Босиком по звёздам

ПРОЛОГ

Я всегда боялась эмоций и чувств. Я скрывала их за толстой стеной ложного безразличия. Я всегда старалась казаться независимой. Сильной, самостоятельной. Мой мир состоял из книг, занятий танцем, музыки. А когда не стало и этого, я почти закрылась от мира. Но одно лето инаполнило мой мир целой палитрой из разных чувств.

Позволив себе раскрыться, я начала дышать. Я вдохнула в свою серость программы жизнь! Я…полюбила.

Любовь далеко не только сказка. И не всегда будет счастливый конец. Я не была готова к потерям, не потому что была слепа из-за пелены любовных стереотипов, которыми были переполнены мои любимые романы, где всегда всё хорошо заканчивалось. Я не была к ним готова, потому что не знала, что это такое.

Раньше моя жизнь была загруженной и однообразной. Но встретив одного художника, я полностью поменяла жизненные принципы.

Мы столкнулись разными и тяжёлыми характерами. Наше первое чувство – ненависть. И это чувство было взаимно. Но потом мы медленно и постепенно растворялись друг в друге, и из ненависти, наше чувство переродилось в самую истинную любовь.

Но, увы, жизнь – не сказка. Всему приходит конец. Он приходит резко и болезненно, и мы ломаемся.

Конец пришёл… Однако, был ли это конец любви?

«Это твой час, о душа, твой свободный полет в бессловесное,

Вдали от книг, от искусства, память о дне изглажена, урок закончен,

И ты во всей полноте поднимаешься, молчаливая,

пристально смотрящая, обдумывающая самые дорогие

для тебя темы —

Ночь, сон, смерть и звёзды».

Уолт Уитмен.

Часть первая

ПАДЕНИЕ

Глава 1

«13»

Май. Длинные теплы лучи весеннего солнца пробивались через жалюзи – закрытые для того, чтобы мы наблюдали за фильмом – и делили кабинет истории, словно на секции. Фильм, как и половина фильмов исторического жанра, был с кучей не состыковок, изменённых событий, дат, и в конечном итоге не нёс в себе никакой полезной информации. С тем же успехом могли бы включить фильм «Бесславные ублюдки».

Этажом выше, в кабинете психолога, что находится прямо над кабинетом истории, снова слышен громкий топот и шум, наверное, какой-то новый тренинг, что придумала наша дорогая, мисс Мелтон.

Нора Мелтон – школьный психолог. Она немного странная женщина, лет тридцати пяти, точный возраст мало кто знает. Глядя на неё, совершенно, не скажешь, что она работает психологом. Мисс Мелтон очень худая, её глаза серые и пустые, волосы всегда небрежно ниспадают чуть выше плеч. Она ни разу не была замужем, об этом она сама сообщила нам, на одном из школьных мероприятий. Вот так взяла, вышла на сцену и начала рассказывать о своей жизни. После этого над ней постоянно подшучивали и издевались парни из старших классов. А сколько прозвищ она получила. Ух, не сосчитать.

В фильме снова кто-то кого-то убивает, и с задних парт доносятся смешки. Мистер Грин ставит фильм на паузу и обращается к нарушителям дисциплины:

– Дин и Зак, я надеюсь, ваша война, которую вы так усердно пытаетесь устроить, несёт такой же важный характер для Америки? – два брата изображали двух раненных из сцены сражения при Сараторге – одного из главных событий Войны за Независимость.

– О, да, разумеется, мистер Грин.

– Что ж, тогда с вас-то я и начну устный зачёт на следующем уроке. Учтите, даты вашей битвы я тоже уточню и спрошу по ним.

Мистер Грин смотрит на Дина и Зака ещё несколько секунд, затем разворачивается и запускает фильм.

День сегодня очень тёплый. В середине мая в Сиэтле всегда погода хорошая, и меньше всего в такую погоду хочется сидеть на нудных уроках. Сейчас бы на пляж Алки-Бич.

– Эй, Лиа,– доносится голос Алана, прерывая моё мысленное путешествие по пляжу, – не дашь списать таблицу по химии, красотка?

Я не была польщена столь приятным замечанием, потому что красавчик школы, спортсмен и «надежда футбола» не делает никому комплименты просто так, кроме своей девушке, а по совместительству моей сестры, Рэйчел. И если произошло чудо, и Алан Моррис сделал вам комплимент – значит ему что-то нужно.

– Меня зовут Элиан, а таблицу я еще не делала, в понедельник ведь сдаем,-ответила я ему и продолжила рассматривать оторванный кусок плитки, которые вот-вот свалится прямо на стол мистера Грина.

– Но ведь твоя подруга зовёт тебя Лиа, могу и я. Можешь отправить сегодня таблицу? – с умоляющим жестом рук он начал ждать ответа.

Скажу честно, я не могла ему отказать. Во-первых, моя сестра меня загрызёт. Во-вторых, мне нравился Алан.

– Ох, ладно, кину на мейл.

– Спасибо, Элиан.

Он отвернулся, а я минут пять ещё смотрела на него, пока меня не толкнула в бок Келли.

–Лиа, хватит пялиться на Алана, в конце концов, он парень твоей сестры,– Келли – моя лучшая подруга, и иногда мне кажется, что она видит меня насквозь.

– Ничего я не пялюсь на него, – огрызаюсь я, хоть она и права.

Алан очень красивый, я влюблена в него с самого детства, как только он со своей семьёй переехали в Сиэтл. С Рэйчел они уже три года, и для меня большая загадка, как Алан терпит её скверный характер. Я всегда думала, что они расстанутся, перед её выпускным, но видимо их не пугают отношения на расстоянии.

– Да ладно тебе, в этом нет ничего плохого, – Келли достаёт из сумочки меленькое зеркальце и тушь.– Может, сходим на вечеринку сегодня в девять вечера?

– Где? – спрашиваю безразлично. Я не любитель такого рода развлечений, но вот Келли вечно пытается меня затащить на какую-нибудь тусовку.

–У меня, – она посмотрела в зеркальце и подкрасила ресницы, – родители улетели по работе, вернутся в следующем месяце.

– Ты серьёзно, вечеринка?

– Нам осталось учиться чуть больше месяца! Эта вечеринка по поводу окончания учебного года. Неужели тебе не хочется развлечься? Попить коктейли, познакомиться с кем-то, чтобы весело провести лето? Ну?

Мненикуда не хотелось. Честно говоря, я с утра проснулась с непонятным чувством тревоги. Но отказать своей подруге я никак не могла, и мне ничего не оставалось, кроме как согласиться.

– Лиа!!!

–Да, я приду к девяти.

– Нет, ты придешь ко мне в три,максимум в четыре, и поможешь всё подготовить.

– Ладно.

Келли умела убеждать, а точнее заставлять людей делать то, что нужно ей. За семь лет дружбы я так и не поняла, относится ли это качество к положительным. Келли была из тех девушек, которые всегда добиваются своего, всегда успешны и красивы. Я всегда старалась брать с неё пример. Казалось, она воплощение идеальной девушки. У неё шикарная фигура. Аккуратные и мягкие черты лица, пухлые губы. Золотистые волосы, вьющимися локонами, небрежно опускаются по ровной, буквально каменной спине. Плюс ко всему этому, отличный вкус в одежде.

Мода… Она всегда ей следует. Все новинки, красивые и эксклюзивные вещи, в нашей школе, первыми появляются у Келли Джонс.

Прозвенел долгожданный звонок. Все уроки закончились, я дохожу до шкафчика. В школе все шкафчики пронумерованы, мой по счёту тринадцатый. Впрочем, он мне подходит. Я не умею знакомиться с парнями, вечно запинаюсь и до жути не уверена в себе. Несчастья буквально поджидают меня на каждом шагу. Не проходит ни дня без проблем, падений, ссор.

Ко мне приближаются Келли и её парень Стив.

–Ну что? За платьями, нам с тобой нужно быть сногсшибательными! Эта первая вечеринка, которую устраиваю я, поэтому все должно пройти идеально, чтобы все от зависти полопались. Купим одинаковые платья, но цвета разные!

–Заманчиво, но мне нужно позвонить маме,– говорю я и достаю из кармана телефон.

–Тебя семнадцать! Может, уже хватит отпрашиваться по каждому поводу?

– Если я не позвоню, то…

Келли перебив меня, говорит, что ничего не произойдёт и вырывает из моих рук телефон. После этого мы идём к выходу.

***

Направляюсь в сторону автобуса: он, как всегда переполнен. Я уже чувствую, какие там духота и горячие сидения. М-да, идеально. Подхожу к входу, и слышу голос Келли.

– Ты куда? Садись к нам в машину!

Я разворачиваются в сторону, где был слышен голос Келли, и вижу, как она садится в спортивный автомобиль, ярко-красного цвета, с двумя черными полосками на капоте. От удивления я застыла с открытым ртом.

– Ну, давай быстрее.

Вернувшись в реальность, подхожу к автомобилю.

–Ого, Стив, у тебя новая тачка? – Крикнул Эрик, один из членов команды по футболу, проходивший мимо.

–Да, отец и дядя подарили за то, что я стал капитаном команды,– сказал он, и покосился на Алана. Но тот, был занят: целовался с Рэйчел.

– Стив, поехали, нужно успеть в наш любимый магазин.

Я подхожу к красному произведения искусства и сажусь. Мы с Келли одновременно смотрим в окно: все смотрят на нас, мы непроизвольно улыбаемся. Классно быть в центре внимания.

Глава 2

«Вечеринка»

Сиэтл – большой город. Здесь миллион мест, где можно купить одежду, разные салоны, бутики, но я и Келли были верны и ходили в один и тот же.

Бутик был небольшой, но там было все: платья, спортивные и мужские вещи, обувь. В общем, абсолютно всё. Но цены в нём были не для меня, и чаще всего я бывала там, как советчик Келли, которая за раз могла купить столько вещей, сколько я в принципе имела в своём шкафу. Я же покупала себе вещи здесь лишь по случаю. Семья у меня не бедствует, однако мы стараемся не тратить деньги на то, без чего можем спокойно прожить.

–Элиан, смотри только новинки, – Келли хватает меня за руку и тащит к вешалкам с новыми платьями.

–Я пойду, посмотрю что-нибудь для себя,– крикнул Стив.

–Хорошо, милый!– ответила Келли не глядя в его сторону, перебирая каждую вещь на выставке.

Одно за другим платье оказывалось не подходящим, для сегодняшней вечеринки: то цвет не подходил к лицу Келли; то платье было слишком тёмное и невзрачное; то наоборот – слишком белое, что на его фоне,яказалась ещё бледнее. А стоило найти нам что-то более подходящее, как не находилось наших размеров. Прошло, казалось, миллионы лет, прежде чем, как мы нашли, то, что нам нужно.

– Смотри!– Келли, из самой глубины вешалок хватает два платья – светлое и чёрное. Чёрное – даёт мне, а белое уже идёт примерять.

– Келли, я устала, мы уже штук двадцать каждая померили, меня убьют дома.

В ответ – тишина.

Признаться, это элегантное, чёрное изделие было изумительно. Длиной платье выше колена, его низ, по самому краю, был усыпан декоративными камнями, словно кристаллами. Сетчатый шлейф тянулся до пола, и при желании его можно было отстегнуть. Оно прекрасно.

Ноги сами потащили примерять его. Слава Богу, по размеру платье мне подошло. Смотрю на себя в зеркало: шлейф вытягивал мой рост, черный цвет отлично подходит к моей белой коже и стройнит. Бархатный лиф с сердцевидным вырезом – также обшитым камнями – плотно облегал грудь и талию. Боюсь смотреть на ценник, оно такое роскошное.

-Лиа, ты всё? – крикнула из соседней примерочной Келли.

–Да!

–Выходим на счёт три!

– Хорошо.

–Раз! Два! Три!

Мы разом вышли и застыли с открытыми ртами, пялясь друг на друга. Наше безмолвное восхищение прервал Стив.

-Вау, Лиа!

–Кх-кх, Стив, ты ничего не перепутал,– сказала Келли с возмущением. Я чувствую, как краснею.

–Келли, ты прекрасна, как всегда, могу ведь я сделать комплимент твоей подруге?

–Моей – можешь,– Келли начала смеяться.

Келли так шло платье, оно было нежно-кремовое; цвет очень подходил к её золотистым волосам. Платье так красиво и аккуратно облегало её осиную талию, что шлейф казался абсолютно лишним, скрывая роскошную фигуру.

Пришла очередь Стива показывать, что он подобрал для себя. Он показался нам в белой рубашке, которая обтягивала его мускулы, а на ногах были узковатые джинсы.

Стив начал качаться в прошлом году, в десятом классе, и за год он превратился в настоящего качка. Появившиеся мускулы, гармонично сочетались с его смуглой кожей. Дополняли образ брутала черные взъерошенные волосы, с выбритыми с обеих сторон полосками, или молниями – было непонятно. Внешне он напоминал мне Криштиану Роналду.

-Стив, тебе так идет, да ведь, Лиа?

–Да,– промямлила я.

Наконец подобрав одежду для сегодняшней вечеринки и расплатившись – к моему счастью платья шли с неплохой скидкой в двадцать пять процентов, а вкупе со скидочной картой Келли вышли все тридцать пять, – мы отправились по домам.

***

-Ладно, Келли, я приду к четырём, – сообщаю, выходя из машины.

–Хорошо! Жду.

–Пока!– сказал Стив.

–До встречи,– ответила я и, развернувшись на пятках, подалась к дому.

На вид наш дом ничем не примечательный. Маленький двухэтажный домик белого цвета, с коричневой крышей и высоким забором на тон темнее крыши; на правой стороне громадных выдвижных ворот блестит серебристый домофон. Когда заходишь во двор, видишь сад, сейчас там начинают цвести пионы, коралловые колокольчик, и множество других цветов, разных кустарников и деревьев. Вообще сад – отдельный мамин мирок, и каждому событию или празднику она его оформляла. Например, на Хэллоуин, она расставила кучу страшных тыкв, фонариков в виде летучих мышей и уродливое чучело, а на Рождество укутала его гирляндой, заставив папу сделать из проволоки праздничных оленей. Отец жутко злился после, увидев счёт за электричество, а мама была счастлива. Сейчас там повсюду начинают появляться цветы, и даже начинает цвести дерево сакуры: так она встречает день Независимости. Не смотря на то, что до него почти два месяца, подготовку мама начинает заранее, и к празднику, сад будет переполнен всевозможной растительностью.

Роюсь в сумке в поисках ключа, и не сразу замечаю, возле присоединённого к дому гаража машину отца. Время было три, по пятницам он и мама работают до четырех. Но сегодня видимо исключение. Я влипла.

Нарыв в сумке ключ, и разблокировав дверь, делаю глубокий вдох и вхожу.

-Мам, пап, я дома!

– Иди на кухню! – крикнула Мама.

–Хорошо…

Я понимала, что сейчас будет скандал, ведь родители ко мне строги, за каждую провинность наказывают. А тут задержалась почти на два часа и не предупредила

Снимаю ветровку, проходя мимо гостиной, кидаю на диван сумку и захожу на кухню.

– Где тебя черти носят? – спросила раздражённо мама. Она стояла возле окна в своём рабочем костюме, что означало, что они опередили меня совсем на чуть-чуть.

–Я была в магазине с Келли. Извините меня, пожалуйста.

Я беру стакан со стола и достаю из холодильника сок.

– Почему ты нас не предупредила?– начал папа.

– Я закрутилась с уроками, совсем забыла сказать, – наливаю сок, руки предательски трясутся. – Простите ещё раз.

– Ты хоть думай, прежде чем соврать, – мама начинается вскипать.

– Мам, я не вру. В конце концов, ничего страшного не произошло, задержалась всего на час или два, – мямлю очень тихо, что даже не уверена, слышали ли они меня.

– Не слушать родителей, для тебя «ничего страшного»? – мама вскидывает руки, и отец подходит к ней, чтобы успокоить.

– Ладно, дочка, мы тебя прощаем, но больше так не делай, – папа говорит спокойно.

– Да, и ещё кое-что, – набираю больше воздуха в грудь, – Могу ли я пойти к Келли на вечеринку?

–Ты исправила физику? Какая вечеринка с такими оценками? – рявкает мама, и я теряюсь и не сразу нахожу, что ответить.

–Да, мам, я исправила. Ну, можно мне пойти, Рэйчел ведь идёт?

–У Рэйчел прекрасная успеваемость, она имеет право отдохнуть, – отрезает мама, и моя стена обиды становится ещё выше.

–А Я? Я имею? Ведь вся домашняя работа на мне, потому что ваша любимая Рэйчел устает иничего не делает дома,– не выдержав сказала я,– плюс к этому, если вы не знали, я до сих пор отличница по всем предметам. А хореограф говорит, что я первая в группе. Я устала и хочу немного развеяться!– слова вылетаю раньше, чем я успеваю вдуматься в них.

– По всем говоришь? А физика, или для тебя это не предмет?– язвит папа.

– Я же сказала, что всё исправила. Такого больше не повторится.

–Ладно, но ты вернёшься с Рэйчел, – успокаивается папа.

–Спасибо!– Я полетела их обнимать, но в отличие от папы, мама меня не обняла. Папа всегда был более мягок ко мне.

Хватаю сумку из гостиной и радостно бегу в свою комнату. Настроение поднялось.

***

С Келли мы договорились на четыре, и по-хорошему, нужно было выйти минут десять назад, чтобы успеть. Живет далеко, поэтому я не медля и секунды, оставляю сумку с учебниками на диване, кидаю в пакет с платьем косметичку и выхожу из комнаты. Перспектива вернутся с Рэйчел меня, совершено, не радует. Однако выбора у меня нет. С ночёвкой меня в жизни не отпустят.

Я спускаюсь на первый этаж.

– Мам, я пошла! – мама сидит в гостиной, я начинаю надевать ветровку.

– Куда? Вечеринка же в девять, мне так сказала Рэйчел, – мама встала с дивана и подошла ко мне, встав перед выходом.

– Нужно помочь Келли.– ответила я и начала открывать дверь и в туже секунду мама с силой закрывает её перед моим носом.

– Нет, поедешь к девяти с Рэйчел и Аланом.

– Мам! Ну, пожалуйста!– умоляющим голосом говорю я.

–Нет и точка!

На моих глазах появились слезы. Больше спорить нет смысла. Я бегом поднялась в комнату и захлопнула дверь.

Нет, я больше так не могу! Это так несправедливо. Рэйчел всё можно. Рэйчел молодец. Почему ко мне такое отношение? Я упорно учусь, трясусь из-за, каждой оценки ниже «отлично». Часами нахожусь в зале, тренируюсь. Оттачиваю каждое новое движение в каждом новом танце. Но всё равно я хуже своей сестры. Конечно, всё, что творит моя «примерная» сестрёнка родители не знают, а стоит мне совершить хоть малейшую провинность, как они тут же узнают об этом и чаще всего от моей сестры.

Не знаю сколько точно проревела, сидя на полу возле кровати, но это продолжалось до тех пор, пока в голове не появился план.

Встаю с пола, беру в руки телефон: от Келли четыре пропущенных – я должна была прийти полчаса назад. Пишу ей, что задержусь ещё настолько же и иду в ванную.

Примерно минут через пятнадцать, мама уезжает на какие-то курсы по флористике и её не будет до восьми, шанса лучше свалить из дома раньше не будет. Но что делать с Рэйчел? Папа увезёт маму, так как машина мамы в ремонте, а значит, у меня будет не больше двадцати минут, чтобы уговорить сестру отпустить меня, пока не вернётся отец.

Я спускаюсь в гостиную. Рэйчел сидит на диване и смотрит женскую борьбу. Через стеклянную дверь, я вижу как мама и папа, только отъезжают от дома. Отлично.

– Рэйчел, привет! Пойдёшь сегодня к Келли? – глупо начинать разговор, с вопроса на который знаешь ответ, но лучше ничего не придумала.

– Ага…– Рэйчел лежит на животе, внимательно наблюдая за боем. Моя сестра полная моя противоположность. В школе её обожают преподаватели, фанатеют девочки, и сходят с ума мальчики. В семье она любимый ребёнком, и даже парень по которому я убиваюсь, любит её. Внешне, мы тоже были совершено разные. Рэйчел, сколько её помню, всегда носила каре и красила свои светло русые волосы в тёмно-каштановый цвет, я же, как мама – рыжая. Кожа моя белая, как у вампиров из фильмов про Беллу, сестра же больше бы подошла к оборотням, ведь была смуглая, как наш отец.

Задумавшись о том, как было бы здорово, если бы Алан, выбрал бы меня, а не оборотня-сестру, я совсем забыла о Келли.

– Ты что-то хотела?– Рэйчел вернула меня в реальность.– Говори быстрее, у меня сегодня дополнительная тренировка. – Рэйчел занималась борьбой, из-за чего имела довольно мощную фигуру. Из-за этого она постоянно изводит себя диетами, не ест сладкое и мучное и бегает по утрам. По мне, так проще было бы спорт сменить. А так, логики в этом нет, сплошное издевательство над телом.

– Ясненько. Слушай, можно мне пойти…

Я не успеваю договорить, как Рэйчел меня перебивает.

–Пойдешь одна, не надо нам с Аланом мешать.

–Хорошо, а можно пойти сейчас?– Рэйчел встаёт и направляется на верх, в спальню, я бегу за ней.

–Конечно.

На моём лице появляется улыбка. Я думала, мне придётся её уговаривать целую вечность.

–Конечно, нет,– с улыбкой сказала она, облокотившись на перила,– пойдешь не раньше меня, иначе маме расскажу.

С её лица не сходит змеиная улыбка. Мной овладевает злость. Пик сдержанности упал до нуля… Не выдержав начинаю орать:

– Если ты меня не отпустишь сейчас…

– Слушай, мне пора, вернусь через час, и скажешь, что хотела, – Рэйчел заходит в комнату, и я, не медля, захожу следом.

– Нет, слушай меня. Я больше не собираюсь покрывать тебя! Понятно? Я расскажу родителям всё. Как ты чуть не завалила семестр, и если бы не любовь учителей, ты бы скатилась по учёбе. Расскажу о том, как тебя отстраняли от занятий борьбой, потому что кто-то спалил тебя тренеру с сигаретами. И не известно, как ты уговорила, оставить тебя.

–Она тебе не поверит,– злобно цедит она каждое слово. – Мама знает, что я на такое не способна, так что разговор окончен. Пошла вон из моей спальни, иначе сделаю так, что ты вообще никуда не пойдёшь!

– Ты права: мне она не поверит, но чтобы доказать мне, она спросит у учителей и тренера, только в этот раз, я буду права!– снова кричу я.

– Откуда ты всё знаешь? Впрочем, ладно, иди. Но знай, я это так не оставлю.

Не обращая внимания на угрозы, забегаю в спальню, быстро хватаю все свои вещи и выбегаю на улицу.

***

Никогда не понимала, почему Рэйчел меня недолюбливает. Я стараюсь к ней не лезть, если это необходимо. Мы никогда с ней не гуляли, не смотрели фильмы, и вообще не проводили вместе время, как настоящие сёстры.

Сколько помню, ни дня не было без ссор или конфликтов. Мама и папа души в ней не чают, а меня заставляют соответствовать ей. Однако мне непростительна любая провинность, а Рэйчел постоянно жалеют.

Не смотря на то, что мне с детства, пусть и ненамеренно, но внушали чувство её превосходства надо мной, не сказать, что я считала себя серой мышью. Возможно, это связано с тем, что у нас разные приоритеты. Мне не требовалось внимание школьной массы, эти люди уйдут из моей жизни сразу после моего выпуска из школы, и их мнение не оставило бы мне ничего, кроме лишней горсти комплексов. И зачем мне это?

Поэтому став старше, и вспомнив про мозг, я не перестала зацикливаться на том, что нас все сравнивают, но больше не чувствовала себя никчёмной тенью сестры.

В мыслях о семье, я довольно быстро дошла и уже через двадцать минут стояла возле особняка Келли. Семья Джонс жила в элитном районе города. Дома здесь роскошные и стоят баснословных денег. Однако дом Келли выделялся, и даже среди других дорогих домов, казался самым дорогим. Трёхэтажный коттедж, передние стены представляли собой панорамные окна, а внутренние были сделаны под дерево.

Звоню в домофон, но никто не отвечает. Странно, может, поехали куда. Ищу в пакете телефон, но не нахожу. Скорее всего, я оставила его в школьной сумке.

– Эй, кто-нибудь! – Забор очень высокий, и если дома никого нет, то под сигнализацией, поэтому перелезть не получится. – Кто-нибудь есть во дворе?

Наконец-то дверь отворяется.

– Стив! Я звонила сто раз, почему Келли не отвечает?

– Келли так заморочилась с этой вечеринкой, наверное, не слышит.

Во дворе не менее красиво и богато: огромный бассейн, изогнутой формой;

зона для отдыха с барбекю и гамаком; домашний мини гольф. Имея такой дом, необязательно куда-нибудь улетать, чтобы отдохнуть.

Стив проходит в сад, из любопытства иду за ним. Он останавливается возле беседки, берёт в руку гирлянду и залазит на стремянку. С сосредоточенным лицом, он начинает приделывать фонарики к крыше беседки.

– Стив, не знал, что рабство отменили?– шучу я, не особо смешно.

– Ха-ха. Лиа, Келли и тебя ждёт не поболтать, а ты уже прилично опоздала. – Стив спускается и передвигает стремянку на несколько сантиметров.

– Не могла раньше прийти, дома проблемы возникли. Ладно, удачи тебе.

Дом Келли из тех, прежде чем зайти в который, хочется разуться ещё на улице. Безупречная чистота, дорогая мебель. Всё так гармонично сочетается, и нет ничего лишнего.

–Келли, я пришла! – запах чего-то горелого, витавший по всей гостиной, меня настораживает.

–Наконец-то, иди на кухню помоги мне с закусками,– по голосу Келли уже ясно, как она на меня злится. Оставляю пакет в гостиной на тёмно-красном кожаном диване и прохожу к ней.

На кухне был беспорядок. Куча мусора на столе и на полу, на плите что-то дымится, а в центре всего стояла лохматая и нервная Келли. Я начинаю смеяться, смех просто вырывается наружу из моей груди, и я ничего не могу с эти поделать.