угодно, даже нанесенные умышленно, пока будете на территории моего имения. Во-вторых, пока вы там учитесь, вы забудете все, что читали в книгах и будете делать только то, что скажу я или мои помощники. В-третьих, перед приездом в школу мы вместе придумаем для вас историю, чтобы вы могли ответить на вопросы детей как крестьянин, а не как принц.

– Серьезный подход, – одобрительно кивнул Гордей. – Так в армии разведчиков когда-то готовили.

– Дети хоть и не образованные, зато очень наблюдательные. У крестьян от наблюдательности урожай зависит, а значит, и жизнь, – Елена снова увлеклась, а затем покраснела и опустила глаза.

Для богачей, которым до бала нечем заняться, это обещало стать неплохим развлечением. Они вместе выбрали имение на границе Малбатиса и Чальгенуса, из которого в школе никого не было. Елена задала местным крестьянам множество вопросов, от имен барона и деревенских старост до глубины плодородной почвы и видов местных птиц. Святослав прилежно все записал.

После обеда Дана разместила гостей во дворце на отдых, а сама пошла проверить, как идет подготовка к балу. Позже развлечение продолжилось. Каждый пытался задать какой-нибудь вопрос, на который было бы трудно ответить. Среди множества вопросов, и серьезных, и глупых, Леонид спросил:

– Как зовут твоих родителей?

– Прости, брат, я не могу назвать своими родителями каких-то крестьян, – гордо ответил Святослав.

– А этого и не нужно. Даже если они знают имя чужого короля, можно просто удивиться и посмеяться, что твоего отца зовут так же.

– Правильно. Скажешь, что родители из Чальгенуса, а сейчас вы живете здесь, поэтому такой акцент, – согласился Ярослав. – Отец ведь разрешил притвориться.

На следующий день королева устроила пышный, по меркам бедного Малбатиса, обед в честь иностранных гостей. Продукты были обычными местными, а повар постарался на славу, чтобы приготовить из них много красивых местных блюд. Танцев и других развлечений не было, зато после обеда местная знать смогла вдоволь наговориться с иностранными принцами и принцессами.

Елена держалась поодаль. Многие из местной знати подходили к ней поздороваться и перекинуться парой фраз, но лишь из вежливости. Знакомые девушки, даже бывшие одноклассницы, все внимание сосредоточили на иностранных принцах. Елена тихо покинула зал и ушла в свою комнату, где занялась обычной волшебной работой.