Пыльца с крыльев бабочек. Сказки для выросших детей
- -
- 100%
- +
Заботливой рукой Мастер направлял движения своих кукол, пытаясь научить их тому, что умел сам. Дело спорилось – куклы довольно быстро разучили свои роли и уже могли неплохо выступать на сцене. Тогда Мастер сложил скромный узелок с вещами, собрал всех кукол в большой уютный кожаный чемодан и отправился в путь.
Мастер и его театр с успехом давали представления в больших городах, в городах поменьше, в совсем маленьких городах, сёлах, деревнях. Везде их встречали и провожали с радостью. Куклам рукоплескали, восхищались их игрой.
Постепенно куклы становились всё самостоятельнее, и Мастер одну за другой обрезал ниточки, которыми направлял кукол в их выступлениях. Но происходила и обратная вещь – Мастер вкладывал в кукол так много своего сердца, разума, доброты, что от них тоже начали тянуться верёвочки, которыми уже куклы могли управлять Мастером.
Куклы иногда стали позволять себе капризничать и не слушаться Мастера, порой они вообще отказывались работать – им интереснее было лежать в уютном чемодане и сплетничать о людях. Мастер любил свои творения и время от времени потакал их капризам. Да и как он мог не любить кукол, если они были частичкой подруги-Оливы и частичкой его самого? Но каждая уступка Мастера рвала нити, за которые он мог направлять кукол согласно своей воле, зато каждый раз крепли нити, которыми куклы могли управлять Мастером.
И вот однажды куклы порвали последнюю нить, которую держал Мастер. А сам он теперь был в полной власти своих кукол. Он продолжал любить их, но уже не мог на них влиять. И произошла странная вещь: теперь Мастер стал марионеткой в их руках. Правда, их деревянные сердца и души так и не научились любить и сострадать. Куклам хотелось лишь сытнее есть, побольше спать, поменьше работать. Им хотелось иметь красивые и яркие лоскутки на платья, им хотелось внимания и славы.
Три дня куклы не выходили из своего кожаного чемодана – они совещались, они думали, как же им получить всё, чего они так страстно желали, и ничего особенно для этого не делать. Все образы, которые были привычны зрителям, слетели с них, и выявилась истинная суть каждой куклы. Пьеро оказался не таким уж ранимым, романтичным и поэтичным. Ведь иногда очень удобно быть недотёпой, не правда ли? Обнаружилось, что Арлекин не такой уж бесшабашный дуралей: он любил покутить, погулять, ему нравились удовольствия, но и выгоду свою он всегда видел ясно и чётко, поэтому в друзья себе всегда выбирал тех, с кого можно что-то взять.
Самым умным среди кукол считался Буратино. Он давно уже перестал быть наивным деревянным мальчиком в полосатом колпаке. Ему удалось вернуть свои пять золотых. Он не стал повторять прошлых ошибок и закапывать деньги в землю в надежде, что из них вырастет денежное дерево. Нет, он давно понял, что это денежное дерево нужно выращивать самому. И в этой мысли нет ничего плохого. И в цели такой нет ничего плохого. Разве только средства, которыми Буратино стал пользоваться… Этот милый мальчик с возрастом превратился в скупердяя и ростовщика – жестокого и беспринципного. Зато он был самым богатым среди кукол. Наверное, поэтому они стали считать Буратино самым умным.
На исходе третьего дня Буратино сказал:
– На свете полно кукольных театров, где куклами управляют люди, но нет ни одного, где куклы бы управляли Человеком. Давайте создадим такой театр.
И пошли они со своим невиданным театром по большим городам, городам поменьше, совсем маленьким городам, сёлам, деревням…
Притча о вере
Жил-был человек. Он был ни беден, ни богат, но всегда имел кусок хлеба, крышу над головой и радость в душе. Жил он легко и просто. Его вера в Бога была крепка и сильна. Он не боялся ничего, никогда не сомневался в будущем. Он всегда говорил: «Будет день – будет пища». Так всё и шло.
У него была шестнадцатилетняя красавица дочь. Больше жизни он любил её. Она была его гордостью и отрадой. Даже когда весь город объяла чума, он не боялся, так как верил, что Бог убережёт его и дочь. И действительно – с ним самим ничего не случилось. Но его ненаглядная дочь заболела и умерла. Неизмеримо велико было горе отца. За одну ночь он поседел и постарел на двадцать лет. За эту же ночь он потерял свою веру, которая делала его сильным и независимым.
Теперь он начал бояться завтрашнего дня, болезней, нищеты. Начал копить деньги, думать о том, как бы их раздобыть побольше. И чем больше он думал о деньгах, тем меньше у него было заработка. В конце концов он совсем обнищал, оголодал, дом пришёл в упадок.
В один прекрасный день он проснулся и понял, что так больше жить нельзя. Нужно вернуть себе веру.
Собрал он скромный узелок и пошёл бродить по свету, чтобы снова найти свою веру.
Перво-наперво зашёл он в церковь к местному священнику. Посмотрел на священника и ещё больше разочаровался – священник был сытый и толстый. И многие в деревне поговаривали о нём разное… Посмотрел на пышное убранство церкви, на золочёные иконы и тоже не увидел там Бога и не вернул своей веры.
Вышел он из церкви, перед ним расстилалась лента дороги. Сделал он шаг, первый в долгом пути.
Где он только ни был, с какими мудрецами ни беседовал, но так и не обрёл своей веры.
Совсем истрепали его дороги и странствия. И решил он, что нужно возвращаться домой.
Долго ли, коротко ли, но привели его дороги обратно к дому. Вот уже и опушка знакомого леса, который распустился весенней зеленью, вот уже с пригорка видна родная деревня. И так хорошо стало у него на душе, что захотелось продлить этот миг. Сел он у берёзки, оперся об её тёплый ствол и стал любоваться природой, наслаждаться ласковым солнышком. И сам не заметил, как заснул.
И приснился ему вещий сон. Пришла к нему в этом сне его любимая умершая дочь.
– Здравствуй, батюшка! Что же ты так себя мучаешь? Искручинился весь! – сказала она ему.
– Как же мне не кручиниться? Я любил тебя больше жизни, ты была моей главной радостью. Я так верил в Бога, а Он не защитил тебя, и болезнь унесла моё дитя из жизни, – ответил он дочери во сне.
– Но ты же не знаешь, что бы было, если бы я осталась жива, – заметила дочь.
– А что могло бы быть?! Вышла бы ты замуж, родила мне внуков. Жили бы мы в радости и любви долго-долго.
– Нет, батюшка. В семнадцать лет я влюбилась бы в парня из соседней деревни, а он не любил бы меня. И я с горя-кручины в день его свадьбы с другой утопилась бы. И навсегда погубила свою душу.
Сказала – и истаяла лёгким облаком.
Отец проснулся и не знает, что ему думать. Уж очень яркий был сон, словно и не сон, а явь.
«Наверное, правду сказала мне дочь во сне, – решил он, – но где же мне искать мою потерянную веру? И в церкви я был, и с мудрецами говорил, в чудесных странах побывал, а веры так и не нашёл».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.